Истинная

—Эвелин, как твоё самочувствие?—заботливо спрашивает Валенсия, слегка приоткрывая дверь гостевой спальни. Её глаза на миг засвечиваются ярким голубым светом. Скорее всего для того, чтоб обнаружить меня в кромешной темноте.

—Мне кажется я сойду с ума,—отвечаю ей не скрывая своего растерянного состояния. Голову разрывают звуки: свист ветра, скрип деревьев и звук шуршания листвы, которое отдаётся в голове громче чем двигатели самолёта. 

—Это пройдёт, просто сосредоточся на чём-то одном,— с мелькнувшей улыбкой говорит она, подходя к углу возле кровати. Почему-то это место кажется мне убежищем и если несколько часов назад я чувствовала, что могу постоять за себя, то сейчас я готова во второй раз сброситься со скалы, лишь бы прекратились эти мучения.

—Я не могу, я слышу биения тысячи сердец, чувствую миллионы дыханий и мне кажется слышу, как кровь течёт по самым маленьким венам,— хватаюсь руками за волосы оттягивая их. Физическая боль немного ослабляет слышимость, но как только она проходит, звуки стают громче, словно кто-то оставил огромные колонки прямо напротив моей головы.

—Эви, ты должна сама с этим справиться, всё зависит от того, как ты себя настроишь. Просто мысленно придумай себе регулятор и включи звук на минимум,— женщина присаживается напротив и слегка поглаживает меня по руке.—Также и с остальным. Например, можно построить стену, чтоб никто не смог читать твои мысли или связываться по внутренней связи. Если хочешь слышать о чём говорят определённые люди, то просто сконцентрируйся на них. Думай о них и сможешь почувствовать то, что чувствуют они. Главное подчинить волка внутри тебя,—с нежностью говорит она. Ленс относиться ко мне, как к собственной дочери, даже не смотря на то сколько бед я принесла только появившись в их жизни.

Подсознание хочет чтобы на её месте оказался Чак, но увы, это невозможно. Он предпочёл сидеть около кровати Айрис и ждать пока она прийдёт в себя. Навеное у меня уже выработалась привычка к Чарльзу. Он всегда помогал мне в трудных ситуациях и сейчас мне тоже хочется его помощи. Не хватает нежных обьятий и шаблонного "—Всё будет хорошо". Так будет до того момента, как волчица вновь проснётся требуя расправы. Она— всё плохое, что есть во мне. Мой злой близнец, ненависная сторона сознания.

—У меня точно получиться?— спрашиваю я, с надеждой смотря в изумрудные глаза Валенсии. 

—Не попробуешь не узнаешь,— пожимает плечами Ленс и слегка улыбнувшись, направляется к двери. Перед выходом она озаряет меня подбадривающей улыбкой, отчего вокруг её глаз залегают морщинки, и скрывается за дверью, мелькнув светлыми волосами, оставляя меня наедине со своими новыми возможностями. 

Как только дверь захлопнулась я начала представлять себе всевозможные переключатели. Остановилась лишь когда подсознание выдало две кнопки. Первая—слух, как у человека,а вторая—волчий. Эта идея и вправду дала результат. Окружающие звуки вмиг стихли, оставив после себя не только неприятный шум в ушах, но и огромное облегчение. Выхожу из своего убежища, попутно разминая затёкшие ноги. Голова начинает побаливать от пролитых слёз и минувших громких звуков.  Захожу в просторную ванную дабы смыть с лица размазаную косметику, которая напоминает какие мучения одолели меня на несколько безумно длинных часов. В зеркале я не могу узнать себя, что-то изменилось. Я стала другой, я чувствую уверенность, а взгляд излучает некую злобу. Мне по душе та сила, которая открылась совсем недавно, такое чувство, будто я могу покорить весь мир, но именно это меня и пугает. Я видела, что случилось с моим отцом, как только он почувствовал власть—будто слетел с катушек. Я не хочу быть такой же, не хочу чтобы это поглотило меня, тем самым превратив в монстра, который не видит пощады.  

**********

В архиве всё также царит полумрак и только шёпот доносящийся из неплотно закрытой двери говорит о том, что все присутствующие вновь разрабатывают план по устранению моего отца. Прохожу мимо двери, стараясь не цепляться за обрывки диалогов. Не хочу сейчас что-то обсуждать, продумывать и составлять стратегию, сейчас мне нужно одиночество и хоть маленький намёк на то, как подчинить волчицу. Я знаю, что когда она проснётся под раздачу попадут близкие мне люди. Она жестока, и она не стеснялась показать этого несколько часов назад. 

Выхожу на задний дворик дома, окидывая взглядом местность.  Несомненно, это територия Валенсии, она всегда старается создать что-то прекрасное и небольшой сад только подтверждает мои догадки. Здесь на удивление спокойно и небольшая лавочка под безлиственной ивой как раз то место, где можно окунуться в свои мысли.  Сгребаю опавшую листву и присаживаюсь на деревянную резную лавку. Взгляд цепляется за холодные звёзды, окуная меня в некий транс. 

—Я вижу у тебя получилось,—не скрывая радости говорит Валенсия, медленно спускаясь по лестнице. 

—Да, спасибо Ленс,—не могу не улыбнуться этой женщине. Лишь она приносит радость,  когда вокруг лишь разруха. Такое удаётся только ей и моей матери, которая сейчас коротает время за неприступными стенами больницы. Я знаю что они спасут её, слышала их разговор,но на душе остаётся некая тревога.

—Эви, мы всегда готовы тебе помочь,— говорит она, присаживаясь рядом со мной. Валенсия протягивает мне кружку фруктового чая и так же устремляет взгляд на звёзды, подставляя лицо еле ощутимому ветру.

Мы сидим молча, наслаждаясь россыпью звёзд и тишиной, чай как-то быстро остывает напоминая о поздней осени, но я не чувствую холода. Эта женщина, сидящая рядом, вселяет в меня чуточку уверенности в том, что всё будет хорошо. Она, как и Чарльз, может успокоить просто находясь рядом и готова поспорить, что это качество он перенял именно от неё. 

—Я должна тебя предупредить, что твой путь не будет лёгким,—глубоко вздохнув Ленс перерывает такую приятную тишину. 

—Я знаю, просто наверное ещё не до конца понимаю, что со мной происходит,—отвечаю ей, переводя взгляд на её серьёзное лицо. 

—Я не о твоём предназначении. Превращение—настолько сильная боль, что невыносимо стерпеть. Твоё тело будто находиться под катком, который проезжает туда обратно несколько раз. Когда прорезаются когти, создаётся впечатление будто кто-то вырывает ногти, то же и с клыками,—говорит она, окунувшись в свои воспоминания, но затем встряхивает головой, будто пытается выбросить это из головы и вновь на её лице появляется улыбка.

—Но после этого ты не будешь чувствовать боли, главное привыкнуть,—пожимает плечами Ленс и отпивает небольшой глоток чая из своей чашки. Её расказ запустил чреду мурашек и кажется, страх вновь пробирается в сознание. Единственный способ одолеть его—встретиться лицом к лицу.

—Почему Демьян может не полностью превращаться даже без меня, а я ещё не почувствовала этого?—оборачиваюсь к ней, смотря прямо в глаза, на что женщина издаёт смешок.

—Ты только несколько часов назад узнала свою истинную сущность, а уже хочешь ощутить всё это?—она непонимающе глядит на меня, но её взгляд нахмуривается.

—Что случилось?—прищуриваю глаза пытаясь понять, что её насторожило, но она лишь протягивает мне небольшое зеркальце. 

—Твои глаза,—коротко говорит она и этого хватает для того, чтобы страх продвинулся ещё на шаг. Неуверенно гляжу на себя и замираю открыв рот. Глаза точно такие, как в моём сне. Потемневшие и будто с отражением луны, но затем их цвет сменяется с голубого в зелёный, затем в янтарный и наконец останавливаются на ярко красном. Будто налиты кровью. От неожиданности я резко захлопываю небольшое зеркало и расстеряно смотрю по сторонам. Валенсия ложит руку на моё плечо, выражая свою поддержку и наверное этот жест помогает мне утихомирить отрывистое дыхание и привести ритм сердца в порядок.

—Ты— Лунная волчица, постарайся принять себя такой, какая ты есть,—мягко говорит она, забирая пустые кружки.

—Ленс, как мне проявить хоть что-то кроме цвета глаз?—выкрикиваю ей в след и женщина останавливается. Секунду помедлив она разворачивается ко мне и тихо говорит:

—Просто представь это, поверь в это,—почти шёпотом говорит она и быстро поднявшись по ступеням, скрывается в лабиринтах коридоров.

Представить? Поверить? Легко сказать. Несколько недель назад я и не думала о том, что могу быть одной из них. Я быстро сдалась и наверное из-за отсутствия настоящих друзей на протяжении жизни нашла их в тех, кого должна считать врагами. Наверное судьба и вправду сводит нас с нужными людьми в нужное время. Но даже когда я поняла кем являюсь на самом деле, загадки и не думают исчезать. Наоборот, их становиться всё больше, так же, как и вопросов нахлынувших на меня. Зачем Дориан так поступил? Зачем всю жизнь растил меня, хотя терпеть не мог оборотней и прочую нечисть? Что вообще происходит в его одержимой властью голове? 

Отбрасываю все мысли желая сконцентрироваться на своих способностях. Валенсия говорила поверить в то, что это происходит. Прислушиваюсь к её словами выставляя руки перед собой. Рассматриваю пальцы и ногти с потрескавшимся лаком. Я пытаюсь представить то, как появляются когти пытаюсь понять, какой будет боль при этом всём. Несколько попыток проваливаются, но я всё также сижу на месте, окутаная лёгким ветерком и шумом листвы. Закрываю глаза, вновь представляя все те мучения, которые мне предстоит пройти и это действует. Пальцы пронизывает боль, подобно тому, как описывала мать Чарльза. Слёзы струятся по щекам, но я не открываю глаз и стараюсь перетерпеть всё это. Из меня вырываются всхлипы и еле слышое шипение, а колющая боль всё наростает. Сжимаю кулаки, но тут же ощущаю новый приплыв боли, словно по ладоням прошлись лезвием. Распахиваю глаза и не сразу понимаю, что происходит. Все ладони в крови и эти когти. Длинные, чёрные когти, которые по остроте не уступают опасной бритве. Неужели это происходит со мной? Не успеваю я отойти от этой боли, как следом появляется другая. Клыки отчаяно начинают пробиваться не жалея меня. Боль пронизывает всю челюсть и кажись в глазах начинает темнеть. Во рту приторный вкус крови с неким металическим послевкусием. Клыки врезаются в губы подобно тому, как было у Элен, отчего боли становиться ещё больше. Они острые и только проведя по ним языком, я чувствую жжение. Боль не уходит, она только наростает не жалея моих сил. Она, как снежный ком, сваливается на мои плечи уволакивая в темноту.

—Чак!—выкрикиваю я вновь медленно погружаясь во мрак. Слабачка Эви, которой не дано вытерпеть такую боль...