Глава 5
- ...Именно в этом заключается основная причина образования истории журналистики, - преподаватель основ журналистики удивленно осматривает меня с ног до головы, лицезрея мой блестящий ответ на зачёте. Вся аудитория отвлеклась от повторения предложенного для подготовки материала и подняла взгляды на меня, немо задавая вопрос: «Как может прогульщица знать материал?».
Заранее зная ответ на этот вопрос,
миссис Липман с подозрениями открывает мою зачётку, и прежде чем поставить заветную цифру на бумаге, так же посмотрела на меня, видимо убедившись, что я отвечала исключительно по знаниям, не прибегая к помощи шпаргалок.
- Поздравляю, Кук. Вы успешно сдали зачёт, всего доброго, - чахло проговаривает та, покусывая обветренные губы, вручая обратно мою зачетную книжку.
К моему удивлению, студенты начали аплодировать, но на их лицах не было такого явного восторга, обычная человеческая зависть, смешанная с негодованием.
Удовлетворенная своим успехом, прохожу к месту подготовки и стягиваю со стула сумку, занимающую не так много места. Как я говорила, в глазах одногрупников нет и сотой доли радости, а теперь мои слова лишь обрели правоту. Проходя к выходу, на каждом ярусе позади меня слышатся реплики, говорящие о ненависти ко мне.
- Шпоры и я писать могу.
- Овца недоразвитая.
Впитывая в себя каждую реплику, каждое слово, отравленное ядом, сердце начинает стучать по грудной клетке, отбивая ритм «ча-ча-ча». Густая пленка румянца заволакивает лицо розоватым оттенком, а губы изгибаются в игривой улыбке.
- Друзья, не волнуйтесь, я вас так же ненавижу, - последнее, что остаётся в стенах пункта приёма зачетов, а после с треском хлопается деревянная дверь, преграждающая путь студента перед мучительными тремя часами. Все перешептывания прекращаются в этот же момент, а я, облегченно вздыхая, направляюсь к стенду.
Раздел «гордость университета» открывает всю правду об обучающихся здесь людях. «Лучший студент потока - Эмилия Кук»: читается на оформленном стенде под моей фотографией, гордо наблюдавшей за всеми происходящими в университете событиями.
Да, я лучшая студентка, но не вижу в этом ничего такого престижного. На парах я не появляюсь, если только перед зачетами, готовлюсь за два дня до экзамена и живу своей собственной жизнью, которая совершенно никому не интересна. При всем этом меня жутко недолюбливают одногрупники, хотя ещё полтора года назад мы были лучшими друзьями, чего нельзя сказать сейчас. Но я знаю, что произошло и почему так вышло.
***
- Как будем отмечать закрытие сессии? - где-то сзади раздается звонкий голос Алекса, который всегда за любой кипиш, лишь бы весело было.
- Да, Эми, когда? - приобнимая меня за плечи, на тот момент мой молодой человек спросил, ожидая ответа, который произведет фуррор.
- Для начала бы сдать сессию, а потом уже думать об этом. Так что сейчас пара, а сразу после обсудим вечеринку.
- Окей, - хором ответили ребята, после чего мы зашли в аудиторию, ожидая как всегда опаздывающего преподавателя.
В этот раз ждать нас долго не заставили, через две минуты вошёл мистер Фейбер, наш преподаватель, а следом за ним прошмыгнула молодая особа лет девятнадцати.
На вид, она показалась мне весьма приятной личностью, но стоило ей взглянуть мне в глаза, как я мгновенно отбросила первое впечатление далеко и надолго. Короткая юбка обтягивает каждый изгиб её ног, а слегка прозрачная блузка очерчивает немалый бюст. Вьющиеся волнами тёмные волосы красиво расположены на её плечах, а в руках маленькая сумка, в которой по всей видимости лежат тетрадки.
- Смотри-ка, конкурентка для Эмилии, - ехидно подшучивает Грейс, приходившаяся мне лучшей подругой.
- Нет, лучше Эми у нас не будет, - сзади доносится еле слышный голос Бен, которого я на тот момент не ставила рядом с собой.
- Итак, студенты. Прекращаем все обсуждения, сейчас я представлю вам их объект. Это - Венди Чапман, она будет учиться вместе с вами все оставшееся время. Прошу любить и жаловать.
Все похлопали и доброжелательно оглядели девушку оценивающим взглядом. Та, в свою очередь, изучила все свободные места и выбрала одно. Угадайте где, верно, прямо спереди нас.
После этого и начались проблемы. Через два дня со мной стали реже общаться друзья, проводя время с Венди, через неделю и вовсе перестали меня замечать. Именно тогда я решила начать прогуливать пары, лекции. Появляться там только тогда, когда нужно записать какую-то информацию для подготовки к зачёту. Ко всем экзаменам готовлюсь за два дня до начала. Многое изменилось с появлением новой студентки. Вскоре меня сняли с роли старосты группы и утвердили на это место Венди. Много что изменилось, но больше всего изменилась я и мой внутренний мир.
В тот день я возненавидела её всей душой. Никогда не прощу ей лишь одного. Я приехала к своему парню в надежде, что ещё хоть кому-то нужна. После того, как я постучала, дверь мне открыла Венди в тонкой футболке и слегка небрежной укладкой. Осознав, что тут мне больше не рады, разворачиваюсь на сто восемьдесят, уходя прочь отсюда.
***
Рассматривая фотографии остальных отличников, я немного предалась воспоминаниям, но практически сразу вернулась в реальность и ясно дала себе понять, что ничего этого больше никогда не будет. Не стоит жить прошлым, оно ведь безвозвратно.
Дорога домой была как обычно скучной и довольно однообразной. Вышагивая по безлюдной аллее, ощущаю на себе прикосновения лёгкого предзимнего ветерка, кроны деревьев уже не хрустят листьями, как это было буквально месяц назад. Теперь на них лишь хрупко держатся листья, которые все равно вот-вот коснутся обледенелой земли. Казалось бы, хмурое небо заволакивают тучи, не предвещающие ничего хорошего.
Слегка одернув капюшон, правой рукой нащупала берёзовый лист в раздуваемых ветром волосах. Устранив неприятность, я зашагала дальше, все так же погружаясь в рутину собственных мыслей.
***
Эта нудная курсовая просто не даёт мне спокойно закрыть глаза даже за минуту, потому что, мне кажется, что если веки сомкнутся, то откроются они лишь рано утром и то только за надобностью сдать эту несчастную курсовую, над которой я корплю уже не первый час. Это замкнутый круг, из которого нет выхода до окончания учёбы.
Нет, слушайте, это не может так больше продолжаться, нужно избавиться от сонности, а то выгляжу, как лунатик. Оказываясь на кухне, первое, что мне приходит в голову - сварить кофе, но так как я ленивый человек, решаю просто попить чай с пирожными.
Заваривая ароматный напиток, меня все не покидают мысли о том голосе, что тогда помог мне, мало того, в мысли напрашивается его суетливый образ, тогда, в коридоре. Бархатный голос, слегка мятая одежда, и глаза, голубые, как вода, холодные, как ледяная глыба. Бесподобен. Мне всегда было интересно, что у таких на вид холодных и безэмоциональных, людей на душе, так и хочется окунуться в него и открывать его по-своему. Но знаете, он показался мне не таким, у которого на душе какой-то тяжелый груз или множество нерешаемых проблем, нет. Он нечто другое, будто не с этого мира. Знаю, что звучит банально и странно, но это на самом деле так. В этот самый момент я возжелала увидеть его прямо здесь и сейчас, попросту заглянуть к нему в глаза и прочитать все, что в них написано.
Слегка призадумавшись, я решила лишить себя руки, так как намеренно лью себе на руку кипяток, уже не чувствуя ничего от болевого шока. Вскрикивая, немедленно лечу в ванну, кидая ошпаренную руку под струйки леденящей воды. Крик раздирающей напополам боли рвется из груди, но я упорно пытаюсь сдерживать его, что пока что получается довольно неплохо. Изучив себя в зеркале, мне стало не по себе: под глазами тушь, смастерившая из меня панду, в подарок прилагаются синяки под глазами и растрепанный пучок, изначально сделанный не очень аккуратным способом.
- Мда, Эми, что-то ты совсем себя запустила. Пора спать, - говорю отражению, уже подводя к концу перебинтовывание руки. Умывшись напоследок, последний раз заглядываю в зеркало и ощущаю отчасти радость, а отчасти страх. За спиной, в отражении, стоит тот самый парень, который помог мне, миловидно улыбаясь. Оборачиваюсь - пусто. Видимо от недосыпа мерещится, все, теперь точно на боковую.
Проходя в спальню, оглядываю письменный стол, убеждаясь, что все лежит на своих местах, после чего укладываюсь на кровать, наконец закрывая глаза.
Девушка уже давно была погружена в сон, а Тайлер наконец смог показать себя. Но, как это не странно, молодой человек пошел не к ложу девушки, а к ее курсовой работе, горя желанием изучить написанный от руки материал. Безусловно, работа выполнена без единой ошибки, кляксы, но все же нужно немного дописать, чем наш герой сейчас и займется. Закрепляя шариковую ручку меж пальцев, он начинает кропотливо работать, стараясь писать таким же аккуратным почерком.
Уже через полтора часа немалых усилий Тайлера, работа была завершена и он мог, а точней сказать, должен был уходить, но перед уходом не смог сдержаться от манящего тела девушки. Нет, вы не подумайте, Тайлер просто приобнял Эмилию, после чего добросовестно направился к главному входу.
- Завтра мы обязательно увидимся, Эмилия. Но только не ночью, я так хочу с тобой поговорить, - обронив довольно загадочную фразу, он закрыл за собой дверь с другой стороны, покидая пределы квартиры.