Разрушенный мир.
А ты когда нибудь задумывался, как умирают люди? Без боли, и без мучений, лишь один единственный писк раздаётся по комнате и, всё, они покидают наш мир. Этот способ называют - суицид. Вскрытие вен, петля в руке, таблетки аспирина, яды, передоз.. Сталкивался с этим? Наверное, нет, даже и в мыслях не было, верно? А у меня было. Я часто видел тебя с девушками под руку, или как ты вёз их у себя в машине. Помнишь, ты однажды завидев меня впереди, подбежал со своей девушкой и познакомил нас? Сольхён вроде, так её звали? А ты до сих пор с ней? Надеюсь, что да.
Я не понимаю себя, своих мыслей, почему сердце выбрало именно тебя, Джун?
К чему эти ссоры? К чему эти обиды?
Давай останемся Друзьями, дальше будет видно,
А пока о любви не может быть и речи,
Не звони и не пиши мне больше каждый вечер.
С этими словами ты и выгнал меня из своего дома, когда я пьяный в стельку завалился к тебе посреди ночи с криками " Я люблю тебя ". Тот скандал, все те слова что ты сказал, они были правдой? Ты так сильно ненавидишь меня? Не молчи.. Прошу.. Ты же видишь, сколько дней подряд я страдаю и жду сообщения от тебя, но мой мобильник озвучивает лишь лирические произведения, и не слышу я, того заветного "дзинь" - что оповещает пользователей о новом сообщении. В тот вечер я и сделал первые порезы на венах. В тот вечер я и плакал как последняя брошенная сука.
Пропускал занятия, пары, эти чертовы звонки от преподавателей, но не от тебя, стуки в дверь, я знаю, там вновь разъярённый директор, но не ты. Сколько мне ещё ждать? Я даже не пытался подойти к двери, потому что задавался вопросом: " а смысл? " - и правда, зачем открывать дверь тем, кого вовсе и не ждёшь? Телефон разрывался, дверь держалась на соплях, едва-ли не выбивалась от сильных ног тех, кто подходил к ней.
Ещё один месяц прошёл незаметно. Я совсем исхудал, из еды у меня была лишь картошка и морковь. Я не чистил и не варил эти овощи, а ел так. Сил даже на это не хватало. Мой желудок ныл и просил большего, но себе я не мог этого позволить. Мама с отцом волновались обо мне и звонили каждый вечер, спрашивали, как дела у меня, чем питаюсь, как живу, не нашёл ли себе жену.. Да какая там жена, когда я геем стал? Отвечая им, мол, всё хорошо, не беспокойтесь, я сбрасывал. Именно они платили за мою квартиру, за что я им безмерно благодарен.
Тихий стук в дверь, неужели? Я откидываю одеяло и иду к входной двери, попутно спотыкаясь об воздух. Ты. Я открываю дверь и вижу тебя пьяным и неадекватным. Что-то внутри меня начало бить тревогу, страх? Твой взгляд - самое страшное, что я видел за всю свою жизнь. В нём играли нотки презрения и отвращения ко мне. Неужели я так ужасно выгляжу? Слышу какое-то бубнение с твоей стороны, что-то типа: " ужасно; и как ты до такого себя довёл?; почему мне не звонил? " - я не отвечаю, лишь свесив голову молчу в тряпочку. Стыдно показываться в таком виде человеку, к которому ты неровно дышишь. Я не понимаю, как ты оказался рядом, как поднял меня за подбородок и требовательно поцеловал. Моё спасение? Я добился того, чего ждал так долго?
Как мы добрались до кровати я тоже смутно помню, помню лишь два потных тела, трения, громкие шлепки и стоны, а потом.. царство Морфея в объятьях любимого.
***
Всё изменилось, ты теперь живёшь со мной. Я стал значительно набирать вес, а мои комнаты освобождаться от жирных слоев пыли. Ты тогда смеялся над моими щёчками, помнишь? Я стал выходить на улицу, охотно коллекционировать альпак и ища самую редкую - чёрную. Ты её подарил мне на день рождение, Господи, как же я был счастлив. Но после этого ты куда-то ушёл, и я не понял совсем точно куда, ты говорил что тебе нужно отойти срочно на время, хотя ты так и не вернулся. Шуга и Чонгук вновь миловались на диванчике и пытались всячески не палиться, а я сидел и думал о тебе, так и уснул. Утром все разошлись, и я принялся тебе звонить. Ты не брал трубку и, это настораживало ещё больше. " Что случилось? " - оставил я голосовое сообщение для тебя, которое ты так и не прослушал.
Обняв чёрную альпаку, которую я назвал Ирис, моя поза из "сидящий похуист перед телевизором " превратилась в "сидящего ребёнка с 50-ти сантиметровой альпакой перед телевизором ". Грусть охватила меня в тот-же миг, как раздался звонок, звонил телефон. Это был Чимин, он спрашивал, рядом-ли Намджун? "Рядом-ли.." - повторил я вслух, на что собеседник поинтересовался, всё хорошо со мной, придти,мол, не надо? Нет. Я хочу чтобы пришёл лишь ты, Джун~ни.
Всё вернулось восвояси. Пыль, грязь, кожа да кости. Шёл четвёртый месяц, как ты ушёл. Я не понимаю, когда ты успел придти и забрать вещи, да ещё и так незаметно. Все надежды рухнули. Всё то счастье что дарил мне ты - ушло бесследно. Телефон я разбил об стену со злости, от ненависти. Как ты мог.. после всего, что произошло - так просто уйти? Ты меня любил? И нужен-ли я тебе вообще? Склоняюсь к не положительному ответу.
Проходит пара дней и я всё-же одеваюсь, иду на крышу десятиэтажного дома. Смотрю сверху вниз. Неужели все эти люди, что столпились там - остановят меня? Как бы не так. И вот, перед прыжком я вижу тебя, с той самой девушкой, ты идёшь с пакетами и мило ей улыбаешься, я кричу тебя, а ты не оборачиваешься и, как бы нелепо это не выглядело, я падаю, прямиком вниз.
***
- Это всё что мы нашли на той крыше, господин Ким. - проговорил один из офицеров и покачал головой.
- Я понял вас, можете уходить, ваша помощь больше не требуется. - Нам вновь окинул взглядом письмо, которое нашли именно на том самом месте, откуда спрыгнул Джин, его любимый Джин.
***
Намджун каждый день приходил на могилу, под которой же разлагался обладатель чёрной альпаки которая стояла у надгробья и ноги её были все в земле, хотелось взять её - и вымыть, но он знал, как Сокджин любил эту игрушку оставленную им, поэтому трогать не стал. Ком подступил горлу и виновник упал на колени перед горкой земли. Слёзы невольно посыпались с глаз, словно бусинки, и лишь ветер уносил их с собой вдаль, оставляя Джуна одного также, как и он когда-то оставил покойного.
Я дарил тебе звёзды; и был твоим небом.
Я уже на грани, в мире нет стальных нервов.
Место в груди очень лениво ты даришь.
Смотрели на звёзды, стремились туда лишь.