Эспирий

Мертвое тело моего недавнего оппонента лежало возле скамьи, на которой несколько минут назад мы мирно разговаривали о прошедшем дне. Казалось, ничего не предвещало такого исхода, но Фрэнк, видимо, намерено пришел на это место, чтобы закончить то, к чему его подтолкнуло ожидание Смертной Казни. Я оказался всего лишь случайным свидетелем этого ужасного выбора.

Парень так крепко обхватил пистолет, что, упав на землю, все еще продолжал держать в руке орудие своего убийства. Я не знал, что делать. Я испытывал чувство переживания за человека, покончившего с собой, но которого я совсем не знал. И в то же время где-то глубоко та часть меня, которая виделась мне каждый раз в подсознательном тесте, подталкивала меня к теперь уже моему выбору – к смене штрихкодов.

Но я не мог. Теперь не мог. Узнав историю Фрэнка, поняв, что он, как и все мы – всего лишь пешка в сложной и, возможно, уже проигранной игре, я не имел право вот так легко его предать. Я пообещал, что буду его помнить, но я хочу помнить об этом человеке то, как он самоотверженно выступил против Системы, а не то, что Фрэнк мог бы стать отличной жертвой для эксперимента Пола.

Кто-то бы посчитал Фрэнка предателем, усомнившись в его намерениях. Кто-то бы посчитал его мучеником. Я же считал Фрэнка бойцом. Каждый борется по-своему. Кто-то делает все возможное и невозможное, чтобы его заметили, а кто-то, наоборот, пытается покончить со всем по-тихому, не предавая огласке свои поступки.

Я думал, что смена штрихкодов – это единственный верный выход. Но, оказалось, в моей ситуации нет верных решений. Если бы я согласился на обмен штрихкодом с уже мертвым Фрэнком, то Смертная Казнь, предназначавшаяся ему, теперь стала бы моей финальной точкой. А я этого не хотел.

Я оставил Фрэнка нетронутым, а сам, собрав все свои силы, чтобы двигаться дальше, просто ушел, потому что знал, что с минуты на минуту сюда нагрянут специальные службы, чтобы удостовериться в смерти одного из эспирийцев.

Следующие дни для меня были крайне тяжелыми. Вечера были холодными, а возвращаться домой к теплу и уюту я не мог, поскольку Система, не реагировавшая на мой штрихкод, не позволяла мне зайти в дом. Кроме того, это было опасно, поскольку правительство, прознав о моем положении, направит все силы на мои поиски, а значит моя квартира – это последнее место, где мне надлежит находиться.

Все свое время я проводил у Пола. Он любезно предоставил мне одну из комнат своей квартиры, но я не хотел докучать ему своим присутствием. Хотя Пол не был против моего нахождения у себя дома. Он редко выходил из своей комнаты-лаборатории, а я старался не мешать ему.

Общение Аригрина друг с другом сошло на нет. Каждый был занят своим делом, а времени разгадывать тайны было все меньше. Но у меня этого времени было много. Я прочитал почти все книги из библиотеки Пола. Поскольку Пол коллекционировал книги старых изданий, я старался именно в них находить упоминание о фолианте. Но, к сожалению, все мои попытки были безуспешны. Ни в одной книге, даже в самой старинной, не было ни слова о том, что мы ищем.

Спустя неделю сыпь прошла. Как Дилан и говорил, сыпь не была причиной отключения действия штрихкода. Пол не понимал, что это было и почему сыпь вообще появилась, но мысли о повторном прохождении подсознательного теста быть не могло. Логаст для меня был закрыт. А значит поиски фолианта теперь ограничивались только Эспирием.

И все же время от времени я видел сны о Логасте. Они были яркие, словно то воспоминание из детства. Каждый раз, засыпая, я желал увидеть сон, в котором смогу найти подсказку, где именно искать фолиант, но ответов не было, словно что-то мешало мне и Аригрину докопаться до сути.

Икс-35 был всегда со мной. В тот день, когда я ушел из дома, я, положив шар в карман, забрал его с собой. И теперь, когда Пол трудился в лаборатории, я общался с Икс-35 – единственным моим собеседником в холодные осенние вечера.

У Пола, как и у любого эспирийца, тоже был свой карфолл – Пи-15. Но, в отличие от Икс-35, этот металлический шар давно пылился на полке. Пол так часто забывал его подзаряжать, что у Пи-15 сел аккумулятор, а купить новый у Пола не было ни времени, ни желания. По рассказам Пола, Пи-15 был для него обузой, вечно причитающим и настаивающим на своем. Я в очередной раз убедился, как мне повезло с Икс-35.

В один из вечеров, когда Пол работал в лаборатории, я сидел в комнате, читая очередную книгу. Комната, отведенная мне Полом, не была похожа на мою прежнюю квартиру или лабораторию главы Аригрина. Она вообще не была похожа на комнату, соответствовавшую стандартам Эспирия. Здесь все было выполнено в старинном стиле. Никакого минимализма. Наоборот, помещение было напичкано различным антиквариатом.

Камин, в котором чуть слышно потрескивали дрова, своим огнем согревал всю гостевую комнату, которая вместе с тем была библиотекой Пола, поэтому полки на стенах ломились от изобилия старинных книг. Возможно, такой странный для Эспирия дизайн интерьера, являлся предпочтениями Пола, связанными с его прошлой жизнью. Но это были всего лишь мои догадки, поскольку никто, кроме меня, не помнит ничего о своем прошлом существовании.

Здесь было тепло и уютно. Почти так же, как и в нашем доме в Логасте, когда вместе с семьей мы нередко собирались в домашнем кругу и родители рассказывали нам с Лолой и Майклом интересные истории.

- Какого это, когда твои руки связаны? – голос прозвучал еле слышно, но мне удалось его различить. Я поднял голову, оторвавшись от чтения книги, и посмотрел на старинное зеркало в деревянной узорчатой раме. Оттуда на меня смотрело мое отражение. Я сразу узнал этот резкий, ненавистный мне голос.

Прежде чем продолжить общение, я удостоверился, что дверь в комнату закрыта. Не хотел, чтобы Пол заметил, как я разговариваю с несуществующим отражением.

- Что, прости? – я отложил книгу, но продолжил сидеть в кресле, наблюдая за своим собеседником.

- Как я и предполагал, ты не попал в Логаст? – с насмешкой поинтересовалось отражение.

- Ты прав. Впрочем, какая тебе разница?

- То есть, ты всерьез думал, что сможешь вот так просто снова отправиться в Логаст? Как ни в чем не бывало? – за несколько секунд нашего разговора отражение уже начинало надоедать мне своими расспросами. Его слова звучали дерзко и вызывающе, впрочем, как и всегда.

- Да, думал, - твердо ответил я. – Что в этом такого?

- Но это же безрассудно!

- Безрассудно – это твое появление здесь. Что ты тут делаешь?

- Неужели ты снова думаешь, что я – всего лишь очередная твоя галлюцинация? – ехидно произнесло отражение.

- Не думаю, но я все еще не понимаю, чего ты добиваешься.

- Я пришел к тебе на помощь!

- На помощь? – теперь уже засмеялся я. Это было глупо – слышать от ненавистного мне собеседника слова о помощи.

- Дела Аригрина настолько плохи, что вы всерьез забросили поиски фолианта?

- Откуда ты знаешь о фолианте? – нервно спросил я отражение, но потом вспомнил, что всё, о чем знаю я, известно моему вымышленному собеседнику. – Ах да! Я – это ты, а ты – это я, - повторил я сказанное в прошлый раз отражением.

- Не стоит ехидничать! Я пришел помочь, потому что без меня вы, кажется, не справитесь!

- Вздор! – я обозлился на отражение в зеркале. – С чего бы тебе это делать? Ты утверждаешь, что аригриновцы предадут меня, а сам собираешься нам помогать. Это, кажется, нелогично?

- Они тебя предадут. Я не отказываюсь от своих слов. Но все же хочу снова тебе помочь.

- Снова? – вспылил я. – Когда это ты мне помогал?

- Когда подсказал о Колине Парсонсе. Разве моя подсказка не была тобой воспринята? Разве я не помог вам открыть шкатулку?

Я понимал, что отражение право, но все еще продолжал делать вид, что не нуждаюсь в его помощи.

- Логаст для тебя закрыт, а фолиант находится там.

- Ты не можешь этого знать наверняка.

- Могу и знаю.

- Тогда почему бы тебе не отдать мне его? Ты говорил, что грань между реальностью и подсознанием прозрачна. Разве ты не можешь принести мне фолиант из Логаста?

- Это было бы слишком просто, - улыбнулось отражение, и я снова его возненавидел. Не знаю, что именно было в его лице такого, из-за чего мне не хотелось ему доверять, но отражение не вызывало у меня доверия ни раньше, ни сейчас, ни когда-либо.

- Значит, ты утверждаешь, что можешь мне помочь? – я стал серьезней относиться к словам отражения, поскольку помощь в этом деле мне действительно была нужна. Аригрин зашел в тупик с разгадыванием загадки, так что любая информация сейчас была бы как-никогда кстати. Отражение кивнуло в знак согласия. – И как именно ты мне поможешь, если не собираешься приносить фолиант?

- Зачем мне приносить то, что ты и сам в силах забрать? – отражение снова говорило загадками, как и в прошлые разы.

- Но как? Ты сам сказал, что в Логаст мне не попасть.

- С помощью подсознательного теста – нет. Но есть и другие способы.

- Какие другие? – мне стало интересно.

- Скажем так, я помогу тебе попасть в Логаст. Но моя помощь имеет свою цену, - отражение принялось ходить по ту сторону зеркала, продолжая вести со мной диалог.

- В прошлый раз твоя подсказка не нуждалась в ответной помощи, - заметил я. – Что же изменилось в этот раз?

- Мне нужна одна вещь из Логаста.

- Почему же ты сам не можешь ее взять?

- Логаст, как и Эспирий – это места, в которых моя материальная оболочка не так развита, как здесь, в Миролерде - зазеркальном мире.

- В зазеркальном мире? Ты серьезно? Разве такой существует? – недоверчиво спросил я. Казалось, вся эта ситуация, как и наш разговор, обретает бессмысленный и глупый оттенок. Я еле смирился с существованием Эспирия, но теперь оказалось, что есть и еще один мир, о котором я не знал и не слышал прежде.

- Существует, но все же разговор не об этом. Я не расслышал твоего ответа.

- Любая новая задумка, какой бы соблазнительной она не казалась, имеет определенные последствия. Чего стоит мне ожидать и опасаться от твоей помощи? – рассудительно спросил я у своего собеседника, на что тот отреагировал спокойно, словно ожидая моего вопроса.

- Как бы ты плохо обо мне не думал, Грег, но я все еще являюсь твоим отражением, а значит не хочу причинить тебе зла, поскольку это то же самое, что причинить зло себе, как бы эгоистично это не звучало. Путешествие в Логаст будет безболезненным. Это я могу пообещать тебе, только если ты пообещаешь мне, что сможешь найти одну вещь, очень важную для меня.

- И что это за вещь?

- Золотой хронометр. Он мне очень нужен.

- Для чего?

- Для одного дела, о котором я тебе пока не могу рассказать.

- Но как я могу тебе помочь, если я даже не знаю, для каких целей тебе нужен этот хронометр? – удивленно спросил я. – Что если он может причинить кому-то вред? Я не хочу быть соучастником твоих преступлений.

- Послушай, Грег, хватит строить из себя того, кем ты не являешься! Тебе нужна помощь. Я тебе могу ее предоставить взамен на маленькую услугу. На твоем месте я бы согласился и не задавал вопросов. Ты итак не в лучшем положении находишься.

Как бы обидно это не звучало, но отражение было право. Вся ситуация, царившая вокруг меня, как назло, с каждым днем только разрасталась снежным комом. Поэтому любая помощь, способная хоть как-то сдвинуться с мертвого места в разгадке написанного на фотографии похожего на меня человека, была бы кстати. Мне ничего не оставалось, как согласиться с условиями отражения.

- Вот и славно! – радостно подытожило отражение.

- И каким образом я попаду в Логаст? Как я узнаю, где именно искать фолиант и хронометр?

- Все просто. Я сам отправлю тебя в то место, где находится и книга, и часы. Возьми зеркальце на столе, - отражение показало мне на письменный стол в комнате, на котором действительно лежало маленькое зеркальце, выполненное в таком же старинном стиле, как и всё в этом помещении. – Тебе следует закрыть глаза, представить Логаст, а затем посмотреть в зеркало. Тогда ты окажешься в том месте, куда я тебя направлю.

- Как-то всё слишком волшебно звучит и неправдоподобно.

- Ты разговариваешь со своим отражением, что по сути своей совершенно невозможно. Волшебства нет, но что-то определенно существует. У меня есть кое-какая сила в Миролерде, но, если ты не представишь Логаст, я не смогу тебя туда отправить. Между нами должна проходить некая связь. Только так получится провести эту тонкую нить между твоим подсознанием, мыслями о Логасте и моим зазеркальным миром. Ты готов?

Я взял зеркало со стола, закрыл глаза и представил главную площадь Логаста – единственное, что мне пришло в данный момент на ум. Открыв глаза, я внимательно всмотрелся в зеркало, которое держал у себя в руке, а затем почувствовал, как моя душа, словно отделившись от тела, начала перемещаться в Миролерд.

Где же искать загадочный фолиант? Книги в Логасте не утилизировались, поэтому здесь их было достаточно, чтобы потеряться в их разнообразии. С чего начать поиски?

«...страницы фолианта распахнув, найдешь ответ, что неприметен сразу...» - вспомнил я последние строчки четверостишия-загадки. Я думал, что, сказав эти слова, я каким-то образом смогу ближе подобраться к поиску фолианта. Но, конечно, ничего не произошло. Ни волшебства, ни магического тумана, который, рассеявшись, показал бы мне то, что я ищу. Ничего необычного и сверхъестественного.

В попытках понять, что именно я хочу от Логаста, я забыл обратить внимание на то помещение, в котором я оказался.

Я уже бывал в этом месте. Это был завод. Единственный завод в Логасте, на котором работала вся моя семья. Я стоял посередине кабинета главного редактора газеты «Подъем». Обилие книг, газет и журналов пропитали эту невзрачную комнатку запахом бумаги. И хотя кабинет не был слишком большим, но в него вмещалось с десяток стеллажей с разного рода макулатурой. Работа главного редактора обязывает человека, занявшего эту должность, быть в курсе всех событий, происходящих не только в настоящий момент, но и случившихся множество лет назад. Именно поэтому здесь было столько разнообразной литературы. Газета «Подъем» - единственное новостное еженедельное печатное издание, а значит она должна охватывать все сферы жизнедеятельности жителей Логаста, учитывать их предпочтения и пожелания.

На столе красовалась табличка «Главный редактор газеты «Подъем» - Лола Фостер». Оказалось, за мое отсутствие в Логасте моя сестра успела продвинуться по карьерной лестнице, став самым успешном человеком в редакции. Я не мог не обрадоваться этой новости. Я скучал за Лолой так же, как скучал за Майклом, отцом и матерью. Приятно осознавать, что с моей смертью, их жизнь не потеряла смысл.

И все же, почему именно редакция? Кабинет находился на третьем этаже завода, а, так как кабинет моего отца был неподалеку, я частенько бывал в этих местах.

«И как Лола разбирается во всем этом бумажном хаосе?» – эта мысль внезапно посетила мою голову. Я не мог даже подумать, что семнадцатилетняя девушка сможет возглавлять процесс издания газеты. Как она к этому пришла всего за один месяц?

Но сейчас в комнате не было никого. Кабинет был в полном моем распоряжении. Скорее всего, фолиант должен находиться здесь. Мне хотелось в это верить. Но как он выглядит? На каком из стеллажей следует искать нужную мне книгу? Да еще и хронометр, которого скорее всего в этом кабинет не могло быть.

Я начал с самого первой полки, расположившейся возле двери. Архив новостей прошлых лет, вырезки из прошлогодних выпусков газеты, книги по истории и культуре, этике и эстетике, политике и праву. Здесь было всё, а я толком не знал, что именно следует мне искать.

Я открывал шуфлядки, рыская в них, разбирая бумаги, надеясь найти хоть какую-нибудь зацепку. Но, казалось, всё было безуспешным. Если с подбором кода к шкатулке-сейфу мне помогали Дилан и Пол, то в этот раз положиться я мог только на собственное чутье.

Я был похож на вора, искавшего то, что ему не принадлежит. Я боялся, что кто-нибудь зайдет и поймает меня, но тут же ловил себя на мысли, что это – всего лишь зазеркальный мир, так похожий на настоящий Логаст. Хотя я и заметил, что все было намного реальней, чем мои сны.

Это безумно сложно – искать то, чего, возможно, здесь и нет. Но я по-прежнему надеялся, что мое отражение не зря стало помогать мне. Тем более оно серьезно сказало, что книга точно находится в Логасте, тем самым подтвердив мои догадки. Страх ничего не найти и вернуться в Эспирий ни с чем был настолько велик, что я чувствовал, как мое сердце билось так сильно, что, казалось, скоро выпрыгнет наружу.

Я приступил уже к третьему стеллажу, как вдруг услышал, как за дверью кто-то перешептывается. От неожиданности и страха быть пойманным я случайно задел коробку на четвертой полке, и та упала, вывалив содержимое на пол. Разговор за дверью прекратился. Наверное, они услышали странные звуки в кабинете и теперь, войдя сюда, поймают меня с поличным.

Шаги за дверью начали удаляться, а я тем временем впопыхах принялся собирать бумаги обратно в коробку. Как вдруг в одном из газетных обрывков я разглядел свою фотографию. Я посмотрел в зеркало, располагавшееся неподалеку от меня, чтобы удостовериться в схожести между мной и человеком на фотографии. На этот раз он выглядел намного старше, чем на фотографии в Эспирии. Мужчина пожимал руку другому человеку, одетому в элегантный черный костюм.

Но газета была выпущена шестьдесят лет назад, о чем свидетельствовал верхний колонтитул страницы, а, значит, это никак не мог быть я.

Я уже видел этого человека на снимке в шкатулке-сейфе. Но как они связаны? Это было более, чем странно. Сначала я нахожу снимок в Эспирии, а затем фотография этого же человека встречается мне в Логасте. Почему именно он и о чем он хочет меня предупредить?

Надпись под фото гласила: «Джон Райт, корреспондент газеты «Подъем», берет интервью у Лестера Каннингема - основателя фонда «Прорыв».

Как я понял, человек, похожий на меня, был корреспондентом газеты «Подъем» шестьдесят лет назад и, наверняка, информация о нем хранится в этом кабинете. Но есть ли у меня время на поиски этой информации? Ведь я здесь оказался потому что мне нужно найти фолиант. Но мне не терпелось узнать, как можно больше о Джоне Райте.

Сложив страницу газеты вчетверо, я отправил ее в карман брюк, а сам продолжил проверять стеллажи.

Сколько еще продлится мое пребывание в Логасте, мне не было известно. Одновременно с поисками фолианта, я старался искать хронометр, но ничего отдаленно напоминающего на эти маленькие часы мне не попадалось на глаза.

Наконец, под грудой бумаг я заметил книгу, выделяющуюся среди остальных тем, что ее обложка была кожаной в отличие от переплета других книг. Я разгреб кучу бумаг и достал приглянувшуюся мне рукопись. На ее обложке был выгравирован странный символ в виде двух вертикальных овалов, на месте пересечения которых виднелись очертания глаза. Внутри овалов располагались буквы, но язык, на котором они были записаны, мне не был знаком. Книга была объемной, а потому легко могла вместить в себя множество полезной информации. Попытавшись ее открыть, я был удивлен тем, что страницы книги не поддавались тому, чтобы я мог их перелистнуть. Будто что-то намертво приклеило их друг к другу.

«Эта книга неспроста не поддается открытию!» - подумал я и тут же заметил еще одну случайную находку. Золотой проблеск сразу же заострил на себе мое внимание. Это были позолоченные часы с цепочкой, состоящей из мелких звеньев. Карманные часы расположились неподалеку от того места, где мной была обнаружена таинственная рукопись.

Положив часы в другой карман брюк, я хотел было взять книгу в руки, но что-то меня одернуло. Книга вылетела из моих рук и с силой ударилась о зеркало в противоположной части комнаты. Я снова очутился в Эспирии.

- Как-то ты запозднился! – проговорило отражение. Я отложил маленькое зеркало подальше от себя и продолжил слушать своего собеседника. – Я смотрю, ты вернулся без книги.

- Мне не удалось ее забрать. Словно что-то мешало мне открыть ее, а затем и вовсе запретило мне к ней дотронуться.

- С часами такая же ситуация?

- Нет, - успокоил я своего собеседника и достал из карманы старинный хронометр.

- Что ж, неплохая работа, - в первый раз я услышал от отражения не порицание, а слова благодарности.

- Рад, что смог тебе услужить, - с досадой произнес я. – И как ты сможешь забрать эти часы?

- Для этого нужно создать своеобразный портал между Эспирием и Миролердом. Мне снова нужна будет твоя помощь, - с надеждой в голосе попросило отражение. Я согласился, все еще раздосадованный своей неудачной попыткой забрать фолиант из Логаста. Особенно когда он был так рядом.

- Хорошо. Я тебе помогу.

- Отлично. Возьми это маленькое зеркало и держи его напротив большого зеркала, в котором отражаюсь я, - я послушал своего собеседника и сделал так, как он сказал. – А теперь положи между двумя зеркалами карманные часы.

Большое зеркало располагалось прямо над камином, поэтому мне удалось положить часы на поверхность камина. Создав из двух зеркал некое подобие портала и расположив часы между зеркалами, я заметил, как отражение протянуло руку к часам. Это сработало. Рука отражения вышла за пределы настенного зеркала и часы оказались в Миролерде.

- Спасибо за сотрудничество, - улыбнулось отражение. – Этот портал – сложная штука, но с помощью тебя у меня получилось попасть в Эспирий.

- И все же я не могу понять, зачем тебе нужны именно эти часы?

- Я уже говорил, что не могу тебе этого сказать. Пока не могу. Если у меня всё получится, то я как-нибудь тебе расскажу. А пока что, извини, но мне нужно уходить.

Я услышал, как к дверям комнаты подходил Пол. Я быстро взял книгу и продолжил читать ее как ни в чем не бывало. Отражение в зеркале исчезло.

Ложась спать, я попытался вспомнить мое путешествие в Логаст. Я помог отражению достать часы, но, несмотря на неудачу с фолиантом, я все-таки кое-что узнал. Кем бы ни был Джон Райт в Логасте, на долю секунды мне показалось, что именно его фото лежало в шкатулке-сейфе. Но почему он так похож на меня?

В полусне я услышал, как кто-то меня звал. Тот, кто называл меня по моему прежнему имени. Это было отражение в зеркале.

- Грег! – позвало отражение. – Пол уже ушел?

- Да.

- Тогда у меня для тебя есть подарок, - отражение достало из-за спины ту самую рукопись с таинственной обложкой, которую я приметил в Логасте.

- Но как тебе удалось ее забрать? Ты ведь сказал, что у тебя нет физической силы в Логасте.

- Ты прав. Вернувшись домой, я обнаружил эту книгу рядом с зеркалом в моей комнате. Я попытался ее открыть, но, как ты и говорил, обложка книги не поддается.

Это было очень загадочно. Возможно, книга, соприкоснувшись с поверхностью зеркала в Логасте, каким-то образом оказалась в Миролерде, но странно, что именно в доме моего отражения.

Снова создав из зеркал портал, мое отражение вручило мне книгу, а после снова скрылось, выслушав от меня взаимные слова благодарности.