глава 3
Я выхожу из бара и оглядываюсь по сторонам. Перед входом в заведение стоит пара человек, их силуэты едва различимы в свете уличных фонарей. Я знаю, что это наши люди, поэтому коротко киваю им в знак приветствия. Натягиваю черную маску на лицо, чтобы скрыть свою личность, и направляюсь к мотоциклу, который припаркован неподалеку.
Мотоцикл – это не просто средство передвижения, это часть меня. Я бережно беру его за руль, словно он живое существо, и надеваю шлем. Звук заводящегося мотора напоминает мне о том, что я снова в игре, где на кону стоит всё.
Тронувшись с места, я мчусь по ночному городу. Фары моего мотоцикла разрезают темноту, и я чувствую, как адреналин наполняет мои вены. Мысли о Дамиане не покидают меня. Он начал охоту, и я не знаю, когда и где она закончится. Его силуэт постоянно всплывает перед моими глазами: высокий, с холодным взглядом и тенью боли в глазах. Я не могу убежать от этой игры, я вступаю в неё.
Я не знаю, но чувствую, что это война. Война между двумя одиночками, балансирующими на грани жизни и смерти.
Город погружается в тишину, и только звук мотора нарушает её. Я мчусь по пустым улицам, чувствуя, как ветер обнимает меня. Но где-то там, вдалеке, он наблюдает за мной. Считает минуты до следующей встречи.
Или, может быть, ждёт меня?
Когда я подъезжаю к своему дому, мысли приходят в порядок. Я ставлю мотоцикл в гараж и захожу внутрь. Дом погружен в темноту и тишину, только лунный свет пробивается сквозь занавешенные окна. Я выключаю сигнализацию и прислушиваюсь. Будет неприятно, если меня убьют во сне. Но дом остаётся безмолвным, и это беспокоит меня. Слишком тихо.
Я бросаю ключи на полку в коридоре, снимаю кожаную куртку и ботинки и иду на кухню. Алкоголь, выпитый в баре, немного расслабил меня, но адреналин всё ещё бурлит в крови. Я достаю замороженный ужин из холодильника и ставлю его в микроволновку.
«Он не должен убить меня сегодня. Ему тоже нужен сон и отдых, если он всё-таки человек», – думаю я, облокачиваясь о столешницу. Выдыхаю, пытаясь успокоиться. Но внутри меня всё ещё живёт страх. Страх перед неизвестностью. Перед тем, что может произойти завтра.
На кухне становится все тише. Слишком тихо. Но я продолжаю сидеть, слушая, как микроволновка жужжит, разогревая ужин.
Микроволновка пищит, её монотонный звук пробивается сквозь тишину комнаты, нарушая её уютное спокойствие. Мой желудок урчит, как старый мотор, требуя внимания. Я поворачиваюсь к печи, достаю горячий пластиковый контейнер, от которого поднимается пар, наполняя воздух пряным ароматом еды. Этот аромат вызывает у меня мгновенную слюноотдачу, и я невольно облизываю губы. Нетерпеливо несу контейнер в спальню, ставлю его на рабочий стол, который освещает мягкий голубоватый свет монитора. Экран компьютера мерцает, словно приглашая меня окунуться в его бездонный мир, полный информации и возможностей.
Я притягиваю контейнер к себе и, не теряя времени, открываю крышку. Горячий пар вырывается наружу, обволакивая меня, и я чувствую, как запах карри с картошкой проникает в каждую пору моей кожи. Первый кусочек, ещё тёплый и сочный, я подношу ко рту. Блаженно промычав, я наслаждаюсь вкусом, но вдруг слышу короткий сигнал телефона, который лежит на столе. Кто осмелился нарушить этот момент? Любопытство побеждает, и я, не раздумывая, включаю экран.
Уведомление. От неизвестного отправителя.
«Встретимся?» — короткое, но зловещее сообщение. Моё сердце начинает биться быстрее, словно кто-то невидимый ударил по нему молотком. Это он. Опять. Как всегда, неожиданно, и, кажется, в этот раз я не готова. Но глупо было надеяться, что он оставит меня в покое даже на мгновение.
Одной рукой я набираю ответ, а второй кладу в рот ещё одну ложку ароматного карри.
«Что хочешь пригласить на свидание? Выпьем по чашечке кофе с молоком?» — пытаюсь я придать своему вопросу шутливый тон, чтобы скрыть небольшое беспокойство.
Но прежде чем я успеваю отправить сообщение, экран телефона снова мерцает. Новое уведомление, словно он ждал моего ответа в реальном времени.
«Я бы выбрал не кофе. Ты ведь не из тех, кто пьёт молоко, правда?» — его слова звучат холодно и отстранённо, но в них чувствуется какой-то странный вызов.
Нет ни имени, ни намёка на место или время. Только эти слова, которые словно ножом режут тишину:
«Ты первая, кто выжил после того, как я коснулся чьей-то шеи ножом».
Я недовольно цокаю языком, но внутри меня всё холодеет. Этот человек не просто так пишет мне. Он знает что-то, что заставляет его играть со мной. Я смотрю на экран, где отражается моё лицо, затем на тёмное небо за окном, где дождь барабанит по стеклу, словно пытаясь заглушить мои мысли.
Телефон снова вибрирует, и я вижу новое сообщение.
«Посмотри в окно», — пишет он, и в этот момент я чувствую, как по спине пробегает холодок.
Я кладу телефон на стол, отодвигаю контейнер с едой и медленно подхожу к окну. Дождь всё так же стучит по стеклу, но теперь я чувствую, что за мной кто-то наблюдает. На нижнем крае стекла я замечаю едва заметную бороздку от ножа и свежий след от пальца, как будто кто-то провёл им снаружи.
«Я уже был тут», — приходит новое сообщение, и я невольно отступаю назад.
Я расплываюсь в улыбке , сейчас я только больше вспутаю в азарт а он подогревает мой огонь, и понимаю Это не просто игра. Это что-то большее.
«Значит, ты подглядываешь за мной, да? Неприлично это, знаешь ли», — говорю я, пытаясь скрыть своё разражение
Снова смотрю в окно, но ничего не меняется. Может, он всё ещё там? Может, он сидит в тени и наблюдает за мной через стекло?
«Это всего лишь игра, детка», — приходит новый ответ, и я чувствую, как внутри меня поднимается волна гнева.
Я закрываю окно, проверяю систему безопасности дома и замечаю, как что-то мигает в углу на верхних полках. Это камера. Я знаю, что это камера, и понимаю, что он следил за мной.
«Так меня может называть только один человек, и это точно не ты, ублюдок», — говорю я вслух, пытаясь убедить себя, что это всего лишь игра.
Я открываю ящик в столе и достаю пистолет. Пуля попадает прямо в камеру, пробивая гипсокартон в стене. Кадры начинают мерцать и затем гаснут.
«Я же сказала, неприлично подглядывать за девушкой», — говорю я, чувствуя, как внутри меня что-то успокаивается.
Но телефон снова разрывается сообщениями.
«Зря ты это сделала, мне так нравилась эта камера», — приходит новое уведомление, и я чувствую, как внутри меня снова поднимается волна тревоги.
«Зря ты выбрал меня, сукин сын», — говорю я, заканчивая этот странный цирк. Проверяю весь дом на наличие других следящих устройств. Оставаться здесь опасно. Мой дом находится на краю города, и он узнал его местоположение. Это знают лишь единицы: мой босс, пара моих коллег-снайперов, которые недавно умерли, и, похоже, от его руки. Повезло, что я бываю дома редко — только поесть и поспать. Никаких важных вещей здесь нет. Но стоит ли уходить сейчас? Или остаться и ждать его?
Я сжимаю кулаки так сильно, что костяшки пальцев белеют. Внутри меня бушует ураган эмоций — страх, гнев, решимость. Взгляд мой холоден и напряжён, словно я смотрю на врага через прицел. Этот человек думает, что может запугать меня, как загнанное в угол животное? Он ошибается. Я тоже хищник, и мои когти уже готовы вонзиться в его плоть.
Он нашёл моё убежище не случайно. Кто-то предал меня, указав ему путь. Этот предатель был внутри Эстеро, и теперь я не могу не задаться вопросом, кто он и как глубоко он проник в моё окружение. Но бежать уже поздно. Бояться смерти бессмысленно. Я больше не жертва — я охотник.
Сажусь за стол и пододвигаю к себе тарелку с остывшим обедом. Еда кажется мне безвкусной, как пепел. Пальцы дрожат, когда я достаю из кармана телефон и открываю файлы с его делом. Экран монитора мерцает, и передо мной возникает папка с грифом «Дамиан Рио / Призрак Монтеро».
Фотографии жертв, отчёты, детали преступлений. Но что-то сразу привлекает моё внимание. В последнем досье есть не только убийства, но и сообщения. Скрытые файлы, записки. Одна из них озаглавлена «Контакт в Эстеро: подтверждён». Номер телефона зашифрован... но не полностью. Моё сердце начинает биться быстрее, как будто предчувствуя что-то важное.
Листаю дальше, и в углу одной из фотографий замечаю едва заметную надпись на стене переулка:
«Если читаешь это... она уже знает».
Моё дыхание сбивается, и сердце пропускает удар. Этот человек знал, что я открою его дело. Он оставил это для меня. Но я лишь откидываюсь на спинку кресла и улыбаюсь. Это не улыбка радости, а холодная, опасная ухмылка, полная решимости.
— Если ты выбрал белые фигуры и решил ходить первым, это не значит, что я не поставлю тебе мат в конце этой партии, — шепчу я, чувствуя, как внутри меня разрастается ярость.
Беру телефон и подключаю его к компьютеру. Запускаю программу для расшифровки номера и сопоставляю данные. Через десять минут остальные цифры выстраиваются в ряд, и на экране появляется почти полный номер. Один символ остаётся неизвестным: X. Это не ошибка. Это вызов. Я знаю это.
В этот момент компьютер издаёт странный звук, будто подключаясь к внешнему носителю. Я резко оборачиваюсь, но в комнате никого нет. Только дождь барабанит по окнам, а свет от монитора освещает мои напряжённые черты лица.
На экране начинает загружаться файл без имени. Видео. Оно включается автоматически. Тёмная комната, камера слегка дрожит. И я. На заднем плане виден мой мотоцикл у бара... угол обзора выбран идеально.
Раздаётся спокойный, но хриплый голос, в котором чувствуется скрытая угроза:
— Добрый вечер.
Моё сердце замирает. Это он. Дамиан Рио.
— Если ты это смотришь, значит, я ошибался, — продолжает он. Его голос становится тише, но от этого не менее пугающим. — Ты не просто выживаешь... Ты играешь.
Экран гаснет, и комната погружается в тишину. Свет от монитора кажется мне слишком ярким, а сердце продолжает биться в груди, как будто хочет разорвать меня изнутри. Я сижу и смотрю в пустоту, пытаясь осмыслить увиденное. Этот человек. Этот Дамиан Рио. Он знает обо мне больше, чем я думал. И он играет со мной.
Но я не собираюсь быть его пешкой. Я — охотник. Я найду его. И я поставлю ему мат.
Я закрываю видео и стираю его с лица, словно это не просто информация, а нечто осязаемое, что можно смять и выбросить. Но даже после этого ощущение тяжести не уходит, а только усиливается, как будто вместе с видео я потеряла часть себя. Я погружаюсь в раздумья, и мысли мои текут медленно, как вязкий туман. Дождь за окном нагоняет напряжение, словно это его задача — заставить меня нервничать. Я сижу на столе, нервно барабаня пальцами по поверхности, и сердце колотится, как ненормальное. Но это не страх. Это желание покончить со всем этим как можно скорее.
Видео стерто, и кажется, что его никогда и не было. Но я знаю, что это не так. Кто-то следил за мной. Давно. Как долго? Я пытаюсь вспомнить, когда это началось. Первая встреча была слишком давно. Его мать была в нашей группировке, и он знал всех. Когда я впервые увидела его, я отвернулась, не желая смотреть на еще одного человека в баре. Но он смотрел на меня. Всегда.
Я вспоминаю тот день, как будто это было вчера. Бар "Эстеро" был местом, где царила мрачная атмосфера. Я, десятилетняя девочка без имени и истории, переступила порог этого заведения, ведомая лишь одним желанием — отомстить. В тот момент я была лишь тенью, безымянным призраком, но внутри меня пылал огонь.
Лео, хозяин бара, сразу почувствовал что-то необычное во мне. Он был суровым, но справедливым. Его взгляд пронзал насквозь, но в нём было что-то, что заставляло меня доверять ему. Он не задавал лишних вопросов, просто протянул руку и сказал: "Добро пожаловать, дитя".
С тех пор я стала частью его мира. Он дал мне крышу над головой, пищу и защиту. Но самое главное, он начал учить меня. Лео был мастером своего дела, и его уроки были жесткими, но эффективными. Он показывал мне, как обращаться с оружием, как читать следы, как выживать в самых опасных ситуациях.
Однажды, когда я уже начала чувствовать себя частью его команды, он протянул мне снайперскую винтовку. "Эта винтовка — твой инструмент," — сказал он. "С ней ты сможешь работать одна, но помни, что сила не только в оружии, но и в твоей голове".
Я взяла винтовку в руки, и она словно ожила. Я почувствовала её тяжесть, её мощь. Это было то, что я искала. Это было то, что делало меня уникальной.
Вскоре моё имя начало звенеть над городом. Люди шептали его с уважением и страхом. Дядя, который когда-то нашел меня на улице, теперь смотрел на меня с гордостью. "Ты стала достойным агентом," — сказал он. "Ты доказала, что можешь стоять на равных с лучшими".
И я знала, что это только начало. Впереди меня ждали новые испытания, новые враги и новые цели. Но я была готова. Я была готова к чему угодно, потому что у меня был мой инструмент, моя сила и моя цель.
Может, именно тогда он заинтересовался мной? Или когда ему дали задание меня устранить?
Я сижу в темноте, закрыв глаза. Память возвращается не как образы, а как осколки: старый бар, запах табака и крови, детские кроссовки на луже... и я — маленькая тень в дверном проёме, и взгляд довольного молодого мужчины с шрамом на лице. Я не просто появилась. Я выжила.
В голове роятся вопросы. Ему было лет четырнадцать? Восемнадцать? Он уже был на службе у Монтеро... или еще нет? И тут приходит новое сообщение на экране. Простое, без предисловий:
«13 лет назад... ты стояла у дверей бара с обгоревшей кофтой и глазами, полными ненависти».
«Я тогда случайно выстрелил в мужика за столом и чуть не попал тебе в плечо».
«Почему я не могу этого забыть до сих пор?»
Я открываю глаза. Холодные, пустые. Я сняла маску дерзкой девчонки, о которой ходят слухи в клане. Мой взгляд потерял искры уже давно, и я каждый раз пытаюсь их зажечь. Но я решаю ответить:
«Потому что ты сумасшедший предатель и верный пёс Монтеро».
Я кладу телефон на стол. Ответ отправлен. Возвращаюсь к холодному ужину, но мысли все еще поглощены этим разговором. Я уже хотела проверить, нет ли нового уведомления, но тут раздается сигнал сообщения. Оно одно, коротко, без лишних слов:
«Потому что ты — единственная, кого я не добил».
Тишина давит. Похоже, это признание... от человека, который забрал все, но оставил меня живой. Но я уже устала от этого дня и его сообщений. Отправляю последний ответ:
«Тебе платят не за то, что ты спамишь мне смс, поэтому подрочи, успокойся и иди наконец спать ;)».
Отправляю и понимаю, что точно не буду отвечать на его попытки связаться со мной сегодня ночью. Мое сообщение висит в пустоте чата — как брошенный вызов. Выключаю телефон, кладу его экраном вниз и откидываюсь на спинку кресла, закрывая глаза.
Через десять минут после моего «спать» на заблокированном сервере мафии Эстеро срабатывает тревожный сигнал. Файл с досье на имя Алессия Лоренцо открыт. IP-адрес неизвестен. Локация: в пределах 500 метров от дома. А на окне, с внешней стороны, едва заметное слово, написанное паром от чужого дыхания:
«Спи сладко».
Игра только начинается. Я лениво встаю с кресла, выключаю тревожный сигнал и вижу новое послание на окне:
— Черт, от тебя хрен избавишься, придурок, — говорю я, стирая его. На всякий случай оставляю своё:
«Пошел нахер».
Закрываю шторы и падаю на кровать, почти сразу проваливаясь в сон. Мое дыхание выравнивается, и я погружаюсь в темноту ночного дома. Лишь мелкий дождь за окном и тиканье часов в соседней комнате.