Безумие медсестры
Все эти дни Джулия Фриман жила, как в бреду. Выйдя в отпуск, она ни на секунду не забывала о ребенке с необычным большим родимым пятном на шее с размером и формой маленькой вишенки. На столе почетно лежали копии документов семьи Коллинзов. О чем она думала, копируя их? О чем помышляла эта обезумевшая женщина? Какой злой дух в нее вселился? Джулия себе отчета уже не давала, она считала святой обязанностью перед Богом, забрать выстраданное и долгожданное дитя. Каждый день Джулия караулила семью Коллинзов недалеко от их дома, высматривала, по какому маршруту обычно они гуляют, куда заходят по пути.
Однажды, Рейчел вышла на очередную прогулку с дочерью, дождавшись у ближайшей от дома кондитерской, пока малышка уснет, она решила быстро забежать и сделать заказ на следующий день, на первый маленький юбилей ребенка. Эмилии Коллинз исполнялся месяц, намечался небольшой праздник в кругу самых близких людей. Вернувшись к коляске, Рейчел не обнаружила младенца .В панике и в истерике, молодая мать бегала по округу, ребенка нигде не было, никаких криков младенца вблизи, никаких следов, никто ничего не видел. Розыски, не увенчавшиеся успехом, вымотали несчастных родителей. Одна потеряла ребенка, другая приобрела.
-Моя Джен! Моя кроха! - кричала в истерике смеющаяся Джулия Фриман, сидя с украденной малышкой уже в машине.- Дженнифер, малышка, мы едем домой, Бог нас ведет, Бог так захотел. Не плачь, мы едем, нас Майло и Рикко ждут, это теперь твои коты, они тебя уже ждут, да!- ожидая тщательные обыски окрестностей Нью-Йорка в ближайшее время, Джулия заранее запаслась едой на пару недели вперед. Она могла какое-то время вести затворническую жизнь, осевши дома с новорожденным ребенком и двумя котами.
Шли дни, о ребенке не было никаких вестей. Молодые родители, убитые горем, просыпались и засыпали с мыслями о пропавшей дочери. Эрик старался отвлекаться на работе, а бедная Рейчел, находясь в стенах своего дома, где все напоминало о ребенке, была уже на грани.
-Рейчел, родная, мне больно смотреть, как ты убиваешься.. Нам нужно взять себя в руки, она пропала , но я обещаю, мы не прекратим поиски, мы ее обязательно найдем! Она снова будет с нами! Но так нельзя, понимаешь, разве мы смирились с ее пропажей? Но ты мне тоже нужна, что с тобой станет, если ты так будешь и дальше плакать дни и ночи? - огорченный Эрик пытался начать жизнь сначала, уже без дочери.
- Эрик, но она ведь не утонула, ее кто-то намеренно вытащил из коляски! Она жива, только вот где она? Кому понадобился чужой ребенок? Она жива, Эрик, слышишь меня, материнское сердце не может так обманываться, я чувствую, что она где-то недалеко, когда-нибудь она вернется ко мне! Я буду ждать до последнего своего дыхания!
-я очень хочу надеяться, что это так. Но, нам нужно собраться и продолжать жить дальше. У нас будут еще дети!
- какие дети, Эрик? Ты забыл слова врачей, мне вряд ли удастся родить еще хоть одного ребенка. Я хочу, чтоб уже нашлась моя малышка Эмилия!
-я запрещаю тебе такие мысли! У нас будут еще дети, ты меня услышала? Врачи часто ошибаются, они так подстраховываются, чтоб не обнадеживать семей! Все у нас с тобой будет! И Эмилию найдем!
-нет, Эрик, к сожалению, это наша горькая правда- молодая несчастная женщина долгое время не могла придти в себя. Ей все время слышались детские крики проголодавшейся Эмилии.
Она в истерике и слезах прижимала крохотные вещички дочери, вдыхая детский приятный запах малышки. Эрик, избегая воспоминаний, которые вызывала Рейчел, детские принадлежности, да сам особняк, в котором Эмилия успела немного пожить и пропитать своим ангельским ароматом каждую его частицу, все меньше появлялся дома.
Понимая, какой броский отличительный знак на шее девочки, Джулия решила уехать подальше от Нью-Йорка. Через неделю Джулия с маленькой переименованной Дженнифер и двумя котами направилась в Уэстфилд. Она сняла в аренду небольшой домик в заброшенном районе небольшого городка.