ЭПИЛОГ
POV Гарри
Я не представлял себе ничего тяжелее, чем жить в одиночестве.
После моего ухода из жизни Луи Томлинсона, я больше с ним никогда не пересекался. Иногда мог увидеть знакомое лицо на первых страницах местных газет, но не больше. Я был рад за него. Его бизнес снова начал процветать, и теперь он стал намного выше в плане карьеры, чем был раньше. Разве нет ничего лучше, чем уйти в работу после «тяжелого» расставания?
Я не мог представить, что чувствовал Луи тогда, но мое состояние можно было сравнить с последними днями существования. Я слонялся по-тихому Донкастеру несколько дней и ночей, пытаясь привести свои мысли в порядок. К огромному удивлению, я довольно скоро устроился на скромную работу в местной библиотеке и стал снимать маленькую однокомнатную квартирку в центре города. Я не сломался, а начал жить с чистого листа. Мне разрешалось брать по одной книге в неделю из библиотеки, и я безумно затянулся в мир литературы.
Прошло уже полтора года с того момента, как я нашел новую работу. И я мог с гордостью сказать, что прочитал около сотни произведений. Одним из любимых всегда будет «Убить пересмешника», роман американской писательницы Харпер Ли. Книга добрая и справедливая. Она позволила мне вновь почувствовать себя ребенком и взглянуть на мир широко открытыми, честными и наивными глазами.
***
Сегодня — один из теплых осенних дней: птицы красиво поют, сидя на тонких ветвях деревьев, на которых начали появляться маленькие листочки; лужи, покрытые тонким слоем льда, громко трескаются под ногами прохожих; солнце ослепляет и греет всех жителей города.
Я сижу в летнем кафе и пью крепкий свежий кофе, не отрываясь от прочтения очередной интересной книги, которую взял в библиотеке. Прохладный ветерок развивает мои неопрятные кудри, и кожа покрывается мелкими мурашками. Глаза устают, и я потираю их тыльной стороной ладони, после чего замечаю его. За столиком напротив сидит никто другой, как Луи Уильям Томлинсон, держа в одной руке чашку зеленого чая, а в другой – свежую газету. Он не был одет в банальный классический костюм, в котором я обычно его видел, а сегодня наоборот я бы назвал его стиль – неформальным: белая футболка с эмблемой какой-то рок-группы, черные скинни, подвернутые до щиколотки, джинсовая куртка и vans. Серьезно, передо мной деловая личность? Луи хмурится, поднимает глаза прямо на меня, прикусывая нижнюю губу, и смущено улыбается. Я разрываюсь между тем, чтобы убежать отсюда как можно скорее или же подойти и поздороваться со своим бывшим знакомым. Но Луи уже идет ко мне своей уверенной походкой.
— Приятно видеть тебя не в костюме, как поживаешь?
— Решил оторваться от работы и пройтись по магазинам. А ты, как я вижу, стал чтецом? — сказал Луи, забирая из моих рук книгу и внимательно рассматривая обложку.
— Начать жить сначала оказалось не так уж сложно.
— Безумно рад за тебя, Гарри. Не составишь сегодня своему старому другу компанию?
— Я так не думаю, Луи. Дома есть дела...
— Разве есть что-то в твоей жизни важнее меня?
Я закатываю глаза и аккуратно ударяю его в бок.
— Томлинсон, ты не выносим.
Луи галантно встает и подает мне руку.
— Всего лишь одна дружеская прогулка, пожалуйста.
Если бы ты являлся другом...
— И ты отстанешь от меня, — я взял его за руку, и мы пошли гулять по улицам Донкастера.
От лица автора
Гарри не мог остановиться рассказывать о своей «интересной» жизни: о том, как помогает разбирать книги по полкам в библиотеке; как постоянно находит неизвестных, но очень талантливых авторов; что дома его ждет маленький котенок.
Луи безумно интересно узнать, как же его друг выкарабкался с самого дна и начал хорошую мирную жизнь. Его забавляет то факт, что от слегка похабного, наглого и откровенного Стайлса почти ничего не осталось. Рядом с ним идет весьма образованный, тихий и симпатичный парень, который подставляет свое бледное лицо солнцу и дышит свежим весенним воздухом.
Они решают прогуляться по центральному парку и покормить уток в пруду. Парни сидят на мосту, свесив ноги вниз, отламывают маленькие кусочки от булочки и бросают в воду. Тишина слишком затягивается, и обоим становится неловко.
— У тебя все хорошо? — спрашивает Гарри, и Луи сразу понимает, что он имел ввиду.
— Да, мне стало намного лучше. Я нашел хорошего специалиста. Ему кажется, я делаю успехи, — Луи улыбается, и около глаз появляются очаровательные морщинки, — а ты отдал долг?
— Все до гроша. Спасибо, что не пожалел денег.
Луи молча кивает и бросает еще один кусочек уткам.
В оставшуюся часть дня они гуляют по парку, едят мороженое и вспоминают веселые моменты их совместного прошлого. На улице начинает темнеть, и у Луи появляется потрясающая идея. Он ведет Гарри к большому холму, с которого можно будет увидеть весь город как на ладони, по пути заскочив в магазин.
Они идут за руку, потому что Гарри боится оступиться и где-нибудь упасть. Он не любит гулять поздним вечером, когда солнце давно ушло за горизонт. И Гарри не держит зла на парня после всего, что они пережили. Он не из таких людей.
Томлинсон приводит их на самую вершину холма, перед ними располагается пологий спуск и вид на ночной Донкастер. Каждое здание горит огнями, что завораживает дыхание. Луи вытаскивает из рюкзака одну ракету и несколько римских свечей. Гарри отходит от него на пару метров и крутит пальцем у виска.
— Оказывается, кое-кто у нас боится фейерверков, — Луи смеется и начинает устанавливать ракету.
— Я никогда не прощу тебе, если ты подожжешь это.
Но Томлинсон злорадно улыбается, поджигает фитиль и отбегает на 3-4 метра, налетая на Стайлса. И они оба падают на холодную сырую траву. Фитиль полностью догорает, и фейерверк с жутким шумом взлетает высоко в небо, где взрывается на тысячу золотых маленьких искр.
Гарри кричит и зажимает уши руками, мотая головой из стороны в сторону. Луи смеется и прижимает парня к себе, как можно ближе.
Это стоило того.
Дальше они сидят на траве, и Луи выслушивает забавную историю из детства Гарри, почему тот безумно боится всего этого. Гарри зевает и ему становится немного тоскливо, но Луи никогда не даст заскучать. Он встает, берет римскую свечу, лежавшую рядом с рюкзаком, поджигает и с наигранными криками бежит на Стайлса. Кудрявый, громко крича оскорбления в адрес друга, встает и бежит в обратную от него сторону.
- Иди ко мне, Хаз, - кричит Луи, почти догоняя парня.
Мгновение и Гарри оказывается в объятиях Томлинсона и, тяжело дыша, прижимается к его плечу. Луи перекладывает свечу в руку парня, и тот сильно начинает дрожать от страха, наблюдая как белоснежные искры разлетаются в разные стороны. Томлинсон обвивает его талию и, воспользовавшись моментом, впивается в любимые, пухлые и алые губы. У обоих перехватывает дыхание, и Гарри уже не обращает ни на что внимания. Его "счастье" находится здесь. И он скучал по его запаху, бархатному голосу и горячим губам.
- Я люблю тебя, - шепчет Томлинсон между поцелуями.
- Теперь ты мой, Луи.
Нет на этом свете ничего лучше, чем любовь и доверие. Как бы Луи раньше не пытался показать свою власть, всегда был человек, который противостоял ему. Гарри не принадлежал Луи. Это Луи принадлежал Гарри.