Глава 7. Геральд (от автора)
Геральд сидел, откинувшись в кожаном кресле, с сигарой в зубах, и слушал, как один из их людей сбивчиво докладывает о сорванной поставке. Голос у парня дрожал.
— Повтори, — медленно сказал Геральд, не убирая сигару. — Кто забрал товар? Где охрана? Почему мы об этом узнаём спустя два дня?
Он даже не смотрел на него — взгляд его был устремлён на тлеющий край сигары, как будто в этом огоньке был весь смысл происходящего. А может, он просто представлял, как этот огонёк прижигает чью-то кожу.
Рядом молчал Бернар. Напряжённый, как всегда в такие моменты, когда дело касалось бизнеса. Он не выказывал эмоций, только медленно перебирал документы на столе. Но когда прозвучала фраза: «...всё слишком странно, как будто кто-то знал маршрут», — он поднял взгляд на брата.
— У нас завелась крыса, — спокойно сказал Бернар, хотя в голосе ощущалась сталь. — Кто-то сливает информацию. И сливает грамотно. Не копник, не дилер. Кто-то из близких.
Геральд сощурился, как кот, почуявший мышь.
— Я это чувствовал, — процедил он. — Слишком много совпадений за последние две недели. Поставка с Мексики. Проблемы с Хардингами. Наблюдение за клубом.
Он выдохнул дым, лениво. Но за этой ленцой скрывалось нарастающее безумие.
— Найдём. Медленно, методично. Как всегда. А когда найдём... — он усмехнулся. — О, Берн, ты знаешь, я люблю творчески подходить к таким вещам.
Бернар ничего не сказал. Он знал. Он слишком хорошо знал, на что способен его брат, когда дело касалось предательства.
— Пусть наши люди внимательно проверят охрану, связных, даже тех, кто подаёт кофе. Всё. И не шумно. Я не хочу, чтобы крыса поняла, что её выследили. Мы не лисы. Мы змеи. Мы подползём. А потом — щёлк.
Он щёлкнул пальцами — почти игриво. Но в этом звуке слышалось одно:
Кому-то осталось недолго жить.
Следом за этими мыслями у Геральда в кармане завибрировал телефон. Он взглянул на экран — номер, который был записан под простым именем "Ник". Один из немногих людей, которым он доверял в технологическом смысле. Хакер, способный за считаные минуты найти нужную информацию в самых тёмных уголках интернета.
— Говори, — бросил Геральд, поднося трубку к уху, уже предвкушая интересные новости.
— Нашёл. Куплены два билета на сегодня ночью. Имена — Дилан и Дориан. Направление — Сиэтл. Прямой рейс. Всё легально, оплата с карты, зарегистрированной на Дориан. Я бы сказал, что они бегут, — голос хакера был спокойным, как у хирурга перед разрезом.
Несколько секунд тишины. А потом — почти нечеловеческий оскал. Геральд не рассмеялся, нет. Он просто показал зубы, медленно, хищно, как волк, у которого наконец сорвали поводок.
— Сиэтл... — повторил он, будто пробуя слово на вкус. — Значит, решили поиграть со мной в побег?
Он поднялся с кресла, расправляя плечи, как будто сбрасывая с себя всё предыдущее бездействие. Взгляд стал ясным и холодным, как у человека, который наконец нашёл цель, ради которой стоит выложить все карты.
— Хватит с меня выжиданий, — пробормотал он, будто сам себе. — Я и так был терпелив... слишком терпелив.
Он вспомнил, как часто в последнее время в его голове всплывало имя Дориан. Её глаза, её голос, её смех, даже раздражение в голосе — всё это уже прочно засело в его изуродованной душе. И если раньше он ещё не был уверен, чего хочет от неё, то теперь всё стало кристально ясно.
— Бернар, — позвал он, но уже с другим выражением лица. — Похоже, у нас начинается настоящая охота.
А про себя добавил:
Пора показать Дориан, что игра с дьяволом имеет только один конец.
Сиерра появилась в офисе без предупреждения — как всегда, неожиданно и слишком тихо. Встала у двери, будто сомневаясь, стоит ли входить. На ней была светлая рубашка, пальто накинуто на плечи. Но что-то в её взгляде было тревожным.
Геральд сразу насторожился. Он сидел у окна, перебирая бумаги, но, завидев её, медленно отложил их в сторону. Его взгляд стал колючим.
— А вот и наша прекрасная миссис Готти, — протянул он с насмешкой, подходя ближе. — Что-то зачастила в последнее время. Или... может, ещё кому-то рассказываешь, как живут великие Готти?
Сиерра вздохнула, не отвечая. Она была явно на взводе, но держалась.
— Геральд, прекрати, — вмешался Бернар. — Это моя жена. И если у тебя есть вопросы — я сам с ней поговорю.
— Конечно, — усмехнулся Геральд, отступая на шаг, но взгляд его был холодным. — Просто спрашиваю. Знаешь, в последнее время слишком много совпадений. И ты... какая-то слишком тихая. А когда человек становится тише — значит, или прячет что-то, или боится.
Сиерра посмотрела прямо ему в глаза, даже не моргнув.
— Я боюсь только за тебя, Геральд. Потому что если ты будешь искать врагов не там, где надо — настоящие придут сзади и воткнут нож в спину.
— Всё. Хватит. Она пришла ко мне, а не к тебе. И если ты хочешь кого-то запугать — иди в подвал.
Геральд не собирался отступать, подойдя слишком близко. Его глаза потемнели, уголки губ чуть дрожали — не от страха, а от напряжения, почти животного, которое он с трудом сдерживал.
— Боишься за меня? — прошипел он. — Смешно. Ты хоть представляешь, с кем разговариваешь? Я каждый день вижу, как люди умирают на бетонном полу, и у меня даже пульс не сбивается. Думаешь, твои умные речи на меня подействуют?
Он резко схватил Сиерру за предплечье. Его пальцы вцепились намертво, с силой, которая явно причиняла боль, но не оставляла синяков — он знал, как хватать.
— Может, напомнить тебе, что бывает с теми, кто играет на два фронта? Или ты хочешь, чтобы Бернар потом тебя в мешке вывозил за город?
— Отпусти, псих! — процедила Сиерра, не отводя взгляда. — Ты даже не понимаешь, как выглядишь. Тебе нравится причинять боль, тебе нравится страх. Ты ненормальный.
— Знаю, — ухмыльнулся Геральд, наклоняясь ближе к её лицу. — И мне чертовски хорошо с этим живётся.
В ту же секунду между ними оказался Бернар. Он резко оттолкнул брата от жены с такой силой, что Геральд пошатнулся и ударился спиной о край стола. Лицо Бернара перекосилось от ярости.
— Руки прочь от моей жены, Геральд! Последний раз предупреждаю. Ты забываешь, с кем разговариваешь.
Несколько секунд в комнате повисла тяжелая тишина. Геральд выпрямился, провёл рукой по волосам, будто ничего не произошло, и ухмыльнулся.
— К чёрту ваши бумажки и цифры, — бросил он, глядя на брата с кривой усмешкой. — Мне скучно. У меня свои дела, повеселее ваших бухгалтерий.
Он повернулся к Сиерре, его глаза блестели опасным огнём.
— Ах да, милая, передай поварам, пусть готовят ужин. Нет, не просто ужин — пир. Чтобы было из чего выбирать, с вином, мясом, свечами. У нас будет гость. Может, даже останется жить с нами. Если, конечно, выдержит.
Он усмехнулся, театрально вытирая руки платком, будто только что испачкал их в чём-то неприятном.
Бернар напрягся:
— Какой ещё гость, Геральд? Что ты задумал?
Геральд метнул в него взгляд, и на мгновение его лицо стало абсолютно пустым, как у куклы.
— Увидишь. Всё в своё время, брат. Главное — не опаздывай к ужину. Будет весело.
Он вышел, не оборачиваясь, оставляя после себя гнетущее ощущение надвигающейся бури.