Сыскное бюро "Квартет"

В сквере первыми, кого мы увидели, были Митя с Джонни и Костя.

- Ой, ребята! - воскликнула Мотька. - Ненорму ограбили!

- Когда?

- Сегодня днем.

И мы во всех подробностях рассказали им и про ограбление, и про мой допрос, и про наши подозрения.

- Да, - согласился Костя. - Гриппа этот очень подозрительный. Кстати, - теперь знаю, кто он такой, как зовут, где живет. Григорий Валентинович Мусьяк.

- Мусьяк? Что это за фамилия?

- Я уже посмотрел в словаре Даля, - сказал Митя, - это от французского «мусье», бранное слово, означает «франт», «выскочка».

- У тебя и вправду ко всему научный подход, - сказала я.

- Да, Митяй у нас человек основательный, - согласился Костя.

- Надо сказать, ему эта фамилия очень даже подходит, - заметила Мотька. - И где этот Мусьяк живет?

- В Четвертом Самотечном переулке.

- А кем работает?

- Он художник.

- Художник-ворюга? - удивилась Матильда.

- Запросто! - сказал Костя. - Вот мне отец рассказывал, они одну банду взяли, так главарь у них был как раз скульптор. Здорово конспирировался. Долго никто на него не думал. А потом отец одну ниточку обнаружил, и весь клубочек-то и размотал, а там такое - и оружие, и наркотики, и торговля живым товаром.

- Каким живым товаром?

- Ну, это когда живых девушек за границу продают.

- А какую ниточку твой отец обнаружил? - заинтересовалась я.

- Это - профессиональная тайна. Отец даже мне не сказал.

- А знаете, ребята, - задумчиво проговорил Митя, - боюсь, что мы с вами на неверном пути.

- Почему? - воскликнули мы хором.

- Сдается мне, что этот Мусьяк тут не замешан. Очень уж нелогично он себя ведет. Посудите сами, если он связан с ворами, зачем ему светиться? Средь бела дня приезжать, оставлять машину у подъезда, появляться вместе с этой Альбиной. Уж старушки на лавочке не упустят ничего, все милиции расскажут.

- Ты не прав, старик, - возразил Костя. - Все как раз правильно. Если бы он очень уж таился, Альбина могла бы его заподозрить. А вот то, что он явился, когда там милиция, скорее означает, что он умный ворюга. Сам пришел, нате вам мои документы, никого не боюсь, ни от кого не прячусь.

- Тогда он должен быть гениальным актером.

- С ворами это случается.

- Ладно, это все разговорчики в пользу бедных, - прервала их спор Мотька. - А что нам-то делать? Должны же мы распутать эту историю с Гришей. Ведь про Гришу-Гриню знаем только мы, значит, нам и карты в руки. Милиция пока знает только про узкоплечего.

- Узкоплечего? - переспросил Костя. - А спрошу-ка я у отца, не встречался ли ему такой. Уж больно характерная примета.

- Вот-вот, спроси обязательно! - загорелась Матильда.

- Спрошу. А теперь давайте разработаем план действий. Я считаю, что надо все-таки последить за этим Мусьяком.

- А как? Ведь мы с утра в школе, - с недоумением проговорил Митя.

- Ничего страшного, если каждый из нас прогуляет денек. По очереди. Допустим, я начну, потом Ася, ты и Мотя. Если будет недостаточно, повторим.

- А как ты себе это представляешь? Он ведь на машине.

- Да, это плохо. Вот что, ребята. Мы должны перво-наперво осмотреть место, где он живет. Может, порасспросить осторожненько во дворе, словом, произвести разведку боем.

- Поодиночке? - спросил Митя.

- Нет, для начала все вместе. Надо выяснить, отдельная у него квартира или коммуналка. Если коммуналки, попробуем поговорить с соседями.

- А если отдельная?

- Если отдельная, попытаемся проникнуть туда.

- Как? - в ужасе воскликнули мы с Мотькой.

- Да нет, девочки, я не о том. Просто кто-нибудь из нас, разумеется, исключая Асю, он ведь ее знает уже, позвонит к нему и попытается запудрить ему мозги.

- И что?

- А пока то да се, тары-бары, надо будет все примечать, может, что подозрительное заметим! Так, завтра с утра и пойдем.

- Все вместе?

- Да, кроме Аси.

- Вот еще! - возмутилась я. - Что ж, мне одной тащиться в школу, когда вы пойдете на разведку боем? Ни за что! Я оденусь так, что он меня в жизни не узнает! Возьму у мамы парик!

- Ну хорошо, - смилостивился Костя. - А у вас неприятностей из-за прогула не будет?

- Переживем! - с вызовом сказала Мотька.

- Значит, договорились. В половине девятого встречаемся на остановке трамвая.

На этом мы простились с мальчиками и пошли домой.

- Ась, а деду скажешь?

- Да что ж я, сумасшедшая, что ли? Во-первых, он меня не пустит, может поднять бучу. Нет, я теперь с ним осторожна буду. Это уже не тот дед.

- Да, мне тоже кажется, тут лучше помалкивать.

Когда мы пришли домой, никакой милиции уже не было, только тетя Липа все ворчала:

- Нет, это ж надо, как у нее что-нибудь, так мы все отдуваемся. Сколько грязи мне натащили, ужас просто, девчонку на допрос тягали, собаке нервы истрепали, а ведь ничего не найдут, это как пить дать.

- Тетя Липа, вам, что ли, не жалко Альбину? - спросила Матильда.

- Ну, жалко, жалко, а дальше что? С духами поменьше якшаться надо.

- А при чем тут дух? - удивилась я.

- Да ведь уже вся Москва про ее духа знает, по телевизору ее квартиру показывают, она там про духа распространяется, а воры-то сразу примечают, что у нее на стенках висит. Если уж живешь одна, сиди тихо, не высовывайся! Вот теперь и плачь по картинкам своим да по шубке норковой! Вы голодные?

- Нет!

- Ладно, ступайте в комнату, не толкитесь тут, а то у меня уже в глазах рябит!

- Слушай, Матильда, а может, Гриша сегодня у Ненормы останется, утешать ее?

- Ну и что?

- Так за кем же мы завтра следить будем?

- Во-первых, завтра в нашу задачу входит эта... как ее... ре-ког-носцировка, и Гриша нам не больно нужен. А меня вот какая мысль занимает: когда Гриша у нее ночует, дух приходит или нет?

- Да, мысль грандиозная!

- А что?

- Да нет, я серьезно! Как бы это выяснить? Идея! Оставайся ночевать у меня!

- Зачем?

- А мы в двенадцать тихонько выйдем на площадку и послушаем. На площадке слышно, когда там рояль играет.

- Но ведь нас могут застукать. Или мама твоя, или дед, или тетя Липа. В такое время у вас еще не спят.

- Да, ты права.

- Кстати, одной тебе проще будет незаметно выскользнуть.

- Может, и проще, да страшновато.

- А ты с мамой поделись, у нее с чувством юмора все в порядке, она с тобой с удовольствием выйдет на пять минут.

- А что, в этом что-то есть! Молодчина ты, Мотька, голова у тебя здорово варит.

- Просто я знаю жизнь, - со вздохом сказала Мотька.

- Да, а жизнь знает тебя! И мы расхохотались.

Мама вернулась домой с дедом. За ужином тетя Липа посвятила их в события нынешнего дня. Они долго охали, ахали, сокрушались.

- Я должна к ней зайти, - сказала мама, - ведь это ужасно. Помимо всех потерь, еще отвратительно осознавать, что кто-то чужой рылся в твоих вещах! Так противно!

«Вот-вот, - подумала я, - сходи-ка туда, заодно и выяснишь, там ли Гриша».

- Татуша, а мне можно не ходить? - как-то рассеянно спросил дед.

- Конечно, тебе там совершенно нечего делать! - сказала мама и направилась к Ненорме.

Вернулась она через минут пятнадцать, несколько обескураженная.

- Ну что? - спросила я.

- Да ничего, высказала ей свои соболезнования, но, кажется, она и без них вполне обойдется. Она там не одна.

- С Гришей? - ляпнула я.

- А ты откуда знаешь?

- Да видела я его несколько раз.

- Понятно. Вот и хорошо, что она не одна.

- Интересно, мама, когда у нее Гриша ночует, дух к ней является?

- А с чего ты взяла, что этот Гриша у нее ночует? - с педагогическими нотками в голосе спросила мама.

Я рассказала ей о том, что видела ранним утром, когда выходила гулять с Лордом.

- Боже мой, я и не заметила, как ты стала совсем взрослой, - сокрушенно проговорила мама.

- А как насчет духа?

- Вернее, насчет его отношений с Гришей, ты хочешь сказать?

- Да.

- Это и впрямь интересно. Когда этот самый дух приходит?

- В начале первого.

- Давай-ка мы с тобой выйдем на площадку в это время и послушаем, - включилась в игру мама. Мотька как в воду глядела. - А что же ты деда в это не посвящаешь? - не без ехидства спросила она. Мама иногда ревнует меня к деду.

- Ему это не интересно. Ему вообще в этот раз ничего не интересно, - с обидой в голосе сказала я.

- Ты тоже заметила? - удивилась мама. - А я думала, что мне это только кажется.

Тут маму позвали к телефону, и разговор прервался. Звонила мамина любимая подруга Оля. Ну, теперь это надолго. Они с мамой видятся редко, но зато иногда отводят душу по телефону. Тогда уж к нам никто дозвониться не может! Ну, что ж, времени до полуночи еще много, надо бы найти мамин рыжий парик. Уроки можно не учить, завтра мы в школу не идем. Что приятно. Я полезла в кладовку и довольно быстро обнаружила парик. Сунув его за пазуху, я пошла в ванную и там заперлась. Надо сегодня примерить парик, а то утром будет некогда. Я аккуратно подобрала свои волосы и надела парик. Как мама это делает, я, слава Богу, насмотрелась. И вдруг в этом рыжем кудрявом парике я страшно себе понравилась. Интересно, а Мите я понравлюсь в нем? Я ведь теперь совсем другая, и, конечно, никакой Гриша меня не узнает. А хорошо бы и для Мотьки припасти парик, все-таки Гриша хоть мельком, да видел ее. А у художников глаз наметанный, и недооценивать этого нельзя. Спрятав рыжий парик, я снова полезла в кладовку и стала там рыться в коробке со старыми театральными тряпками. Ага, вот то, что надо, короткий черный парик. К Мотькиным синим глазам очень даже подойдет!

Я положила оба парика в пакет и сунула в портфель. Завтра по дороге забегу к Мотьке, ее мама уходит на работу ни свет ни заря, и там мы с нею спокойно наденем парики..

Хотя нет, нас может кто-нибудь увидеть. Придется уже на месте зайти в какой-нибудь подъезд. Ох, сколько всяких предосторожностей надо соблюдать в ходе расследования. С ума сойти!

Закончив разговор с Олей, ко мне заглянула мама.

- Аська, ты чего не ложишься? Ведь завтра в школу!

- А дух?

- Ах да, дух! Ладно, уже полдвенадцатого, так и быть, полчаса подождем. Но только обещай мне сразу лечь спать, когда вернемся.

- Ладно. Мам, а давай в нарды сыграем. Мы с тобой сто лет не играли.

- Давай, я и вправду уже забыла, когда играла.

Мы так увлеклись игрой, что чуть не проворонили духа. Но все же я опомнилась без двух минут двенадцать, и мы с мамой на цыпочках вышли на лестницу. Нас обеих душил смех.

- Аська, какие мы с тобой дуры! - прошептала мама.

- Погоди, может, мы еще самые умные окажемся.

- Это каким же образом?

- Пока не знаю.

- А который час?

- Три минуты первого.

- Уже пора?

- Что?

- Пора ему играть?

- Давай подождем.

Мы прождали еще пятнадцать минут, но в квартире Ненормы все было тихо. Видно, дух не желал играть перед Гришей.

- Ладно, Ася, пошли спать. Похоже, дух объявил Грише бойкот. И должна признаться, я его понимаю.

- Почему?

- Не понравился он мне, какой-то скользкий тип.

- А по-моему, парень как парень.

- Ну и ладно. Ложись скорее, детка, завтра ведь рано вставать.

- Спокойной ночи, мамочка!