Глава 18
Время, казалось, ускорилось. Роуз стояла перед дверью, не успев осознать, что очередь уже подошла к её имени. Из-за двери вышел абитуриент — молодой парень с рюкзаком и папкой в руках. Он выглядел уставшим, но довольным. Дверь за ним захлопнулась, и почти сразу изнутри раздался строгий женский голос:
— Следующий!
Роуз глубоко вдохнула. Несколько секунд она смотрела на ручку двери, словно та была порогом в другой мир. Сердце билось гулко, ладони снова вспотели, но она сжала пальцы, взяла себя в руки и, не давая себе больше времени на сомнения, толкнула дверь.
Кабинет был просторный и светлый. Высокие, почти во всю стену, окна выпускали внутрь мягкий дневной свет. На стенах висели картины — масляные, акварельные, графика — всё напоминало о творчестве, об атмосфере искусства. Стеллажи с книгами, стопки альбомов, живые цветы на подоконнике, лёгкий запах масляной краски, смешанный с ароматом кофе — всё это создавало одновременно и волнение, и ощущение уюта.
За длинным дубовым столом сидели трое. В центре — женщина лет шестидесяти, с аккуратной причёской и строгими очками на носу. Справа от неё — молчаливый мужчина с серебристыми усами, перелистывающий какие-то документы. Слева — ещё одна женщина, с добрым, но усталым лицом и аккуратно сложенными руками.
Роуз подошла, положила свои папки и документы на стол. Средняя женщина приспустила очки, подняла взгляд и внимательно посмотрела на девушку.
— Чего, волнуешься, что ли? — спросила она, с лёгкой ироничной улыбкой, но без насмешки.
Роуз не нашла в себе слов — только кивнула.
— Садись, — указала женщина на кресло напротив.
Роуз села, сжимая руки на коленях.
Женщина начала перелистывать папки, изучать документы. Бумаги шуршали, тишина казалась густой и тянущейся, как карамель. Время снова будто замедлилось. Она то поднимала брови, то кивала про себя, то делала какие-то пометки. Затем передала всё стопкой женщине слева, та взяла документы с тем же вниманием, затем — мужчине справа. Тот посмотрел мельком, провёл пальцем по списку, снова передал всё к центру.
Роуз сидела, почти не дыша.
И вот, снова тишина. Женщина отложила ручку, сложила документы и подняла на Роуз взгляд.
— Что ж... — произнесла она, и в голосе появилась серьёзность, будто это был финальный приговор. — Неплохо. Потенциал есть.
Роуз внутри дрогнула, но пока не осмеливалась поверить.
— Я полагаю, тебе уже сообщили, что есть ещё ряд работ, которые ты должна предоставить до 30 августа. Это обязательное условие. — Она бросила взгляд на лист сверки перед собой.
Роуз кивнула.
— Да, мне всё объяснили. Я подготовлю.
— Хорошо, — кивнула женщина. — Тогда можно считать, что сегодняшние пробы ты прошла. Камень с души, да?
Внутри Роуз действительно что-то отпустило. Словно огромная тяжесть, всё утро сжимающая грудь, исчезла. Ладони дрожали, но уже от облегчения. Она не улыбалась — не могла пока, боялась спугнуть это ощущение, как будто оно ещё не до конца стало реальностью, но её дыхание стало ровнее, и взгляд — твёрже.
— До 30 августа жди результата и будь готова сдать недостающие материалы. Если всё пройдёт хорошо, — женщина посмотрела поверх очков, — с 1 сентября мы зачислим тебя студенткой первого курса.
Роуз кивнула, поблагодарила, встала, аккуратно взяла свои документы.
Снова вдохнула. На этот раз — с чувством уверенности.
Она вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. И впервые за этот день — позволила себе улыбнуться.