1 глава
BORNS - Paradise
~~~~~~~~~
Ты - проникла в мою душу.
~~~~~~~~~~
Я весь в поту, на руках гитара, и я вновь окунаюсь в это чувство головой. Сейчас партия Дэна, он поет отлично, а его фанаты кричат, что любят его. Кэмерон ухмыляется фанатам, а они готовы упасть к нему в ноги. Теперь моя партия. Это моя любимая песня, поэтому мне легко петь эту песню. Мои фанаты кричат и я чуть не потерял слух. Мне нравятся мои фанаты, но когда они кричат, я хочу убить их. Серьезно.
Мы теперь поем синхронно. Дэн как волшебник, когда играет на барабане, а Кэмерон обожает свою гитару. Я солист.
Ухмыляюсь своей фирменной ухмылкой фанатам. Они визжат, прыгают и повторяют за нами. Это поистине лучшее чувство. Когда я на сцене, я будто в раю. Я, моя гитара и мои друзья, мы все вместе будто в раю. И вот моя заключительная партия и мы закончили наш мини концерт.
***
— Это было здорово, старик! – хлопает меня по плечу Кэмерон, при этом ухмыляясь. Я улыбаюсь ему, потом беру чехол, где внутри гитара и выходим из заднего выхода. Фанаты ушли на вечеринку. Они всегда так делают после концерта ,потому что наши охранники заставляют их уйти, при этом приглашая их на вечеринку.
— Дэн, когда ты пел, фанаты чуть не прыгнули к тебе на шею, — шутит Кэмерон. Дэн закатывает глаза на его сарказм. Я ухмыляюсь им обоим.
— Мы сейчас идем на вечеринку? — не унимаясь, задает вопросы Кэмерон.
— Когда твой рот закроется, Кэмерон? — спрашиваю я. Кэмерон недовольно фыркает.
— Когда я буду целовать сексуальную брюнетку, — ухмыляется он.
— Только, чтобы не вырвало тебя в ее рот, — смеется Дэн, и я тоже смеюсь. Я бы на это посмотрел.
— Ну вы завидуете, что все девушки липнут ко мне, — хвастается Кэмерон.
— Они липнут и к Дэну, — говорю я, только чтобы позлить его.
— Ну, он их всех отшивает. – заключает Кэмерон. Я закатываю глаза. Но Дэн и вправду такой. Он спит с девушками, но не так часто как мы с Кэмероном. Он у нас более серьезный.
Дэн идет к своему «БМВ» ,а Кэмерон к «Мерседес», а я к «Кабриолет». Я обычно на мотоцикле, но сегодня был наш мини концерт, поэтому я выбрал машину. Хотя я сначала должен поехать в дом, чтобы принять душ и надеть чистую одежду.
Рев мотора и визг шин заглушает все звуки, я нажимаю на газ и со всей скоростью еду по дороге города Нового Орлеана. Включаю музыку, за окном мелькает улицы, магазины, ночные клубы. Нравится ощущать скорость и неважно, что я вожу.
Приезжаю в свой родной дом, выхожу из машины, беру гитару. В двухэтажном доме светятся только окна нижнего этажа. Значит Стеф нет дома. Ну и отлично. Она будет просить меня отвезти ее на вечеринку. А я этого не хочу. Помню, как она пошла со мной на вечеринку в прошлый раз, и там она напилась в хлам, и мне пришлось таскать ее, аж до ее комнаты.
Вспоминая этот день, мысленно закатываю глаза. Да, моя сестренка умеет любого довести до морга.
Захожу в дом, но никого нет. Пожимаю плечами, не ищу их. Наверное ушли к соседям. Напротив нас живут одинокий отец со своими детьми, поэтому они часто идут к ним, так как Стеф дружит с его дочерью.
Поднимаюсь к себе в комнату, открываю дверь и вздыхаю. Темнота в моей комнате не раздражает меня. В моей комнате нет света, есть только лампа, которую я использую лишь, когда пишу песни. А на самом деле я ненавижу свет. Зачем он мне, если во мне столько темноты?
Бросаю ключи на стол и иду в ванну. Я не спеша принимаю душ, так как жутко устал. Желания пропадает с каждой минутой идти на вечеринку, но я все равно заканчиваю принимать душ и одеваюсь. Джинсы, серая толстовка, кроссовки и кепка. Я на всякий случай беру кепку, потому что фанаты настолько безумные, что сфотографируют тебя, даже если ты пьян до невозможности.
Я выхожу из комнаты, но забываю ключи мотоцикла, поэтому обратно иду в комнату и беру ключи мотоцикла. Затем выхожу из комнаты, наконец-то. Спускаюсь на лестнице в первый этаж и вдруг замечаю силуэт в кухне. Хмурюсь, получше разглядывая фигуру.
Моя мама. Я подхожу к ней и натягиваю самую лучшую улыбку. Но улыбка так же внезапно исчезает, потому что вижу, как мама беззвучно плачет, опирая лицо ладонью.
Я еще больше хмурюсь, не понимая ее слезы.
— Мама! – Я подхожу к ней и легонько толкаю ее за плечи, чтобы она обратила на меня свое внимание.
— Мама, почему ты плачешь? Что случилось? – спрашиваю я, но она не отвечает, а больше плачет. Ненавижу, когда девушки плачут, поэтому раздражаюсь.
— Брайен, у твоего отца случился инфаркт, — наконец-то говорит она, но это не то, что я хотел услышать. Я замираю, не веря услышанному.
— Что? – восклицаю я. Как? Я чувствую, как мои веки тяжелеют от усталости, еще колени подкашиваются, появляется ком в горле.
— Когда? – задаю я вопрос. Она вытирает слезы тыльной стороной ладони. Смотрит на меня красными глазами от слез и в них столько боли, что мне становится невыносимо.
— Вечером он ждал тебя, чтобы поздравить тебя с концертом. Внезапно ему кто-то позвонил, он кричал, ругался, потом резко упал. Мы отвезли его в больницу, но мне кажется они скрывают его диагноз.Я пришла домой, чтобы забрать его вещи. – Все это она говорила плача. Ее голос каждый раз дрожал при упоминании отца. А я хлопал глазами, не понимая, что же такое было, чтобы у отца случился инфаркт.
— Мама, я поеду к нему. Ты отдохни, я сам принесу его вещи. – говорю я, но она не соглашается.
Через десять минут я выхожу из дома, все еще не веря в случившееся. Как такое вообще могло произойти? С трудом уговорил маму и она осталась. Мне нужно узнать подробности, а мама будет мешать.
Иду к своему мотоциклу, который стоял в гараже. Надеваю шлем, завожу двигатель и со всей скоростью выезжаю.
Меня переполняет злость за отца. Кто так осмелился довести его до инфаркта? Если я узнаю ,кто этот бессмертный, то конец ему. Я убью его , если с отцом что-то случится.
Приезжаю в больницу, снимаю шлем, расчесываю волосы. Захожу внутрь, голова кружится от слишком яркого света. Ненавижу свет.
Подхожу к регистратуре, за стойкой стоит девушка в белом халате со светлыми волосами. Увидев меня, она чуть ли не кричит, но потом, увидя мою серьезность, тут же принимает равнодушный вид.
— Где палата 381? – спрашиваю я.
— На втором этаже, справа по коридору – улыбаясь, отвечает она. Я благодарю ее за ответ и иду по направлению.
Захожу в лифт, нажимаю на второй этаж, жду. Все это так странно. Меня мучают бесконечные вопросы, что случилось с отцом и почему он так бурно отреагировал.
Я все-таки нахожу его кабинет и захожу. Но там доктор. Он смотрит на меня. Потом жестом велит мне выйти. И я выхожу. Через минуту доктор в очках с седыми волосами, довольно старый, выходит из комнаты.
— Вы его сын? – задает он вопрос.
— Да. Скажите мне, что с отцом? — спрашиваю я. Он не спешит с ответом, что меня раздражает.
— Ну, у вашего отца случился инфаркт и он сейчас в коме. Мы наблюдаем за ним, но это не так опасно. Просто он, кажется, не смог переварить услышанное. – говорит доктор. По моей спине бегут мурашки. Ком? Я думал, что с ним все хорошо. Но ,кажется, все более серьезно.
— Мама говорила мне, что вы скрываете его диагноз. Что вы скрываете? – задаю я вопрос. Он колеблется, вижу, он волнуется.
— Я вам сообщу потом, просто мы не уверены. Подождите немного. И вот еще, не заходите к нему в палату. – сообщает он. А у меня появляется желание дать ему по морде. Но я сдерживаюсь, хотя это у меня никогда не получалось.
Доктор уходит, а я сажусь на скамейку рядом с палатой отца. Загружаюсь в свои мысли. Что с ним? Как такое могло с ним случиться? И кто ему звонил?
Я закрываю глаза на миг, вспоминая наш последний разговор с отцом и появляется страх за отца. Он же очнется? Он должен. Мы не можем его потерять. Да, у меня с отцом не идеальные отношения, но он мой отец. И останется им навеки. Это никто не изменит. Меня пугает мысль о том, что он может бросить нас.
— Нельзя спать на скамейке как бомж. – знакомый голос заставляет меня открыть глаза. Я открываю глаза и вижу девушку среднего роста, брюнетка. У нее необычная внешность. И мне кажется я ее знаю, но не могу вспомнить.
— А кто мне запретит? –спросил я. Она ухмыляется.
— Ну, это общественное место и тебе не следует спать здесь. – поясняет она. Я закатываю глаза на ее слова.
— Я тебя знаю? – спрашиваю я, а она пожимает плечами.
— Но я знаю твоего отца и тебя, — говорит она.
— Ты что моя фанатка? – спрашиваю я. Теперь она закатывает глаза.
— Нет, дурак. Зачем мне быть твоей фанаткой? У меня что других дел нет?! — фыркает она. Я пожимаю плечами и собираюсь снова спать, но это девушка не дает мне отдохнуть.
— Стой-стой. Не спи. – И я открываю глаза из-за любопытности. – Я хочу предложить тебе выгодное предложение. Слушай, я слышала, что тебе нужна справка о диагнозе отца, я тебе ее дам, а взамен ты отвезешь меня в те места, куда я хочу, – говорит она. А я ошеломленно смотрю на нее. Она это сейчас серьезно? Или это такая шутка?
— А как ты собираешься дать мне справки? – спрашиваю я.
— Это оставь мне. – с уверенностью говорит она. Мне хочется смеяться над ее храбростью.
— А как мне тебе поверить? – склоняю голову на бок, и ухмыляясь, смотрю на нее. Она закатывает глаза, еще больше смешит меня.
— Какой ты скучный! Доверься мне. – говорит она. И теперь услышав последнее слово, я хмурюсь.
— Нет! – отрезаю я. Она удивленно смотрит на меня. Наверное не ожидала она, что я откажу ей.
— Слушай, я достану тебе справки, верь мне! Подожди здесь. – говорит она, коснувшись моей груди, и почему-то я жду ее, когда она разворачивается и идет туда, куда ушел минуту назад доктор.
Я удивляюсь тому, что сижу здесь и жду ее. Не могу вспомнить, где я видел ее. Она странная и мне неизвестно, что она здесь делает. Но я жду ее. Смотрю на палату. Это все для отца. Мне нужен его диагноз, который доктор так старательно скрывает.
Через десять минут незнакомая девушка подходит, а на ее руке папка, а на лице победная улыбка. Мне становится легче, не знаю отчего. От того, что она принесла мне диагноз отца или от того, что она так красиво улыбается?
— Вот. — притягивает она мне папку. Я беру, и открыв, рассматриваю ее. Что ж, она молодец.
— Теперь отвези меня в те места, куда я хочу. –- говорит она. Я встаю, и отказываю ей. Она кажется ошеломленна моим ответом.
— Как ты можешь? Я же выполнила свою часть, теперь должен ты! -- говорит она. Ее взгляд становится яростным, она часто хлопает ресницами. Забавно.
— Я не говорил, что сделаю свою часть. - говорю я, а она еще больше злится. Я ухмыляюсь, смотря на ее лицо.
— Тогда я собираюсь сказать доктору, что у тебя справки. – ухмыляется она мне. Я понимаю, что она меня раскусила. Я бы ей не поверил, но только что увидел какая она храбрая. Чертыхаясь, я соглашаюсь.
— Не думал, что ты так быстро сдашься! – смеется она. Закатываю глаза и мы заходим в лифт. В последний раз, смотрю на палату, где лежит отец.
Это все для тебя, папа!
Мы выходим из больницы, а эта девушка широко открывает свои карие глаза, рассматривая мой мотоцикл. Я гордо улыбаюсь.
— Мы на этом поедем? – спрашивает она.
— Нет. Пойдем пешком, — саркастично отвечаю я. Она закатывает глаза.
— Не думала, что приедешь сюда на мотоцикле. – произнесла она. Я хмурюсь, не понимая откуда она меня так хорошо знает, если не моя фанатка. Но все равно залезает на мотоцикл.
— Не видно, что тебе страшно. – ухмыляюсь я.
— У моего брата тоже есть мотоцикл, — отвечает она.
— Понятно. Так. Куда мы поедем? — спрашиваю я.
— На кладбищу. – тихо отвечает она.
— Собираешься закопать меня? – шучу я. Но она не отвечает мне. И я понимаю, что лучше мне молчать.
***
Мы приехали в кладбище. Здесь так темно, страшно, уныло, и холодно. Она бесшумно снимает шлем, и выходит. Она идет во внутрь. А там туманно и темно. Понимаю, что не хочу ее оставлять там наедине, и иду за ней. Она тихими шагами, словно не спеша идет куда-то. Я молчу. Знаю, она пришла сюда навестить кого-то. И мне лучше не вмешиваться.
Наконец, останавливается у одного могилы.
«Эрна Бенинг». Кажется, это ее мама, так как родилась она давно. Незнакомка садится на огромный камень, что-то берет из кармана. Это кольцо. Кажется старая. Внезапно, она всхлипывая:
— Мама, это кольцо тебе. Ты ведь знаешь, как я люблю дарить кольцо, родным для меня людям. А ты так и не получила ее. Прости меня. Я так скучаю по тебе. Мне тебя не хватает. Прости, что иногда забываю дорогу сюда. Я обещаю, не забывать тебя и дорогу сюда, тоже. – дрожащим голосом говорит она. И в этот момент мне хочется обнять ее, прижать к себе, но потом словно очнувшись, понимаю, что это глупо.
Она встает, оставляет кольцо, потом повернувшись ко мне, проходит мимо меня. И в этот момент, я ненавижу себя за то, что не могу вспомнить ее.
Я последни, кто выходит из кладбища. Здесь жутко темно и холодно. Но мне это даже нравится.
Вижу, как незнакомка уже садится на мотоцикл. Ухмыляюсь, как она мило садится на сидения и не может соблюдать равновесия.
— Давай, я помогу? – предлагаю я. Она смотрит на меня, уже сухими глазами и смущенно кивает. Мое сердце бешено бьется от одного ее невинного взгляда. Наверное, я сегодня такой, потому что много всего произошло. Это пройдет. Должно пройти.
После того, как разобрались с мотоциклом, мы едем дальше. И знаете, что? Теперь мы едем в парк аттракционов. И как ее настроение быстро меняется, как и место. Сначала кладбище, потом парк. Немыслимо вообще!
***
Приехав на парк аттракционов, я недовольно фыркаю. У незнакомки настроение поднялось аж до неба.
— Здорово! Никогда не думал, что окажусь в парке аттракционов. – хмыкаю я. Она удивленно смотрит на меня.
— Никогда не был в парке? – спрашивает она. Я киваю. Она все еще удивляется. Мне становится смешно от ее реакции. Она такая забавная.
— Я была права. Ты очень скучный! – фыркает она. Я хмыкаю.
— Неужели? Кстати ты скажешь откуда меня знаешь? – спрашиваю я.
— Нет,— коротко отвечает она и идет к входу. Теперь моя очередь удивляться. Так как никто мне не отказывал. А она осмелилась сделать это. Что ж, храбро!
Она заставила меня купить билеты на колесо обозрения, на американские горки, и на комнату страха. Я закатил глаза, когда покупал билет на последнее.
— Это просто издевательство. Там не страшно. Мы зря купили билеты. – говорю я.
— Заткнись! Ты просто портишь настроение. – И я опять закатываю глаза.
Сперва мы пришли на колесо обозрения. И здесь тоже скучно. Но она… Она так увлеченно смотрела на всё это. А я наблюдал за ней. Интересно, кто она? Кто бы она не была, она сделала мой день. Я был в ужасном состоянии, а она так неожиданно появилась передо мной. Словно упала с неба.
Потом мы пошли на американские горки. И тут не так скучно. Но что меня злит, так это то, что многие девушки кричат так, будто режут их горла. Мне пришлось надеть очки и кепку, на что она закатила глаза. Но я бы так небрежно не относился к этому. Потому что знаю, какие у меня фанаты сумасшедшие.
Она была настолько счастливой: она громко смеялась, улыбалась. И я поистине был счастлив.
После того, как мы вышли из американской горки, незнакомка визжала, она прыгала на месте. И обняла меня. Я замер. Мне не хотелось нарушать этот связь. Но она сама нарушила ее, неловко улыбнувшись мне. Я ничего не сказал и мы пошли дальше.
Когда очередь дошла до комнаты страха, я недовольно хмыкнул.
— Ты правда собираешься туда? – спрашиваю я.
— Да, и ты пойдешь со мной! – заключает она.
— Да там не страшно. Пустая трата денег. – недовольно побурчал я, но она меня даже не слышала. И мы все равно зашли туда.
Как и ожидалось. Там не было страшно. Я чуть не уснул, а она наверное, от вежливости пугалась. Не знаю. Но было приятно наблюдать за ее реакцией.
— Это было страшно. Я так испугалась. – говорит она. А я закатываю глаза на ее слова.
— Ага. Очень. Я от страха аж не усну. – издеваюсь я, а она в ответ усмехнулась.
В скором времени, мы покинули это место. Конечно, прежде чем уйти, она заставила меня купить ей сладкую вату. Потом она еще и предложила мне, но я вежливо отказал ей, потому что ненавижу сладкое.
***
Следующий пункт назначения, это озеро Пончартрейн*. Не понимаю, почему мы сюда пришли.
— И позволь тебя спросить: почему мы сюда пришли? – задаю я вопрос. Она впереди меня, подходит к озере.
— Здесь очень чистый воздух. Лишь смотря на это озеро, в душе становится легко. – отвечает она.
— Да ты что! – фальшиво удивляюсь я. Она тихо смеется. Так приятно слышать ее смех.
Мы равно стоим теперь, и смотрим на озеро. Она думает о своем, а я о своем. Но мои мысли занимает отец, который сейчас в коме. И я не знаю, что довел его до инфаркта! Меня это чертовски злит, поэтому я должен найти того, кто так сделал.
— Знаешь, я слушала ваши некоторые песни. – прерывая мои мысли, произносит она.
— И как они тебе? – поинтересовался я. Хотя знаю, что наши песни любому понравятся.
— Ну, так себе. – отвечает она. Я удивленно смотрю на нее. А она усмехается.
— « Так себе»? – переспрашиваю я. Она кивает. Кажется, я ошибся. Не всем нравятся наши песни.
— Знаешь, я не думал, что ты хочешь посетить такие места. Я думал, что ты собираешься на кино или на шопинг. – признаюсь я. А она смеется.
— Я не такая, каких ты привык видеть. – кратко отвечает она. Я кивнул.
Внезапно, она подходит ко мне, и смотрит в мои глаза, касается моих ладоней и тихим голосом говорит:
— Брайен, твой отец встанет с постели. Он будет с тобой. Все будет как прежде. Только не теряй надежду. Стремись к лучшему. – И в этот момент я не совсем понимаю, что я делаю. Я хватаю ее за талию и прикасаюсь к ее губам своими губами. Мне хотелось почувствовать их на вкус, но я себе запрещал ранее. А сейчас, когда она на меня так смотрела, я не сдержался.
***
Я отвез ее в больницу. Она этого сама хотела. Она всю дорогу молчала. Ни слова не произнесла. И сейчас снимая шлем, она все еще молчит. Меня ее молчание убивает. Я и не ожидал, что она сразу ответит мне.
Я даже не знаю ее имя, я ни черта не знаю о ней. Но мне хочется узнать о ней больше.
Она собирается уйти, но я вовремя хватаю ее за запястье, и только потом она взглянула на меня.
— Ничего не скажешь? – спрашиваю я.
— А я должна что-то сказать? — пустым взглядом спрашивает она. Я застыл как каменное изваяние.
— Слушай, давай сделаем вид, что всего этого не было. Это все равно ничего не значит, ни для тебя, ни для меня. Все это был договор. Просто забудем этот вечер.
Она ушла. Я не мог понять. Мне разбили сердце? Кажется, да. Смешно даже.
Пончартрейн — озеро в США на юго-востоке Штата Луизиана. Крупнейшее озеро в Штате, второе по величине среди солёных озёр США, одиннадцатое по площади, среди всех озёр в стране.