Глава 25
Я хочу тебя,
Твое тело.
Я хочу тебя,
Твое тело поверх моего.
POV Caleb
+18
Я просыпаюсь снова в объятиях самой желанной девушки на свете. Я не знаю, называют ли это бабочки в животе или что ещё придумали девушки? Но мне определённо хорошо. Моя правая рука спокойно покоилась на её груди. Время было ранее, поэтому я позволил себе полежать рядом с Энн немного дольше.
Тёплым дыханием, я целую её шею, и ощущаю, как кожа Энн содрогается. Я пропускаю ее волосы сквозь пальцы. Такие мягкие.
Не могу поверить, что я окутан бешеным вожделением к этой милой девушке. Временами, мне становится трудно дышать, когда она так близко. Я не хотел, чтобы она меня боялась, никогда не хотел.
В ту ночь, Колтон достал из своего кармана пистолет и нацелился на меня. Мне пришлось его отпустить, но я обещал себе, что не оставлю всё просто так.
Там где мы лежим, становилось жарко. И этот жар определено исходил не из камина с мраморной доской. Чтобы удержаться от соблазна снова притронуться к ней, приходится крепко сжать кулаки. Тело пульсирует от желания почувствовать её.
Почему чёрт побери, я вчера не сделал это? Я не знаю, не знаю, мать твою. Я хочу Энн, и если она снова попросит, то я не смогу ей отказать.
Я нервно облизываю свои губы и медленно поднимаюсь с места, чтобы случайно не разбудить её. Когда я посмотрел на Энн, то заметил шрам на уровне ключиц, который оставил я. Иногда мне в голову приходят самые страшные мысли. Чувство вины, отвращение к себе опять дают мне пощёчину, и я на секунду закрываю глаза.
— Зачем ты со мной это делаешь? — задаюсь вопросом я, прекрасно понимая, что она спит и ответа скорее, я не получу.
В этом и есть вся Энн-Роуз со всеми причудами. То, как она смотрит на меня, когда я кричу на неё, как злиться на меня, но молчит. А затем находит способ всё-таки высказать своё.
— Эта твоя уникальность, Энн, — говорю я, целуя её губы, затем встаю и ухожу в душ.
Несколько минут стою под струей прохладной водой, чтобы освежиться после того, как я сотню раз был расплавлен ею. Мой большой дружок во время отозвался. Жесткой щёткой, я начал яростно растирать тело. Я делаю глубокий вздох и ужасно мучительным голосом говорю.
— Чёрт бы тебя побрал, Роуз.
Я знаю, что она хочет меня. Нуждается во мне. Я убедился в этом ещё вчера. Мой член пульсирует, когда представляю её обнаженной. Голова раскалывается так, будто я после похмелья, только моим алкоголем стала — Энн.
В холодильнике, я отыскал яйца и приготовил яичницу с беконом. Из-за непредвиденных обстоятельств, я не обдумал насчет этого пункта поэтому сегодня нам придется лакомиться тем, что есть. В деревянном шкафчике, я нашёл несколько завтрак кофе.
Пока, мои мысли были заняты нашим завтраком, я не заметил Энн. Я медленно поднимаю свои глаза на неё. Я не хочу, чтобы этот день когда-либо прекратился. Не хочу, чтобы кто-то смог помешать нам. Я только хочу её снова и снова.
— Доброе утро, — уголок её губ поднимается. — О, ты все уже подготовил.
Я смеюсь, чувствуя облегчение, потому что Энн не ведёт себя смущенно. Да, я вообще не заметил хоть каплю стеснения.
Моя челюсть встретилась с полом, когда я увидел свою футболку на ней. Моя одежда оказалась, как минимум на несколько размеров больше, но это ни о чем не говорит, потому что она фактически ничего не прикрывает. Набухшие соски просвечивали, а сочные ягодицы были только на половину прикрыты.
— Выглядишь сексуально, — шепчу ей на ушко, когда ставлю её завтрак рядом.
Она обнимает меня за шею.
— Ты тоже.
Я усмехаюсь.
— Как видишь, моя футболка идёт тебе больше, чем мне.
Энн смеётся и я тоже улыбаюсь, смотря на этот прекрасный вид. Должно быть, в прошлом, я был хорошим человеком, раз в моей жизни появилась она. Приятно, понимать, что моё мускулистое тело, не оставило её равнодушной.
Я сажусь рядом с Энн. Мы вместе начинаем уплетать скромный завтрак. Почему она ест этот гребанный бекон так чертовски сексуально? Я смотрю, как она медленно кусает это мясо, сначала держит в зубах, потом разжевывает ещё медленнее, следом облизывает вилку, так что я готов был кончить от одного взгляда на неё.
— Хочешь погулять? — спрашиваю я, отхлёбывая чёрное кофе.
— Да-да. Калеб, ужасно хочу! — тут же бурно отозвалась Энн. — Только вот у меня нет одежды. — расстроенно произнесла она.
— У меня здесь должно быть пару вещей.
Она кивнула.
Мы оба прекрасно понимали, что происходит между нами. Возможно, Лаки, назвал бы это любовью. Но я был далеко от того, чтобы согласиться с ним. Способен ли я полюбить кого-то? И я тревожно осознал, что никто не смог бы стать для меня таким родным и близким, как Энн. Одно, я точно знаю — к ней я до боли неравнодушен. Боюсь, она ещё не видела подлинного меня.
На втором этаже, в моей комнате, я нашёл тёплые брюки, толстовку и куртку. Удовлетворенно своей добыче, спустился вниз. Рядом с камином, я обнаружил Энн, которая видимо витала где-то в своих мыслях. Уставилась на огонь, не замечая меня, даже после того, как я подошёл к ней ближе.
— Эй, малышка, всё хорошо? — обеспокоено спросил я.
— Ничего, — говорит она в ответ. — Я так счастлива, Калеб.
Она смеётся, и я впервые понял, что никогда в жизни не слышал более чудесного звука.
Я сажусь рядом с ней и начинаю стягивать с неё верхнюю одежду. Она не протестует. Я перекидываю её густые волосы назад, открывая обзор на шею и замечаю следы от моих зубов. Мысленно ухмыльнулся. Я не мог удержаться, поэтому нежно провожу пальцем по ее груди, но не делаю даже попытки прикоснуться к соску. Очевидно, что за этим последует...
— Хм... — не громко хмыкает Энн, чтобы я все таки обратил на неё внимание.
— Что? — невинно отзываюсь я.
— Ты со мной заигрываешь? — хмуро произносит Энн, хотя по голосу понятно, что она улыбается.
— И кажется, у меня не очень получается...
Мои губы касаются её плеч и оставляют еле ощутимые поцелуи, затем я быстро надеваю на неё толстовку. Дальше, Энн быстро справилась сама, пока я переобувался.
Я нежно взял за руку Энн, сплетая наши пальцы воедино.
Порыв ветра моментально налетает, когда я медленно открываю дверь, мне приходится жмурить глаза. Когда, я понимаю, что уже привык к нынешней погоде, то невольно открываю глаза и моему взору четко открывается кристально белый цвет, отражающийся от снега. Весь лес был покрыт толстым слоем снега. За ночь тут скопилось столько снега, что можно было бы устроить лыжный курорт.
— Как красиво, — сзади меня послышался мелодичный голос Энн.
— Не то слово, — добавил я.
Меня переполняет счастье, от этого, воздух становиться напряженным. Энн находится так близко ко мне, что я чувствую жар её тела. Мы вместе, взявшись за руки, идём по пустому лесу. Меня ничего не тревожит. Когда, мы ступаем по земле, снег приятно шуршит под ногами.
Помню, когда мне было пять лет, я жил в Берлине с родителями и часто играл прятки вместе с дворовыми детьми. Там, где я жил, было много лесов, в частности рядом и с моим домом. Я был глупым и маленьким, думал, что любимые люди навсегда остаются рядом с нами. Этот момент пахнет также, как и восемнадцать лет назад — беззаботностью и счастьем.
Я крепко сжимаю её ладонь, и поворачиваюсь к ней лицом.
— Давно не гулял так.
Мгновение Энн молча глядела на меня. Она начинает отходить от меня дальше и дальше. Я стоял на месте и возмущённо смотрел на неё. Ветер всё не стихал, сметая с земли пелену снега и ветки деревьев сильно и шумно гнулись. Только этих людей я и любил за всю свою жизнь. И что осталось? Лишь немного воспоминаний, которые покоились в сердце. От чего-то сердце сжималось и ныло от неизвестной боли.
— Калеб, посмотри на меня! — крикнула Энн.
Я невольно обернулся, и вдруг, резко в мое лицо встречается с комком снега.
— Кажется у тебя что-то на лице, — улыбаясь сказала Энн, когда я начал руками сгребать снег с лица.
Энн поймала мой нервный взгляд и тут же убежала от меня со всех ног.
— Калеб, ты должен понимать, что я просто пошутила, — крикнула Энн, не оборачиваясь назад.
Высокие деревья закрывали солнце, отдавая хорошую тень, поэтому даже в десять часов дня казалось, что время около четырёх вечера. Чуть в отдалении, на вершине гор, возвышался мой малозаметный двухэтажный деревянный дом. В воздухе витал слабый запах сосны.
Энн не успела сделать больше двадцати метров, как я схватил и прильнул её к своим объятиям. Уловив идеальный момент, я повалил Энн на землю и большой ладонью сгрёб комок снега.
— Калеб, ты знаешь, что мне не нравится, когда ты мне приказываешь? — засмеявшись от своих слов, сказала эта дама.
— А ты знаешь, где окажется этот снег, если ты не прикроешь рот? — задал вопрос в ответ.
— Я могу заболеть!
— Нечего было меня раздражать, — хитро улыбаясь, сказал я. Если честно, то ситуация меня только завораживала.
— Ну, хорошо. Отпусти меня, — проскулила она, когда я уложил её поверх себя. Руки Энн удачно были придержаны моим ногами, поэтому кроме как говорить, она ничего больше не могла предпринять.
— Раз...два... — начал подсчёт я.
— Хорошо, всё прости, прости, Кале...
Я не дал ей договорить. Я просто закрыл её рот поцелуем. Сейчас всё было правильно и прекрасно. Самое восхитительное безумие. Я впился в её губы яростной страстью. Мы просто лежали в каком-то лесу, и просто целовались так, словно это жизненно необходимо. Я чувствовал холод её губ, и я хотела согреть Энн собой.
Она простонала, когда мой язык ворвался на ее территорию. В меня будто плеснули кипятком, потому что я горел, сгорал в этой мерзлоте.
— Калеб, встань. Ты очень тяжёлый! — она говорила медленно, как-будто за каких-то секунд успела опьянеть.
Я уже выкинул свой комок снега, потому что в действительности не хочу, чтобы Энн заболела или чтобы ей стало хоть на грамм холоднее из-за меня.
— У тебя наверно замёрзли руки, — я встал с места и притянул руку, чтобы Энн поднялась на ноги. Двумя руками обхватил ее маленькие красные ручки, которые успели замёрзнуть из-за маленькой шалости и протянул к себя. Тёплым дыханием, я порывисто дышал, отдавая тепло её ладоням.
По мере того, как продвигалась наша прогулка, Энн рассказывала про свой университет, интересные моменты, которые были в её жизни.
Теперь, я узнал, что иногда моя маленькая малышка пропускает пары, чтобы пройтись по магазинам с Эстер. И я не удивлён по чьей инициативе. Я был спокоен и сдержан, что было совсем не привычно для меня. Мне было хорошо следовать и слушать Энн.
Да уж, с убийствами я справляюсь куда лучше, чем со своими чувствами к Роуз.
— Я не предполагал, что у тебя бывают такие насыщенные дни.
— Да. С Эстер очень весело, — блестящими глазами говорила она.
— Я рад за тебя, — поддерживал её хорошее начало в этом городе. Я снова взял её за руку, потом повернул и поцеловал в ладонь. Не тяжело заметить, как пульс Роуз участился.
— Ты можешь так не целовать?
— Я могу. Если захочу.
Она нервно проскулила, но по-прежнему улыбалась мне.
— Мне тяжело сосредоточиться.
— Когда, ты так говоришь, мне хочется наоборот. Детка не провоцируй меня, — предупредил я.
Я потянул её за собой. Нежно обнял и положил её голову себе на плечо. Прижал, как младенца, и почувствовал, как она расслабилась и обхватила меня вокруг талии.
Именно это требовалось мне сейчас больше всего. Я просто обнял, не говорил ничего, наслаждаясь моментом. Мне нравится ощущать её тепло, одурманивающий запад и звук разрывающего наше биение сердца.
— Пойдём домой, — сказал я, поцеловав её в лоб.
— Я бы хотела, чтобы ты и дальше был таким хорошим.
Мне пришлось сделать несколько вздохов и выдохов.
— Я могу быть таким. Иногда.
Она действительно была мне небезразлична.
Тяжело было поверить, что существует и реальная жизнь. Та жизнь, где всегда будут присутствовать боль, страх, опасность.
Как бы долго я не хотел бегать от этой жизни, очень скоро мне придется вернуться в город и снова столкнуться с препятствиями. Мне некуда деться от печальных воспоминаний и от того, кем я стал сейчас. Разве, я не имею права хоть ненадолго притвориться, что ничего этого нет?
Солнце уже почти садиться за горизонт. Впервые, я честно признаю, что чувствую страх. То, что происходит между нами, будет ли иметь будущее?
— Давай ещё погуляем, — попросила меня Энн. Кажется, всего на минуту я погрузился в свои мысли и не услышал ни звука.
— Ты не хочешь ничего слушать.
— Нет. Ты ошибаешься. Я слушаю тебя. Просто я не всегда соглашаюсь с тем, что ты говоришь.
— Хорошо. Калеб просто нужно соглашаться, — её глаза стали колючими. И я прекрасно видел, как Энн не нравится мои слова.
— Так мы не договоримся, Роуз, — я был таким же упрямцем, как и она.
Она всё-таки не выдержала.
— Чёрт, Калеб!
— Послушай, Энн. Пошли домой, — я снова обнял её. — Уже темнеет и холодает.
Она прижалась ко мне крепче и уткнулась в мою шею. Представляет ли она себе, как возбуждающее она сейчас смотрит на меня, подумал я.
— Ладно. Хорошо.
Я погладил её по волосам. Как можно одновременно быть такой стервозной и милой?
Взявшись за руки, мы вместе пошли домой. Домишко пустовало, но костёр по-прежнему горел, поэтому когда мы вошли и тепло моментально окутало нас. Энн медленно сняла свою обувь и поплелась в душ.
Я удобно расположился на кровати, невольно представляя, как сейчас, она стоит под горячими струями воды. В своих мыслях, я продолжал видеть образ Роуз, лежащей обнаженной в моей постели.
Я хотел открыть эту чертову дверь, провести губкой по её телу, доводя до максимума наслаждения. Гель был бы со вкусом спелой вишни, и тогда, я бы всю ночь лакомился этим единственным до изнеможения божественным запахом.
Я медленно тихими шагами пересёк коридор. Я чувствовал, что возбуждаюсь, и мысленно отругал себя за то, что превратился в чертового сопляка.
Да, признаюсь, я хотел, чтобы она добровольно пришла ко мне в постель. Я стоял напротив ванной комнаты и не знал, что делать дальше. Когда, я дотронулся до ручки, то понял, что она не была заперта. Я невольно заглянул туда. Мой взгляд сразу наткнулся на идеальную попку. Энн, очевидно, осознавала, что я увижу это зрелище.
Нет, я уверен на сто процентов, она напрашивается на неприятности. Энн закрыла глаза под сильным потоком воды. Сначала девушка воспользовалась шампунем и кондиционером, а затем плавно начала намыливать себя гелем. Конечно же, я не мог устоять перед искушением и, тихо пробрался к ней, шлёпнув по сексуальным округлостям.
— Ай, — вскрикнула Энн, уронив шампунь.
Я вспотел, но дыхание моё оставалось глубоким и спокойным.
— Ч-ш-ш, — закрыл её рот ладонью. — Кажется, ты забыла закрыть дверь, — нарочно спокойным голосом сообщил я.
Энн промолчала.
— Пожалуйста, позволь мне, — сказал я.
Мои сильные руки в первую очередь массировали кожу её головы и аккуратно намывали длинные мокрые пряди, струящиеся в потоке. Потом, рукой скользнул вниз по области живота, но Энн вовремя приостановила меня.
Душ представлял собой огромную кабинку со встроенными разными насадками.
Я был опасным и жестоким для всех кроме неё.
Я схватил её за руку, от этого, она выронила душевую ручку. Теперь мы оба были мокрыми. Я только пожал плечами, ничего не сказав, несмотря на то, что был слегка раздражён. У меня сложилось ощущение, что мне всё больше и больше тяжело обходится без Энн.
— Ты не хочешь снять с меня мокрую одежду? — соблазнительным голосом проворковал я, внимательно вглядываясь в её глаза. Я из последних сил пытался не потерять самообладание, чтобы не наброситься на неё.
— Нет, — довольно убедительно соврала она.
— Но ты понимаешь, что ты всё равно сделаешь это? — уже обычным тоном произнёс я.
— Да, я прекрасно понимаю, но не думай, что я легко сдамся, — также безразлично постаралась сказать Энн.
Она постепенно начала отдаляться. Сначала повернулась ко мне спиной и выключила воду. Затем, намеревалась вовсе выйти, пока я не преградил ей путь.
— Что ты делаешь?
— Отпусти мои руки.
Ещё несколько долгих секунд я держал её за руки, изучая её лицо, потом медленно ослабил хватку и отпустил.
— Это вообще никуда не годится, — пробормотал я.
Я переместил свои руки к её бёдрам.
— Скажи мне, ты специально оставила дверь не закрытой? Чтобы я мучился ещё больше?
— Я... — Она оглядела меня с головы до ног. — Просто здесь нет замка.
— Неважно, — раздраженно ответил я.
Мы стояли посередине душевой кабинки — оба мокрые и чертовски возбуждённые.
— Я не знаю, может я действительно хочу тебя помучить.
— Оу, крошка. У тебя это получилось.
Я двумя руками разорвал свою рубашку, после чего, она разошлась по швам. Пофиг. Я был напряжен до предела, но ждал.
— Просто скажи «да».
Энн обняла меня за шею и прижалась ко мне всем телом. Сейчас эти джинсы ужасно теснили меня. Но я должен услышать из её уст согласие.
— Я хочу тебя, Калеб.
Достаточно. С меня хватит. Мои губы немедленно нуждались в ней.
— Теперь сними с меня эти чертовые джинсы, — еле выговорил я. Всё слишком много. Вкус её ядовитых губ, шёлк её кожи, её вздох. Может быть, я пропал в ней. Ногти Энн вырисовывают хаотичные узоры по моей груди, пока она плавно не спустилась вниз. За несколько секунд, благодаря Энн, джинсы были успешно были выкинуты на пол.
Я сжимаю её зад.
— Это... — стонет Роуз предельно низко. — так приятно.
— Я чувствую твоё возбуждение, — осведомил я. Не могу больше терпеть это. Не могу больше ждать. Целую её божественную киску, и она дёргается навстречу мне.
Я слегка дразню её клитор, затем провожу сладкую линию вниз по розовому бутону, затем снова втягиваю её клитор, присасывая его. Энн кричит. Стонет.
— Не останавливайся, — быстро вздыхая говорит она. — Боже, я обожаю твои губы и то, что ты делаешь сейчас, — со стоном произносит она.
Я целую её горячий центр. Я полностью в ней. Энн проскальзывает пальцами в мои волосы, что сильнее заводит меня. Этот момент лучший из всех моих развратных фантазий. Она становится до безумия влажной, я высасываю её соки, поглощаю её всю. Она сжимает мои волосы, так сильно, что я простонал.
Она кончает на моих губах. Клянусь, я готов похоронить своё лицо в ней. Её тело обмякло в моих объятиях. Я слышу, как она тяжело дышит.
Но быстро приходит в себя, затем целует меня. Это был ненасытный поцелуй, кусала до крови, словно она мстила мне за все мои грехи, за мою грубость, за все обиды, которые я причинил ей.
В мгновении, она разрывает поцелуй и смотрит на меня.
— У тебя есть презерватив? — она взволнованно вздыхает.
— Я не буду это делать здесь, — говорю я хриплым голосом.
Я прикладываю палец к её губам.
— Сегодня, я хочу попробовать всё.
Энн облизнула губы.
— Калеб, я не думала... — озорные глаза прослеживали каждое мое движение.
— Не думала что?
Прикрыв глаза, девушка фантастически возбуждающе улыбнулась.
— Я не думала, что мне будет настолько хорошо, — прошептала она. Энн встала на носочки и втянула мою пухлую нижнюю губу между зубов.
Мы исследуем руками тела друг друга, когда врываемся в спальню. Я целую её властно, заявляю свои права на неё. Я с жадностью обхватил её, не желая отпускать никогда. Её грудь была достойна внимания, причем каждая по отдельности. Найдя сосок, начал мять руками, перекатывая между большим указательным пальцем. Я схватил за бархатную вершинку и жёстко ущипнул.
— Как хочешь, чтобы я занялся с тобой сексом? — спрашиваю я, позволяя этому вопросу повиснуть в воздухе, потому что знаю, что ничего подобного у нее никогда не было.
Я поднимаю её тело, чтобы шлепнуть её по упругой попе.
— Не смей двигаться, — говорю и отхожу. Беру пакетик резинки и кладу на тумбочку.
— Калеб. Ты собираешься меня отшлепать? — её голос пропитан возбуждением.
— Абсолютно верно. Пусть твоя сладкая попка прямо сейчас почувствует насколько сильно я хочу оказаться в тебе, — говорю я, когда достаю ремень из шкафа и слегка касаюсь её кожи. Несильно шлепаю Энн по ягодице. Она молчит, только лишь громко вздыхает. — Я обещал отшлепать тебя за грязный рот.
— Я чувствую себя хорошо, — умоляет меня, сладко произнося каждую букву.
Я снова шлепаю её по другой ягодице. Энн тут же вздрагивает с места и издаёт тяжёлый стон. Я глажу ладонью по мягкой коже, словно извиняясь.
Господи, эта девушка доведёт меня до могилы.
— Ты вся промокла, — довольным голосом говорю я, когда провожу пальцами по киске.
— Сделай так ещё, — умоляла Энн.
Я не буду Калебом, если не выполню её просьбу. Я шлепаю сначала одну ягодицу, затем провожу ладонью по больному месту, успокаивая, затем опять шлепая другую, и так снова и снова по кругу. Я высасываю из неё самые чудесные звуки. Я опускаюсь на колени, покрывая ее поцелуями, исследую языком каждый миллиметр её тела. Я покусываю, даря ей всё, что она хочет. Облизываю, посасываю её сладкую кожу.
— Удивительная, — мой голос пронизан вожделением. — Ты больше не сможешь лишать меня того, что мне принадлежит. Это твоё сексуальное тело.
Энн чертовски привлекательна и невероятна.
— Как долго ты будешь верить в этот бред?
Я резко увернул ее за задницу и шлепнул так, чтобы остался след. Стерва.
— Повернись.
Она поворачивается.
— Какая красивая, — я веду пальцем вдоль киски, раздвигаю, растягивая щель, как весенний розовый цветок.
Я кладу в рот свой палец.
— Без сомнения, ты моя.
— Жаль, но нет.
Эта девчонка провоцировала меня.
— Ты тоже хочешь также, как и я, — утвердительным тоном говорю я, потому что прекрасно вижу по её взгляду, насколько моя малышка голодна. И она хочет меня также, как и я хочу её. — Хочешь меня внутри себя.
Хочу потащить её за волосы и трахать так, пока не доведу ее до дрожи и всё тело будет кричать от боли, однако будет продолжать умолять меня не останавливаться. Но не сегодня.
Я начинаю лизать её набухшие груди, посасывая языком вокруг тугого соска. Она ни на секунду не отводит от меня свой взгляд, тогда я понял, что время вышло. Я стягиваю с себя боксеры и впервые Энн может в полной мере рассмотреть меня полностью голым.
— Моя маленькая стервозная малышка, этот вопрос решиться, как только мой большой член похоронится в тебе.
Энн сжала мои руки и пыталась оттолкнуть меня. Я устал ждать. Я резко вожу свой палец, успокаивая её темперамент, и Энн, застонав, обхватила меня за шею.
— Да, молодец. Тебе надо успокоиться.
Мой палец неторопливо толкается в её киску.
— Мне нравится, когда ты такая покорная. Я дарю тебе приятные ощущения?
— Вроде нормально.
Чертовка.
— Вроде? — крикнул я, когда засунул второй палец и увеличил темп. — Просто нормально? Поэтому ты стонешь так, что не только ближайшие соседи услышали бы тебя.
— Это совсем не так.
— Нет, именно так. Я трахаю тебя своим пальцем в этом дряхлом доме, ты стонешь, словно сошла с ума. Ты определено зависишь от меня.
— Ублюдок, — проворчала она.
Я медленно ввожу свой член, наблюдая за Энн. Её руки дрожат, от этого, она цепляется за меня и неощутимо царапает мою спину. Я крепко сжимаю её бёдра, затем вхожу медленно, прорвавшись сквозь её девственной плевы и замер. Я почувствовал насколько её тело было напряженным.
— Однажды я сказал, что оттрахаю тебя, помнишь?
Я дал ей немного время, чтобы она приспособилась к моему внушительному размеру.
— А сейчас я тебя трахаю, — прорычал я.
Я ускорился и вошёл в неё так глубоко, насколько мог. Я начал входить в неё всё глубже и глубже, доходя до определённого места. Энн до боли царапала мою спину, поэтому я схватил её руки и поднял над головой.
— Ты примешь меня всего, Энн, — приказал я. Энн открыла глаза и я увидел одно единственное всепоглощающее желание. Я снова и снова двигался в ней, словно дикий зверь. Звук наших стонов заполнил комнату. Боже, это так возбуждает, — Полностью.
Я целовал её рот, высасывая воздух.
Мои глаза стали фактически чёрными от страсти.
— Энн-Роуз, — хрипло говорю я, когда выхожу из неё, оставляя лишь головку члена, а затем толкаюсь внутрь. — Какая умница, приняла меня целиком. Ну что, снова скажешь «нормально»?
— О, боже... — стонет она с огромным удовольствием.
Я снова замедляюсь, чтобы она сама выбрала темп. Но видимо, Энн это совсем не понравилось, потому что её округлые бёдра идут навстречу ко мне.
— Калеб, глубже, — теперь она умоляет меня, — Мне определено нравится, когда ты глубоко во мне.
Неистовая жажда сжигает меня дотла, желание оттрахать эту тугую киску возрастает до предела. Я вхожу в неё с такой яростной силой, что её спина прогнулась вперёд, пока ногти оставляли глубокие царапины на спине. Пофиг, они только увеличивают жажду.
— Ты чертовски мокрая.
— Всё благодаря тебе, — шёпотом говорит она, когда я наполняю её.
— Моя умница.
Энн обхватывает меня за бёдра и обнимает за шею. Я двигаю бёдрами, находя свой ритм. Этот момент чертовски безупречен до тех пор, пока она разводит свои колени в сторону, открывая себя ещё больше для меня.
— Твою мать, это прекрасно, — взвыл я от удовлетворения.
Её сексуальный стон, по-видимому, и был ответом на мой вопрос. Энн громко крикнула, когда я начал безжалостно, яростно, двигаться глубоко внутри неё. Одновременно мои зубы нашли её плечи, чтобы укусить. Я закрыл глаза, ощущая вкус крови. Этот ошеломлённый вкус заставил меня высасывать ее кровь без остановки.
— Сделай это, — стону я. — Кончи для меня, — она хватается за мои плечи, принимая меня глубже. Я был на пике. Я утраиваю свой лихорадочный темп. Тело Энн дрожало подо мной, мой собственный оргазм догнал её. Её лицо было над моим ухом, она сосала мою мочку, иногда прикусывая.
Я глубоко погрузился в неё и почувствовал, как горячие струи жидкости потекли.
И я кончил вслед за ней.
Я лёг рядом с ней, держа свою руку между её бёдер, собственничество в этом было абсолютным.
— Ты вся и целиком моя, — произнёс я тихо.
Я наклонился и поцеловал ее в макушку. Я натянул поверх нас одеяло, и она прижалась ко мне ближе, наслаждаясь теплом, которое исходило от меня. Я втянул её запах и почувствовал себя, как дома. Снова восемнадцать лет назад.
Новая жизнь отыскала меня.
Я не знаю, что ждёт нас в будущем, но могу заверить, что хочу остаться рядом с Энн.