Жажда мести

POV. Автор

Уже почти неделю Эдем не выходит за пределы своей комнаты, а если и выходит, то в кухню и столовую, чтобы перекусить. В это время Ник приглядывает за ней и следует по пятам. Иногда у девушки складывалось ощущение, что он спит под ее дверью по ночам. Что до Даниэля, то тот с головой ушёл в дела стаи и всеми силами игнорировал тянущую боль в его волчьем сердце. До следующего полнолуния две недели и оно до безумия страшило его. Страх потерять контроль, потерпеть крах перед Томасом Митчеллом. Не отомстить всем виновным, не спасти других оборотней.

В последние годы на него многое навалилось и почти со всем Даниэль стойко справлялся, но сейчас ощущал себя заведомо проигравшим. Мужчина впервые осознал своё одиночество, не было того человека кому он мог бы признаться, какой раздрай у него в душе и сердце.

Перебирая бумаги, Даниэль наткнулся на тонкий красный шарфик, который небрежно висел на подлокотнике кресла. Встав из-за стола мужчина прошёлся по своему кабинету и упал в кресло, подхватив перед этим шарф. Перебирая его в руки он прижал забытую вещицу и вдохнул аромат волчицы. Дебора была искусной любовницей и не спроста оставила маленькое напоминание о себе.

— Чертовка. - улыбнулся Даниель.

Хитрости этой женщины было не занимать. Жаль что на данный момент в его мыслях была совершенно другая девушка. Цвет шарфа напомнил платье Эдем в тот самый роковой день. Как оно облегало ее хрупкое и изящное тело, как перчатка. Как она была прекрасна.

Стук в дверь вырвал Даниэля из потока мыслей.

— Нокс, входи.

Его запах сложно спутать с кем-то из других оборотней, так же как и его поступь. Нокс до сих пор прихрамывал и в целом выглядел не в лучшем виде. Синяки под глазами, впалые щеки лишь свидетельствуют о том, как долго он не доедал, а бледная кожа выдаёт отсутствие солнечного света в его камере пыток.

— Альфа. – склонив голову поприветствовал он.

— Тебе удалось восстановить обоняние?

— Нет. – его взгляд потупился. — Но зато я кое-что смог вспомнить.

— Что же?

— Не уверен, что это ключ к разгадке потери моего нюха, но от дротика, что в меня стреляли исходил запах аканита.

Даниэль нахмурился. Ноксу аконит, как для него мята. Не больше чем обычная трава. Не уж то за столько лет, ученые не смогли раскрыть его природу? Что Нокс отличается от Даниэля и остальных оборотней?

— Думаешь, антидот от акантта тебе поможет излечиться?

Нокс, хромая подошёл к вожаку и сел рядом. Он выглядит уставшим и слабым. Даже после продолжительного сна и отдыха. Питательной пищи и свежего воздуха.

— Без моего нюха, во мне нет ничего, кроме памяти о примерных расположениях камер и их примерном количестве. И я ничем не могу помочь остальным.

— Эй, друг. Если бы не ты мы могли бы и никогда не знать об этой тайной лаборатории. Ты дал всем выжившим оборотням шанс.

Похлопав по плечу Нокса, он продолжил.

— И вообще-то, мы все рады тебя видеть, мужик. То что ты жив для нас единственная хорошая новость.

Нокс сжал челюсть и яротсно взглянул на мужчину пред собой.

— Она здесь? Отродье, этого ублюдка?

Меньше всего ему хотелось обсуждаюсь Эдем с ним. Его ненависть к ней и ее отцу, это лишь маленький кусочек от ярости и жажды крови Нокса.

— Да. – выдержав его взгляд ответил Даниэль.

Поджав губы, он запустил руки в свои длинные светлые волосы, которые подобно короткой гриве обрамляли его острые черты лица хищника.

— Надеюсь она страдает, Даниэль. Надеюсь, ее крики и вопли ты слушаешь, как колыбельную перед сном. Как слушал ее отец мои и наших братьев и сестёр.

Защитные инстинкты чуть не выдали мужчину, но он удержал маску спокойствия. Нокс не посмеет тронуть Эдем. Даниэль его альфа, кем бы он не бы. И кем бы он не стал после плена.

POV. Эдем

Эти стены однажды съедят меня, пока я сплю. Никогда бы не подумала, что сидеть в одной комнате это самое страшное наказанье на свете.
Одно из моих единственный доступных занятий это смотреть в окно или на входную дверь. Ещё и этот мрачный мужчина со шрамом вечно дышит мне в затылок. Ощущение, что даже сейчас он стоит рядом и следит, чтобы я ненароком не выпрыгнула из окна. Ну опыт у меня уже имелся. Хоть и не удачный.

Вчера я сняла наложенный пластырь Амелией мне на лоб и к моему удивлению, рана почти полностью зажила и осталась маленькая розовая метка. Жаль, что ее нет здесь, думаю мое заточение стало бы куда веселее, будь рядом Амелия.

Раздался стук в дверь. Ох, это кто угодно, но точно не Даниэль. Этот нахал врывается сюда без стука и обычно с криком и ором.

Ник приоткрыл дверь и оглядел комнату в поисках меня. Я же продолжила смотреть в окно, как ни в чем не было.

— Кхм, не пора ли позавтракать? - вежливо уточнил он.

Вздохнув, я повернулась в его сторону и свесила ноги с подоконника, мои босые ноги коснулись прохладного паркета и я поспешила к кровати где лежала моя накидка.

– Уже иду.

Сидеть за столом и есть в полной тишине, это тоже отдельная пытка. Особенно, когда твой собеседник пристально следит за каждым твоим движением.

— Ну ладно тебе, что я сделаю по твоему? Проткну тебя или себя вилкой? - жуя запечённый картофель спросила я.

— Я выполняю приказ.

— Ой, да брось мы оба знаем, что мне тут некуда бежать, а сводить счёты с жизнью, я пока не настроена.

— Забавно.

Чего? Разве я сказала, что-то смешное?

— Что?

— Ты стала храбрее и вольнее в высказываниях, даже перешла на «ты», неделю назад твои манеры было безупречны, даже если учитывать все неприятные моменты и ситуацию. - Ник сложил руки на груди. — Интересно, это изоляция или отсутсвие ауры мачехи и отца на тебя так повлияли?

А ведь действительно. Без мачехи, моя жизнь стала куда фривольнее, даже тут. Действительно забавно.

— Мачеха. – я повертела головой, показывая свои пушистые волосы, которые вились в разные стороны и жили своей жизнью. — Увидь она меня сейчас с такими волосами, то уже бы прочитала лекцию про, то что я похожа на деревенщину, что истинные леди, ходят с идеально прилизанными и прямыми волосами.

Ник улыбнулся. И отпил свой кофе, который скорее всего уже остыл.

— Тебе повезло, что ты не волчица, а то она бы обстригла тебя, как пуделя.

Я с минуту смотрела на него, а он на меня и потом мы оба расхохотались. Боже, я давно так не смеялась.

— Что здесь происходит? - раздался ледяной голос Даниэля.

Перестав смеяться я и Ник уставились на обманчиво спокойного мужчину в дверном проеме. На нем была глубокого чёрного оттенка рубашка и такие же брюки, лакированные ботинки добавляли образу утончённость.

— Альфа. – вскочил Ник со стула и склонил голову в приветствии.

— Твоя задача следить за ней, а не развлекать.

Только у меня более мнение начал вязаться с этим хмурым здоровяком разговор, как этот деспот снова все портит. Думаю умереть от скуки и одиночества вполне реальная история, в моем то случае.

— А ваша задача мстить моему отцу, а не рычать на всех и каждого на своём пути.

Ой. Сама не знаю, как это вырвалось, но Ник ошарашено смотрел на меня, а я нервно сглотнула. Все теперь меня точно престегнут к стене подвала, только на этот раз там я и останусь.

— Оставь нас.

Даниэль прошёл в столовую и по совместительству кухню. Пока Ник ретировался.

— Тебя ничему не научило пребывание в катакомбах? - спокойно спросил он стоя ко мне спиной напротив окна.

Не зная что ему ответить, я решила продолжить есть, как ни в чем не бывало.

— Полагаю, это ответ «нет», на поставленный вопрос?

— Это само вырвалось, ясно? Только у нас завязался диалог, тут вы со своим...

Он не дал мне закончить, резко перебив.

— Он что тебе нравится? Или ты решила очаровать его и использовать в своих целях? – повернувшись, ко мне лицом спросил он.

— Что?

— Не прикидывайся дурочкой, ты на все готова пойти, чтобы сбежать, будь то подружиться с моей сестрой или залезть в штаны своего охранника.

Гнев, ярость, бессилие. Хотелось кричать от услышанного, кто он такой чтобы мне такое говорить, почему каждые его слова сказанные в мой адрес, жалит меня как пчела.

— Хам! Не смейте меня судить по себе. Я никого в своей жизни не обманывала и не использовала.

Гадкая ухмылка появилась на его безупречностей лице, Даниэль облокотился руками на обеденный стол, устремив свой взгляд прямо на меня.

— Никогда не поздно начать.

— Я не хочу это слушать.

И не могу. С той самой страной ночи, когда меня трясло, а за окном была полная Луна, мое сердце каждый раз сжимается от каждого его обидного слова. Физическая тяга стала для меня невыносимой после нашего пребывания в катакомбах. Мои слёзы были лишь жалкой попыткой скрыть нарастающие возбуждение, кто вообще в подобных ситуация возбуждается? Сумасшедшие или извращенки? Я перестала понимать себя и своё тело. Постоянная тишина в комнате, заставляет меня каждый раз анализировать мои эмоции, чувства, ощущения и
это сводит меня с ума.

— Тогда приставлю к тебе Малея, его тебе про всем желание не удасться соблазнить.

— Я никого не соблазняла. За кого вы меня принимаете, я не шлюха!

— А мне плевать! - его ноздри раздувались от гнева и крика. —Доедай свой завтрак и ступай в свою комнату, я не хочу видеть и слышать тебя.

— Ешьте сами!

Громко отодвинув стул, я вышла из-за стола и поспешила в своё место заточения.

«Я не хочу видеть и слышать тебя.»

Почему это было так обидно? Я забралась на постель и обняла подушку решив, что самое лучшее это забыться во сне.

Но сон так и не шёл, я так и лежала на мягком покрывале обнимая подушку пока не раздался стук в дверь. Поняв, что это Ник, я мягко ответила.

— Входи. - дверь со скрипом приоткрылась и звук шагов свидетельствовал о том, что Ник зашёл во внутрь.

— Извини, если тебе досталось из-за меня. Я этого не хотела. Единственное, чего я хотела это, хоть на секунду забыться и перестать себя чувствовать, чертовой пленницей. И чтобы ты перестал хмуриться. Для меня странно, что тот с кем я провожу большую часть дня в этом замке, даже и слова мне не говорит. – я по крепче обняла подушку. — А твой босс постоянно заставляет меня чувствовать себя хуже некуда, должно быть ему нравится причинять мне боль.
Я и сама не понимаю, почему его слова каждый раз меня так ранят.

Стул возле туалетного столика скрипнул, что говорило о том, что Ник сел на него.

— Прости, мне не стоило всего этого говорить. Ты по другую сторону и я и так уже поставила под удар Амелию, а мне не нравится втягивать других в неприятности.

Послышались шаги и кровать прогнулась позади меня, мне хватило мгновения понять, что позади меня не Ник. Мое тело окутала сладкая тяга и сердце бешено заколотилось.

Даниэль. Черт.

— Как ты поняла, что это я? - бархатный голос окутал меня.

Не я. Мое тело. Оно всегда чувствует его рядом.

— Предположила.

— Так значит мои слова ранят тебя? Или ты это специально придумала, чтобы вызвать в Нике защитные инстинкты?

Он вообще знает что такое доверие? Или он только мне не доверяет? Почему вдруг решил что я гений манипуляций мужчинами, хотя с ним мне это явно не удаётся.

— Что бы я не ответила, вы решите, что я лгу.- вздохнула я. — Так к чему вопрос?

С минуту он молчал, пока кровать снова не прогнулась, только уже от того, что с неё встали и Даниэль оказался передо мной обогнув кровать.

Его чёрные глаза изучали меня, пока я была свёрнута клубком на кровати. Он опустился на корточки, чтобы быть на уровне моего лица.

— Люди почти всегда лгут. И чаще всего их выдаёт их же пульс. Но твой всегда скачет как бешенный в моем присутвии. Поэтому мне сложно определить лжёшь ты мне или нет.

Даниэль протянул руку к моей и нащупал пульс.

— Но что самое интригующее, твой пульс ускоряется от страха? - он поймал мой изумленный взгляд. — Только твой запах говорит о другом.

— Я о вас даже не думаю!

— Лжёшь!

— Сами лжёте, только что сказали, что не можете этого знать.

Даниэль ухмыльнулся.

— Скоро полнолуние и то, что ты чувствуешь усилится и что тогда ты скажешь? Будешь молить меня коснуться себя, а знаешь что я сделаю?

— Я лучше умру чем позволю вам себя снова касаться.

Он отпустил мою руку и встал во весь рост.

— Ты пожалеешь об этом. Полнолуние совсем скоро тебе придётся умереть или молить меня о пощаде.

На этот раз дверь за ним закрылась плавно и без грохота. Перевернувшись на бок, я приподнялась на локтях и заметила серебряное блюдо на туалетном столике. Спелые яблоки и груши были прикрыты кисточкой спелого красного винограда. В моём горле встал ком. Даниель принёс мне еды, зная что я ушла голодной из-за нашей стычки. Но почему? Не из-за доброты же душевной. Ему что нравится издеваться надомной? Или переживает, что я могу умереть от голода раньше, чем он планировал.