Глава 11
– Виолетта? – хрипло выдыхаю её имя.
Произнести громче не получается. От неожиданности голосовые связки словно атрофируются. Я глазам своим не верю. В стенах консерватории можно увидеть кого угодно, разных творческих фриков, привыкаешь ко всему, но лицезреть Виолетту прямо на пороге репетиционного зала… К этому жизнь меня точно не готовила. А еще никто не предупреждал меня о том, что в свои двадцать с копеечкой лет буду делить жилплощадь с чужой и странной девушкой.
– Привет, соседка, – Виолетта непринужденно разводит руками.
– Ты как здесь оказалась? – делаю несколько широких шагов вперед, спускаясь со сцены, и не свожу взгляда с высокой фигуры, размах плеч которой загромождает весь проход в зал.
Я все еще не уверена в том, что вижу перед своими глазами. У меня нет никаких соображений, что заставило Виолетту появиться здесь и сейчас.
– Тут такое дело… – она лохматит широкой пятерней волосы на затылке и при этом как-то подозрительно отводит взор в сторону, а потом вздыхает, резко опуская руку, – мне нужны твои ключи от квартиры.
– Зачем? – настороженно замедляю шаг и хмуро свожу брови к переносице. – А твои где?
– Потеряла. – Виолетта растягивает губы в невинной улыбке. – Я прямиком пойду домой и никуда оттуда не денусь, так что можешь не переживать.
Чувствую, как начинает закипать мое спокойствие, которым я напиталась за время отсутствия Виолетты в квартире. Набираю в легкие воздуха, чтобы высказать свое весьма неодобрительное мнение по этому поводу, но еще одного шага вперед хватает, чтобы проглотить свои же рвущиеся наружу слова. Потому что вижу перед собой дико уставшее лицо с измученными, абсолютно блеклыми глазами, окруженными четкими темными кругами. А я ведь видела Виолетту другой. Буквально этим утром, правда, на фотографиях в социальной сети.
Видимо, я слишком пристально рассматриваю свою соседку, потому что широкие брови на женском лице приподнимаются в немом вопросе.
– Да, сейчас… Ключи в сумке, – бормочу себе под нос и иду к окну, на котором бросила свои вещи.
И ощущаю себя так неловко, когда спиной чувствую, как внимательно следят за моими движениями.
– И что? Даже не будет возмущений? Просто отдашь ключи? – усмехается Виолетта, пока я копаюсь в бездонной сумке в поисках.
– Если ты не явишься домой до того момента, когда я приду с репетиции, то пеняй на себя, – предупреждаю я.
Не буду же сообщать, что на самом деле меня дергает от любопытства, где же пропадало Её Величество, и что за это время периодически выжидающе поглядывала на входную дверь квартиры.
– Обещаю, что точно буду ждать тебя там.
– Ага, как верный пес…
– Гав, – низкий смех раздается так близко, что кожа у моего виска покрывается горячими мурашками.
Я подпрыгиваю на месте, роняю обратно сумку на окно и оборачиваюсь. А мое сердце подскакивает куда-то к горлу. И даже не знаю, отчего больше: то ли оттого, что испугалась, то ли потому, что вписываюсь телом в грудь Виолетты. Эта засранка подкралась ко мне так близко.
Не понимаю, как она может до сих пор окружать себя ароматами своего парфюма, если её почти двое суток не было дома. Один вдох и этот аромат предательски липнет к кислороду в моих легких.
От прямого, прожигающего взгляда Виолетты начинает закипать кровь, становясь испариной на моей коже. Задержавшись на моем лице, её взгляд перескакивает куда-то за меня, а полные губы расплываются в довольной улыбке.
– О, вот и ключики. – Легко нарушая любые понятия о личных границах, Виолетта наклоняется вперед, сокращая расстояние между нашими лицами на мизерное.
Одновременно чувствую, как она заводит свои руки мне за спину, начиная тянуться к брошенной на подоконнике сумке. Чувствую, как её дыхание касается моего лица и как мои ноги становятся пластилиновыми. Я не дышу, потому что моё тело напрочь забывает обо всех своих навыках, оставляя лишь один – дрожать.
Виолетта будто бы специально придавливает меня собой к краю подоконника, заставляя выгнуться назад. А еще я точно ощущаю, как она втягивает носом воздух возле моего лица, прежде чем нас оглушает тяжелый хлопок двери и гогот ввалившихся в зал моих коллег по репетиции.
С головы до ног меня прошибает не то холодной, не то жгучей волной, когда я понимаю, что я и Виолетта стоим, прижавшись друг к другу прямо на обозрение пары десятков любопытных глаз. Идеальная картинка для сплетен.
– Ой, а мы не вовремя, да? – слышу голос Аньки еще даже до того, как успеваю отпихнуть от себя слащаво лыбящеюся Виолетту приросшею к полу.
– Да… То есть нет… Мы не… – мямлю, пытаясь собрать разбежавшиеся мысли в одно правильное место – в мозг.
Выдыхаю. По-дурацки поправляю пучок волос на голове, тру кончик носа, мну ладони, да и вообще, просто глупо топчусь на месте, не зная, куда себя деть. И не смотрю на Виолетту . А зачем? Её широкая улыбка и так вызывающе сияет даже в полумраке.
И если мне хочется испариться, то моя любопытная подружка уже тут как тут и с плохо скрываемым интересом впивается, нет, жрет Виолетту взглядом.
– Привет, – приторно звенит ее голосок. – Я Аня. А ты Виолетта, да?
Я очень жалею, что подо мной не находится оркестровая яма. Сейчас мне там самое и место, потому что я слышу, как Виолетта язвительно усмехается. Теперь она будет думать, что я обсуждаю её с подругами. И несмотря на то, что это действительно так, но ей-то знать об этом необязательно.
– Угу. Виолетта.
Я недовольно кривлюсь и закатываю глаза, потому что её интонация – сплошная издевка.
– До свидания,Виолетта, у нас репетиция. – Нахожу в себе силы выпасть из стыдливого ступора и, спрятав взгляд от своей сожительницы, разворачиваюсь и недвусмысленно толкаю Аньку куда-нибудь подальше. Разбор полетов я устрою ей потом!
Она поддается мне с явной неохотой, но я делаю лишь парочку шагов прочь, как слышу за спиной басистый оклик:
– Альвина.
Вдох-выдох. Поворот.
– Ну что? – Мой взгляд неизбежно сталкивается с нагловатым взглядом Виолетты. Боже, ну какая же у неё самодовольная физиономия. Пускай и замученная.
– Так ты мне дашь или нет? – Очень громко и четко гремит на весь зал вопрос.
Пространство сражу же заполняется смешками присутствующих. Извращенцы долбаные!
– Это про ключи, – шиплю я через зубы, как будто пытаюсь за что-то оправдаться.
Быстро подхожу к сумке, брошенной на подоконнике, и мне даже не приходится опять рыться в ней. Брелок от ключей просто торчит из ее заднего кармана.
– Вот, – небрежно пихаю их в руки Виолетты. – Чтобы прямо сейчас сделала дубликат. И если тебя не будет дома к пяти часам, придушу. Ясно? – предупреждающе распахнув глаза, даю понять, что ни капельки не шучу.
Но её ладонь неожиданно обхватывает мне запястье и не дает шагнуть назад. Все нахальные огоньки в глазах Виолетты тухнут, меняясь на что-то искренне, заинтересованное.
– Слушай, – вполголоса произносит она и аккуратно, словно выжидая моей реакции, приближает обратно к себе, – как ты это делаешь?
Я не понимаю суть вопроса и, в первую очередь, потому что меня отвлекают теплые покалывания на коже там, где касаются её пальцы.
– Делаю что? – переспрашиваю то же полушепотом.
Замечаю, как Виолетта опускает взгляд на мою ладонь, окольцованную её пальцами, и делаю то же самое: смотрю на наши совершенно непохожие руки. Моя узкая, прохладная, с жутко тонкими пальцами и её , широкая, горячая лапа с выступающими венами и множеством мелких, свежих царапин. Я озадаченно хмурюсь. Мне почему-то кажется, что этого не было еще пару дней назад точно.
– Как ты занимаешься с закрытыми глазами? Ты не смотрела на руки, а они играли, – Виолетта так пристально рассматривает мою ладонь, словно пытается что-то найти на ней или в ней. А ей даже как-то слишком тепло в плену чужих пальцев.
Не могу сдержать уголки губ на месте и позволяю ироничной ухмылке прикипеть к своему лицу. Значит, Виолетта наблюдала за мной здесь, пока я была за инструментом? Надо же… Как быстро она раскрыла все карты…
– Потому что я играю не руками. Я играю душой, – отвечаю на её вопрос искренне и мягко освобождаю свою ладонь из её рук.