18
Об аресте Чарльза Картрайта трубили все газеты. Еще бы! Настоящая сенсация!
…Наступил мой 21-й День Рождения. Я проснулась с невыразимой болью в душе и долго не хотела вставать, но, устав лежать, все же заставила себя подняться и выйти из комнаты…
- С Днем Рождения! – улыбнулась мама.
…У Чарли День Рождения может не наступить – и это лишь моя вина.
Я тяжело опустилась в кресло рядом со столом. Мой взгляд упал на свежие цветы.
- Это Олли тебе принес, - объяснила мать. – Он приходил, но я сказала, что ты спишь.
- Правильно сделала.
Я увидела выпуск бульварной газеты с заголовком «НОВАЯ ДРАМА ЧАРЛЬЗА КАРТРАЙТА!». Далее следовал текст примерно такого содержания:
«Знаменитый актер Чарльз Картрайт поразил мир, разыграв смертоносную драму любви. Его обвиняют в совершении 3-х убийств, единственным мотивированным из которых стало убийство доктора Бартоломью Стренджа. Картрайт, будучи уже официально женатым, намеревался вступить в брак со своей юной возлюбленной - мисс Гермионой Литтон-Гор, и устранил своего давнего друга, чтобы тот не помешал совершиться двоеженству…»
С отвращением поморщившись, я перевела взгляд на конец статьи:
«Теперь прославленного «Аристида Дюваля» ждет виселица».
- Гнусные падальщики! – заругалась я, отшвырнув газету. - Они питаются нашим горем и позором!
- Когда все закончится, мы уедем отсюда, дитя мое, - горько пообещала мама. – Быть может, даже из страны…
- Это НИКОГДА не закончится для меня! Куда бы я ни уехала, моя любовь будет со мной...
- Ты должна забыть его… Он обречен…
- И ты так легко об этом говоришь?!
- Боюсь, это его вина… Он знал, на что идет!
- Нет! Он не умрет! Он будет жить! - в отчаянии вскрикнула я. – Я не позволю…
- Но что от тебя зависит, дорогая? В любом случае, ты должна жить своей жизнью.
- У меня НЕТ своей жизни! – горячо возразила я. – В ту ночь… я поклялась ему, что его судьба станет моей, что бы ни случилось!
- О, бедное дитя! – горестно вздохнула мама. – Этот негодяй… Он еще и соблазнил тебя!
- Я разочарую тебя, мамочка… Ему не пришлось меня соблазнять и… Я была так счастлива! Я хочу, чтобы ты знала – я ничуть не жалею о том, что случилось той ночью… Скорее, напротив…
- Не знаю, о чем ты думала… Остается только радоваться, что твое безрассудство не возымело более серьезные последствия, - сурово произнесла мать, намекая на возможность моей беременности.
- А если все наоборот? Может быть, если бы сейчас я носила ребенка… ЕГО ребенка… это стало бы величайшим счастьем! И эти, как ты говоришь, «последствия» подарили бы мне новый смысл жизни… утешение… заставив меня жить… на этой земле… без него… Потому что мой дорогой Чарли… его плоть и кровь… навсегда остался бы рядом со мной… Мне было бы кого любить… горячо любить… обожать до безумия… А так… моя жизнь не имеет НИКАКОГО смысла! Я не хочу жить, ты понимаешь? И не стану!
- Бедняжка, - печально произнесла она, покачав головой. – Ты просто обезумела. Этот Картрайт совсем заморочил тебе голову! Но это пройдет… Ты переболеешь этой страстью… Ты переживешь все это… Ты же сильная!
Я отрицательно покачала головой и горько заплакала. В ее глазах читалось такое невыразимое отчаяние, что у меня заболело сердце.
В дверь постучали. Это была Элиза.
- С Днем Рождения, дорогая! – обратилась она ко мне. – Я приготовила для тебя твой любимый обед.
- Не нужно.
- Но ты же 2 дня совсем ничего не ела… и сегодня…
- Элиза… - попросила я. – Будь душкой, принеси выпить.
Мама и Элиза недоуменно переглянулись.
- Ну, вина! Что тут непонятного? – нервно рассмеялась я. – У нас же есть вино? У меня сегодня День Рождения, или нет?! Тащи бокалы, будем веселиться! И ты тоже!
Через пару минут Элиза вернулась с подносом, на котором стояло 3 бокала и бутылка мартини.
Я разлила вино по бокалам.
- Твое здоровье, Яйцо, - произнесла мама.
- Твое здоровье! – повторила Элиза.
Мы сдвинули бокалы и выпили их.
- Мое здоровье? – с горьким истерическим смехом проговорила я. – Лучше бы мне было умереть в миг своего рождения! Я приношу несчастья всем, к кому прикасаюсь, и убиваю тех, кто мне дорог и кого я люблю, принося всем горе, боль и смерть! И это по моей вине погибнет Чарли! Мама, зачем ты привела меня в этот мир?
Они испуганно посмотрели друг на друга.
- Что смотрите? – прикрикнула я. – Оставьте меня! Мне нужно побыть одной.
- Как она страдает! – вполголоса заметила Элиза.
- Я опасаюсь за состояние ее рассудка, - озабоченно добавила мама.
Они вышли из комнаты.
Я продолжала реветь и пить, пока не прикончила всю бутылку, и, тяжело поднявшись, поплелась в свою комнату. Рухнула на кровать.
Я была пьяна, словно уличная потаскуха, но мой разум, как назло, сохранял ясность, от которой так хотелось убежать. Но вскоре слезы и алкоголь взяли над реальностью верх. Рыдая, я закрыла глаза и с упоением вспоминала Чарли. Его объятия, ласки и поцелуи… Наваждение, но я физически чувствовала его… и слышала его голос… такой родной и нежный… И он говорил мне: «Любимая, все это неправда… это всего лишь сон»… Казалось, открою глаза – и мы проснемся… Вместе… как в наше первое утро, оказавшееся последним…