Нелюбимый племянник
Железнодорожный перрон остался позади. Зайдя в электричку, я плюхнулся на свободное место. Верный рюкзак перекочевал с плеча на колени. Можно было бы, конечно, закинуть его на багажную полку, но не в этот раз. Груз был слишком ценный и мне совсем не хотелось его рассыпать. А правильная мысль, о том, что стоило бы зафиксировать крышку сосуда пришла уже на вокзале. И даже раздобыв где-нибудь скотч я бы все равно не решился доставать содержимое рюкзака на людях.
«Так, ладно».
Главное, что я успел на электричку, а значит полдела сделано и можно выдохнуть. Даже не самую приятную поездку может скрасить хороший плейлист, главное сделать громкость пониже, чтобы вовремя расслышать название станции. Привычным движением запустив руку в карман, чтобы выудить оттуда наушники, я обнаружил что он пуст.
«Черт! Ну почему именно сегодня?»
Ненавижу забывать наушники. Даже если за весь день я не воспользуюсь ими ни разу, все равно приятно иметь возможность отрешиться от постороннего шума, людских голосов и собственных мыслей. Но похоже сегодня мне такая радость не светит. И как же интересно я их умудрился забыть? Ведь я проверяю их наличие точно также как ключи и кошелек, когда выхожу из квартиры. Я вздохнул, откинувшись на спинку сидения.
«Поездка будет долгой».
Я запоздало вспоминаю, где оставил наушники. Они преспокойно остались лежать в прихожей у родителей. Сегодня, когда меня с самого утра вызвонила мама и попросила приехать я точно захватил их с собой. А вот уже потом, когда она сообщила мне зачем я ей понадобился и вручила мой нынешний груз. Вот тогда-то я и стащил их с головы подумав, что может просто неправильно ее расслышал.
Сидящий рядом молодой человек закашлялся, отвлекая меня от мыслей о судьбе наушников. Он спал, привалившись к стеклу. Лица видно не было, его закрывал капюшон. Перегаром от него не пахло, наверное, обычный работяга возвращается домой после бессонной ночи.
Чтобы чем-то себя занять окидываю взглядом остальных попутчиков. Напротив, сидит девушка, погруженная в чтение книги. Ни название, ни автор мне незнакомы, но она явно увлечена и перед ее внутренним взором сейчас совсем не пригородная электричка и случайные попутчики, а мир, созданный автором. Возможно, она прямо сейчас преодолевает непроходимые скалы с отважным путешественником, либо же тонет в круговороте страстей с героиней романа, а быть может, она по крупицам собирает улики в компании гениального сыщика. Стараюсь не задерживать на ней взгляд. Решит еще, что я на нее пялюсь, хотя вряд ли что-то способно отвлечь ее от книги.
Слева в соседнем ряду расположились мать с ребенком. Женщина успокоила отпрыска, всучив ему телефон, и счастливое чадо наслаждалось просмотром мультиков. Звук не раздражал, да и малыш не буянил, а мне вдруг вспомнилось, как меня в его возрасте успокаивала мама. У нее был беспроигрышный ход, который она применяла в той же электричке. Она подсовывала мне книжку про красную шапочку. Привезенная кем-то из родственников из-за границы она поражала мое детское воображение красочными иллюстрациями и на долгие часы завладевала вниманием. И хоть я и не мог разобрать ни слова, картины, расцветающие в моем воображении с лихвой, заменяли отсутствие текста и позволяли маме не переживать, что чадо будет капризничать.
«Если подумать, сейчас я вылитая Красная шапочка. Послала меня матушка в темный лес, но совсем не к бабушке и вообще не с пирожками».
Парень справа снова ворочается и посапывает, а я замечаю на себе взгляд девушки. Она смотрит поверх книги, и отчего-то ее взгляд кажется насмешливым. Как если бы она знала о чем я сейчас думал.
«Дурацкая мысль, но все же».
А она симпатичная - светлые волосы, подведенные глаза правильные черты лица, пронзительный взгляд. Я никогда не знакомился в транспорте, наверное, просто не хватало духу подойти и заговорить с совершенно незнакомым человеком, с которым тебе просто посчастливилось оказаться на соседних местах. В любом случае, сегодня это было бы неуместным. Взгляд незнакомки снова ныряет в книгу, и я остаюсь наедине со своими мыслями.
«А они не такие уж радужные».
Мой дядя мертв. Деталей его гибели я не знаю, не удосужился уточнить, а мама о них и не упоминала. Но вот до своей кончины он успел оставить завещание. Очень странное завещание.
«И к такому меня жизнь точно не готовила».
Знаю я о дяде не так уж много. Он появился в моей жизни всего раз, когда мне было лет пять. Тогда он заехал к нам в гости и привез подарки, и единственное, что я об этом помню, так это то, что, будучи капризным засранцем я закатил родителям истерику из-за подаренной им игрушки. Что-то мне в ней тогда не понравилось. И, видимо, я произвел не самое лучшее впечатление, раз уж по прошествии стольких лет он указал в завещании именно меня.
«Чтоб его, надо же было быть таким злопамятным!»
Никто из моих братьев и сестер, как родных, так и двоюродных в завещании упомянут не был. Там вообще значился только я. И, хотя я слышал от мамы, что дядя был тем еще затворником и социопатом, но никак не мог подумать, что мне придется его хоронить.
«Кроме того, он даже не удосужился указать место».
Судить не берусь, но обычно, когда кто-то хочет быть развеянным по ветру он хотя бы удосуживается подобрать местечко поживописнее. Меня же в завещании ожидала лишь короткая инструкция об обращении с урной и пожелание не ошибиться с выбором места.
«Не ошибиться с выбором? Что это вообще должно значить?»
Между тем электричка уже подъезжала к нужной мне станции. На улице было пасмурно, но дождя, думаю, не предвидится. Я встал и, повесив рюкзак на плечо направился к выходу. По моим прикидкам, придется пройти вдоль путей метров пятьсот, пока не доберусь до моста. Под ним протекает река, не очень полноводная в это время года, но все равно довольно широкая. Думаю, это место как раз подойдет.
В задумчивости я брел вдоль путей. Сложно было не думать о том, что же таилось в душе человека, не пожелавшего оставить после себя даже надгробия. Моя же роль в погребении дяди казалась мне вообще какой-то надуманно курьезной.
«Иди туда - не знаю куда, развей того - не знаю кого».
Между тем до моста оставалось рукой подать. И, к моему немалому удивлению, там уже были люди. Двое мужчин расположились в середине моста, опершись на металлические перила. Неужели рыбаки? Хотя нет, удилищ у них не видно, но кому еще придет в голову торчать на мосту?
Не то чтобы я очень стеснительный парень, но развеивать чей-то прах мне приходится не каждый день. И я совсем не рассчитывал, что здесь будет так людно.
«Черт! Ладно, не нести же его дальше».
Я остановился метрах в десяти от стоящих мужчин. Поставил рюкзак в ноги и глянул вниз. Шумный поток воды проносился в метрах пяти под железной сеткой.
- Молодой человек! - окликнул меня один из стоящих мужчин.
Я с удивлением посмотрел в его сторону.
- Подходите сюда, не стойте там, вы как раз по адресу. - поддержал его второй.
«Рыбаки они, как же».
Может ли быть, что этот мост популярен у самоубийц? Даже если и так, неужели у них тут живая очередь?
Я поднял рюкзак. Было как-то неуютно на этом мосту, но отступать было поздно. А значит придется пойти и объяснить достопочтенной публике "рыбаков", что я здесь не за тем, чтобы кончать с собой.
- Вот и вы голубчик, а мы-то вас уже заждались. - пожилой мужчина в соломенной шляпе как-то печально улыбнулся.
Седые волосы до плеч, густые усы и кожаная куртка пилота добавляли некоторого сходства с престарелым рокером.
- Заждались меня? - желая внести ясность, уточнил я.
- Вас, а кого же еще? - второй мужчина вперил в меня недобрый взгляд поверх очков в толстой роговой оправе, - Ведь это вы Комиссаров Дмитрий Андреевич?
Светлые волосы, бесцветные глаза, учительские или скорее начальственные замашки. И строгий черный костюм, подчеркивающий худобу и серьезность мужчины.
- Да, это я. - несколько опешив, я не стал отпираться.
- Ну вот и замечательно, - продолжил мужчина в очках, - Доставайте урну, ее, я надеюсь вы не забыли?
- Нет, конечно, нет, но откуда вы знаете? - я растерялся.
- Видите ли, молодой человек, мы друзья и коллеги вашего покойного дяди и пришли с ним проститься, - пояснил мужчина в шляпе, - Отдать последний долг в этом мире.
- Но как вы узнали, где я окажусь? - не сдавался я.
- За вами проследили наши сотрудники, - начальник кивком указал куда-то за мою спину.
Я обернулся. Девушка с книгой из электрички и парень, что спал рядом, шли к нам. Без капюшона парень казался моим ровесником или даже чуть младше. Холодный проницательный взгляд, ежик волос на голове, уставший вид.
«И как давно интересно они за мной наблюдали?»
- Давайте, поторапливайтесь, - повысил голос начальствующий тип, - Только вас ждем.
- Извините за опоздание, - повинилась блондинка, - Не так-то просто добудиться до некоторых.
Парень рядом с ней зевнул, прикрыв рот рукой. Оправдываться за опоздание он явно не собирался.
- Раз уж все здесь, то давайте начнем, - мужчина в шляпе посерьезнел, - Доставайте урну, Дмитрий.
Я не стал спорить и, наклонившись, расстегнул рюкзак. Ладони от волнения сделались влажными. Я выпрямился, держа урну в руках и посмотрел на собравшихся, которые заметно погрустнели. В молчании они смотрели на сосуд в моих руках.
- Я, пожалуй, начну. - прервал тишину седой, снимая шляпу. Он продолжил: - Сегодня мы провожаем в последний путь нашего коллегу, друга и члена семьи. Он долгое время был для нас опорой и поддержкой, заботился и оберегал своих подопечных. И погиб, исполняя свой долг, защищая других. Он знал, на что шел, и более всего не хотел, чтобы по нему проливали слезы. Николай Андреевич, именуемый также как "Знающий", сегодня навсегда покидает наши ряды. Но его труд будет жить в его воспитанниках, которые продолжат его дело. Прощай Коля, мир твоему праху, - его речь произвела впечатление на всех.
Когда он закончил в моем горле был ком. Я не знал этого человека, но казалось мог ощутить его боль. Тоже, наверное, чувствовали и остальные. Я посмотрел на блондинку, в ее глазах стояли слезы, но она старалась не давать волю эмоциям. Похоже, дядя и вправду не хотел, чтобы по нему лили слез, и эти люди как могли старались сдержать обещание.
Слово взял второй мужчина: - Николай, если я не скажу это сейчас, то потом уже точно не смогу. Ты был прав. Я недооценил угрозу и не послушал твоего предупреждения. И ты сделал то, на что ни у кого бы из нас не хватило духу. Твой поступок будет жить в наших сердцах. Прощай друг.
Парень запрокинул голову, стараясь сдержать слезы, а блондинка, закрыв глаза рукой беззвучно поддергивала плечами. Седой кивнул мне. Я понял, что должен что-то сказать, но после услышанного пребывал в полном смятении.
Собрав волю в кулак, я начал: - Из всех присутствующих я знал Николая Андреевича хуже всех. Мой дядя, по словам моей мамы, никогда не был замечен в проявлении интереса к своим родным. Оттого его завещание стало для меня огромным сюрпризом. Мы встречались лишь раз. Мне тогда было лет пять и мне не понравилась подаренная им игрушка. Кажется, с тех пор он меня невзлюбил, раз уж именно я оказался в его завещании.
Слушавшие потупили глаза, каждый, казалось, думал о своем. Блондинка чуть успокоилась, хотя глаза ее по-прежнему были полны слез, сейчас она смотрела на меня.
Приободрившись, я продолжил: - Но сейчас мне наконец удалось хоть немного понять этого человека. Он не хотел, чтобы по нему лили слез, чтобы гроб в окружении родственников обходили друзья и коллеги. Не хотел, чтобы его уход тяжким камнем повис на душах людей. Поэтому он выбрал меня. Нелюбимого племянника, который тихо и без лишних свидетелей развеет дядю, которого никогда и не знал. И по которому уж точно не станет лить слез.
Седой печально улыбнулся: - Да, это очень похоже на Колю.
- Хотел уйти не попрощавшись, шельма! - чуть повеселев, поддержал его второй, - Да, вылитый Коля.
Он снял очки и несколько нервно начал протирать стекла.
- Что ж, тогда давайте не будем его более задерживать. Дети, вам есть что сказать? - обратился седой к парочке.
Парень и девушка замотали головами. Седой вновь кивнул мне.
Я аккуратно приоткрыл крышку и вытянув руки перевернул урну. Потоком ветра у воды прах разнесло над водной гладью. Как по заказу выглянуло солнце. На сердце стало легко, груз ответственности, прижимавший меня к земле сильнее положенного, наконец-то пропал.
Я обернулся. Седой вновь водрузил на голову шляпу. Второй, закончив протирать линзы, вернул на переносицу очки. Парень приобнял девушку, она чуть слышно всхлипывала, уткнувшись ему в плечо.
- Лев Константинович, - обратился начальствующий тип в очках к седому рокеру.
- Да, Павел Андреевич.
- Вас подбросить?
- Нет, голубчик, я, пожалуй, своим ходом. Прогуляюсь немного.
- Как пожелаете. А вас Дмитрий довести до города? - он повернулся ко мне.
- Нет, я, наверное, тоже пройдусь, - соображая куда теперь деть урну, которую я так и держал в руках, поспешно ответил я.
- Ну вы двое-то уж точно со мной? - двое кивнули, - А то на вас без слез не взглянешь.
Начальствующий тип раскланялся. Сердечно простившись с седым рокером, он протянул руку мне. Я, запихал-таки урну назад в рюкзак.
- Что ж, благодарю за сотрудничество, - последовало крепкое, сухое рукопожатие, - Желаю здравствовать. Он развернулся и зашагал по мосту.
Успокоившаяся блондинка подошла ближе. Теперь, когда выглянуло солнце, её голубые глаза казалось сияли и даже покрасневшие от слез веки не портили впечатление.
- Спасибо, - чуть слышно сказала девушка и, развернувшись, последовала за мужчиной. Молчаливый парень хлопнул меня ладонью по плечу и зашагал следом.
Я закинул на спину рюкзак. Теперь, когда распогодилось, хотелось хоть немного постоять под осенним солнышком.
- Вы на станцию? - Лев Николаевич стоял, опершись на поручень моста.
- Да.
- Тогда нам по пути, - мужчина оторвался от созерцания проносящейся под нами воды. Мы зашагали в сторону станции.
- Лев Николаевич, - набрался храбрости я.
- Да, - отозвался он.
- А кем работал мой дядя?
- Я думал, уже не спросишь, - улыбнувшись ответил он, - У нас частная охранная фирма.
- ЧОП? - не поверил я.
- Да, ЧОП. Только не совсем обычный, - он заметил мой непонимающий взгляд, - У нас под патронатом есть детдом. Вот им-то и занимался твой дядя.
Я промолчал, пытаясь переварить услышанное.
- Те двое, к слову, Сережа и Аня не так давно были его подопечными. - пояснил он.
- А зачем ЧОПу заботится о сиротах?
- А вот приходи к нам работать и узнаешь, - хитро улыбнулся он, - Ты помнится говорил, что лет в пять не обрадовался подаренной им игрушке?
- Да, кажется, так и было.
- Ну тогда первый тест ты уже прошел.
- Какой ещё тест? - окончательно запутался я.
- Ты вовсе не нелюбимый племянник, ты единственный, кто подошел, - он многозначительно поднял палец, - На его замену. Поэтому-то ты сейчас здесь.
- Это что получается... - до меня наконец дошло, - Дядя меня так трудоустроил?
- Только если захочешь сам, - он остановился и взглянул на меня.
- Да что хоть за работа?
- Рассказать не могу, но поверь, Дима, скучно не будет.