Младшая Холмс

Холмс нехотя закрыл ноутбук и вышел вслед за Эдит, его отсутствие становилось неуместным. С Джоном и Мэри предстояло ладить до самого праздника и последующего завтрака, а с семейством братца до нового года; может, меньше, если очень повезет. А впрочем, никто больше не станет уговаривать его остаться подольше. У его родителей теперь есть Одри, на несколько часов и он, и Шерлок, и Эдит могут испаряться, их отсутствия никто и не заметит, если девочка будет на месте.
      Одри как раз была у всех на виду, сидела в гостиной, потому что на чердаке, где ей отвели комнату, Интернет был ужасный. Энн вышла на связь, и они занимались любимым делом во время разлуки: придумывали жену Майкрофту. Одри сообщила, что тетя Энн не заинтересовала мистера Холмса, а значит, кандидатура оставалась открытой.
      Как вариант рассматривались: директор школы, где учились девочки, – женщина возраста Майкрофта, очень ухоженная, без тени счастья на лице. Подруги прямо видели, как вечерами они сидят у камина и всех ненавидят. Другим кандидатом стала бывшая девушка старшего брата Энн. Она была сильно моложе, но ведь и Эдит была заметно младше Шерлока.
– «Может, нужна такая, как твоя мама?» – Предложила Энн.
– «Ну, нет, она Майкрофту не сильно нравится».
– «Надо просто найти такую, которая понравится. Уверена, ему просто не по душе брюнетки».
      Было и другое дело, куда важнее женитьбы дяди Майкрофта: перед отъездом девочки загадали попробовать панна котта на Рождественском ужине, и Энн как раз отправилась ее готовить. Одри же умела только печь, но герцогиня Кемпбелл пообещала, что готовить этот десерт легко, и оставила подругу наедине с кухней, сливками и сахаром.
      Младшая Холмс понадеялась, что все сделала правильно, иначе могла получить выговор за перевод продуктов. Теплые сливки оставалось перелить в красивый бокал, который Одри, сколько ни старалась, не могла достать из верхнего ящика. На помощь пришел Майкрофт, так вовремя решивший последовать совету Эдит.
– Спасибо. Я испугалась, что ты мама.
– Твоя мать уехала в магазин за изюмом. Собирается радовать меня рисовым пудингом. А это, панна котта?
– Да, загадали попробовать ее с Энн. Она отказалась, когда путешествовала по Италии, а я, когда ее готовил Шерлок.

***

      Был день рождения Эдит, который та не привыкла отмечать. Она считала этот день обычным, с приятными бонусами в виде подарков. Шерлок по такому случаю расслабился и не пытался вдруг стать романтиком на один день, он это не умел, но тогда обстоятельства распорядились так, что поздний завтрак вдруг стал его задачей.
      Для человека, чьи кулинарные способности ограничивались яичницей (Шерлок научился ее готовить, чтобы не кормить Одри вредными хлопьями с утра), это была задача на креативность. И хотя детектив искренне пытался сделать что-то вразумительное, на кухню пришлось подойти Эдит (в пижаме, чтобы потом лечь обратно в кровать; тогда это еще можно было назвать «завтраком в постель»).
– У нас остались сливки, я сделаю тебе тот популярный итальянский десерт, как же его...
– Шерлок, солнышко, ты уже много сделал, – ответила Эдит, мывшая руки после готовки.
– Какой праздник без сладкого?
– Такой, после которого не страдают сосуды и поджелудочная. Ты у нас химик, знаешь, что сахар делает с человеком.
      Эдит ощупала свою талию и линию скул, Шерлок уже знал, к чему это все. Отучить жену смотреться в каждую отражающую поверхность он не мог.
– В день рождения все его свойства отменяются, не спорь.
– Хорошо, тогда подожди, – Эдит стала рыться в кухонном ящике, среди банок и пакетиков, – у нас где-то оставалась... Вот она. Держи, добавь вместо сахара, – женщина протянула детективу зеленую коробку.
– Вот в свои десерты и добавляй стевию, а мои не надо портить этим привкусом.
– Шерлок, пожалуйста. Видеть не смогу, как ты сыпешь туда столько сахара.
– Уйди.
– Что?
– Эдит, вон с кухни, – Холмс взял жену за плечи и повел к выходу.
– Шерлок, отпусти меня, ты один испортишь мне плиту!
– Вон! – Не унимался детектив. – Одри! Одри, беги сюда, нужна помощь. Забери маму с кухни! Одри, она слишком сильная, мне одному не победить.
– Шерлок, хватит! – Смеялась Эдит и отпихивала мужа.
      Одри желеобразная консистенция тогда не впечатлила, она изобразила рвотный рефлекс и оставила все Эдит. Пойти «расплачиваться» за сахар на пробежку Шерлок ее не пустил.

***

      Одри приготовила свой вариант итальянского десерта и назвала его шотландским. «Да, без виски сегодня не получится», – прокомментировал Майкрофт, наблюдавший за процессом. Вскоре к ним присоединилась Эдит, начавшая готовить рисовый пудинг. Помнившей о «премилой» истории Майкрофт сразу попросил ее не скупиться на сахар. «Как же ваша диета? Думала, уж вы на моей стороне. Хорошо, только ради праздника».       Майкрофт забрал Одри с кухни, чтобы та не мешалась, как раз подошла Мэри, и нечего девочке подслушивать. Нечего подслушивать и беседы доктора с детективом, особенно, если они говорят о маньяке из позапрошлого дела. «Детей должно быть видно, но неслышно» – гласит английская поговорка, и Холмсы ей следуют. Одри внимательно слушали, если ее же спрашивали.
– Думаю, я достаточно уделил время семье, не думаешь? Нужно уладить еще пару вопросов, Одри.
– Ты просто надоедаешь своим работникам в канун Рождества. Майкрофт, отдохни. Побудь со мной, а?
– От Шерлока все страдают, правда? – Задумчиво спросил старший Холмс, ответа он не ждал. – Пойдем, посидим в моем кабинете, – Майкрофт взял племянницу за локоть и пошел в дальнюю комнату дома.
– Постой. Возьми еще печенья с кухни, пожалуйста. Как будто себе. Только не кокосовое, мама его без сахара делает и другое мне не разрешает.
– Оно мерзкое, да? – Понимающе кивнул Майкрофт.
– Обычно сойдет, но сейчас же праздники. Я тоже человек.
      Майкрофт все же вернулся к работе, его подчиненные не отдыхают в Рождество, у кого-то на другом конце мира еще было утро, а некоторые находятся в странах, где об этом празднике и не слышали. Одри съела все печенье, воспользовавшись отвлекшимся дядей. Она все никак не могла понять, чем этот человек может быть похож на ее отца. 
– Мучное в таком количестве не на пользу юной леди. Ее Величество, к примеру, позволяет себе лишь пару долек горького шоколада после обеда.
– Тогда хорошо, что я не из дома Виндзор.
– Эдит и мой брат, – вкрадчиво продолжил Майкрофт после паузы, – они часто бывают такими, как в истории про сахар?

***

      Не рассказывать о делах – это способ Шерлока сказать «я люблю и забочусь о тебе», Эдит приняла это не сразу. Детективу тоже было непросто молчать, ограждать жену и Одри от расследований, он долго привыкал к кабинету, в который заходил клиент, и Шерлок чувствовал себя извергом, когда не впускал любопытную дочь к себе.

      Еще много лет назад он единожды посвятил Эдит в детали, это было дело о маньяке, и тогда еще юная и впечатлительная девушка забоялась выходить из дома. В этом мог быть элемент кокетства, но Шерлоку было даже приятно успокаивать ее перед сном. С тех пор он стал разделять Эдит и расследования, а однажды эта предусмотрительность чуть не стоила ему брака.
       Миссис Холмс было тесно в рамках жены и матери, у нее была работа и увлечения, которые поубавились с рождением Одри, но не исчезли полностью. Она могла бы стать тайной, которую любой мужчина хотел бы разгадывать по-новому каждый день, но Шерлок Холмс слишком хорош в этом деле, для него нет бесконечных загадок. Шерлок Холмс самодостаточен. Как прошел ее день, детектив понимал с одного взгляда, а попытки удивить знаниями были бесполезны. Шерлок не знал больше нее, во многом даже уступал, но в беседе с ним каждый бы чувствовал себя глуповатым, понимал, насколько его знания бесполезны.
      Эдит не пыталась быть для него тайной, это было под силу лишь международной преступнице, как Ирэн Адлер. О ней Эдит, конечно, знала, Майкрофт рассказал еще давно, тогда же расслабленный стиль одежды студентки стал сменяться женственными нарядами.
      Когда Шерлок подолгу пропадал на расследованиях, Эдит задумывалась, правильно ли она поступает, не спрашивая о делах. Может, ей тоже стоит полистать учебник по химии и спланировать ограбление банка? Эти мысли бывали такими навязчивыми, что даже Молли начинала казаться соперницей, потому что она режет людей, а не переводит деловые письма и контракты о поставке товаров.
***

      Надо же было Шерлоку вляпаться в дело, которое приведет его на ферму вдалеке от Лондона. Там разводили свиней и кроликов, а главным подозреваемым (ну и виновным) был толстяк-фермер. Справиться с Шерлоком в драке или убежать от того он бы не смог в силу тучности, зато выплеснуть на детектива ведро со свиной кровью он мог. Фермер дал деру, но его успел схватить Ватсон, а после подоспели люди Лестрейда.
      Столько лет оберегать Эдит и Одри от убийц, воров и мошенников, а после явиться, выпачканным кровью? Шерлок отправился к Молли, потому что у Ватсона уже была семья.
      Хупер издала оглушительный визг, Шерлок только и успел зажать ей рот и втолкнуть обратно в дом.
– Шерлок, какого черта происходит? Чья это кровь? – Вопила девушка и стучала в грудь детектива.
– Молли, прошу тебя, успокойся, – детектив пытался поймать руки девушки, чтобы та могла его выслушать. – Это не моя кровь, хватит. Молли! Лучше помоги!
      Шерлок не появлялся дома уже два дня, это было привычной практикой, но он всегда писал смс (просто два восклицательных знака, чтобы не тратить время на текст). Была уже ночь, а Холмса ждали дома к позднему вечеру. Эдит немного помешкала с решением – звонить ли супругу. Вдруг звонок сейчас его выдаст или сильно отвлечет.
      Она написала смс. Ответа не было. Второе смс. Ответа не было. Тот же результат был у трех последующих сообщений с перерывом в полчаса. Совсем скоро сонный Лондон начнет просыпаться, и пойдет третий день отсутствия Шерлока. Терпеть больше не было сил, Эдит позвонила.
      Молли безуспешно пыталась помочь Шерлоку выстирать его одежду, пока тот отмывался от крови в душе. Холмсу позвонила «Она», и Молли не решилась ответь, тщетно пытаясь вернуть рубашке чистоту. Звонок повторился и был уже дольше, девушка бросила таз, стоящий посреди кухни, и пошла за детективом. Тот не услышал ее или что-то ответил, но Молли этого не услышала из-за воды.
      Звонить прекратили. Хупер выдохнула и хотела вернуться к стирке, но звонок повторился. Выбешенная свалившейся работой, кровавыми разводами по всей кухне и непонятными звонками, Молли ответила злобно и раздраженно:
– Да!
В трубке молчали.
– Привет, эй!
– Здравствуйте.
– Да, что вам, Шерлок занят.
– А чем?
– Он в душе.
– А вы?
– Стираю его рубашку.
– Какого черта происходит?
– А вы какого черта звоните в четвертом часу? Или, – Хупер ведь сразу решила, что голос знакомый, – боже мой. Это все не так... не так, как выглядит. Алло? Алло, Эдит?
      Молли долго извинялась перед Шерлоком, и обоим было неловко сидеть у Хупер до утра, пока сохла его одежда.
      Ситуация в итоге прояснилась, Эдит простила Шерлока, хотя и кинула в него парой диванных подушек, свалив ими фотографии в стеклянных рамках. Холмс потом долго отказывался от дел, которые могли завести его куда-то в глубь Англии: «А не бываете ли вы за городом?», «Где живет ваша бабушка?», «Так вы из Питерборо? Более 100 километров от Лондона, так ведь? Нет, простите, ваш случай слишком скучен». Эдит знала, что за вопросы задает клиентам Шерлок, но все равно злилась и стала улыбаться спустя время. Она скрывала это тщательно, но Шерлок все заметил, разумеется. 

***

      Одри не рассказывала никому, как ссорятся ее родители, в этом она видела что-то унизительное, но слащавость в их отношениях, которую видел Майкрофт, казалась ей еще противнее. Сбавить этот «сахар» она решила рассказом про летающие подушки и битые фоторамки.
      Майкрофта младшая Холмс не удивила, об этой истории он ведь первый узнал. Именно его в четвертом часу утра разбудила Эдит, говорящая что-то про его подлеца-брата, развод и Молли Хупер. Майкрофт даже не сразу вспомнил, что Шерлок женат, и что у какой-то женщины есть его личный номер. Он пообещал разобраться со всем утром, но, когда нашлось время заехать к родне, со всем разобрались.

***

– Хотите сказать, я отменил обед с премьер-министром, потому что вы не разобрались в ситуации?
Эдит задумалась – забота Майкрофта о психическом равновесии Шерлока ее настораживала.
– Да. Примерно так.
Холмс присел за стол и попросил чашку чая.
– Вы столько лет женаты. За эти годы можно было увидеть, что Шерлок не питает слабости к женщинам.
– К другим. К другим женщинам.
– Да, Эдит, наслаждайтесь своей исключительностью. Но давайте проясним пару моментов. Вы, услышав, что Шерлок принимает душ у его близкой знакомой, были в шоке. И тут же, без слез и истерик позвонили мне, объяснили ситуацию и сказали о разводе. Вы были злы, а когда увидели Шерлока, пришли в ярость, конечно, но о разводе вы говорили не из-за эмоций. Я понимаю, жизнь с моим братом – это испытание. Вы долго об этом думали?
– Да, – ответила Эдит спокойно, ведь скрыть что-то не получится. – И давно же решила, что не разведусь. Эта глупая ситуация просто напомнила мне о давних мыслях.
– У вас талант принимать плохие решения. Почему нет?

– Я люблю Шерлока.
Майкрофт любезно улыбнулся и сделал глоток чая.
– Вы думали о разводе вопреки этому. Что заставило изменить решение? Шерлока не назвать хорошим отцом, Одри тут ни при чем.
      Эдит вышла из столовой, а вернулась с супницей в форме чашки – там была трехдневная норма кофе.
  – Шерлок – гений, Майкрофт. Я представила, что случится, если он исчезнет из моей жизни: буду растить Одри и работать, за мной обязательно начнет кто-то ухаживать. Такой простой и хороший человек, который в жизни не придумает, как из трупа сделать мумию в домашних условиях. Он будет умным, я думаю, со мной работает много умных людей. Но я знаю, что он будет казаться мне скучным и глупым. Пустышкой. Как можно вообще быть с кем-то после Шерлока? – Эдит усмехнулась и сделала большой глоток кофе. – Шерлок пришел в мою жизнь рано. Для меня он всегда будет кем-то недосягаемым.
– Тогда любовь тут ни при чем?
– О нет, я люблю Шерлока больше жизни.
      Майкрофт уже слышал этот ответ, его брат говорил то же самое. Правительство наблюдало за семьей Холмс, видело, как величайший детектив выбирает лучшие бананы в магазине, чтобы давать их Одри в школу. Это настолько выводило Майкрофта из себя, что однажды он спросил прямо:
– Шерлок, скажи честно, зачем тебе все это? Они скучные.
– В моей жизни впервые появился порядок, Майкрофт. Тебе бы радоваться, Эдит действует на меня успокаивающе, и только ей под силу со мной совладать.
– Почему? На это неспособен даже я, как не был способен никто.
– Мне с ней хорошо. Она создает чистоту, я с ней отдыхаю. Она мать Одри, в конце концов. Она красивая.
– И в этом все дело?
– О нет, я люблю Эдит больше жизни. Я перестал это анализировать очень давно, прекрати и ты, Майкрофт.
      Шерлок встал из кресла и поправил пальто. Детектив быстро ушел из кабинета брата, видимо от сказанного ему стало неловко. Майкрофт закатил глаза и вернулся к работе.

***

      Майкрофт смотрел на племянницу, она давно не отрывалась от телефона, все эти видео на Youtube – настоящий наркотик. Впрочем, пусть даст покоя голове, сейчас она в безопасности: без несносных учителей, экзаменов, а если приснится кошмар, мама спит этажом ниже. Это чувство неподдельного счастья Майкрофт помнил и сам, они с Шерлоком тоже возвращались в этот дом на каникулах.
      В темной обители зажегся свет, Майкрофт и Одри зажмурились и ойкнули. Это пришла Эдит, она держала поднос с рисовым пудингом и какао.
– Будто я не догадаюсь, кому пойдут все медовые елочки, – она засмеялась и забрала старую пустую тарелку. – Майкрофт, прошу, как и просили.
– Я не просил, вы проявили любезную инициативу.
– Он зануда, да? – Эдит шепнула Одри.
– Мне правда можно какао?
– В праздники можно и подсластить. Не сидите долго.