Искупленная

Неферет призвала своих новых прислужников, каждого преданного ей человека, и приказала им разбудить гостей и постояльцев гостиницы, велев собраться в огромном бальном зале.
Неферет приняла решение открыть комнату молебен в главном бальном зале. Он был окружѐн мраморными колоннами с прелестным высоким потолком, декоративными люстрами в стиле арт-деко и широкой двойной лестницей с витыми перилами из кованого железа, которые изгибались между первым этажом и верхней площадкой для прогулок - где будет разрешено стоять ее прислужникам - самым близким ее слугам или тем, кто будет поклоняться ей. Другие могли быть ограничены либо их комнатами или подвальным помещением, которую Кайли, будучи так добра, показала ей. Или если бы они были бы слишком назойливы, и Неферет не хотела потратить впустую лишнее щупальце, чтобы обладать ими, то они стали бы едой для ее детей.
Неферет, конечно, питалась бы от тех прислужников, которые бы еѐ заинтересовали.
Кайли было приказано найти стул, который будет достоин трона, пока у Неферет не будет надлежащего, резного.
— Вам нужно найти специального мастера для создания того, что я требую. Дерево должно быть окроплено темно- красной кровью быка, — говорила она, тщательно выбирая оформление. — И он не должен быть похож ни на один из этих ужасно холодных, жестких стульев, на которых предпочитают сидеть старые карги из Высшего Совета. Подушки из золотого бархата, вот на чем я буду восседать.
Неферет позволила двум
экономкам обличить ее в роскошные одежды королевского фиолетового цвета, решив, что она не будет носить обувь и останется босой, как и полагается новорожденной Богине. Вернувшись в свою гостиную, дабы наполнить снова свой
самым привлекательным
Перевод Annet Gregory
винный бокал, Неферет была раздражена тем, что еѐ никто не ждал. Она же с нетерпением желала быть окруженной гостями и постояльцами, своими покорными слугами, войдя в бальный зал.
— Даже Богине трудно найти хороших помощников. Но ничего страшного раз эта ошибка повторилась. Пока их только двадцать. Скорее всего, они слишком заняты, провожая людей в мою комнату подношений. Хотя я таки прощу им этот промах. — Она потягивала ярко-красную жидкость, наслаждаясь вкусом крови, которую безвозмездно предложил прекрасный портье, порезав себя для того, чтобы дополнить аромат ее вину, в момент, когда телевизор привлек ее внимание. Был выпуск экстренного сообщения, бегущая строка в нижней части экрана гласила об УБИЙСТВАХ В ТАЛСЕ, и ведущая, Чера Кимико, говорила с мрачным выражением.
С восторгом Неферет прибавила звук, ожидая вновь пережить, восхищаясь деталями своего банкета. Но вместо церкви Бостон Авеню, экран заполнился пейзажем парка Вудворд. Камера сдвинулась, брови Неферет поднялись, когда она сосредоточилась на каменной стене, позади которой был грот, который так недавно был ее пристанищем. Она нетерпеливо прислушалась к тому, что Чера говорит о серьѐзности ситуации.
— Это чудовищное место убийств двух мужчин, тела которых были обнаружены пожарными вчера утром. Как мы сообщали ранее, сильная гроза создала ветер более семидесяти миль в час, а также принесла с собой смертельные молнии. Сегодняшние удары молнии в области Талсы составляют пять смертельных случаев, еще десять людей госпитализированы в тяжелом состоянии. Но смерти этих двух мужчин не были, очевидно, связаны с грозой. Адам Палука в эфире с детективом Кевином Марксом, и мы направляемся к ним для дальнейших выяснений обстоятельств. Адам?
Сцена изменилась: вместо разорѐнного грозой парка камера показала детектива, сидящего за столом в небольшом офисе. Неферет узнала в нем человека, который в прошлом помог Зои Редберд. Она нахмурилась, поскольку смотрела укороченное интервью.
— Детектив Маркс, не могли бы вы, пожалуйста, разъяснить два дополнительных смертельных случая в парке Вудворд, и действительно ли вы исключили то, что их смерть связана с грозой?
— Вчера были обнаружены тела двух мужчин, оба средних лет. Причиной смерти обоих стало - применение грубой силы и потеря крови.
Неферет улыбнулась, решив, что это было превосходным показом для резни, которую она устроила, и которую они скоро обнаружат.
— Правда ли, что вы уже арестовали кого-то, кто признался в убийствах?
Брови Неферет поднялись:
— Признанный в убийствах? В заключении? Это же невозможно.
— Да, мне грустно сообщать, что юная недолетка, ее я знаю лично, по собственной воле выступила с заявлением и призналась в убийстве этих двух мужчин.
— Недолетка! — Неферет откинулась назад, глядя на телевизионный экран.
— Не могли бы мы узнать имя этой недолетки?
— Зои Редберд.
Неферет, завопив, взяла одну из отключенных
электрических ламп и швырнула ее в экран.
— Этот слабый, жеманный ребенок верит, что она убила
тех двух мужчин? Я нашла их оглушенными, на пути из моего святилища, их кровь стала подношением, которое накормило меня, благодаря чему я смогла добраться до церкви на Бостон- Авеню. Зои Редберд убила двух взрослых мужчин? Какая ерунда! У неѐ не хватит силенок убить хоть кого-нибудь. И она призналась в убийствах? Девочка намного глупее, чем я могла себе представить. — Неферет откинула назад голову, и ее смех заполнил весь пентхаус.
***
Неферет стояла в центре изящной лестницы главного
бального зала отеля Майо. Она наслаждалась иронией, находясь

Перевод Annet Gregory
в месте, где заблуждающиеся человеческие пары давали свои свадебные клятвы.
— Запакованная в тюбик паста, порой сохраняется дольше, чем многие человеческие браки. Знаете ли вы об этом? — Она улыбнулась толпе, собранной на мерцающем черно-белом мраморном полу.
Она приказала, чтобы люстры затемнили и установили по обеим сторонам от неѐ огромные канделябры на лестничной площадке. Она знала, что еѐ божественная красота была дополнена мерцающим в свете свечей платьем. Она приказала половине из своих двадцати прислужникам окружить себя, но не допускала их в свое личное пространство. Остальные десять одержимых ею людей, стояли у входа в еѐ Храм. Она дала им лишь одну команду: никого не впускать и не выпускать.
Еѐ темные дети корчились вокруг неѐ, невидимые для изумленных людей, и успокаивали еѐ своим знакомым шевелением.
— Ах, правильно, что вы потеряли дар речи. Этот вопрос действительно не был достоин первого обращения Богини к еѐ выбранным людям. Позвольте мне начать снова.
Неферет встала перед своим троном, широко распахнула свои руки и сказала:
— Узрите! Я - Неферет, Богиня Тьмы, Царица Тси-Сгили. Я сделала этот отель моим Храмом Тьмы, и вы должны быть моими верными прислужниками, моими Избранными. Я, в свою очередь, буду награждать вас за вашу веру, устраняя заботы о вашей мирской жизни. Вам больше не нужно трудиться на своих бессмысленных работах, вы не должны возвращаться к утомительным бракам и не ценящим вас детям. С сегодняшнего дня и до вашей смерти, вашей единственной целью будет поклонение мне. Возрадуйтесь же, люди!
После еѐ речи настала тишина, затем толпа начала нервно перешептываться.
Неферет предполагала, чего ожидать, и это сохраняло блаженную улыбку на еѐ лице.
Как и ожидалось, Неферет не пришлось долго ждать. Одна из женщин вышла вперед. Она была высокой брюнеткой,
вероятно, средних лет, хотя вид у неѐ был хорошо сохранившейся женщины, которая старательно работала над поддержанием того, что оставила ей юность. Она была одета со вкусом в короткое изумрудно-зеленое платье.
— Где ты взяла столь прекрасное платье?
Женщина моргнула, удивленная вопросом, но ответила:
— Это - Халстон.Я купила его у «Мисс Джексон».
— Кайли, — сказала Неферет и посмотрела вниз, где
неподвижным роботом на нижней площадке лестницы стояла девушка, — запиши. Я хочу, чтобы ты посетила «Мисс Джексон» и выбрала множество платьев для меня.
— Да, Богиня, — голос Кайли был безэмоциональным. Неферет нахмурилась, уставившись на Кайли. Действительно ли она хотела, чтобы эта девушка выбрала для неѐ одежду? Этому ребенку было чуть за двадцать, и ее короткая
стрижка заставляла сомневаться в еѐ чувстве стиля.
— Ладно, вы должны объяснить, что тут на самом деле происходит. У меня нет времени на это, — оправившись от удивления, женщина прервала размышления Неферет. Она оперлась одной рукой с хорошо сделанным маникюром на тонкое бедро и посмотрела на Неферет. — У меня запланирован ужин в «Клубе Саммит» и чуть позже самолет обратно в Нью-
Йорк.
— Я вам уже объяснила ситуацию, — произнесла Неферет.
— Я теперь ваша Богиня. Ты не станешь обедать в «Клубе Саммит», и ты не вернешься в Нью-Йорк, если конечно я не прикажу, и ты не отправишься туда по моему поручению. Твоя единственная работа состоит в том, чтобы поклоняться мне. Взамен я устраняю все твои мирские неудачи и заботы. Какого размера это платье?
— Серьѐзно, это плохая шутка. Фрэнк Снайдер стоит за этим, не так ли? Фрэнк? — Женщина проигнорировала Неферет и назвала имя человека, озираясь, будто ожидая, что тот появится. — Она одета как звезда голубого экрана. Дай-ка я угдаю - она собирается спеть " Smoke Gets in Your Eyes " на мой день рождения, я права? Вы что, взяли вампира напрокат? Или

Перевод Annet Gregory
эти татуировки нарисованы? — Женщина посмотрела на Неферет, будто решая, не попытаться ли ей стереть татуировки.
Неферет решила, что еѐ терпению пришел конец.
— Избранные, пусть это станет уроком для вас. Я не шутка. Я ваша Богиня - сильная, бессмертная и всезнающая. Я почти полностью лишена терпения, и я совершенно не переношу дураков. - Неферет наклонилась вперед, опираясь на железные перила. Она встретила пристальный взгляд женщины и погрузилась в еѐ незащищенный ум. — Так, твое имя - Нэнси и это день твоего рождения. — Улыбка Неферет была кошачьей. — И тебе пятьдесят три года, хотя своим друзьям, ты говоришь, что тебе сорок пять. — Тело женщины содрогнулась, и она задохнулась, потрясенная вторжением, но была бессильна, и не могла сопротивляться.
— Откуда вы узнали об этом? И как вы осмелились? Неферет цокнула:
— Такая жизнь в самоограничении во имя красоты. Никто не объяснял тебе, что независимо от того что ты делала, ты – человек и стареть – твое предназначение? Нэнси, ты должна была съесть больше пасты, выпить больше вина, переспать с сыном своего соседа больше двух раз и бросить своего отвратительного мужа , когда он изменил тебе еще в первый раз двадцать пять лет назад. И, Нэнси, я знаю эти вещи, потому что я - Богиня. Я смею говорить эти вещи, потому что я - ваша Богиня, хотя вы, очевидно, не заслуживаете меня.
Люди стоящие вокруг Нэнси отошли от неѐ, но все ещѐ были ошеломлены, а в их взглядах было непонимание и недоверие.
— Было бы мудро отойти от Нэнси. Я знаю, что у моего Храма есть прачечная, но нет никакой причины лишний раз марать свою одежду. — Люди, ближе всех стоявшие к Нэнси, сделали несколько шагов подальше от нее. Неферет ободряюще им улыбнулась, затем нагнулась и подняла один из усиков, которые окружили ее босые ноги. Он был толстым и тяжелым, и холодным. Он обвился вокруг ее руки и его эластичная кожа пульсировала.
— Убейте Нэнси. Заставьте ее страдать. Она заполнила свою жизнь страданием, таким образом, смерть в страданиях должна быть ей в радость, — нежно говорила Неферет своему ребенку. — И не сдерживайся. — Она швырнула существо в Нэнси. Щупальце стало видимым. Восклицания толпы перешли в крики, когда щупальце обернулось вокруг шеи Нэнси и начало медленно отрезать ей голову. Толпа внезапно разразилась криками, и в панике люди хлынули к выходу.
— Я не разрешала уходить! — Обширный бальный зал заполнил голос Неферет, который был полон бессмертной властью. — Дети, покажитесь моим людям!
Тьма, окружавшая еѐ, колыхнулась и стала видимой, но немногие люди заметили это. Они были слишком заняты, в ужасе наблюдая за черными змееподобными щупальцами, которые были еѐ символом власти и охраняли выход. Неферет обратила внимание, что должна несомненно вознаградить тех из еѐ детей, которые добровольно вызвались для столь утомительного дела. Они были так послушны, так отзывчивы. Скоро их ждет еще один пир. Неферет посмотрела на Нэнси, голова которой была, наконец, отрезана. Было так много крови, и тем не менее щупальца не могли питаться достаточно быстро. Неферет вздохнула. Яркий мраморный пол был испачкан. Неужели ей придется делать все самой?
— Кормитесь от неѐ быстрее! — Командовала Неферет своим детям, которые находились близко. — Я не вынесу беспорядка в своѐм Храме! — Потом она снова вздохнула и обратила своѐ внимание на испуганную толпу. — Вы плохо начали! — крикнула она им. — Ваши жизни наполнятся новым смыслом и все, что от вас нужно лишь повиновение и вера. Нэнси не дала мне ни того и ни другого и вы видите, что произошло с ней. Пусть же это станет уроком всем вам.
— Что это за существа? — спросил один мужчина, очевидно пытаясь управлять своим страхом, когда поглаживал руку женщины, которая, будучи, как и он низкой и пухленькой, рыдала, спрятав своѐ лицо в его пальто.
— Они - мои дети, сформированные из Тьмы и преданные только ко мне.

Перевод Annet Gregory
— Почему они проникли в тех людей? — спросил он.
— Потому что эти люди – мой персонал, и они, также, должны быть преданны только мне. Обладание ими более эффективно, чем отсечение им голов. Теперь вы видите, насколько проще будет, если вы будете делать так, как я приказываю?
— Но это безумие! - завопил человек, стоящий в задней части бального зала. — Вы не можете от нас ожидать, что мы останемся здесь и будем поклонятся вам? У нас есть жизни, семьи. Люди будут скучать по нам.
— Я уверена, что будут, но поскольку они люди и не бессмертные, это меня не касается. Хотя, если вы очень, очень хороши, я, возможно, позволю вашим семьям присоединиться к вам.
— Вам не позволят это сделать, — сказала женщина, рыдая. — Полиция приедет за нами.
Неферет рассмеялась.
— О, я действительно надеюсь на это. Я с нетерпением
жду конфронтации. Позвольте мне заверить вас, полицейское управление Талсы не победит.
— Что теперь? Что мы будем делать? О, мой бог! О, мой бог! — вопила другая женщина.
— Заткните ее! — скомандовала Неферет, и щупальце подлетело к женщине и обернулось вокруг ее лица, закрыв ей рот. Корчась, она упала на пол.
Неферет облегченно вздохнула, как только еѐ вопли прекратились, но паника попрежнему чувствовалась в людях. Она поправила свое платье и обратилась к шокированным и уставившимся на нее своим прислужникам.
— Вы должны извлечь эти уроки. — Она поставила галочку в воздухе длинным тонким пальцем. — Я не выношу истерики. Я не выношу неповиновение. А также, мне не нрвятся белые мужчины среднего возраста. Теперь, мне нужны шестьдесят добровольцев. Кто хотел бы проявить внимание к одному очень важному делу в моем пентхаусе?
Никто не двинулся. Никто не встретил ее пристальный взгляд. Неферет снова вздохнула и добавила:
— Я не буду питаться ни одним из шестидесяти добровольцев. — Молодая женщина подняла дрожащую руку. — Да, моя дорогая. Каков твой вопрос?
— В-вы собираетесь приказать змеям войти в нас? Неферет мило ей улыбнулась:
— Нет, не собираюсь.
— Тогда я буду добровольцем, — сказала она.
— Ну, молодец! — Неферет похвалила. — Как тебя зовут? — Стэйси.
— Нет, я назову тебя Глэдис. Это более достойное имя, ты так не считаешь?
Женщина кивнула.
— Так, Глэдис, отойди к левой стене зала. Теперь, я хочу, чтобы еще пятьдесят девять людей с таким же энтузиазмом как у Глэдис, присоединились к ней. - Когда никто больше не сдвинулся, голос Неферет заполнился гневом, и она закричала:
— Сейчас же!
Как будто после удара кнутом, группа людей побежала,
чтобы присоединиться к Глэдис.
— Кайли, посчитай их и сообщи мне, когда у меня будет
шестьдесят добровольцев.
С увеличивающимся нетерпением, Неферет ждала.
Наконец, Кайли сказала:
— Есть шестьдесят добровольцев, Богиня.
— Очень хорошо. Будь добра, Кайли, проводи их в мой
пентхаус. Пусть они ожидают на балконе моих команд. О, и открой несколько бутылок шампанского по этому поводу. Мои добровольцы должны быть вознаграждены!
Сконфуженные, но с заметным облегчением, шестьдесят человек, отошли к лифтам. Неферет посмотрела на оставшихся. Они смотрели на неѐ, как будто ждали, что она вознесет огромное лезвие гильотины над ними всеми.
— Было бы легче обладать ими всеми. Рассказывать современным людям о том, как должным образом поклоняться Богине, будет бесконечно утомительно, — пробормотала Неферет, барабаня пальцами по железным перилам.

Перевод Annet Gregory
Женщина, которая стояла к ней достаточно близко, чтобы услышать, сделала несколько шагов к лестнице, поймав пристальный взгляд Неферет, и склонилась в глубоком, изящном реверансе. Брови Неферет приподнялись. Она изучила женщину, стоявшую в реверансе, голова, которой была почтительно склонена. Она была ненамного старше Нэнси. И хотя она была со вкусом одета в хорошо скроенный, дорогой костюм, она выглядела на свой возраст.
— Ты можешь подняться, — наконец сказала Неферет.
— Благодарю, Богиня. Разрешите представиться.
— Ты можешь это сделать, — сказала Неферет полностью
заинтригованная.
— Я - Линетт Уизерспун, владелица «Вечных экспрессий».
Я хотела бы предложить вам свои услуги.
— Линетт. Да, это имя не неприятно. Ты можешь его
оставить. И что такое «Вечные экспрессии»?
— Это - моя компания. Я организую мероприятия, дизайн
и направление для особой клиентуры, — ответила она. Неферет оценила гордость и уверенность в еѐ голосе.
— И что же ты предлагаешь сделать для меня?
— Всѐ, — твердо произнесла Линетт. Она осмотрела людей в бальном зале, забившихся за еѐ спиной, перед тем, как встретиться с пристальным взглядом Неферет. — Я полагаю, что поклонение Богине – важное событие и помещение должно
этому соответствовать.
— Интересно... — размышляла Неферет. — Линетт, ты не
будешь возражать, если я быстро и безболезненно загляну в твои мысли, не так ли? — Хотя это и был вопрос, Неферет не ждала на него ответа Линетт. Она действительно проникла в ум женщины, но намного аккуратнее, чем это было с Нэнси.
То, что она обнаружила, заставило Богиню улыбнуться.
- Линетт, а ты - оппортунист.
— Д-да, — сказала она запинаясь после того, как Неферет
покинула еѐ сознание. — И ты ненавидишь мужчин. — Улыбка Неферет стала еще шире.
— Я не святая и могу лишь предположить, что вы понимаете эту ненависть, — сказала Линетт.
— Ты мне нравишься, Линетт. Я позволю тебе организовывать мероприятия в честь моего царствования.
Линетт снова сделала глубокий реверанс.
— Благодарю, Богиня.
— Что же у тебя на повестке дня? - Неферет было почти
ненавистно любопытство, в отношении этого необычного человека.
— Ну, — сказала Линетт, похлопав свой шиньон и изучив людей, которые тихо стояли позади нее. — Все события начинаются с двух вещей — правильной одежды и правильного художественного оформления.
— У меня есть только одно требование - удиви меня, — произнесла Неферет.
— Да, Богиня, — сказала Линетт почтительно.
— И, вы, мои почитатели, — она обратилась к остальным, — выполняйте любые команды Линетт. — Неферет пристально посмотрела ей в глаза и добавила. — Только если она не прикажет вам покинуть мой Храм.
— Я бы и не подумала об этом, Богиня, — быстро сказала Линетт.
— О, моя дорогая, ты думала об этом. Ты просто поняла насколько это неблагоразумная мысль.
Линетт склонила голову: — Туше, Богиня.
—Теперь я оставляю моих прислужников в твоих умелых руках, Линетт. Я собираюсь удалиться в свой пентхаус, чтобы подготовиться.
Уход Неферет был прерван высоким портье, Джадсоном, стоящим у запертых дверей Майо и кричащим:
— Богиня! Полиция здесь!