Волк

Не каждое утро в этом городке выдавалось добрым, его могла испортить дождливая погода, холодный ветер. Сегодняшний день должен быть тёплым, ведь ещё с раннего утра яркое солнце оповестило об этом всех жителей. Но что-то было не так, и это чувствовали некоторые люди. Хранитель города был в ярости. Солнечные лучи ласкали бледную кожу, заставляя её обладателя скрыться под чёрной мантией. Он не был настроен на радость и веселье, совсем наоборот. Единственное, что Лайфу сейчас хотелось, – узнать о том, что происходило с ним этой ночью, и поговорить с той, мысли о которой забивали голову.

Парень подходил к большому дому, намереваясь посетить Марлин и расслабиться в её хрупких руках. Странное чувство преследовало его, отчего Лайфу хотелось свернуться в клубок и пролежать так целую вечность. На территории дома запах Марлин был слаб, что означало лишь одно – девушки не было в доме, а судя по тому, каким едва уловимым он был, можно было сказать, что её след простыл ещё вчера.
– Молодой человек? – раздалось за спиной Лунбурга, когда небольшая ладонь легла на его плечо, он обернулся.
– Вы к Питеру?
– Добрый день, нет, я к Марлин, – Лайф отшагивает назад, слабо улыбаясь,
– её нет дома, да?
– Гарри говорил, что она отправилась к подругам на ночь… Разве нет?
– Ох, я и совсем забыл… Спасибо, и извините за беспокойство, – Лайф вновь улыбается, быстро скрываясь за воротами. Он намеревается узнать всё у своей сестры, но чуть позже, потому что сейчас у него другие планы.

***

Машина во дворе дома говорит о том, что хозяин мирно посапывает в своей квартире или не совсем мирно, а может и вовсе не посапывает. Лайф без лишних проблем входит в подъезд и, оказавшись в лифте, едет на нужный этаж. Он чувствует, как в груди начинает колоть, а знакомый запах, едва уловимый на расстоянии, доносится до него. Лайф сваливает на галлюцинации, однако с каждой секундой запах становится более ярким. Кулаки сжимаются, а челюсть напрягается. Лайф выходит на нужном этаже и, подойдя к двери, ударяет по ней ровно три раза. Запах с новой силой пробивается в лёгкие, и волк чувствует, как дрожь накрывает тело. Дверь открывается, и на пороге показывается Левин. Его волосы растрёпаны, а на теле практически нет одежды, лишь большие спортивные штаны, едва прирывающие бёдра. Лайф влетает в квартиру, толкая парня к стене и сжимая его шею. Левин толкает Лунбурга в ответ, и это злит второго ещё сильнее, отчего он не раздумывая ударяет парня по лицу. Тонкая струя свежей крови стекает к губам, затем к подбородку, останавливаясь там.
– Где моя Марлин? – членораздельно произносит он, становясь напротив. Он не дожидается ответа, поэтому молча уходит вглубь квартиры, намереваясь отыскать ту, которая принадлежит ему. Лайф распахивает дверь просторной спальни, примечая для себя хрупкое оголённое тело, накрытое шёлковой простынёй. По комнате разбросана одежда, принадлежащая Левину и, судя по всему, Марлин, хоть из её одежды здесь лишь чёрное платье и пара каблуков. Парень проходит дальше, останавливается напротив кровати и замирает. Он осторожно убирает спавшие на лицо пряди, чувствуя всё спокойствие девушки. В один миг всё вдруг теряет смысл, Лайф отшагивает назад, его мышцы напрягаются. Он злиться, чувствует себя ненужным и ничтожным; ему хочется закричать на весь мир от обиды и боли, в очередной раз пронзившей его тело. Он замечает шею Марлин, покрытую синяками и засосами, сделанными в порыве страсти, и это заставляет его сжаться.
– Проснись! – кричит он, а его ногти вонзаются в кожу,
– Проснись и посмотри, в кого ты превратилась! – его голос срывается, девушка резко открывает глаза, отползая назад.
– Ты переспала с ним, да? Ты переспала? Ты всё разрушила! Как ты могла? – Марлин ничего не понимает, она ещё не отошла от сна, но это точно пугает её, заставляя натянуть на себя шёлковую простынь.
– Ты ужасна, ты всё испортила! Ты… – Лайф быстро смахивает слезу,
– одевайся, мы едем домой. Парень разворачивается и уходит, громко закрывая за собой дверь. В гостиной его ожидает Левин, желающий объясниться.
– Лайф? – окликает друга он, отходя от барной стойки,
– Этой ночью ничего не было.
– Катись к чёрту, Левин, из тебя хреновый друг и волк. Как ты посмел, – Лунбург быстро оказывается рядом,
– прикоснуться к Омеге, принадлежащей вожаку стаи? Какого хрена ты возомнил из себя, использовав мою Омегу? И не нужно говорить, что ничего нет, я видел всё своими глазами, я чувствую, как от моей Марлин прет чужим волком. Ты упал в моих глазах вместе с Корден. – Она сказала, что ты не её Альфа, что у тебя есть девушка. А ведь так оно и есть! Твоя девушка Стэф, от которой уж точно прёт наличием Альфы. Марлин не имела чужого запаха, ты даже не удосужился пометить её, если бы она действительно была нужна тебе.
– Я разберусь сам с тем, кто нужен мне, – Лайф скалится, но не позволяет себе вновь поднять руку на когда-то бывшего лучшим другом Левина. Он разворачивается и уходит в комнату, чтобы поторопить Марлин, которая, на удивление Лайфа, всё также находится в постели, приняв лежачее положение.
– Ты не собираешься уходить, да? Ты не собираешься идти со мной? – парень опускается на колени, садясь рядом с кроватью. Лицо девушки находится прямо напротив его лица, позволяя Лайфу заметить большие круги под глазами и побледневшие губы.
– Он сделал тебе больно? Только скажи, я порву, разорву на кусочки… Не молчи!
– Я… – испуганно выдавливает Марлин,
– пожалуйста, послушай меня. Я не помню было ли что-то этой ночью. Парень поднимается, подхватывая девушку на свои руки. Он прикрывает оголённые места простынью, заботливо шепча что-то непонятное. Приятное чувство разливается по телу, как только родной человек оказывается прижатым к груди.
– У тебя есть Стэф, ты не должен возиться со мной, потому что я тебе никто. Лайф игнорирует тихий шёпот, сильнее прижимая Марлин к себе. Он выходит из комнаты, направляясь к выходу.
– Куда ты потащил её? – Левин преграждает путь, выставляя руки вперёд.
– Мы едем к моей бабушке, она расскажет о том, как закрепить связь, и есть ли она вообще. Мы должны разъяснить всё раз и навсегда, – голос Лайфа груб и строг,
– а ты отвезёшь нас туда. Два парня пилят друг друга взглядом, совсем позабыв о нахождении здесь Марлин, отошедшей от сна. Лайф готов сорваться и растерзать Левина в клочья, что является вполне взаимным желанием.
– Может, хоть кто-нибудь послушает меня? – тихо спрашивает девушка, нарушая зрительный контакт.
– Для начала Лайф поставит меня на ноги, потом я соберу свою одежду, и один из вас отвезёт меня домой, – Лунбург непонимающе уставился на Марлин, неожиданно пришедшую в трезвое состояние, та лишь кивает, указывая на то, чтобы он опустил её на ноги. Парень аккуратно поставил Корден, за что был одарён благодарной улыбкой. Всё вокруг вдруг сменило свой окрас, а ситуация перестала быть накалённой. Марлин осмотрела двух волков, оба были ранены.
– Уясним всё здесь и сейчас, – девушка тянет на себя прихваченную Лайфом простынь, прикрывая своё тело, затем берёт табурет, стоящий у журнального столика, и поднимается на него. Теперь, когда парням приходится приподнять свои головы, чтобы смотреть прямо в глаза Марлин, она готова продолжить,
– этой ночью ничего между мной и Левином не было, а иначе я бы чувствовала это.
– Добавлю: когда дело практически дошло до момента избавления от последней одежды, у Марлин вдруг началось то, что обычно бывает у перепивших людей, вообще не имеющих никакого понятия о мере выпиваемого.
– Тогда какого хрена вся её шея в твоих, засосах? – Лайф крепко сжимает кулаки, намереваясь вот-вот ударить друга.

– Потому, что…
– Заткнитесь оба! – громко кричит Марлин, разъярённые парни неожиданно замолкают.
– И так, продолжим. Лайф, Стэфани твоя девушка, и, знаешь, из вас получается отличная пара. В тот вечер она скрылась за тобой в лесу, я не знаю, что вы делали там, но мне будет абсолютно плевать, что бы там ни было, – девушка сглатывает, отводя взгляд в сторону.
– Я одеваюсь, умываюсь и ухожу. Левин, – она спускается на пол,
– будь добр, приготовь мне таблетку от головы. Слабо улыбнувшись, Марлин скрывается в дверях спальни, оставляя ошарашенных парней наедине.
– Умело, – спустя некоторое время шепчет Левин, Лайф смотрит на него, взглядом показывая, что не понял сказанного,
– умело она нас опустила.
– Ага, – Лунбург закусывает губу, улыбаясь,
– Омега вожака.
Шум воды прекратился, и через несколько минут в гостиной появилась бодрая Марлин. На ней было вчерашнее чёрное платье, а волосы собраны в высокий хвост. Отсутствие лямок, да и вообще какой-либо ткани в районе ключиц, открывало вид на фиолетово-синие следы страстных поцелуев. Лайфу не нравилось это, его вот-вот вырвет, если он ещё хоть раз посмотрит на оголённую кожу.
– Ты можешь хоть чем-нибудь прикрыть эту...
– Мне кажется, что это выглядит восхитительно, – Левин улыбается, подмигивая Марлин, протягивает ей стакан с водой и таблетку.
– Знаешь, Марли, – девушка поперхнулась от тона, которым было произнесено ее имя, – сделай это хотя бы для того, чтобы твой отец не узнал, что эту ночь ты провела не у подруг, а в компании парня, вот-вот собираясь трахнуться с ним.
– Не поверишь, но Питер уже считает меня шлюшкой, так что терять особо нечего, – Корден пожимает плечами.
– Знаете, вы такие эгоистичные суки, будете выстраивать вокруг себя барьер, отталкивая друг друга, – Левин улыбается, а Лайф закрывает лицо руками, покачивая головой,
– вы будете до последнего ненавидеть друг друга и отрицать любые чувства, а потом, в самом конце, один мудак припрётся ко мне домой, чтобы «поплакаться в жилетку» о том, как же ему хреново без уехавшей Марлин.
– Заткнись, – девушка начинает смеяться, однако Лунбургу не так смешно.
– Я отправляюсь домой, дойду пешком – в вашей помощи не нуждаюсь. Марлин уверенно подходит к выходу, по пути допивая воду, она останавливается у порога, чтобы надеть на ноги туфли, находящиеся в её руках. Лайф встаёт с дивана и направляется к Марлин, чтобы сопроводить ту до дома.
– Я напишу тебе, Марли, – Левин опирается на дверной косяк, провожая взглядом ночную гостью. – Только попробуй, – Лайф тут же встаёт на ноги, подходя к парню.
– я нахуй разорву тебя на клочья, если еще раз увижу рядом с ней.
– Не припомню, когда я стала чьей-то собственностью. Я ухожу, а ты, – обращается к Левину,
– пиши и звони. Марлин открывает дверь, покидая квартиру, Лунбург идёт за ней. Они молча выходят на улицу, и девушка даже собирается стать неуязвимой и быстро скрыться от приставучего Лунбурга, но тот успевает схватить её за руку и усадить на переднее сидение своей машины. Обстановка становится накалённой. Марлин тянется к магнитоле, чтобы разбавить напряжение, желая включить музыку, рука Лайфа не позволяет сделать это, поэтому девушка молча отворачивается к окну, наблюдая за тем, что происходит снаружи. Им не о чем разговаривать.
– Каково быть в постели с Левином? – Лайф крепко сжимает руль, не замечая, как его ногти впиваются в обивку.
– Каково быть в постели с волчицей? Она, должно быть, очень страстна, – Марлин резко поворачивается, улыбаясь.
– Между нами ничего не было. Парень тяжело вздыхает, съезжая на обочину и останавливая машину. Он обессиленно валится на руль, тяжело дыша. Марлин не понимает, что происходит с ним, и это настораживает её ещё больше. . – Лайф?.. – Марлин осторожно касается его спины, начиная медленно поглаживать. Дыхание парня участилось, но он по-прежнему не двигался. Корден опускается ниже и укладывает голову на его спину, крепко обнимая. Они находятся в таком положении некоторое время, пока проезжающая мимо машина не останавливается рядом, чтобы узнать, всё ли в порядке. Марлин отвечает водителю, и тот снова скрывается с глаз.
– Марли? – тихо зовёт её Лайф, поворачивая свою голову, девушка приподнимается, смотря на него,
– Я могу любить тебя?