Реквием по душе

Спустя время я уже подъезжаю к нужной мне станции метро. После тяжелого разговора с Алей по пути домой насчет дискотеки, я быстро заскочила домой и переодела школьную форму в нормальную повседневную одежду. Сейчас на мне были джинсы и толстовка черного цвета, которые мне очень сильно нравились.

В вагоне кроме меня была одна парочка влюбленных, которые смеялись почти на весь вагон, но мне они не мешали, так как я привыкла к такому поведению пар в обществе других людей или вообще в общественных местах.

Адрес, который отправила мне Сильвия, реально находится на другом конце города и мне пришлось вновь воспользоваться услугами метро, которое я избегала со среды, но это был правда самый быстрый путь до места назначения учитывая вечерние пробки в центре города, а по окраине ехать крайне долго.

Конечно же я ничего против этого вида транспорта не имею, а даже наоборот он мне нравится. Здесь так спокойно вне час пика, когда совсем немного людей и можно насладится поездкой в одиночестве, ну почти. Со мной такое бывает крайне редко, так как обычно я еду в школу в то время, когда все школьники и рабочие едут в школу или на свою работу. В основном тогда и происходит столпотворение, которое я так не люблю. И поэтому я выбираю пешком добираться до школы, чтобы не толкаться в душной и тесном вагоне, хотя в ходе моей удачливости, я часто опаздываю и использую данный вид транспорта.

Перед нужной мне станцией, парочка вышла и я осталась абсолютно одна в вагоне поезда. Да, мне немного страшно, ведь все это походит на один из сценариев фильмов ужаса, но я не даю своему страху выйти за пределы допустимого и успокаиваю свое разбушевавшееся воображение.

Я встала со своего места и пошла к дверям, за которыми быстро мелькают фонари, висящие на стенах туннеля. Берясь за поручень, я осознаю на сколько мне холодно и температура в помещение резко понизилась. Холодный металл вызвал во мне небольшую судорогу в мышцах руки. И при выдохе из моего рта пошел пар, как при минусовой температуре.

Свет в вагоне начал мигать и через пару секунд совсем потух погружая все вокруг меня в кромешную тьму. Только вагон продолжал свой путь и я почувствовала это по привычным мне движением из стороны в сторону и типичные удары колес об рельсы, которые отдают свою вибрацию полу.

В вагоне температура продолжала понижаться и меня уже трясет от дикого холода. Я стала напрягать свой слух, раз не могу смотреть, что же происходит в вагоне поезда. Надеюсь это какие-то неполадки с проводкой в поезде и, когда я прибуду на станцию, двери смогут открыться без электричества, хотя это маловероятно.

Неожиданно я почувствовала дыхание возле моего уха, но стала уговаривать себя всяческими выдумками, что это просто мое разыгравшиеся воображение, которое в упор не хочет успокаиваться.

- Не мешай мне. – прошептал голос, который мне показался до боли знакомым. Он был похож на старческий и был очень хриплым. Я его где-то уже слышала и не раз. – Я заставлю пророка проснуться и покарать всех, кто встанет против меня. А тебя в первую очередь я отдам в жертву для энергии, которая понадобиться ему после пробуждения.

Фонари за стеклом зачастили, а это значило, что мы подъезжаем к станции. Дыхание возле моего уха пропало, а свет вновь заморгав вернулся, но на двери была надпись, которая значила: «Спаси меня!» Почерк был странным, как будто бы человек на скорую руку писал это, только тем чем этот человек писал надпись было странной консистенцией. Больше походило на кровь, которая уже успела застыть на стекле.

Я посмотрела на свою руку, которая продолжала сжимать поручень, и ужаснулась. Металл покраснел, как при плавке вещества с использованием высоких температур, а форма сильно изменилась. Поручень был похож на пластилин и моя рука сжав его просто на просто сменила его форму. Я деформировала металл под своей рукой без каких-либо вспомогательных средств.

Поезд остановился и я выскочила из вагона как только открылась дверь. Что черт возьми только что произошло? Я никак не могу понять данную ситуацию. Все это больше похоже на один ужасный сон, который никак не прекращается, не смотря на весь мой ужас и учащенное сердцебиение.

Когда мой мозг стал немного чище я находилась уже на улице. Вечернее солнце озаряло небо, а нежный ветерок мягкими движениями покачивал ветви деревьев и обдувал меня.

До дома знакомого моей сестры было идти совсем не долго, но я в спешке пошла до места назначения с мыслями о том, что в любой момент все может повториться. Я не знаю, что меня ждет, но это сто процентов лучше, чем плавить металл. Как я смогла это сделать? Температура человеческого тела составляет примерно 36,6 градусов по Цельсию, а для плавки металла нужна температура в несколько раз выше.

Может это проделки президента студенческого совета, он очень часто надо мной прикалывается. Но он не мог, ведь для такого нужно накачать меня каким-нибудь психотропным веществом, которое каким-то образом должно попасть ко мне в организм.

- Просто я псих. – осенило меня. – Я же пробыла в клинике для психологически больных людей, а значит для этого были свои основания, пускай я и забыла об этом.

Но проблема в том, что я не помню какие основания были использованы для моего заточения в эту клинику. В моей памяти есть только белые стены и смирительная рубашка, которой я была связанна и Стив с моими объяснениями. Больше я ничего не помню. У меня был свои лечащий врач? Я знала других больных? Почему в моей голове лишь пустота?

- Можешь постучишься уже? – вывел меня из мыслей мужской голос и я поняла, что уже несколько минут стою перед дверью с готовой рукой для того, чтобы постучать. – Ну так-то ты можешь отойти и позволить мне открыть дверь, если ты не собираешься стучать.

- Прости. – промямлила я и отошла в сторону, освободив дорогу парню

- Ты же Лира? – спросил парень открывая дверь. – Сестра Сильвии? Я Тобиас.

Парень встал в дверном проеме и я смогла его как следует разглядеть. Его рост был выше среднего и его стройное телосложение увеличивало рост парня. Светлые волосы коротко пострижены и отливаю золотистым оттенком при определенном освещением, придавая ему немного модельной внешности. Глаза карего цвета излучают доброту, которая притягивает к нему и заставляет доверять, но все же что-то в Тобиасе добавляло строгости и серьезности. Его движения отражали его мудрость и ум, но правда ли то что я предположила и увидела при первой встрече.

- Проходи, чего ты встала у порога? – усмехнулся парень и движением руки пригласил меня зайти.

Я очень медленно прошла в дом и ахнула от удивления. Квартира была небольшая, но вкус, с которым были обставлены помещения, был очевиден не вооруженным и неопытным взглядом.

- Мой дед занимается дизайном квартир, поэтому не удивляйся. – все с той же улыбкой сказал Тобиас. – Чай или кофе?

- Чай, пожалуйста. – промямлила я в ответ, хотя больше хотелось кофе, и немного помялась у прохода в гостиную.

- Садись, не стесняйся. Я сейчас приду. – и Тобиас скрылся, оставив меня совершенно одну.

Я плюхнулась на диван и стала рассматривать буквально все вокруг себя. Множество часов, которые я наблюдала у мастеров, не было. Квартира больше походила на жилище среднестатистического рабочего, но ничего лишнего не было. Интересно, а я смогу так же обставить свое жилье, когда буду жить одна. Хм, это сложный вопрос. Наверное, нет, ведь у меня не имеется такого чувства стиля, хоть я и художник.

- А вот и я. – зашел Тобиас спустя пять минут с подносом в руках. – Надеюсь ты пьешь зеленый чай. Черный как на зло кончился вчера и я не успел купить его. Точнее я забыл.

- Ничего страшного, я не привередливая в плане еды. – мое настроение поднялось на несколько ступеней после того, как взглянула на его радостное лицо и в глазах парня замелькали по-детски веселые огоньки.

- Вот кстати твои часы. – Тобиас протянул мне свою руку с механизмом в ладони. – Сильвия чуть ли не на коленях умоляла моего отца починить их, а я охотно согласился, когда узнал, на что решилась твоя сестра.

- Мог бы и отказаться. Ничего особенного не произошло бы. – сказала я, положив часы к себе в карман и почувствовав, как будто часть меня вернулась обратно. – Механизм этих часов очень сложный. Я уже спрашивала у других мастеров и всегда получала отказ. Никто не хочет брать на себя ответственность.

- Ну что механизм сложный я соглашусь, но работать с ними можно. У меня отец врач и с детства вбил мне в голову, что нет ничего невозможного. – парень говорил это с неким восхищением в голосе и его глаза искрились. – Я решил продолжать дело отца и сейчас учусь в медицинском университете, а часы это просто хобби для меня, в котором я прекрасно разбираюсь, и имею возможность отвлечься.

- Классное хобби. – с восхищением сказала я и отпила чай из предложенной мне кружки.

- А у тебя есть хобби? – неожиданно спросил Тобиас и внимательно посмотрел на меня.

- Ну я рисую и играю немного на различных музыкальных инструментах. – с некой неохотой пробубнила я.

- Это же круче чем какие-то часики. Ты же нарисуешь мой портрет за починку часов? – парень лучезарно улыбнулся и ненадолго скрылся на кухне.

Он вернулся с небольшим чемоданчиком, на котором был красный крест.

- Но для начала покажи мне свою левую руку. – уже более серьезно сказал Тобиас.

Я с непониманием посмотрела на парня, но все-таки протянула свою руку. Он очень аккуратно оголил мое запястье и ярко красная полоса показалась из-под ткани толстовки. Кровь уже успела загустеть и образовать корочку на ране, но в моей голове закружились вопросы. Как? Что? Когда? Сама я не резала себе вены, а это было похоже именно на такой способ получения раны.

- Нужно обработать рану, если будет нестерпимо больно, то сразу говори. Не терпи. Я могу вколоть немного обезболивающего. – сказал Тобиас и стал колдовать над моей рукой.

Временами были неприятные ощущения, но они не причиняли мне особой боли, а пока Тобиас бинтовал мое запястье, я раздумывала насчет портрета. Если соглашусь то придется точно рисовать, а отказаться было бы совершенно неправильно, ведь он починил мне часы, которые были мне очень дороги. Ответ в моей ситуации был очевиден и он никак не мог быть негативным.

- Ну вот, я и закончил. – закрыв свои чемоданчик и сев на свое место сказал Тобиас. – Нужно будет перебинтовать и по возможности не мочить, иначе бинты намокнут.

- Спасибо большое. – поблагодарила я и в ту же минуту мне пришло озарение. – Могу я тебя спросить?

- О чем угодно. – улыбнулся Тобиас в знак согласия.

- А почему часы не издают типичного тиканья?

- Ты не знаешь об их особенности? – у парня брови неожиданно подлетели вверх, а в глазах явно читалось недоумение.

- Я знаю лишь то, что у этих часов очень сложный механизм и они светятся в темноте. На этом мои познания заканчиваются и больше я ничего не знаю. – пожала я плечами.

- Ну тогда я могу рассказать тебе пару фактов, а ты в это время будешь рисовать мои портрет. А то я уже представил куда повешу твое творение. Согласна? – парень снова выскочил из комнаты и вернулся через несколько минут со стопкой листков и полной рукой различных карандашей. – Этого ведь хватит?

- Да. – я тяжело выдохнула из-за своей безысходности.

Я взяла журнал, который был довольно толстый и с плотной обложкой, и положила на него пару чистых листков. Посмотрев на Тобиаса, я почему-то подумала, что он похож на возлюбленного Али. Правда я его ни разу не видела, но по описанию они оба были единичны. Какие же интересные мысли посещают меня время от времени.

- Так вот. – начал Тобиас, в то время как я рисовала первые наброски внешности парня. – Твои часы довольно необычные. Они имеют длинную и очень интересную историю, но она считается довольно загадочной легендой, так как никаких доказательств нет. Часы упоминались лишь в летописях каждые сто лет. Впервые о твоих часах было написано примерно в 12 веке, но в секретных рукописях одного часовщика, который был одним из участников охотников. Каких охотников в рукописях, конечно же, не упоминается. Потом упоминались лишь имена людей, которые хранили часы и имена тех, кто чинил часы. Дата и вид поломки абсолютно всегда документировались. Часы очень редко ломались абсолютно одинаково, это всегда какая-нибудь другая поломка.

- Это довольно интересные факты. – усмехнулась я. – Но не думаю, что это равняется моей работе над твоим портретом.

- Не нужно делать поспешных выводов. – парировал мои возмущения Тобиас. – Самое удивительное было то, что часы самым необычным образом исчезали после смерти хозяина прямо на глазах у свидетелей, а если их пытались украсть, то потом находили вора, который становился психом к тому времени. Часы не передавали по наследству, ибо считалось, что они сведут с ума слабого волей человека. Кое-кто писал, я уже не вспомню его имени, что ангелы решают или выбирают избранного, который удостоится возможности иметь дело с этими часами.

- Ангелы? – как завороженная повторила я. – Неужели ангелы решают хранителя часов?

- И да и нет. Есть одна секретная организация, которая называется «Ангелы», но и они не решают кому будут принадлежать часы. – улыбнулся парень, помотав головой. – Тебе о чем-нибудь говорит слово «Реквием»?

- Если ты имеешь ввиду музыкальную композицию «Реквием по мечте», которая написана Моцартом, то знаю. Но что-то мне подсказывает, что это совсем не то. – ответила я.

- Как пишут в интернете Реквием — это траурное, заупокойное песнопение в католическом церковном богослужении; музыкальное произведение траурного характера. Реквием носит циклический характер. Он может быть, как инструментальным произведением, так и вокально-инструментальным с сольными партиями или хоровым сопровождением. – с серьезным лицом протараторил Тобиас. – Самое интересное, что началось это со слов: Requiem aeternam dona eis, Domine. Что с латыни означает «Покой вечный даруй им, господи». Но у этого слово так же есть и другое значение, которое упоминается в очень узких кругах.

Парень замолчал и посмотрел в окно, за которым уже темнело и я поняла, что мне придется возвращаться домой в сумерках. Между нами повисла неудобная тишина, которая просто заставляла меня смутиться и прекратить рисовать.

Парень над чем-то очень сильно задумался, что не заметил, как исчез из этого мира и скрылся за своей оболочкой из мыслей. Он находился за пределами своего разума. Я знаю это ощущение, так как частенько сама там пропадаю.

- Извини. – моргнув пару раз пробормотал Тобиас и со скромной улыбкой посмотрел на меня, как будто бы просил прощение за что-то очень серьезное. - Я очень много думаю в самый не подходящие моменты и сижу как статуя, которую в следующий раз нужно хорошенько толкнуть, чтобы разбудить.

- В следующий раз обязательно оболью тебя водой и только ледяной. – усмехнулась я и вновь вернулась к портрету, на котором мне осталось нанести пару определенных деталей.

- Уже боюсь. – подняв руки вверх сказал Тобиас. – Так вот, на чем мы остановились? Ах, да. Реквием называли людей, которые имели необычные способности. В основном они меняют судьбы людей, спасая их от смерти, которой пользуются демоны. Эти демоны специально подвергают людей к психологической чистке, чтобы заполучить энергию для дальнейшего существования. Я читал, что хозяин часов слышит их шепот и видит очень странные сны. Реквием становится полноценным ангелом и в определенном возрасте у него вырастают крылья, но не на постоянно. Крылья исчезают и появляются в самый опасный момент для помощи. Конечно можно научиться контролировать их, но я лишь читал об этом и не могу точно утверждать, что мои источники достоверны. И еще у меня есть догадки, что под крыльями спрятано что-то другое. Это не оперенье, что появиться у Реквием за спиной, это переформулировка или неправильный перевод с латыни.

И вновь между нами повисла тишина. Все что я могла делать в данный момент, это сидеть и тупо смотреть на Тобиаса. Его слова поразили меня и заставили еще больше запутаться в своих вопросах, которых стало еще больше. Что все это значит? Неужели в нашем веке может быть такое, что позволяет быть другим? Неужели Реквием — это я? Или я просто слишком много связываю с собой детали данной истории? Но тогда кто я на самом деле?