Часть без названия
Что такое любовь
Ночные вызовы. Ну почему преступники не могут дождаться утра? Почему всё самое запутанное случается в ночь с пятницы на субботу? Почему снова моя смена?..
- Понятых, говорю, отпускать? - видимо, не в первый раз спрашивал недовольный лейтенант.
- Если они подписали ...
- Я еду в управление, отвезу всё, - не дослушав, выдохнул он. - Ты же сама здесь справишься? Вот и чудно, - видимо, это был не вопрос, - я знал, что на тебя можно положиться, - не давая ей ничего ответить, протараторил он.
- ...если они подписали бумаги, - договорила она уже вышедшему из комнаты напарнику.
На первый взгляд, дело было очевидным. Убийство. Девушка. 18-19 лет. Светловолосая. Сидела в кресле, укрытая пледом. Поза естественная. Со стороны ее можно принять за спящую. На шее следы укусов. Казалось бы, дело можно закрывать - «osculum lamia» - поцелуй вампира. Это случалось не так часто, но время от времени кто-нибудь из бессмертных срывался. Но на этом факты объяснимые заканчивались и начинались загадки.
Первая. Кожа девушки на ладонях была совершенно синей, какой бывает только от одной болезни. Неизлечимой. Болезнь эта была чрезвычайно опасной. Потому-то и вызвали их местные участковые.
Второе. У ног девушки, явно скорчившись от боли, лежал вампир. Видимо, тот самый вампир-убийца. По виду молодой человек, хотя с ними всегда сложно определить настоящий возраст. От чего погиб он, почему лежал у её ног так, словно пытался от чего-то прикрыть, было непонятно.
И третье. В комнате не было признаков борьбы, беспорядка - но, если девушку убил вампир, должна же она была догадаться, что с ней происходит? По всему было понятно, что вампир здесь находился уже не один день. И даже не один месяц. Непонятно, что их могло связывать: жертву и преступника?
Начальство боялось, что это станет окончанием перемирия с вампирами - смерть своего для них случай редкий. За своих они карали. Жестоко. Последствия последней мести до сих пор изучают в полицейской академии в курсе «Массовые убийства в особо циничной форме» и допускают к нему только самых проверенных.
Она этот курс знала хорошо. Сама его преподавала. И хотя понимала, почему вызвали именно её, легче от этого не становилось.
***
- Скажи, а что такое любовь? - спрашивала девушка.
- Любовь?
- Да. Я слышала, что у вас она совершенно отличается от нашей.
Он замялся:
- Не знаю, но мне кажется, любовь - это, когда случайно встречаешься взглядом с особенным для тебя человеком, совершенно особенным, и твоё сердце очень быстро и приятно колотится, а во всем теле ты чувствуешь жар.
- У тебя такое было?
- Да, - не сразу ответил он, глядя ей прямо в глаза.
- А у меня тоже такое будет? Мне так хочется, чтобы меня кто-то полюбил по-настоящему, - выдохнула девушка.
Он грустно вздохнул.
Его алые глаза сверкали в тени её комнаты. Свет её настольной лампы отражался на его безупречных белых зубах. Бледная кожа, словно у мертвеца, не портила, а даже украшала его, уже только из-за неё многие девушки могли бы упасть в обморок. Взъерошенные волосы так и манили к себе. Он был дьявольски красив. Дьявольски, потому что непривычно для обычного человека удлиненные клыки безошибочно предупреждали, что его нужно опасаться любому. Он был вампиром.
Её особенным вампиром. Сам с удовольствием добавлял в еду чеснок, сколько они гуляли вместе с ним в солнечный и жаркий день - на него это не действовало. Впрочем, она никогда не спрашивала, на самом ли деле он необыкновенный вампир или всё это - чеснок, колья, свет - только мифы. Многие девушки заочно в вампиров были влюблены или мечтали только о таком, но было у него немало соперников и врагов, которые жаждут его смерти. Это было чем-то одинаково смертельно опасном и невозможно притягательным. Любая подруга умерла бы от зависти. Будь у неё хоть одна подруга.
Она была обычной девушкой. Человеком. Любой знакомый, случись поинтересоваться о ней кому-то, не сразу бы её вспомнил, и охарактеризовал её, скорее всего, как замкнутую. После того, как вся семья погибла, она осталась совсем одна. Пока не встретился он.
Её длинные русые волосы блестят на свету. В серых глазах, которые без страха смотрят только на него, еле заметна мягкая улыбка. Она умеет улыбаться одними глазами.
Он знает о ней всё. Знает, как ей приходилось тяжело, поэтому и остался с ней жить. Взамен ему нужно было только одно - её кровь.
- У меня осталось не так много времени, - однажды оговорился он.
- Ты так думаешь?
- Нет, - усмехался он, - я не думаю, а знаю. А это большая разница. Мои дни сочтены.
- Разве вы не бессмертны?
- Нет. Просто живём очень долго. Кто-то - по несколько тысячелетий. Но я не такой. Мне повезло, что я нашёл тебя.
Больше он не объяснял ей ничего, на все расспросы о том, в чём повезло и как это связано с тем, что жить осталось мало, он ничего не говорил...
***
Время неизбежно приближалось к встрече с начальством, а у неё было всё ещё больше вопросов, чем внятных ответов.
Удалось установить личность девушки. Это именно она выжила в авиакатастрофе два года назад. Она оказалась единственной выжившей. Непонятно, как эпидемиологи упустили тогда её из вида, но самолет летел из Африки, бушевавшей чумой. Страшную болезнь, внезапно вернувшуюся из Средневековья, тогда удалось остановить, но потерь было так много, что и сейчас жизнь на африканском континенте ещё нельзя назвать налаженной. Нет, случаев заболевания больше не бывает: за этим строго следят, но количество жертв было огромным.
То, что она была заражена чумой уже во время авиакатастрофы, патологоанатомами уже подтвердилось. Странно, она болела, но окружающие не пострадали. Жили они вдвоём долгое время. Довольно далеко от населенных кварталов, в заброшенном доме, еду и вещи, по всей видимости, доставал он - у девушки при таком диагнозе должны были случаться приступы слабости, вряд ли она могла долго и далеко ходить. Представить, что она могла в течение этих двух лет кого-то заразить - становится страшно. Необъяснимым оставалось тот факт, что зараженная девушка смогла прожить так долго.
По вампиру тоже ничего определенного не выяснили. СОВы - так называли Службу общения с вампирами - организация самая закрытая, получить от них вовремя даже снег зимой оказывалось непросто. Но тут ответ пришел на удивление быстро. Да, они признавали, что гражданин был зарегистрированным вампиром. Да, смерть его оказала серьезный урон всей их семье. Нет, никаких объяснений вампиры не требуют. Нет, мероприятий по ответным мерам не планируется. И да, тело погибшего полиция может оставить столько, сколько потребуется. Час от часу нелегче.
***
В тот, самый первый их вечер холодный ветер дул из окна, заставив её задрожать. Подождав, пока она успокоится, он приблизился к её шее. Медленно и осторожно вонзил свои клыки в нежно-розовую кожу и стал осторожно пить её алую кровь. Улыбаясь сквозь слёзы и жмурясь от сильной боли, она гладила мягкие волосы парня.
- Знаешь, твоя кровь очень горячая. Я чуть язык не обжёг. И твоё сердце... Оно быстро стучало...
Она безуспешно пыталась скрыть своё смущение, было ощущение того, что миллионы молоточков в этот миг обрушились и безжалостно колотятся в её виски. Парень поднял её и посадил на подоконник. В лунном сиянии она, казалось, начинала сама светиться. Он выключил светильник, встал напротив неё, опираясь руками на подоконник. Они долго смотрели друг другу в глаза.
- Я много наблюдаю за людьми. Вы ищите настоящие чувства, но когда встречаете их, порой, просто не узнаёте. Люди такие глупые. Но знаешь, когда я увидел тебя, загнанную в тупик....
Судорога от укуса на шее понемногу проходила, и на лицо вернулся еле заметный румянец. Он приблизился к ней, и их губы встретились. Это был их первый поцелуй. Девушка зарылась руками в его волосы, а он нежно обнял её. Поцелуй длился бы вечно, если бы можно было запастись прозапас воздухом.
***
- Привет оперативникам!
Она махнула в ответ.
- Ты по своему вампиру?
- Не по моему, а нашему общему. А есть новости?
- Ещё какие. Твой... хорошо, наш вампир был... сейчас сама поймешь, - легкая простыня открыла сгиб локтя. Он были сплошь в уколах.
Ответов на то, как появились эти уколы, не могло быть много, но все они было безумием.
- Вампир-диабетик? Вампир-наркоман? Такого не бывает...
- Ага! Это было и моими первыми заблуждениями. Он - самоубийца.
- Чего? - не поверила она.
- Я тоже поверил не сразу, но это единственное объяснение. Я уже провёл все анализы. Это подтвердилось. Он много раз вводил себе в кровь сыворотку.
- Какую ещё сыворотку?
- Противочумную сыворотку. Зачем он это делал, я не знаю, но для любого вампира - это медленное самоубийство. Его биологический возраст позволял ещё жить. Впервые такое вижу. При жизни у него должны были быть нестерпимые приступы боли. Зачем такие сложности? Ну, если уж хотелось уйти из жизни, это можно было сделать быстрее и проще. Послушай... - он повернулся, но девушки рядом уже не было.
Догадка заставила её вернуться в кабинет. Она ещё раз раскрыла страницы дневника погибшей.
***
Дневник она вела от случая к случаю, но нужная запись нашлась сразу: «Это произошло в середине февраля. Был холодный день, я шла по дороге через темный переулок после очередного допроса в полиции. Моя семья погибла в авиакатастрофе. Как тяжело остаться единственной, кто выжил после падения самолёта. Чувствую себя лишней в этом мире. Но я всё равно буду жить ради них.
Слухом я обладала хорошим, но услышать звуки приближающегося тогда существа было невозможно. В один миг я почувствовала, как мою кисть сильно схватили, завернули за спину, откинули голову. Чужая хватка казалась даже не холодной, ледяной, словно у трупа. Повернуться и посмотреть на обидчика я уже не могла. Стояла, не шевелясь. Тогда я не сразу поняла, что это был вампир. Их редко видели, все знали о перемирии. Порой даже казалось, что они просто вымерли. Теперь мне пришлось удостовериться, что это не так. Он схватил и вторую руку и в кожу моей ладони больно впился железный перстень. Я ощутила тяжелое дыхание у своей шеи, страх волной прошел по моему телу и буквально сковал его. Но тут хватка его также мгновенно ослабла.
За спиной слышались какие-то звуки, но я всё ещё боялась двигаться. Преодолев дрожание, обернулась и увидела не одного, а двух человек. Один лежал убитым, другой стоял рядом. Схватить меня он не пытался, так что было понятно, что убили моего обидчика. Оскаленные клыки подтверждали мои опасения - передо мной лежал мёртвый вампир.
Мой спаситель. Это был он. Наша встреча перевернула всё...»
***
- И хватит об этом говорить, - твердил он кому-то по телефону, - я не собираюсь это обсуждать, просто достань эту сыворотку и всё. С родителями я поговорю сам.
Девушка понимала, что весь этот диалог не был предназначен для её ушей. Раньше он ни с кем не общался по телефону, им так долго удавалось сохранять своё затворничество, что временами она вообще забывала, что вокруг существуют другие. Он - её вселенная, её космос, её спасение от одиночества.
В такие дни как сегодня дышать ей было тяжело, ломило все кости и, стоило встать, перед глазами всё затягивало пеленой. Слабость была нормальной реакций на то, что крови становилось меньше - так он объяснил ей с самого начала. Но она никогда не предлагала ему что-то изменить. Тем более что день-два слабости, и потом она была снова полна сил. Больше всего она боялась, что однажды он уйдёт. Какая-то неведомая сила удерживала её рядом.
Она помнила, как однажды его не было несколько дней. Он ушёл за продуктами для неё, как это делал всегда в начале недели, но не вернулся ни к вечеру, ни на следующий день. Она так и просидела у окошка, бросаясь к двери от каждого шороха. Ей представлялось самое разное - с ним что-то случилось, его встретил кто-то, кто отомстил за смерть того другого вампира с большим перстнем. Когда он пришёл, она не сердилась на него, нет, была просто счастлива, что он снова рядом.
- Больше не оставляй меня одну, - попросила она.
- Я тебя никогда не брошу, - успокоил он её.
***
Несколько страниц было вырвано, начало следующей записи отсутствовало: «...как будто было вчера. Однажды он пришел домой с перемотанной шеей. Под повязкой оказалась свежая наколка - решетка. Я спросила, что это означает, он ответил не сразу: «Это означает, что тебя теперь никто не обидит». «Это как-то связано с тем... человеком, который на меня тогда напал?» - догадалась я. «Я клянусь, что буду защищать тебя до конца жизни», - ушёл от прямого ответа он. Помню, с какой уверенной интонацией он это говорил».
***
Дело было раскрыто. Это было самое странное и удивительное дело за всю её карьеру - кто из них чей убийца? они жертвовали всем ради друг друга, но были ли счастливы? На этот вопрос протоколы отвечать не могут.
Когда о деле разнюхали папарацци, шумиха поднялась большая. К счастью, о чуме никто не писал - в этом спецслужбы сработали идеально, но остальное...
Вся жёлтая пресса, как всегда пытаясь перещеголять друг друга, не скупились на яркость красок в заголовках и новые, пусть даже выдуманные, подробности. То «Безумец-вампир держал взаперти несчастную девушку», то «Девушка-маньяк не отпускала несчастного вампира», и даже совсем уж безумные статьи о «Девушке-вампирше, которая похитила и держала на откорм несчастного юношу».
Народ ужасался, до чего дошли вампиры, но других подобных случаев не было, и общество довольно скоро переключилось на какую-то другую сенсация. Правда же была проста и нелогична одновременно.
Убедившись, что любимая неизлечимо больна, он решил через укусы вводить ей сыворотку. Болезнь замедлилась, но справиться окончательно ему не удалось. Он уходил, когда ему самому было плохо, чтобы она ничего не знала. Он убивал себя ради неё, чтобы поддержать в ней жизнь. Она была уверена, что спасает своей кровью его... А татуировка решетка оказалась для вампиров знаком - он сам выбрал свою судьбу. Никакие уговоры родных на него не действовали. Он очень любил и пытался сделать всё для того, чтобы жила любимая. «Оsculum lamia» - поцелуй вампира. В этот раз он не забирал жизнь, а пытался её сохранить.
***
Когда она уснула, он точно знал, что это был последний вечер.
«Где я? Что со мной произошло?» - спросила её душа, взлетая.
«Здравствуй, родная, ты покинула эту тело», - успокоил он её.
«А ты? Как ты оказался здесь?» - стала догадываться она и, посмотрев вниз, увидела безмятежную свою ставшую уже прежней оболочку и его... Склоненный, он стоял на коленях, сжимаясь от предсмертной боли.
«Не оглядывайся, мы летим вперёд. Наша любовь не даст нам расстаться никогда. Я же обещал, что не оставлю тебя одну».
Под ними проносились многолюдные улицы, шумные города. Руки крепко сжимали друг друга.
Теперь она точно знала, что такое любовь. Это когда один человек готов пожертвовать для другого всё, даже жизнь, только чтобы не расставаться.
И души в этот миг вспоминали, как раньше уже летели по этому небосклону, обнявшись, они тогда были душами Ромео и Джульетты, в другой раз уносились к горизонту, и их называли Мастером и Маргаритой, вспомнили, как степенно плыли они над Землей, будучи Клеопатрой и Марком Антонием, как стремительно носились за проплывающими кораблями душами Тристана и Изольды, как перекрикивались с эхо в лесу, называясь тогда Орфеем и Эвридикой. Они летели вперёд. Навстречу новой, и одновременно такой старой, как мир, истории двух влюбленных.
А ты, читатель, знаешь, что такое любовь?..