Правосудие зайца

После вчерашнего жизнь, возможно, станет легче… Но насколько? И станет ли вообще? Вопросы, на которые сейчас не было времени искать ответы.

Сэм спал удивительно крепко, но резкий грохот распахнувшейся двери вырвал его из сна. Дерево с силой ударилось о стену, заставив Келси почти подпрыгнуть. Он инстинктивно ожидал увидеть Грейва — даже сам не знал почему, но вместо него в дверном проёме стоял человек в маске.

Сердце пропустило удар. Перед глазами всплыла картина из прошлого, он уже видел это. Одиннадцать лет назад, к нему в комнату ворвались точно так же. Тогда он был ребёнком — маленьким, беззащитным, загнанным в угол. Но сейчас?..

Адреналин вспыхнул в крови, мысли сжались в одну — атакуй.

Келси схватил лампу с тумбочки, и, пока незнакомец не успел среагировать, со всей силы метнул её в голову. Глухой удар. Маска качнулась назад, человек пошатнулся, издав болезненный крик. Келси не ждал последствий, быстро бросился прочь из комнаты.

Он вбежал прямо в ловушку.

В холле все уже были собраны. Не просто так, их собрали. На коленях. Пистолеты у висков.

Сэм застыл, в груди сдавило от ужаса. Его взгляд метался по лицам друзей, Киллиан, Грейв, Таяна, Альберт, Гейб, близнецы… Каждый — в плену, каждый под прицелом.

Киллиан стоял между Грейвом и Таяной, которая прижимала к себе испуганного Альберта, словно стараясь закрыть его от опасности собой. Гейб находилась между близнецами — Терри и Тарра крепко сжимали её руки, словно пытались удержать от паники.

Грейв посмотрел прямо на Сэма. В этом взгляде читалось беспокойство. Он видел испуг в глазах парня, его сбитое дыхание, его растерянность.

В голове вспыхнуло одно слово — «Беги». Сэм попятился назад, сердце колотилось в ушах. Он знал выход. Окно. Он уже делал это раньше, вылезал, скрывался, растворялся в городе... Но стоило ему сделать шаг, и тут же удар по затылку заставил рухнуть его на колени. Перед глазами потемнело. Где-то в стороне Киллиан что-то выкрикнул, но Сэм не разобрал. Ещё один удар, на этот раз в спину. Воздух вырвался из лёгких, Сэм рухнул вперёд, но успел опереться руками, не дав лицу встретиться с холодным кафелем.

Он уже знал, кто это. Человек, которого он огрел лампой. Тот, кто теперь жаждал мести.

— Думаю, тебе хорошо пришло этой лампой, — хрипло выдохнул Келси.

В воздухе повисла напряжённая тишина. Сэм услышал, как кто-то удивлённо втянул воздух, и почувствовал одно — мужик разозлился. Грубые пальцы схватили его за волосы, резко дёрнули голову вверх.

Их взгляды встретились. Один глаз нападавшего был закрыт. Из него торчал осколок стекла из лампочки.

— Я тебя лично убью, мелкая шлюха, — прошипел мужчина и швырнул его вниз.

Сэм глухо ударился об пол, но успел заметить движение, Киллиан рванулся вперёд, но пистолет у виска остановил его.

Но тут раздался чей-то голос:

— Раз все в сборе, могу начинать.

В холл вошёл новый человек. Без маски. Среднего роста, с ухмылкой, развязанной походкой. Наёмник. Палач. За ним — его люди. Это конец? Сэм с трудом поднялся на колени. В глазах плавал туман, но он разглядел его лицо. Что-то знакомое.

Глаза... До боли в груди такие знакомые темные глаза.

— Давно не виделись, Сэм.

Мир перевернулся. Он узнал его. Человек, который когда-то держал его на руках. Тот, кто выбил дверь в его детскую комнату одиннадцать лет назад. Тот, кто его забрал.

Все переглянулись. А мужчина рассмеялся.

Мужчина подошёл ближе, схватил Сэма за подбородок и заставил поднять голову. Взгляды пересеклись. Сэм попытался вырваться, но хватка была слишком крепкой.

— А ну-ка, укуси меня. Может, на этот раз получится? — насмешливо бросил незнакомец.

Келси молчал. Он знал, что любое слово может иметь последствия.

— Когда я узнал, что ты жив, — продолжил мужчина с ухмылкой, — я был удивлён. Ты был совсем маленьким, ничего не понимал, верно?

— Я был маленьким, но не тупым, — ответил Сэм.

— О, да у нас тут язык снова отрос!

— Перестань тянуть резину! Что ты, блять, хочешь?! — резко вмешался Киллиан, которому, судя по голосу, вся эта сцена невыносимо надоела.

— Ну что вы, мистер Ленстон, вам не нравится, как я вашего мальчика трогаю? — ухмылка незнакомца стала шире.

Комната замерла. Даже его собственные люди переглянулись в замешательстве. Сэм перевёл взгляд на Киллиана, но тот лишь раздражённо вздохнул.

— У меня был приказ убить вас, мистер Ленстон, но я исполню его лишь наполовину, — продолжил мужчина, лениво направляя пистолет на Сэма. — Заберу его. Пусть ответит за то, что когда-то укусил меня.

Сэм похолодел. Он взглянул сначала на Киллиана, потом на Грейва. Всё внутри кричало, что такой конец — это не его история. Он не собирался служить тому, кто однажды заставил его смотреть, как убивают его мать. Кто теперь собирался убить его команду.

И тут Гейб рухнула на пол, потеряв сознание от паники. Внимание всех переключилось на неё. Главарь шагнул к ней, отвлёкся. Сигнал. Сэм взглянул на Киллиана и Грейва. Их глаза говорили одно: действуй.

Не раздумывая, Келси резко развернулся и нанёс удар ногой по колену противника. Мужчина пошатнулся, рухнул. Один его глаз был закрыт осколком стекла, второй явно не справлялся. Всё случилось за секунду — и этого хватило.

Киллиан и Грейв молниеносно перехватили пистолеты. Выстрелы разорвали воздух. Без лишних слов они взяли ситуацию под контроль.

Пока Киллиан держал главаря на прицеле, Грейв без колебаний расправился с его людьми. Глухие выстрелы раскатились эхом, оставляя противника в одиночестве. Сэм не отставал — вырвал пистолет из руки одноглазого и, не раздумывая, сделал два выстрела ему в грудь, чтобы наверняка.

Главарь застыл. В глазах мелькнул страх, но он быстро спрятал его за усмешкой, слегка склонив голову.

— Браво, Ленстон, ты выдрессировал убийцу из этого невинного ягнёнка, — с издёвкой протянул он.

— Я ничего не делал. Сам разобрался, — сухо ответил Киллиан.

— Ну, раз так, то...

Главарь не успел договорить — резко рванулся к кобуре, доставая оружие, но Ленстон выстрелил первым. Мужчина пошатнулся, но нажал на курок прежде, чем упасть.

Пуля полетела прямиком в голову Тарры.

На мгновение всё замерло. Терри смотрел, как тело сестры безжизненно оседает на пол, рядом с без сознания лежащей Гейб. В шоке он не мог вымолвить ни слова, не мог даже вздохнуть. Таяна тут же закрыла глаза Альберту и прижала его к себе.

И когда шок прошёл, Терри сорвался. Рухнул к сестре, обнял её, отчаянно шепча, умоляя открыть глаза, но всё было бесполезно. Выстрел пришёлся прямо в голову.

Сэм подошёл ближе, положил руку ему на плечо, не зная, что сказать. Грейв поднял безвольно обмякшее тело Гейб и унёс в комнату. Киллиан молча наблюдал за происходящим, будто просчитывая дальнейшие шаги. Затем повернулся к Таяне:

— Забери его.

Рейн кивнула и ушла, неся Альберта наверх. Здесь ему было не место.

Киллиан ждал возвращения Грейва, сказав проверить двор, Грейв направился к выходу — проверить, почему охрана допустила это. Киллиан же поднялся наверх, переодеться. Никто из них не был готов к бою, застигнутые врасплох рано утром в пижамах.

Сэм остался рядом с Терри, который, сотрясаясь от рыданий, всё ещё держал сестру в объятиях.

Что ему сказать?

Келси никогда не утешал никого. Никогда не был в такой ситуации. Но он знал, что значит потерять.

Тарра была почти как Гейб — живая, яркая, несмотря на окружающий мрак. Она умела слушать, могла поддержать. А теперь её тело лежало на белом мраморном кафеле, окрашенном в алый цвет. Будто новый оттенок этого дома.

Тяжёлые, глухие минуты тянулись, сгущая воздух в комнате, делая его невыносимым. Терри молчал. Он сидел на полу, сжимая холодеющую руку сестры, вглядываясь в её лицо, будто стараясь запомнить каждую черту, каждую линию, словно боялся, что память подведёт.

— Терри, мне очень жаль... — хрипло выдавил из себя Сэм. Слова вышли пустыми, ненужными. Лучше бы он молчал.

— Жаль?! Конечно тебе, блять, будет жаль! — взорвался Терри, резко вскакивая на ноги.

Сэм тоже вынужден был встать. Спина заныла, напоминая о старых ранах. Он взглянул на Терри — с лёгким страхом, с пониманием, что тот балансирует на грани.

— Не ты же мёртв, а она.

Тишина ударила по ушам.

Сэм застыл. Терри, осознав свои слова, отступил, но это уже не имело значения. Келси не в первый раз слышал подобное. Только обычно это говорили чужие. А теперь — человек, которого он знал, с которым работал, с которым... жил.

В этот момент в комнату вошёл Киллиан. Его взгляд, короткий, колючий, сразу уловил напряжение. Без слов он спросил Сэма, всё ли в порядке. Келси лишь кивнул.

— Идите, приведите себя в порядок. Здесь всё уберут, — устало сказал Ленстон, потирая глаза.

Грейв как раз уже вернулся, а Сэм задержался на секунду, слушая его комментарий:

— Мёртвые тела, а на столе незаконченная партия в покер.

Киллиан лишь хмыкнул, всем своим видом показывая, что в этом городе невозможно найти нормальных работников.

Сэм выдохнул и пошёл прочь. Нужно смыть с себя это адское утро.

Келси сбросил пижаму, небрежно швырнув её в корзину, и шагнул под горячие струи воды. Они стекали по его коже, пропитывая волосы, но ни капли крови на нём не было. Всё уже смыто раньше — только не изнутри.

Он поднял руки, глядя на них.

Он видел эту кровь. Неважно, была ли она сейчас — она всё равно оставалась. Он был убийцей. Не по выбору, но по необходимости. И теперь ему предстояло убить Агнес.

Ещё одна вынужденная смерть.

Сэм сжал кулаки. Затем, не раздумывая, ударил по кафельной стене. Раз, ещё раз. Глухие удары разлетались по комнате, отдаваясь в груди.

Он остановился только тогда, когда с костяшек начала сочиться кровь. Алые капли стекали вниз, растворяясь в воде, исчезая в сливе.

Но память не смоешь.

Возможно, Терри был прав. Может, это должен был быть он?

Безжизненно лежать там в холле, и возможно, на том свете попытаться найти покой...

Прошедшая неделя тянулась мучительно долго, словно время замедлило свой ход, пропитывая дом мраком. Прежняя атмосфера растворилась, оставляя лишь тяжелое молчание и фантомные следы трагедии. Каждый раз, проходя через холл, Сэм невольно ловил взглядом место, где когда-то была кровь. Терри за эти дни ни разу не показался, а когда Гейб узнала о Тарре, её обычно беззаботная улыбка померкла. Она изо всех сил старалась быть рядом с Терри, пытаясь хоть как-то вытащить его из бездны горя, но всё было тщетно.

Сэм же отдалился ото всех, даже от Грейва. Это напрягало остальных, ведь никто не знал тех слов, которые бросил ему Терри. Они засели в сознании Келси, пуская корни, и, возможно, вели его не в ту сторону. Он понимал, что мысли о смерти — не выход, но как бы жестоко это ни звучало, им повезло, что погибла только Тарра, а не вся команда. Каждый из них был важен, но Сэму казалось, что именно он несёт вину за случившееся. Будто это он должен был умереть, а не она.

Однако сейчас нельзя было позволить себе раскиснуть. Наступило утро, но сон так и не пришёл за ночь, и Сэм, осознав бессмысленность дальнейших попыток уснуть, вышел из комнаты. В холле он старался не задерживаться и сразу направился на улицу. Его взгляд скользнул по двору в поисках Грейва, и, заметив его рядом с Киллианом, отдающим приказы новым охранникам, мельком подумал: «Надеюсь, он запретит им играть в карты». Эта мысль вызвала у него сухой смешок.

Но идти к нему не пришлось — Грейв сам подошёл первым.

— Ты как? — спросил он, внимательно изучая Сэма.

— Всё нормально, — ответил Келси, но тут же выдал себя: — Можно сигарету?

Грейв хмуро посмотрел на него, но отказать не стал. Он достал пачку, вытащил по одной сигарете для них обоих и щёлкнул зажигалкой. Сэм глубоко затянулся, крепкий дым обжёг лёгкие, но он сдержал кашель, чувствуя, как напряжение чуть-чуть отступает.

— Ты избегаешь всех. Что происходит? — Грейв, похоже, решил поймать момент, пока Келси снова не сбежал.

— Не знаю, — пожал плечами Сэм, надеясь, что этого ответа будет достаточно.

Грейв внимательно посмотрел на него, а затем резко и прямо сказал:

— Может, хватит пиздеть мне, а просто скажешь, что не так?

— Ну а что ты хочешь услышать? — Сэм упрямо продолжал держать оборону.

Грейв раздражённо выдохнул, прекрасно понимая, во что играет Сэм. "Глупый мальчишка с депрессией и суицидальными мыслями." Он закатил глаза, бросил красноречивый взгляд в сторону Киллиана, который как раз приближался. Ленстон мгновенно считал ситуацию — достаточно было взглянуть на угрюмого Грейва и на Сэма с сигаретой в руках, чтобы понять: этот упрямый осёл снова молчит, доводя всех до бешенства.

— Сэм, — ледяной голос Киллиана выдернул Келси из раздумий. — Что происходит? Мне, как и Грейву, важно знать.

— Ничего. Всё отлично, — последовал равнодушный ответ.

Ленстон тяжело вздохнул и, не теряя времени, шагнул вперёд, грубо схватил Сэма за руку с сигаретой и резко притянул ближе.

— Я тебе не Грейв, — его голос зазвенел явной угрозой. — Не вздумай играть со мной в молчанку.

Но Келси уже не слышал этих слов — не в том смысле, что не понимал, а в том, что всё остальное в его сознании вдруг померкло. Осталась только эта проклятая близость. Грейв злился, Киллиан пытался получить хоть какой-то ответ, а у него в голове билось только одно: слишком близко. Чувство, сводящее его с ума. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же передумал. Ему нельзя смотреть в глаза Ленстона — стоит только их взглядам пересечься, и тот увидит всё. Узнает, насколько он запутался.

— Твои методы… не такие добрые, — тихо выдавил Сэм, всё-таки осмелившись взглянуть на него.

Киллиан уловил это мгновенно.

— Ты же знаешь, что я не из нежных, — в голосе скользнула усмешка.

— В ту ночь ты был даже слишком… — вырвалось прежде, чем Сэм успел себя одёрнуть.

Грейв поперхнулся дымом. Киллиан застыл, прожигая Сэма взглядом. Пальцы, сжимавшие запястье, сжались сильнее — лёгкая боль, не угрожающая, но подчёркивающая… что-то.

— Сэм, блять, я бы тебя тут же закопал, — Ленстон говорил низким, опасно ровным голосом, но в нём было нечто чуждое, что заставило Келси задержать дыхание.

— Твои угрозы убить меня давно стали пустым звуком.

— Когда-нибудь я убью тебя другим способом.

Ленстон резко разжал пальцы и сделал шаг назад, возвращая привычную дистанцию. Грейв молча наблюдал за ними, докурил сигарету, бросил её на землю и с силой раздавил носком ботинка.

— Боже, хотят поебаться, но так и не могут, — раздражённо пробормотал он и, не глядя на них, направился обратно в дом, оставляя обоих в немой паузе.

Спустя пару секунд их взгляды встретились — молчаливые, изучающие, полные скрытого напряжения. Сэм первым опустил глаза, выкинул сигарету и с силой раздавил её носком кед.

— Глупости, — коротко выдохнул Киллиан, словно отсекая ненужные мысли, и развернулся, направляясь в дом.

Сэм остался стоять, не сводя с него взгляда. Глупости? — эхом пронеслось в голове. И правда глупости...?

Но задаваться этим вопросом сейчас не имело смысла. Он поспешил следом, решив, что сегодня — точно не день для пробежки. Да и размышления не приведут ни к чему дельному.

Когда он вошёл в кухню, там оказалась только Таяна. С момента недавних событий она практически не отходила от Альберта, но при этом не забывала и о своих обязанностях в доме. Сейчас мальчишка спал, а она, кажется, ненадолго позволила себе передышку.

— Привет, — тихо бросил Сэм, опускаясь на стул и беря в руки бутылку холодного чая.

Таяна внимательно посмотрела на него.

— Сэм? Тебя что-то беспокоит, — её голос был мягким, но в нём звучала уверенность. Она выдержала паузу, словно подбирая слова, прежде чем продолжить: — Я знаю, что ты переживаешь из-за того, что случилось неделю назад, но дело не только в этом, верно?

Келси крепче сжал бутылку, глубоко вздохнул. Ему никогда не нравилось, когда его могли так легко читать. Это раздражало, сбивало с толку. И всё же он понимал, что беспокойство Таяны естественно. Несмотря на то, что он был для неё почти никем, несмотря на отсутствие близости, она заботилась. Возможно, из-за своего характера. Возможно, из-за возраста.

— Таяна, я сам не могу в этом разобраться. Давай отложим этот разговор, — устало выдохнул он, опуская голову и прижимая холодную бутылку ко лбу.

Она не стала настаивать. Просто кивнула, но в её взгляде читались беспокойство и сожаление.

Сэм ненавидел, когда его жалели. Он уже давно не ребёнок, и ему это не нужно было. Или… всё же нужно?

Думать не хотелось. Он просто кивнул Таяне, а на выходе бросил, что завтракать не будет. Она лишь слабо улыбнулась, зная, что переубеждать его бесполезно.

Сэм отправился в свою комнату, даже не понимая зачем. Но, как только переступил порог, всё стало ясно — в тишине зазвонил телефон. Подойдя ближе, он увидел имя на экране: "Элизабет". Почти не раздумывая, поднял трубку.

— Сэм, чёрт тебя возьми, где ты пропадаешь?! — голос Элизабет с первых же секунд был резким, требовательным.

— Что случилось? — Сэм нахмурился.

— Мне сообщили… — голос её дрогнул, но она продолжила: — В ваш дом вломились. Тарра мертва.

— Ах, это…

— А что ещё? — её настороженность была ощутима даже сквозь телефонную связь.

— Ничего. Личные проблемы.

Наступила тяжёлая пауза. Затем раздался долгий, вымученный вздох Элизабет. Она понимала, что выбить из него ответы сейчас не получится. Пусть знала его не так давно, но уже видела знакомые черты — слишком многое в нём напоминало его мать.

— Сегодня сможем встретиться?

— Во сколько?

— В шесть вечера.

— У тебя дома?

— Да. — Она замялась, как будто что-то обдумывала. — И, Сэм… разговор будет не только о деле.

Он прикрыл глаза, провёл рукой по лицу. Предсказуемо.

— Ты уже знаешь, что Себастьян мой дядя?

— Да, узнала давно.

Сэм хмыкнул, понимая, насколько глуп был этот вопрос. Конечно, знала — если работала с Себастьяном, то избежать этой информации было невозможно.

— Ладно, тогда до встречи.

— До встречи, Сэм.

Как только вызов завершился, он со злостью бросил телефон на кровать. Хоть и удержался, чтобы не ударить его об стену — гаджет ему ещё был нужен. Сэм опустился на пол, привалившись спиной к холодной стене, сжал волосы, пытаясь хоть немного упорядочить хаос в голове.

Идти к Рене он не хотел. Даже думать о ней не хотел. Но Киллиан… если тот узнает, что Сэм опять причинил себе вред, то сделает то же самое, только в десятки раз хуже.

Сэм прижал колени к груди, опустив на них голову. Времени до вечера было много — мучительно много. Последние дни и без того тянулись невыносимо медленно, словно нарочно растягивая его страдания.

Но он уже осознал одно: он привязался к этим людям. Их смерть значила для него больше, чем он хотел признать. Просто кто-то был ближе, кто-то дальше.

Но разбираться с этим сейчас он не собирался. Не хотел.

Он не заметил, как погрузился в сон. Усталость, накопившаяся за неделю, когда он спал по три часа в сутки, в итоге взяла своё.

Келси очнулся от ощущения чужого присутствия. Медленно открыв глаза, он увидел перед собой Грейва. Мужчина стоял в дверном проёме, хмурясь и с явным беспокойством наблюдая за ним. Сэм осознал, что заснул прямо на полу, в неудобной, скрюченной позе. Грейв покачал головой и, не дождавшись приглашения, присел рядом.

— Сэм, долго это ещё будет продолжаться? — его голос был ровным, но в нём сквозила усталость.

Келси приподнял голову, устало потерев лицо.

— О чём ты?

— О твоём молчании.

— И что ты хочешь услышать?

Грейв тяжело вздохнул.

— Ты знаешь что. Не притворяйся идиотом.

Сэм отвёл взгляд. В груди снова сгустился ком, лёгкая тошнота подступила к горлу. Он глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки.

— Всё это… правда из-за меня? — его голос дрогнул, а в глазах блеснула влага.

Грейв резко поднял голову, удивлённый таким вопросом.

— Абсолютно, Сэм, нет! С какого перепуга вообще ты это взял?

— Просто пришёл к такому выводу, — тихо ответил Келси.

— И как?

— Если бы умер я, а не Тарра… — он проигнорировал вопрос Грейва, но его собственный повис в воздухе, будто ударом выбивая тишину из комнаты.

Грейв замер, пристально вглядываясь в лицо Сэма. В следующий миг его черты исказила гремучая смесь злости и изумления.

— Какого хуя ты такое говоришь?! — его голос зазвенел напряжением. — Сэм, с какого чёрта ты дошёл до этого?!

— Просто ответь.

Грейв нахмурился, но, выдохнув, ответил предельно серьёзно:

— Если бы ты умер… Я бы всё равно нашёл виновного. И убил его.

Келси отвёл взгляд.

— Я просто устал, — спустя паузу произнёс он, зная, что говорит лишь полуправду. Он не хотел подставлять Терри под удар, зная что он точно думал эмоциями.

Грейв пристально посмотрел на него, затем тяжело выдохнул, словно немного расслабляясь.

— И нельзя было сказать это сразу? Зачем весь этот спектакль?

— Чтобы не показывать слабость. Всё бы прошло само, — раздражённо бросил Сэм, но голос его предательски дрогнул.

Грейв покачал головой.

— Ты сам себя загоняешь в угол, раз уже размышляешь о смерти...

— Я просто не хочу, чтобы страдали вы... Будто все это из-за меня, — необдуманно сорвалось с губ Келси, и он тут же закусил губу, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Повернувшись к стене, он тихо добавил: — Теперь можешь уйти.

Но Грейв не ушёл.

— Господи, Сэм, почему я вообще к тебе привязался… — пробормотал он, а в следующую секунду притянул его к себе, развернул и крепко обнял.

Сэм застыл, а потом, будто сдаваясь, позволил себе уткнуться лбом в его плечо. Грейв осторожно, почти бережно провёл рукой по его волосам, в этом жесте было больше утешения, чем в любых словах.

Сэм потерял счёт времени. В объятиях Грейва царила такая необычная тишина и умиротворение, будто всё вокруг замерло, и он наконец оказался в безопасности. Грейв продолжал мягко и почти беззвучно поглаживать Сэма по волосам, при этом его другая рука уютно обвивала спину, ощущая каждый нервный вздох и дрожь тела Келси. Изредка слышались всхлипы, будто его боль становилась частью этого молчаливого утешения.

— Ну вот, надо же себя до такого доводить, — устало выдохнул Грейв, наклоняясь, и в следующее мгновение нежно поцеловал Сэма в макушку.

Сэм замер, затаив дыхание, а затем, почувствовав теплое прикосновение, крепче сжал ткань пиджака Грейва, позволяя себе полностью расслабиться и отпустить все тревоги. В этот момент он понял, что Грейв стал для него не просто другом или коллегой — он стал той фигурой, которой Сэм так отчаянно нуждался. Этот суровый, хмурый мужчина олицетворял для него отцовскую заботу и любовь, чего он давно лишился. Без Грейва он бы не справился, и теперь его близость была дороже всего в этом доме

— Спасибо, Грейв, — сказал Сэм тихо, с нотками хрипоты в голосе, не зная, как ещё выразить всю глубину своей благодарности.

— Если бы я оставил тебя одного в этом, спорю, что ты уже был бы мертв, — саркастически ответил Грейв, не скрывая лёгкой усмешки.

Сэм пробурчал что-то невнятное, явно возмущаясь, но затем его губы изогнулись в короткой улыбке. Он отстранился от Грейва, встречая взгляд его зелёных глаз, полных тепла и заботы, несмотря на строгие черты лица. Но тут его мысли снова вернулись к встрече с Элизабет, и он взглянул на настенные часы. Ему оставался всего час.

— Чёрт, мне нужно быть у Элизабет через час, — устало произнёс Сэм, решив подняться. Его ноги болели от долгого сидения, и он потянулся, разминая затёкшее тело.

Грейв встал следом и, бросив взгляд на свои наручные часы, произнёс:

— Если сейчас пойдёшь, успеешь.

— А как же Киллиан, ему нужно сказать?

— Я займусь этим. Если ты пойдёшь с такой новостью, застрянешь у него ещё на десять минут, — с лёгким смешком ответил Грейв.

— Ты расскажешь ему?

— Если хочешь — расскажу, если нет — держу всё в секрете до того, как ты сам решишь.

— Ещё раз спасибо, Грейв.

— Для тебя я готов предать Киллиана, боже, что за безумие, — Грейв вскинул руки в знак бессилия, а нервный смешок вырвался у него невольно. — В могилу с тобой, только дай.

Сэм улыбнулся, снова подойдя и крепко обняв Грейва, заставив того усмехнуться и похлопать его по спине.

— Давай, дуй уже, Киллиан — на мне.

Сэм кивнул и, чувствуя необычную лёгкость в груди, направился к выходу. Всё, что он только что пережил, ощущалось важным и необходимым.

Открыться Грейву, довериться ему — это было именно то, что он должен был сделать. Грейв заслужил эту искренность. Ведь ещё в самом начале, когда Сэм был на грани, Грейв не только отпустил его к Элизабет, но и взял на себя ответственность, защищая его. Сэм чувствовал, что если кто-то делает что-то ради него, он тоже должен ответить тем же, хотя бы защищая Грейва в ответ.

Но, покидая дом, он отбросил эти мысли. Впереди была новая проблема, не менее важная, и он должен был встретиться с ней лицом к лицу. Элизабет ждала, как и Себастьян.