Волчий след

Та­кова моя судь­ба, ду­мала я на пу­ти в сто пер­вый ка­бинет. Со мной всег­да так: по­падая ку­да-то в пер­вый раз, я на­ходи­ла вра­гов быс­трее, чем дру­зей. И это пра­виль­но. Из­де­вать­ся над кем-то го­раз­до ве­селее, чем дру­жить. В этом зак­лю­чалась поч­ти вся моя фи­лосо­фия.

Ссо­ра с Эм­бер взбод­ри­ла ме­ня, и те­перь я шла по школь­ным ко­ридо­рам с вы­соко под­ня­той го­ловой, наг­ло улы­ба­ясь в от­вет на за­ин­те­ресо­ван­ные взгля­ды. К нуж­но­му ка­бине­ту я дош­ли лишь под ко­нец пе­реме­ны — нес­мотря на всю свою са­мо­уве­рен­ность, я все же за­пута­лась в кар­те.

При­ветс­тво­вали ме­ня, как и всю­ду се­год­ня, лю­бопыт­ные взгля­ды и пе­решеп­ты­вания. Я сно­ва улыб­ну­лась всем в клас­се, шо­киро­вав сво­ей уве­рен­ностью, но прив­лекла вни­мание пре­пода­вате­ля.

— О, но­вая уче­ница! — с эн­ту­зи­аз­мом вос­клик­нул муж­чи­на, жес­том под­зы­вая ме­ня к сто­лу.

Я не ста­ла ро­нять дос­то­инс­тво и приб­ли­зилась к не­му с лег­костью. В клас­се ста­ло ти­хо и мне это, на удив­ле­ние, пон­ра­вилось. Вни­мание вну­шало мне и страх, и удо­воль­ствие од­новре­мен­но.

— Доб­рое ут­ро, мис­тер Ко­улз. — Я вспом­ни­ла имя, зна­чив­ше­еся в рас­пи­сании, и ос­ле­питель­но улыб­ну­лась муж­чи­не. — Ме­ня зо­вут Джейн Ло­уренс.

— Очень при­ят­но, мисс, — удов­летво­рен­но от­ве­тил учи­тель.

Это был ста­ре­ющий муж­чи­на, ко­торый не ут­ра­тил оба­яния. Я бы да­ла ему со­рок, мо­жет боль­ше, од­на­ко это бы­ли не те со­рок, ко­торые де­монс­три­ровал Майк. Мис­тер Ко­улз был под­тя­нутым и стат­ным муж­чи­ной с хо­рошей при­чес­кой и яв­но от­бе­лен­ны­ми зу­бами. На нем бы­ли джин­сы, чер­ная фут­болка и си­ний пид­жак. Он не выз­вал у ме­ня от­вра­щения и я по­жала его ру­ку.

— Вы ин­те­ресу­етесь ис­то­ри­ей? — спро­сил он.

— Го­раз­до боль­ше, чем дру­гими пред­ме­тами. — Я бро­сила вы­соко­мер­ный взгляд на сту­ден­тов. Слов­но за­воро­жен­ные, они наб­лю­дали за раз­го­вором.

Мис­тер Ко­улз был до­волен. Он пред­ло­жил мне мес­то за пер­вым сто­лом и я прос­ле­дова­ла ту­да. Гул в клас­се вклю­чил­ся так рез­ко, буд­то учи­тель щел­кнул пе­рек­лю­чате­лем. На об­щем фо­не пес­ня звон­ка проз­ву­чала уны­ло.

Я дос­та­ла из сум­ки руч­ку и блок­нот, и в мо­мент мо­его от­вле­чения в класс во­шел Ридд. Он бес­це­ремон­но за­нял стул ря­дом со мной и стал без­за­бот­но рыть­ся в рюк­за­ке. За­вязать гал­стук он ви­димо не ус­пел.

— Эй! — вос­клик­ну­ла я.

Па­рень отор­вался от рюк­за­ка и ши­роко улыб­нулся мне.

— При­вет!

— Ни­чего боль­ше ска­зать не хо­чешь?

Ридд изоб­ра­зил за­дум­чи­вость, но весь его вид был нас­мешли­вым. Я за­дыха­лась от не­годо­вания.

— Нап­ри­мер?

Те­перь я сде­лала за­дум­чи­вое ли­цо, хо­тя из-за гне­ва уда­лось пло­хо.

— Дай по­думать. Нап­ри­мер, из­ви­нить­ся!

Три се­кун­ды Ридд ос­та­вал­ся серь­ез­ным, а по­том рас­хо­хотал­ся.

— За что, но­вень­кая?

— Ты зах­лопнул дверь пря­мо пе­редо мной!

— Но ведь это бы­ла шут­ка.

— Ни­чего се­бе шут­ка. — Я скрес­ти­ла ру­ки на гру­ди и на­дулась, хо­тя дол­жна приз­нать, ус­трой мы с друзь­ями та­кую за­саду ка­кому-ни­будь но­вич­ку в ста­рой шко­ле, мы бы сме­ялись до упа­да. Я бы да­же пос­чи­тала ее очень за­бав­ной.

Но снес­ти лич­ное ос­кор­бле­ние я не мог­ла, и уже хо­тела об­ру­шить на Рид­да свой гнев, как мис­тер Ко­улз крик­нул:

— Ти­шина!

Мы с Рид­дом, как по ко­ман­де, под­ня­ли го­ловы. Не ус­пел учи­тель про­дол­жить, как дверь от­кры­лась, и во­шел Нейт. Я рез­ко вып­ря­милась, и за­мети­ла, как в мою сто­рону сколь­знул взгляд Рид­да. Нейт из­ви­нил­ся и мис­тер Ко­улз пред­ло­жил ему за­нять свое мес­то. Я вы­рази­тель­но смот­ре­ла впе­ред се­бя, ста­ратель­но из­бе­гая взгля­да Ней­та, ког­да он про­ходил ми­мо.

Пос­ле ми­нут­ной воз­ни сно­ва во­цари­лась ти­шина. Нейт сел в кон­це клас­са. Не ус­пел мис­тер Ко­улз за­гово­рить, как дверь сно­ва рас­пахну­лась. На этот раз приш­ла Эм­бер. Ее па­рень плел­ся сле­дом.

— Мы бы­ли у ди­рек­то­ра, — бро­сила Эм­бер, не ос­та­нав­ли­ва­ясь, и они с шу­мом обос­но­вались в се­реди­не цен­траль­но­го ря­да.

Мис­тер Ко­улз да­же не взгля­нул в их сто­рону и тер­пе­ливо ждал, ког­да Эм­бер прек­ра­тит скри­петь мол­ни­ей на сум­ке.

— Нач­нем же, — объ­явил учи­тель, и ко­рявым по­чер­ком на­писал на дос­ке те­му.
Я об­ра­дова­лась, ведь от­лично зна­ла этот пе­ри­од. Ридд боль­ше не об­ра­щал на ме­ня вни­мания, и я ре­шила ос­та­вить его в по­кое. Лек­ция вдруг по­каза­лась мне ин­те­рес­ной.

— Все мы зна­ем, что Граж­дан­ская вой­на в США ста­ла клю­чевым со­быти­ем ве­ка... — на­чал мис­тер Ко­улз и пе­рес­ка­зал со­бытия 1861—1865 го­дов по са­мым важ­ным бит­вам и сог­ла­шени­ям.

Его рас­сказ соп­ро­вож­дался за­бав­ны­ми жес­та­ми, кри­выми ди­аг­рамма­ми и ком­мента­ри­ями. На ред­кость оча­рова­тель­ная ма­нера пре­пода­вания ув­лекла ме­ня уже че­рез нес­коль­ко ми­нут. Я не зе­вала от ску­ки, что час­то де­лала на уро­ках на­шего ис­то­рика в Ат­ланте — древ­ней­шей жен­щи­ны, ко­торая пле­валась и пу­тала да­ты.

Ог­ля­дыва­ясь, я за­мети­ла, что лек­ция пле­нила сту­ден­тов и впер­вые за ут­ро все смот­ре­ли не на ме­ня.

— Пе­рей­дем к оп­ро­су! — вдруг ска­зал мис­тер Ко­улз с улыб­кой. Это яв­но бы­ла его лю­бимая часть уро­ка, но де­ти не ис­пы­тыва­ли вос­торга.

За­шур­ша­ли стра­ницы учеб­ни­ков, про­бежал ожив­ленный ше­пот, кое-кто прос­то вып­ря­мил­ся на сту­ле. На та­ком фо­не я да­же по­чувс­тво­вала се­бя ум­ным че­лове­ком — мне не тре­бовал­ся учеб­ник, что­бы вспом­нить ос­новные да­ты Граж­дан­ской вой­ны.

— Итак, — мис­тер Ко­улз всмат­ри­вал­ся в ли­ца уче­ников, вы­бирая жер­тву, — я вам со­бытие, вы мне да­ту. Все прос­то. На­де­юсь, вы не все за­были за ка­нику­лы.

От­ве­том ему был про­тяж­ный стон. Я за­ин­три­гова­но улыб­ну­лась, и учи­тель яв­но это за­метил. Ему ви­димо хо­телось блес­нуть сво­ими сту­ден­та­ми пе­ред но­вой уче­ницей.

— Это же ве­село! — не уни­мал­ся учи­тель. — За­кон о граж­дан­ских пра­вах?

Все мол­ча­ли: ли­бо опус­ка­ли го­ловы, ли­бо пе­рег­ля­дыва­лись с со­седя­ми. Да­та вспых­ну­ла у ме­ня в го­лове, но я ре­шила по­ка мол­чать.

— Кто? — ра­зоча­рова­но спро­сил мис­тер Ко­улз. — Мисс Ва­ет?

Роб­кая блон­динка за сто­лом впе­реди вздрог­ну­ла и за­хихи­кала. Ее ру­ка по­тяну­лась к учеб­ни­ку.

— А без по­мощи? — Мис­тер Ко­улз опус­тил три паль­ца на об­ложку «Ис­то­рии США» и де­воч­ка умо­ля­юще нах­му­рилась.

— Я ду­маю... это бы­ло...

За бор­мо­тани­ем де­воч­ки я ус­лы­шала ше­пот ее со­сед­ки — тем­но­воло­сой, с при­ят­ным ли­цом и теп­лым взгля­дом:

— Ты­сяча де­вять­сот шесть­де­сят чет­вертый.

— Воз­можно, это про­изош­ло в 1964 го­ду? — пред­по­ложи­ла вто­рая де­воч­ка. Я ед­ва по­дави­ла сме­шок. Ридд скло­нил го­лову в мою сто­рону, и я мгно­вен­но на­пус­ти­ла на се­бя сер­ди­тый вид.

— Что «это», мисс Ва­ет? — спро­сил учи­тель.

— Я... уже не пом­ню, мис­тер Ко­улз.

— Спа­сибо за от­вет, мисс Сто­ун, — с вы­раже­ни­ем ска­зал муж­чи­на, и де­воч­ки зас­ме­ялись. — Гет­тисберг­ская бит­ва?

Воп­рос был встре­чен ту­пым мол­ча­ни­ем. Мис­тер Ко­улз выг­ля­дел от­кро­вен­но ра­зоча­рован­ным и ос­мотрел класс в по­ис­ках но­вой жер­твы. Его вы­бор ме­ня чрез­вы­чай­но по­радо­вал.

— Мисс Бра­ун? — Он улыб­нулся Эм­бер, и я взгля­нула за спи­ну Рид­да, что­бы уви­деть ли­цо блон­динки. Зре­лище не­обы­чай­ное — рас­те­рян­ная ко­роле­ва.

Став­лю сто бак­сов, что единс­твен­ным ее за­няти­ем на уро­ках бы­ло чте­ние жур­на­лов. Я, мол­ча и с удо­воль­стви­ем, наб­лю­дала за уни­жени­ем Эм­бер. Ее со­сед яв­но был туп — ог­ромные блес­тя­щие, как у те­лен­ка, гла­за смот­ре­ли на под­ружку с бла­гого­вени­ем. Ка­залось, он удив­лен тем, как сю­да по­пал, и я пред­по­ложи­ла, что он прос­то на­курил­ся. Или же ему все моз­ги вы­шиб­ли на фут­боль­ном по­ле.

— Не­уже­ли нет ва­ри­ан­тов? — спро­сил мис­тер Ко­улз.

— Мо­жет 1964. — Эм­бер ука­зала паль­цем в не­бо, но выг­ля­дела при этом очень уве­рен­но.

Мис­тер Ко­улз мол­чал, и я по­няла, что вре­мя приш­ло.

— Бит­ва под Гет­тисбер­гом сос­то­ялась 12 ап­ре­ля в 1863 го­ду. Сра­зу пос­ле бит­вы под Но­вой Ан­гли­ей, — вме­шалась я, и все взгля­ды сно­ва об­ра­лись ко мне.
Учи­тель изоб­ра­зил паль­ца­ми пис­то­леты и «зас­тре­лил» Эм­бер со сло­вами:

— Бра­во, мисс Ло­уренс!

Я роб­ко и с дос­то­инс­твом улыб­ну­лась. Воз­дух взор­вался от звон­ка на пе­реме­ну. Эм­бер си­дела с та­ким ви­дом, буд­то съ­ела ис­порчен­ный сэн­двич, и я при­дала улыб­ке зло­рад­ности, ког­да пой­ма­ла ее взгляд. В от­вет она пос­ла­ла мне ядо­витую стре­лу сво­ими жел­ты­ми гла­зами, но ме­ня это не сму­тило. Глав­ное — по­беда за мной, и я мыс­ленно объ­яви­ла ей вой­ну.

— До­маш­нее за­дание — в сле­ду­ющий раз так ме­ня не расс­тра­ивать! Удач­но­го дня! — Мис­тер Ко­улз вер­нулся к сто­лу, и сту­ден­ты на­чали со­бирать ве­щи.

Ис­пы­тывая лег­кую эй­фо­рию от по­беды, я взя­ла свой блок­нот в ру­ки.

— От­лично сра­бота­но. — Пря­мо у ме­ня над го­ловой раз­дался звон­кий го­лос, и я не­воль­но вып­ря­милась.

На ме­ня смот­ре­ла та са­мая де­воч­ка, что не пом­ни­ла да­ту под­пи­сания за­кона о граж­дан­ских пра­вах. Она выг­ля­дела ис­пу­ган­ной, и нер­вно за­ламы­вала ру­ки.

Не­уже­ли я и, прав­да, про­из­во­жу та­кое впе­чат­ле­ние?

— Ни­чего осо­бен­но­го. Дет­ское ув­ле­чение ис­то­ри­ей, — от­махну­лась я.

— О, нет, я не имею в ви­ду ис­то­рию. По­беда над Эм­бер Бра­ун до­рого сто­ит, — с тре­петом ска­зала де­воч­ка.

Мы вы­ходи­ли из ка­бине­та пос­ледни­ми, и я ос­та­вила ее без от­ве­та.

— Ме­ня зо­вут Хан­на. — В ко­ридо­ре она за­мет­но рас­сла­билась. Жиз­не­радос­тность би­ла из нее та­ким клю­чом, что на де­воч­ку не­воз­можно бы­ло смот­реть без оч­ков — как на сол­нце.

— Джейн.

Хан­на ре­шитель­но не за­меча­ла от­вра­щения на мо­ем ли­це и по­вела в сто­рону лес­тни­цы. По­ка мы спус­ка­лись на пер­вый этаж, я все пы­талась при­думать от­го­вор­ку и улиз­нуть, но ни­чего сто­яще­го на ум не приш­ло. По­это­му Хан­на про­дол­жа­ла та­щить ме­ня за со­бой, как осо­бо уп­ря­мую со­бач­ку на по­вод­ке.

Хват­ка Хан­ны бы­ла та­кой креп­кой, что я не­воль­но скри­вилась. Моя гри­маса ви­димо по­каза­лась ей стра­даль­чес­кой, и она ска­зала:

— Я те­бя по­нимаю. Но­вый го­род, но­вая шко­ла, нез­на­комые лю­ди.

Я не ус­пе­ла да­же фыр­кнуть, Хан­на уже гла­дила ме­ня по пле­чу. Ка­жет­ся, да­же ес­ли бы я пос­ла­ла ее к чер­ту, она бы вос­при­няла это как ре­ак­цию на пе­реме­ны, а не злов­редность. Я сде­лала вид, что ни­чего не ус­лы­шала и не по­чувс­тво­вала.

Очень ско­ро мы вош­ли в ка­фете­рий и Хан­ну мгно­вен­но ок­ликну­ли. Она по­тащи­ла ме­ня в даль­ний угол за­ла, где за сто­ликом у ок­на нас жда­ли дру­гие ре­бята.

— При­вет! — кри­чала Хан­на, и я по­жале­ла, что не мо­гу зат­кнуть уши.

Она уса­дила ме­ня ря­дом с со­бой и толь­ко пос­ле это­го я смог­ла ог­ля­деть­ся. Нап­ро­тив си­дела тем­но­воло­сая де­воч­ка с уро­ка ис­то­рии — Ли­за Сто­ун. Она бы­ла ку­да бо­лее прив­ле­катель­ной, чем Хан­на хо­тя бы по­тому, что мол­ча­ла. Ли­за то­же выг­ля­дел, как чу­жая: с ко­рот­кой стриж­кой, чер­но-ко­рич­не­вым плать­ем, рюк­зачком и шля­пой. На­пуд­ренная блон­динка Хан­на ка­залась ря­дом с ней мо­делью.

— Я Ли­за и я знаю, ка­ково те­бе. Три го­да на­зад мы при­еха­ли в Рей­монд из Мин­не­соты.

Мне не уда­лось сдер­жать улыб­ку об­легче­ния. Ли­за смот­ре­ла на ме­ня так, слов­но я уже не один год обе­дала за этим сто­ликом.

Ря­дом с Ли­зой си­дел до­воль­но нек­ра­сивый маль­чик. Ог­ромный нос де­лал гру­быми ос­таль­ные чер­ты ли­ца: ма­лень­кие гла­за, тон­кие гу­бы, ши­рокие ску­лы. Его во­лосы на­ходи­лись в ди­чай­шем бес­по­ряд­ке, ру­кава меш­ко­ватой ру­баш­ки бы­ли под­верну­ты нес­коль­ко раз. За­пястья об­ви­вали брас­ле­ты из ко­жи и ме­тал­ла. В его взгля­де не бы­ло враж­дебнос­ти, но из­лишним дру­желю­би­ем он то­же не гре­шил. Хан­на ска­зала, что его зо­вут Пи­тер. В от­вет маль­чик толь­ко кив­нул и пе­ревел взгляд на Ли­зу. Я по­няла, что они па­ра.

По дру­гую сто­рону от Ли­зы си­дел еще один маль­чик. Его мож­но бы­ло наз­вать прив­ле­катель­ным, но я ни­ког­да не лю­била смаз­ли­вых. В его гла­зах бы­ло столь­ко са­модо­воль­ства, что Эм­бер мог­ла по­зави­довать. Он кив­нул мне так, буд­то зна­комс­тво с ним бы­ло ве­ликой честью. При всем этом он яв­но не от­ли­чал­ся боль­шим рос­том и хо­рошим те­лос­ло­жени­ем. Ка­залось, его нас­пех сле­пили из гру­бых кус­ков пло­ти.

Ру­сые во­лосы пар­ня бы­ли иде­аль­но при­лиза­ны, зу­бы свер­ка­ли, да­же бро­ви из­ги­бались иде­аль­но. Я кри­во улыб­ну­лась ему и по­няла, что де­монс­тра­ция пре­уве­личен­ных дос­то­инств — его ко­нек. Та­ким был Фи­липп Брайс, ко­торый ода­рил ме­ня вов­се не дру­жес­ким взгля­дом.

Ин­кви­зитор­ский взор Хан­ны об­легчил мне за­дачу — она яв­но бы­ла от не­го без ума, что поз­во­лит мне от­ка­зать ему с же­лез­ным оп­равда­ни­ем.

Пе­ред каж­дым сто­ял кар­тонный ста­кан, а в воз­ду­хе ви­тал за­ман­чи­вый аро­мат ко­фе. Ли­за объ­яс­ни­ла, что ко­фе-па­узы у них бы­вали час­то, и по­жер­тво­вала мне свой лат­те. Я за­мети­ла пус­ту­ющий стул, но спро­сить не ус­пе­ла — проз­ву­чал зво­нок.

Ли­за под­хва­тила рюк­зак, а Хан­на по­ин­те­ресо­валась, ка­кое у ме­ня сей­час за­нятие и бес­це­ремон­но всу­нула нос в мое рас­пи­сание. Ее тор­жес­твен­ный клич под­твер­дил мои опа­сения.

Не знаю, от­ку­да у ме­ня взя­лись си­лы тер­петь Хан­ну еще два уро­ка и выс­лу­шать столь­ко не­нуж­ной бол­товни, но к кон­цу чет­верто­го за­нятия моя го­лова гу­дела, как ко­локол. Ли­за за­мети­ла мой ус­та­лый взгляд и заб­ра­ла с со­бой к раз­да­точ­но­му сто­лу.

— Те­бе сто­ит при­вык­нуть.

Я воп­ро­ситель­но вски­нула бро­ви.

— К Хан­не. У те­бя нет вы­бора.

Мы обер­ну­лись, что­бы пос­мотреть на свет­лую го­лову де­воч­ки.

— Она и те­бя так пой­ма­ла?

— И я очень ей бла­годар­на. Здесь не так пло­хо, как мо­жет по­казать­ся.

Ли­за по­нес­ла к сто­лу пол­ную та­рел­ку ко­лечек огур­ца, а я взя­ла толь­ко ко­лу. От слов де­воч­ки про­пал ап­пе­тит и в гру­ди что-то неп­ри­ят­но скреб­лось. Я нес­коль­ко ми­нут не мог­ла по­нять при­роду это­го ощу­щения, но прав­да не ус­по­ко­ила ме­ня.

Не­покор­ность. Я не хо­тела при­выкать, сми­рять­ся, ви­деть что-то хо­рошее в сво­ем пре­быва­нии в Рей­мон­де. Этот го­род был мне не­навис­тен и каж­дый из этих ре­бят точ­но так же. Я не­нави­дела мер­зкие ко­рич­не­вые сте­ны ка­фете­рия, же­лез­ный прив­кус мес­тной ко­лы и свое спо­кой­ствие. Мне не дол­жно бы­ло быть так нор­маль­но здесь.

— Где Итан? — Го­лос Хан­ны раз­ве­ял мои гнев­ные мыс­ли, и я под­ня­ла на нее взгляд. Де­воч­ка прив­ста­ла и вер­те­ла го­ловой.

Я сно­ва об­ра­тила вни­мание на лиш­ний стул.

— А ты как ду­ма­ешь? На ста­ди­оне, — от­ве­тила Ли­за. Не­воз­му­тимый Пи­тер, си­дящий ря­дом с ней, бла­жен­но по­едал огур­цы, как кон­вей­ер. — Мы стол­кну­лись с ним пе­ред треть­им уро­ком, жа­ловал­ся на Джон­са.

Хан­на за­говор­щицки нах­му­рилась.

— Нуж­но по­жало­вать­ся ма­ме.

— Да­же не ду­май, Хан­на Пат­ри­сия Ва­ет! — Го­лос Ли­зы не­ес­тес­твен­но ок­реп, а гла­за свер­кну­ли. — Пом­нишь, чем все за­кон­чи­лось в прош­лый раз? Итан не поз­во­лил мис­сис Ва­ет вме­шать­ся, и ты толь­ко сде­лала ху­же. Ус­по­кой­ся и ешь свой са­лат.

Хан­на скри­вилась, гля­дя на под­ру­гу.

— Не про­из­но­си мое вто­рое имя, Ли­за Кла­рис­са Сто­ун! — за­шипе­ла Хан­на и Ли­за прит­ворно схва­тилась за сер­дце, буд­то де­воч­ка на­нес­ла ей пре­датель­ский удар.

Спус­тя нес­коль­ко се­кунд нап­ря­жения, Ли­за и Хан­на стук­ну­лись ку­лака­ми над кар­тошкой фри и рас­хо­хота­лись. Фи­липп за­метил, что не знал, буд­то вто­рое имя Ли­зы — Кла­рис­са, а Пи­тер, в свою оче­редь, со­об­щил, что его вто­рое имя Аль­бус. Все рас­сме­ялись еще гром­че.

Я не­ожи­дан­но об­на­ружи­ла, что улы­ба­юсь, как не­нор­маль­ная, и зак­ры­ла рот ру­кой. К счастью, ник­то это­го не за­метил.

Хан­на вспом­ни­ла об уро­ке ис­то­рии, и я ус­лы­шала па­ру вос­хи­щен­ных фраз в свой ад­рес.

— Это прав­да бы­ло кру­то, Джейн, — ска­зала Ли­за. Я вып­ря­милась, как де­лала вся­кий раз, сто­ило ко­му-то об­ра­тить на ме­ня вни­мание.

— По­чему все так пе­ред ней сте­лят­ся? — Я по­пыта­лась от­сту­пить от те­мы мо­ей не та­кой уж и блес­тя­щей по­беды.

Все рез­ко за­тих­ли. Хан­на за­лилась крас­кой и за­куси­ла гу­бу из­нутри. Она ста­ралась да­же не смот­реть в мою сто­рону. Я удив­ленно вски­нула бро­ви.

— Это нор­маль­но... для та­ких, как Эм­бер и Най­джел, — ук­лончи­во от­ве­тила Ли­за. Она не бо­ялась смот­реть мне в гла­за, но съ­ежи­лась, буд­то в за­ле ста­ло хо­лод­нее на пять­де­сят гра­дусов. У Пи­тера со­вер­шенно не вов­ре­мя за­кон­чи­лись огур­цы.

Я, в не­до­уме­нии, пе­рево­дила взгляд с од­но­го на дру­гого.

— Най­джел?

— Ее па­рень.

— Тот, ко­торый об­ку­рен­ный?

— Он са­мый.

— Что ты име­ла в ви­ду, ког­да ска­зала, буд­то им все мож­но?

Ли­за и Пи­тер об­ме­нялись не­лов­ки­ми взгля­дами. Я обер­ну­лась как раз вов­ре­мя, что­бы уви­деть, как Эм­бер по-ко­ролев­ски вхо­дил в зал и Най­джел пле­тет­ся за ней.

— Его отец мэр, а ее ро­дите­ли ску­пили тут все гос­ти­ницы, — объ­яс­ни­ла Ли­за и я по­няла.

Все здесь бы­ли бед­ны­ми. Толь­ко сей­час я за­мети­ла нас­коль­ко за­ношен­ным бы­ло платье Ли­зы, уви­дела тре­щины на сум­ке Хан­ны и пят­на на бо­тин­ках Пи­тера. Эм­бер же выг­ля­дела, как прин­цесса ка­кого-ни­будь не­боль­шо­го го­сударс­тва, и хоть Най­джел про­из­во­дил впе­чат­ле­ние от­ста­лого, его кур­тка яв­но сто­ила боль­ше, чем ты­сяча дол­ла­ров.

— По­это­му ник­то не об­ра­ща­ет вни­мания на проб­ле­мы Най­дже­ла и ха­рак­тер Эм­бер, — до­бави­ла Ли­за.

Она сму­щен­но по­жала пле­чами в от­вет на мой взгляд. Я чувс­тво­вала, что она, и все здесь, хо­тят ска­зать что-то еще, но бо­ялась спро­сить.

Ко­неч­но же, Хан­на не вы­дер­жа­ла.

— Ты мог­ла бы вес­ти се­бя так­же! — вы­пали­ла она и ок­ругли­ла гла­за, буд­то ска­зала ка­кое-то ру­гатель­ство.

— По­чему?

— Твой от­чим бо­гатый хи­рург.

Я хму­рила бро­ви мень­ше се­кун­ды, по­ка не осоз­на­ла всю ко­мич­ность си­ту­ации. Они ду­мали, что день­ги мо­его от­чи­ма как-то ме­ня прель­ща­ют. В дей­стви­тель­нос­ти же, мы дол­гие го­ды не мог­ли поз­во­лить се­бе ре­монт в гос­ти­ной. Мой те­лефон был кра­деным — друг по­дарил его мне на день рож­де­ния в по­зап­рошлом го­ду, а боль­шинс­тво ве­щей из Ар­мии спа­сения.

— А еще он ужас­ный за­нуда, — от­махну­лась я раз­дра­жен­но. Как Майк во­об­ще по­пал в этот раз­го­вор? — По­верь, Ли­за, здесь точ­но не­чем гор­дить­ся.
Хан­на роб­ко за­хихи­кала, слов­но не по­нимая, дей­стви­тель­но ли я шу­чу.

— Сми­рись с этим.

Я обер­ну­лась на го­лос. На сво­бод­ный стул упал свет­ло­воло­сый па­рень и пер­вое, что я за­мети­ла — вы­рази­тель­ные го­лубые гла­за. У не­го бы­ла ус­та­лая, но ми­лая улыб­ка. Гус­тые бро­ви, нос с кис­точкой, пря­мо­уголь­ный под­бо­родок — все эти нек­ра­сивые де­тали соз­да­вали очень кра­сивое ли­цо. И его взгляд уж точ­но не был уг­ро­жа­ющим, все в нем го­вори­ло: «Я обыч­ный под­росток».

— Всег­да ты вов­ре­мя, Итан, — про­вор­ча­ла Хан­на и не­лов­кое от­ступ­ле­ние раз­ве­ялось. — Джейн, это мой бес­толко­вый брат. Итан, это Джейн Ло­уренс. Ви­дел бы ты, как она се­год­ня раз­гро­мила Эм­бер на уро­ке ис­то­рии! Мис­тер Ко­улз был в вос­торге!

Итан толь­ко сдер­жанно улыб­нулся. Хан­на про­дол­жи­ла бол­тать, а я пы­талась не смот­реть на ее бра­та. Его ус­та­лый взгляд был очень по­нима­ющим, и мне ста­ло не­лов­ко.

Не­ожи­дан­но вме­шалась Ли­за:

— Хан­на!

— Что? — оби­делась де­воч­ка. — Ой, я сно­ва это сде­лала? Я за­гово­рилась, да?

— Да!

Хан­на гус­то пок­расне­ла.

— Нуж­но по­есть, — из­рек Итан, под­ни­ма­ясь. — Что-то прих­ва­тить?

Ре­бята по­кача­ли го­лова­ми, и толь­ко Пи­тер поп­ро­сил огур­цов. Я рез­ко вста­ла, и все взгля­ды об­ра­тились ко мне.

— Мне нуж­но... зай­ти... — Я не смог­ла до­гово­рить и сор­ва­лась с мес­та. Вы­бегая из за­ла, я чувс­тво­вала, как грудь сжи­ма­ет коль­цо нап­ря­жения.

Отыс­кав по кар­те бли­жай­ший ту­алет, я вле­тела ту­да и сво­им рас­тре­пан­ным ви­дом спуг­ну­ла стай­ку млад­ших де­вочек. Они с виз­гом вы­бежа­ли из ту­але­та. Мои ще­ки го­рели ог­нем, и я по­пыта­лась ос­ту­дить их хо­лод­ной во­дой.

Я не мог­ла по­нять, что слу­чилось. Все вок­руг: мрач­ные ко­ридо­ры, раз­дра­жа­ющие де­ти, бед­ные не­удач­ни­ки за сто­ликом у ок­на — уг­не­тало ме­ня. Эта от­вра­титель­ная ат­мосфе­ра пог­ло­щала, зас­тавля­ла их жа­леть. Я дол­жна бы­ла бес­по­ко­ить­ся о се­бе, они же до­ма, счас­тли­вы и до­воль­ны, ка­ким бы ужас­ным этот го­род ни был.

Па­ника про­жига­ла ды­ру в мо­ей гру­ди. Мне не хва­тало, воз­ду­ха, не хва­тало сво­боды, так от­ча­ян­но не хва­тало Ат­ланты. Я по­дави­ла же­лание свер­нуть­ся в уг­лу и раз­ре­веть­ся. Вмес­то это­го я под­кра­сила гу­бы, поп­ра­вила во­лосы и сде­лала глу­бокий вдох.

Я не ви­нова­та, что этот прок­ля­тый го­род за­манил в ло­вуш­ку мою семью. И ес­ли ма­ма и Лу­кас не хо­тели с этим бо­роть­ся, я го­това бы­ла во­евать до кон­ца.
Выб­ра­сывая все пе­чаль­ные мыс­ли из го­ловы, я заг­ля­нула в рас­пи­сание, всерь­ез об­ду­мывая воз­можность про­гулять ос­таль­ные за­нятия. Но по­бег всег­да рас­це­нива­ет­ся как по­бег, а я не мог­ла поз­во­лить се­бе выг­ля­деть зат­равлен­ной и на­пуган­ной. Ес­ли сле­ду­ющий урок сно­ва в клас­се с Эм­бер Бра­ун, она обя­затель­но за­метит мое от­сутс­твие, на­ябед­ни­ча­ет, и жди ве­чер­них звон­ков ма­тери и скуч­ных бе­сед.

Нет, так прос­то ме­ня ник­то не сло­ма­ет.

Вы­рав­ни­вая ды­хание, я гор­до вздер­ну­ла под­бо­родок и выш­ла из ту­але­та. Впе­реди ле­жали три ко­ридо­ра, ко­торые я го­това бы­ла прой­ти с уве­рен­ностью, де­монс­три­руя вы­соко­мерие. Но сто­ило мне сде­лать шаг, как ря­дом ока­залась Хан­на и во­зоб­но­вила бол­товню.

— У те­бя сей­час по­лито­логия? Ска­жи, что да! — умо­ляла она.

— Да.

Визг Хан­ны од­нознач­но мог­ли вос­при­нимать толь­ко ле­тучие мы­ши. Я ста­ла по­доз­ре­вать, что она спе­ци­аль­но жда­ла ме­ня, что­бы при­тащить за со­бой на урок и по­казать всем, что я ее но­вая иг­рушка. Мне бы­ло все рав­но — че­го не сде­ла­ешь, что­бы по­радо­вать мел­ких лю­дишек.

Улы­ба­ясь про се­бя, я се­ла ря­дом с Хан­ной, по­ка она сго­няла сво­его бра­та за дру­гой стол. Мне ста­ло ужас­но не­лов­ко, и я сно­ва вып­ря­милась.

Спус­тя па­ру ча­сов я уже по­жале­ла, что во­об­ще поз­на­коми­лась с Хан­ной. Она тас­ка­ла ме­ня за со­бой пов­сю­ду, без сму­щения го­вори­ла всем, что мы под­ру­ги и хи­хика­ла. К кон­цу пос­ледне­го за­нятия я бы­ла ра­да из­ба­вить­ся от нее хо­тя бы на день. Еще ми­нута — и я мог­ла рас­кри­чать­ся на гла­зах у всей шко­лы.

Поп­ро­щав­шись с ре­бята­ми, я вы­бежа­ла на ули­цу, ед­ва сдер­жи­вая улыб­ку об­легче­ния. К сво­ему ужа­су я нат­кну­лась на Ита­на — бук­валь­но на­лете­ла на не­го — и вся ра­дость от окон­ча­ния это­го кош­ма­ра ис­па­рилась.

— Эй, ак­ку­рат­нее, мисс Ис­то­рия, — зас­ме­ял­ся он, удер­жи­вая ме­ня на краю сту­пень­ки. Я выр­ва­ла ру­ку из его хват­ки и зло дер­ну­ла сум­ку за лям­ку.

— Зна­чит мне уже и проз­ви­ще да­ли? От­лично! — зак­ри­чала я в гне­ве.
Нель­зя бы­ло ви­нить Ита­на за пот­ря­сен­ное вы­раже­ние ли­ца.

— Прос­ти, — от­ве­тил он.

— Не мо­гу боль­ше здесь на­ходить­ся. — Я не­воль­но выс­та­вила впе­ред ру­ки.
Итан не на­шел­ся с от­ве­том и прос­то ушел. Я тя­жело вздох­ну­ла: этот не­веро­ят­ный день, ка­залось, не мог стать ху­же. Нуж­но бы­ло как мож­но быс­трее по­пасть в пос­тель и за­рыть­ся в оде­яло. Не ус­пе­ла я опом­нить­ся, как ря­дом по­явил­ся Лу­кас.

Су­дя по лег­кой улыб­ке, его день был го­раз­до при­ят­нее.

— Как де­ла, сес­трен­ка?

Я скри­вилась ему в от­вет: Лу­кас всег­да на­зывал ме­ня сес­трен­кой, что­бы поз­лить.

— Слы­шал о тво­их под­ви­гах.

— Не­уже­ли да­же ты слы­шал? — с тя­желым вздо­хом спро­сила я.

— Все слы­шали. — Лу­кас по­жал пле­чами. — По­хоже та дев­чонка по­пуляр­на.

— Ви­димо и я за­од­но с ней на­берусь по­пуляр­ности.

Лу­кас рас­сме­ял­ся.

— Уви­дим­ся до­ма. Ме­ня под­ве­зут.

Брат убе­жал в сто­рону пар­ковки, а я с лег­кой за­вистью смот­ре­ла ему вслед. Но я сра­зу вспом­ни­ла о том, ка­кой он гнус­ный пре­датель и теп­лое чувс­тво ис­тле­ло. Я во­зоб­но­вила по­ис­ки те­лефо­на, что­бы поз­во­нить Эл­лен.

Хва­тило па­ры се­кунд, что­бы свер­ши­лось не­веро­ят­ное — да, все ста­ло еще ху­же. Я не мог­ла най­ти те­лефон, ви­димо он вы­пал еще ут­ром, ког­да Лу­кас сде­лал мне под­ножку. Ти­хо чер­ты­ха­ясь, я по­кину­ла школь­ный двор, но со­вер­шенно не пред­став­ля­ла ку­да ид­ти.

Но ид­ти приш­лось. Ули­цы в Рей­мон­де бы­ли пос­тро­ены, как под ко­пир­ку: оди­нако­вые до­ма с зе­лены­ми лу­жай­ка­ми, пыш­ной рос­сыпью гор­тензий под каж­дым ок­ном, гра­вий­ны­ми до­рож­ка­ми и стро­гими поч­то­выми ящи­ками. Мне ка­залось, я по­пала в один из тех го­родов, ко­торые час­то пе­чата­ют в жур­на­лах — са­мое ти­пич­ное и са­мое иде­аль­ное мес­то на пла­нете.

Я чувс­тво­вала, как сол­нечный свет при­ят­но гре­ет шею и за­пястья, что да­ло мне по­вод хоть нем­но­го по­радо­вать­ся. Этот день стал нас­то­ящим кош­ма­ром, на­чиная с гру­бой вы­ход­ки Рид­да и за­кан­чи­вая ссо­рой с Ита­ном Ва­етом. Еще и вос­по­мина­ния об Ат­ланте ще­кота­ли нер­вы, зас­тавляя пос­то­ян­но сдер­жи­вать сле­зы.
От­вле­ка­ясь на до­рогу, я спро­сила нап­равле­ние у пер­во­го встреч­но­го — по­жило­го муж­чи­ны, ко­торый не­тороп­ли­во про­гули­вал­ся воз­ле сво­его до­ма. Су­дя по то­му, что он бор­мо­тал се­бе под нос, неб­ла­гора­зум­но бы­ло до­верять его сло­вам, но вы­бора не ос­та­валось.

Я вклю­чила лю­бимую пес­ню на пле­ере, от­го­роди­лась от ми­ра на­уш­ни­ками и плот­нее за­кута­лась в кур­тку. В тот мо­мент я ду­мала лишь о том, как сер­жусь на свою мать. Факт то­го, что мне при­ходи­лось ид­ти пеш­ком, был ее ви­ной — она от­ка­зыва­лась по­купать мне ма­шину. Я про­сила, умо­ляла, уг­ро­жала, да­же на­копи­ла де­нег на са­мое де­шевое по­добие ма­шины, но Эл­лен ос­та­валась неп­реклон­на. Воз­можно, в ны­неш­них об­сто­ятель­ствах она за­хочет за­доб­рить ме­ня блес­тя­щим ни­саном или чем по­луч­ше. Нуж­но в сле­ду­ющий раз ей на­мек­нуть.

Эл­лен от­ма­хива­лась тем, что я слиш­ком мо­лода и без­рассуд­на, что­бы уп­равлять чем-то, боль­ше ко­февар­ки. И бо­ялась мать не так за ме­ня, сколь­ко за пе­шехо­дов. Но я зна­ла ис­тинную при­чину ее стра­ха и в этом воп­ро­се не мог­ла уп­ря­мить­ся.

За оче­ред­ным по­воро­том ока­залась зна­комая ули­ца: я ви­дела ее из ок­на ма­шины се­год­ня ут­ром. Зна­чит дом Май­ка уже близ­ко, что бы­ло за­меча­тель­ной но­востью, ведь я ус­пе­ла прод­рогнуть. Нап­ря­жение в ик­рах уси­лива­лось с каж­дым ша­гом, и я не­воль­но по­радо­валась то­му, что у ме­ня в рас­по­ряже­нии те­перь неп­ри­лич­но ог­ромная ван­на.

Мой гар­де­роб был при­годен до Кан­за­са, что зна­чит — Оре­гон тре­бовал ук­расть ма­мину кре­дит­ку и при­купить теп­лых ве­щей. Не мер­знуть же мне все то вре­мя, что пот­ре­бу­ет­ся для сос­тавле­ния пла­на по­бега. Мысль при­обод­ри­ла ме­ня, ведь пос­ле се­год­няшне­го про­валь­но­го воз­вра­щения до­мой мне и не при­дет­ся ни­чего красть. Эл­лен са­ма лю­без­но пре­дос­та­вит кре­дит­ку.

Ед­ва я уви­дела фа­сад до­ма Май­кла, но­ги, ка­залось, по­тяже­лели на па­ру ки­лог­рамм. Ма­ма что-то на­пева­ла на кух­не — не­кото­рые ве­щи не ме­ня­ют­ся ни при ка­ких об­сто­ятель­ствах. Я ти­хо прош­ла на вто­рой этаж, зах­ва­тив те­лефон с под­став­ки для обу­ви, и толь­ко за дверью спаль­ни по­чувс­тво­вала же­лан­ное об­легче­ние.

Пос­ле ду­ша, где я од­нознач­но на­пута­ла с кноп­ка­ми, я влез­ла в свои ста­рые шор­ты и фут­болку. Ед­ва я заб­ра­лась в кро­вать, как ма­ма пос­ту­чала в дверь.

— Как пер­вый день в шко­ле? — спро­сила она.

Эл­лен яв­но да­же не за­мети­ла, что к до­му не подъ­ехал ав­то­бус. Ви­димо уже во­об­ра­зила се­бе, что мне так пон­ра­вилась шко­ла, что я да­же при­еха­ла с друзь­ями, раз не поз­во­нила ей. Мне ни­чего не ос­та­валось, как нах­му­рить­ся.

— Мо­гу сде­лать те­бе пе­реку­сить, — пред­ло­жила Эл­лен в на­деж­де, что го­рячие сэн­дви­чи с сы­ром бу­дут дос­та­точ­но хо­рошим под­ку­пом, но я от­ка­залась. — Лу­кас за­дер­жи­ва­ет­ся?

Я по­жала пле­чами. Ско­рее бы она уш­ла. Ме­ня спас го­лос бра­та, поз­вавший мать с пер­во­го эта­жа. Она на се­кун­ду за­мялась, гля­дя на ме­ня с ред­кой прис­таль­ностью, но вско­ре выш­ла из ком­на­ты. Я упа­ла на по­душ­ки и зак­ры­ла гла­за.

Мы со­вер­шенно не по­ходи­ли друг на дру­га, как обыч­но бы­ва­ют ско­пиро­ваны мать и дочь. Эл­лен бы­ла вы­сокой жен­щи­ной с оваль­ным ли­цом без еди­ной мор­щи­ны, вы­рази­тель­ны­ми гу­бами и впав­ши­ми гла­зами. Я унас­ле­дова­ла от нее толь­ко иде­аль­ную ко­жу — и на том спа­сибо. И цвет во­лос, и ху­доща­вость, и да­же рес­ни­цы у ме­ня от­цов­ские, чем я очень гор­ди­лась. Я нра­вилась се­бе во мно­гом по­тому, что на­поми­нала его.

Я еще дол­го ду­мала о нем и не за­мети­ла, что мыс­ли ста­ли вяз­ки­ми. Отец сме­ял­ся и его го­лос зву­чал так уми­рот­во­ря­ющее. Это од­нознач­но был сон, и я не хо­тела про­сыпать­ся.