8
Мадам Дитрих оказалась очень энергичной женщиной, настолько, что мне захотелось сбежать и укрыться в тихом особняке моего почти мужа.
– Давай, милочка, раздевайся, – велела модистка, закрывая лавку, чтобы нас никто не побеспокоил. – Посмотрим на твои... достоинства и недостатки.
– А может я просто...
Дитрих вскинула руку, обрывая моё жалкое блеянье.
– Не спорь с профессионалом
Вздохнула, поджимая губы, и скрылась за ширмой.
... кожа покрылась мурашками, стоило снять платье.
Обхватила себя руками, неловко скрещивая ноги и густо покраснела, когда модистка отдёрнула штору ширмы.
– Ну... – задумчиво протянула она, скользя по мне неторопливым взглядом. – Кожа слишком бледная, поэтому белое платье не подойдёт, иначе ты станешь похожа на призрак. Худосочная и щуплая, но на то он и «пёс», чтобы на кости бросаться...
– Это комплимент по-вашему? – насупилась я.
– Прости, милочка, – вполне искренне улыбнулась модистка. – Ты очень хорошенькая, как фарфоровая куколка, и мы подберём тебе самое изящное платье, которое будет подчёркивать только твои достоинства, – с этими словами она скрылась среди вешалок и манекенов, заставив меня ожидать довольно долго.
Я успела проголодаться и заскучать. Заскучать по своим постоянным покупателям. Хотелось вернуться на работу в лавку. Хотелось увидеть Итана, потрепать его как всегда по голове и приготовить его любимые булочки на завтрак. Брат в отличие от «пса» любит, как я готовлю...
– Вот! – радостно воскликнула модистка, держа ворох ткани, я даже не поняла, что это платье. – Давай, поднимай руки, помогу надеть.
– Голубое? – с сомнением спросила я. – А не слишком оно...
– Милочка, не болтай, – миролюбиво посоветовала эта невероятная женщина и стала надевать на меня платье.
Когда меня развернули к зеркалу, я не сразу себя узнала, не сразу сообразила, что...
– Слишком откровенное! – воскликнула изумлённо.
Открытые плечи, прозрачные вставки на боках, и длинный разрез спереди, так что при ходьбе открывается вид на стройные ноги в белых почти прозрачных чулках, которые подобрала модистка.
Мадам Дитрих закатила глаза.
– Да что ты понимаешь в моде?! – всплеснула руками и стала поднимать мне волосы, чтобы обнажить шею. – Добавим аксессуары и...
... запертую дверь лавки дёрнули, словно пытаясь вломиться внутрь.
– Кого там принесло? – проворчала модистка и отправилась открывать, а я осталась смотреть на своё отражение.
«Не нравится...» – это не я. Не так я себя представляла на собственной брачной церемонии. Из зеркала на меня смотрела немного вульгарная, чересчур уверенная в себе аристократка, а хотела быть для своего мужа... Хотела быть. А, впрочем, неважно, этот брак ненастоящий и не сильно желанный.
– Господин Чимин? – раздался удивлённый возглас мадам Дитрих, заставив меня вздрогнуть.
Испуганно потянула штору, пытаясь позорно спрятаться.
– Розанна готова? Нам пора во дворец...
– Эм... мы почти закончили примерку, – весело отозвалась модистка и прежде, чем я успела запротестовать, отдёрнула штору. – Она восхитительна, не правда ли? Милочка, не стой, словно примороженная к полу, пройдитесь.
Испытывая жуткий стыд, сделала несколько неуверенных шагов и повернулась к «псу». Его янтарные глаза источали холод...
– Знала, что тебе не понравится, это платье...
– Мне действительно не нравится, – ровно произнёс Дестин. – Этот наряд делает тебя похожим на шлюху...
... вздрогнула, как от удара и вскинула голову.
– Но ты не такая, – бесстрастно добавил он и красноречиво посмотрел на модистку. – Я чувствовал, что не стоит вам доверять, но его величество настаивал, был уверен, что лучше вас никто не справится...
Мадам Дитрих распахнула глаза, хватая ртом воздух.
– Да вы... да я... да это лучшее платье!
– Может и так, – легко согласился «пёс». – Но моей невесте оно не подходит. Исправьте, и не разочаруйте императора, он возлагает на вас большие надежды.
Модистка шумно выдохнула, обиженная тем, что её наряд был отвергнут и ворча, скрылась в подсобном помещении, которое служило складом.
– Спасибо, – неловко поблагодарила я.
– Не бойся отстаивать своё мнение, – мне показалось, что Дестин слегка раздражён. Он отвернулся, как-то устало потирая переносицу, а его плечи напряглись.
– Что-то случилось? – осторожно спросила.
– Мне показалось, что за салоном следят, поэтому я вернулся. Хотел... поймать след, но запах обрывается.
– Хм... – задумалась я, насторожившись. Если так подумать, у верного «пса» императора не мало врагов. Он один из самых безжалостных охотников на ведьм и колдунов, даже инквизиция не может с ним сравниться. После ухода Техена Де Кима, Чимину нет равных. – Может, нам отложить церемонию? Тогда ты спокойно сможешь... ну... найти того, кто следил за нами.
– Это ничего не изменит, – ровно отозвался он. – Но сегодня я отлучусь, хочу кое-то проверить.
– Я буду во дворце одна? – жалобно спросила, не скрывая тревоги.
– Это не займёт много времени, а в доме отца тебе пока лучше не появиться.
– Почему?
– Потому, что за ним следят люди Ахмара, – мрачно отозвался «пёс». – Я проверил только что. Думаю, восточная гнида решила тебя выкрасть, так что в замке безопаснее.
Подавила тяжёлый вздох и поморщилась.
– Не думала, что Повелитель Востока будет столь... настойчив.
– Я тоже не думал, – отозвался Чимин и стал ещё более мрачным.
– А вот и я! – снова повеселев, воскликнула модистка. – Я нашла нечто невероятное и думаю, твой муж, милочка, был прав. Голубое тебе не шло, а это платье придаст образу невинности, ты будешь в нём словно нежный зефир...
Платье было цвета крем-брюле и напоминало не зефир, а мороженое. Улыбнулась и тронула прозрачный тюль поверх атласной юбки. Рукава прозрачные, отделанные ажурным белым кружевом, как и лиф платья.
Чимин молча кивнул и отвернулся, а я скрылась за ширмой и стала снимать голубое развратное безобразие.
Когда переоделась, поправила причёску и вышла, «пёс», задумавшись, смотрел в окно.
– Гм... – вежливо кашлянула модистка, привлекая внимание.
«Пёс» повернулся, впиваясь в меня хищным взглядом, прошёлся по каждому сантиметру моего тела, кажется ничего не упустив и...
– Хорошо, – и только произнёс он и вышел, хлопнув дверью, так что звякнул колокольчик над ней.
– М-да... – протянула модистка. – Муж у тебя скуп на эмоции и комплименты.
– Думаю, ему понравилось, – улыбнулась, опуская голову, чтобы никто не увидел, румянец на моих щеках...