Малой

Сегодня был исключительный день. Одновременно любимый, дающий свободу, но забирающий семью день. Она спускалась по заросшим мхом каменным ступеням. Прохладный ветер города, погрязшего во тьме, обдувал лицо, вокруг сновали люди, ведь рядом с домом раскинулся большой рынок, который радовал свежими продуктами и был излюбленным местом контрабандистов. Большая часть торговли была нелегальной. Хотя Киа чувствовала каждый раз, как кровь вскипает от любопытства, когда она проходит между рядами, под которыми таится целый склад оружия.
Сегодня она освободилась раньше, но работа все равно отняла много сил. Однако - просто поесть и уснуть - не входило в ее планы. Киа подтянула лямку чёрного рюкзака, который тяжелым грузом тянул к земле.
- Ты сегодня рано, - окликнул ее черноволосый парень в джинсовом комбинезоне.
- Фред, - Киа дружелюбно заулыбалась. - лови.
Она бросила ему яблоко, и тот ловким движением металлической руки поймал его.
- Я заменил в ней пару деталей, теперь как новенькая, - отреагировал он на удивлённую реакцию Кии, вертя железной кистью.
Здесь жило много людей, лишенных конечностей. Киа всегда улыбалась жизнерадостному соседу, но каждый раз, как видела его, невольно думала о бесконечных войнах между преступными группировками, от которых страдали и обычные люди. Да и в целом, система, объединившая остаток людей, не оставляла выбора. Каждый, кого встречала Киа, делился рано или поздно частичкой своей мрачной истории. Система дала сбой или была такой изначально, но она нещадно превращала жизнь людей в выживание.
Девушка дошла до их запрятанной двери, среди хлама. Она уперлась руками в тяжеленный мусорный бак и начала его двигать. Именно за ним открывался вход в их маленькое гнездышко.
Киа зашла и зажгла свет, который им провёл брат Фреда, он был отличным электриком и неуловимым вором этого электричества для тех, кому его другим способом не достать.
Киа с грохотом поставила на стул рюкзак и начала его разбирать. Первыми на стол она выложила фрукты, некоторые из них были экзотическими, и она уже предвкушала изумление Лили. Затем Киа достала небольшой металлический ящик с патронами, его она сразу установила в сейф под половицей, который с каждым днем все больше наполнялся подобными запасами. Теперь серьезность ушла с ее лица, потому что девушка развернула большой пакет с мукой и выставила на стол бутылку молока и коробку куриных яиц.
Спустя час жилище наполнилось запахом выпечки. Поэтому, когда Лили ступила на порог, она вдохнула знакомый аромат:
- Ты что, ограбила пекарню?
Киа вздрогнула и обернулась с подносом, который только что достала из печи.
- Лили! Мы стучимся, - девушка стукнула по столу два раза подряд, подождала секунду и постучала ещё три, повторяя их кодовый стук.
- Да стучала я, ты ж ничего не слышишь!
Лили перевела взгляд на накрытий стол. Деревянный стол с прогнившими досками сегодня выглядел празднично, насколько мог себе позволить. И теперь, помимо запечённой утки и картошки в мундире, Киа поставила посередине глубокую тарелку с торчащими из теста кусками яблок.
- Шарлотка? - тихо спросила Лили. - Не надо было.
- Что значит, не надо было! - Киа распростерла руки для объятий.
Глаза Лили наполнились слезами. Киа воткнула маленькую розовую свечу в шарлотку.
- С днём рождения, сестренка, - она воодушевлённо поднесла шарлотку к лицу Лили, чтобы та загадала и желание и задула свечку.
Она хотела, чтобы у Лили было все, как полагается. Чтобы в этой гонке за хорошей жизнью, среди смрада и ужаса преступного города, она не забывала о простом, человеческом.
- Я бы загадала, чтобы ты бросила свою работу.
Киа закатила глаза от ее занудства.
- Это не работа, а призвание, Лили. Давай, что-то другое.
- Тогда я бы загадала не рождаться, и твоя жизнь была бы совсем другой и не здесь.
- Я тебя сейчас окуну в эту шарлотку, которую я готовила целый час. А ты тратишь желания, на жалобы на нашу жизнь, давай, думай! - нахмурилась Киа.
Лили прищурилась, сестра наблюдала, как она перебирает всевозможные варианты.
- Я хочу встретиться с мамой, - произнесла она себе под нос, так тихо, словно никто и не должен был этого слышать. - когда-нибудь, хочу, чтобы и ты, и я уводились с ней.
Она скрестила пальцы рук и задула огонёк.
- А теперь за стол! - скомандовала Киа.
Лили качала головой и с каждым куском хвалила Кию за ее старания.
- Насчёт работы, может, ты все таки подумаешь?  - осторожно спросила Лили, разглядывая сестру. Ее бледное личико приняло умоляющую физиономию, которая обычно срабатывала, но не когда речь заходила о работе Кии. 
Киа была бесконечно вымотана, во многом она уже действовала на автомате. И Лили не могла поверить, что так будет всегда. Киа завязывала свои когда-то красивые волнистые волосы в пучок на затылке или затягивала их в тугой хвост. Только некоторые непослушные волоски выпадали вперёд. Надевала чёрную кофту на молнии через все тело и потёртые карго, которые туго затягивала веревочками на лодыжках. Она твердила, что ей удобно в этой одежде. Наверно, в ней действительно было удобно доставать деньги из карманов, быстро бегать, перепрыгивая через любые препятствия или совершать даже крупные ограбления, как в прошлом месяце, когда их группа вынесла целую оружейную базу. После следовало залечь на дно, поэтому свою «работу» Киа восстановила совсем недавно.
- Мы не сможем жить иначе, - проворчала Киа.
Не все ограбления и вылазки заканчивались успехом, когда-то девушку и ее напарника Джастина поймали. Полицию здесь никто не вызывает,здесь разбираются на месте. Поэтому теперь от самого лба через бровь у Кии проходит шрам. Со злостью проехавшись по ее лицу ножом, обиженный мужчина сказал: «следующая наша встреча будет последней, а это, чтобы ты не забывала».
Об этом дне Лили вспоминала с ужасом. Сколько бы Киа не уговаривала ее, что это всего лишь царапина, она знала - со временем шрамов будет только больше, а рано или поздно она не вернётся. 
- Я же работаю в лавке! - возмутилась Лили. - Да, обычно выходит небольшая выручка, но...
- Мизерная выручка.
- Ты лжёшь, что остаёшься с Ант из-за денег, это все из-за твоего азарта, он погубит тебя!
- Ант, не зря так называется, - возразила Киа, защищая свою команду. - они, словно муравьи снуют везде, и это большая ошибка - нас недооценивать.
- Только любого муравья можно раздавить, - Лили с тоской отодвинула тарелку.
- Но множество - нет! Когда нас много, мы строим новый мир.
- Киа, - она пощёлкала пальцами перед лицом сестры. - мне плевать на всех муравьев, добьются они чего-то или нет, тебя могут убить в любой день. 
Киа тяжело вздохнула, демонстрируя, что не будет больше с ней спорить. Она подошла к Лили и прислонила ее голову к груди.
- Мой подарок тебя должен обрадовать, - она достала из кармана два билета.
«Место прибытия - Трударт» - прочитала Лили, в глазах стал светлый образ матери. Лили вскочила, обронив стул, и сжала Кию в объятиях так сильно, как только могла. Ведь она припрятала в шкаф платье небесно-голубого цвета, которое мечтала когда-нибудь надеть на встречу с мамой. По-началу, когда они только сбежали и жили у Мэри, мечта о том, чтобы поехать в Трударт и увидеться, казалась такой реальной. Но Мэри благородно содержала их целый месяц, за который следовало найти работу и жилье, при всем прочем ещё и не светиться. Когда они стали жить самостоятельно, оказалось, что деньги утекают на простое проживание, а зарабатывать их гораздо сложнее, чем представлялось. Лишь спустя три долгих года, обосновавшись, они смогут увидеть ее.
- Оливия Моррис, - Лили прочитала, держа в руках свой билет.
- Эйлин Сандерс, - ответно улыбнулась Киа.
Их новые имена - уже совсем для них не новые. Хотя Киа сразу заявила, что между собой они будут теми, кем были. В их именах была история. Их хотя бы дали родители. Оливия и Эйлин были лишь вечным напоминанием об их побеге.
 И теперь реальный день рождения Лили, который она отмечала каждый год, стал днем рождения Оливии Моррис. Именно в этот день они ночью получили новые имена от Мэри и больше никогда не видели Академию.