Директор Бот
Каждое «доброе» утро в нашем заведении начиналось одинаково:
Первый этап: будильник с ненавистным рингтоном, ах, да, если вы думаете, что, поставить любимый трек, как будильник – это хорошая идея, спешу разочаровать – нет. Это ужасная идея!
Второй этап: попытка сделать из своего лица, с помощью масок, умывашек и патчей, божеский вид. Если где-то есть хирург, который может исправить моё недовольное лицо, на нормальное, обязательно сообщите.
Третий этап: попытка отыскать: одинаковую пару носков, связку ключей, которые постоянно теряются, в самый не подходящий момент.
Любое утро автоматически становится нелюбимым, не понимаю людей, которые счастливые бегут на работу. По любому, у них под курткой дробовик, по-другому объяснить улыбки этих людей я не могу.
Отчаявшись искать, этот идиотский носок с сердечками, я натянула на вторую ногу носок с факами. Ну и хрен с ними, в гости сегодня никто не звал. Кому какое дело, какие у меня носки?
От размышлений оторвал телефонный звонок и кому я нужна в такой час?
Контакт: Арбузер
Блин, это Терри. Может не отвечать ему, по любому опять куда-то позовёт. Я решила ответить и кажется, что это была фатальная ошибка.
— У меня сегодня др, ты же купила уже подарок, — вместо приветствия протараторил Терри.
Девушка нервно закрывала замок, её всё ещё не отпускала мысль о потерянном и горячо любимом носке с сердечками. Только сейчас до Аны начал доходить смысл сказанного:
— Погоди... — Не успела она договорить, как её тут же наглым образом перебили:
— Ничего слышать не хочу, у меня в семь вечера, жду.
«Да он издевается на до мной? Придурок!» — ругнулась про себя Ана.
— У меня... — её снова прервали, не удосужившись дослушать до конца: — Це – лу – ю, до встре – чи. — Терри проговорил фразу по слогам и сбросил звонок.
«Боже, какой же он идиот!» — Ана вскипала от ярости. — «Ну почему именно сегодня? Я не пойду и точка, пошёл он к чёрту!».
Девушка невысокого роста, вышла из многоэтажки и моментально затерялась в людных улицах Бронвиля.
Жизнь с утра била в нём ключом. Дети бежали с рюкзачками в школу, мужчины и женщины, в официально деловом обмундировании, торопились на работу. Звуки оживлённого города и запах кофе, наполняли Бронвиль и становились неотъемлемой частью его. Рёв мотора, крики и разговоры прохожих сливались в единое целое. Высокие многоэтажки делили город с маленькими зданиями, в которых ещё теплилась душа.
Ана любила потеряться среди улочек Бронвиля и ощутить эту энергию, что исходила от него. Перед работой она строила свой пеший маршрут через парк, что являлся сердцем, этого мегаполиса.
Множество деревьев ютились в этом парке, создавая купол из листьев, он скрывал от пыли и выхлопа машин, обитающих там белочек и ежей. Прудик в центре парка окружили деревянные скамеечки, на которых вечером можно было встретить весь город.
Недалеко от парка находилась средняя школа. Здание из красного кирпича наполнялось детьми, криками, разговорами и смехом.
Пройдя сквозь металлический турникет, Ана поднялась по лестнице, в свой уютный кабинетик информатики. Девушка работала учителем около года и эта работа приносила ей небольшую, но радость. Каждый день, в надежде изменить жизни школьников, она шла на работу. Только это мотивировало её просыпаться и вставать с постели, каждое утро.
— Мисс Эванс, зайдите к мистеру Ботмену после уроков, — из двери высунулась кучерявая голова секретаря директора и тут же исчезла в потоке из детей.
С недавнего времени, в школе работал новый директор и его фамилия нарывалась на прозвище «Бот», так его за глаза прозвали учащиеся, а учителя с радостью подхватили эту историю.
Отведя все уроки, я с неохотой стала собирать вещи. Каждая частичка моего тела сопротивлялась. Было предчувствие, что что-то случится. К горлу подступил комок от волнения.
Дело в том, что как только этот Бот стал работать в нашей школе, массово начали увольняться учителя и ходит слушок, что он чёртов извращенец. Что он заставляет спать с собой молодых учительниц, если те, хотят остаться работать и дальше в школе. Поэтому, все старались его избегать и не попадать ему на глаза, либо видеться с ним в присутствии детей и других учителей.
От этих мыслей по телу пробежали мурашки. Я схватила со стола линейку, покрутила её. Нет, точно не подойдёт, даже смешно, как -то. Я представила, как отбиваюсь, от здорового мужика пластиковой линейкой. Изо рта вырвался нервный смешок.
Глаза забегали по столу в поиске имитированного оружия. О, может, циркуль? Кивнув себе, я засунула его в рукав вязанного кардигана. На войне все средства хороши, как говорится.
Я не заметила, как ноги принесли меня к нужной двери.
Не думала, что после окончания школы, мне придётся стоять у кабинета директора и трястись, как осиновый лист, от пугающей неизвестности.
В голове метались мысли. Как в тумане я зашла внутрь. Пытаясь себя успокоить и привести в порядок сбившееся дыхание, я кинула взгляд на широкоплечего мужчину.
Услышав меня, он резко развернулся и я смогла более подробно его разглядеть. Дорогой парфюм ударил мне в нос. Его расстегнутая рубашка на пару верхних пуговиц открывала гладкую, мускулистую грудь. Стоит заметить, для своего возраста, он выглядел неплохо. Смятый пиджак, небрежно валялся на диване. Холодные, как льдинки глаза, придирчиво рассматривали меня в ответ. Было ощущение, что я прохожу кастинг, о котором слышу только сейчас.
Не желая затягивать игру в гляделки с колючим взглядом мужчины, я принялась активно рассматривать кабинет.
Массивный деревянный стол был завален папками с документами, рядом с ним стоял кожаный диванчик, на который и был скинут пиджак. На стенах висели грамоты и благодарности, уже ушедшего в отставку директора.
Не верилось, что ещё пару месяцев назад, тут собирались учителя за чашкой чая и обсуждали проблемных детей, смешные истории, новые идеи и предложения по улучшению школы. Внешне ничего не изменилось, всё стояло на прежних местах. Только, сейчас, из кабинета, пропало самое ценное - душа.
Сальным взглядом этот Бот наворачивал круги по моей груди, бедрам. Удостоверившись, что он сделал правильный выбор: его губы вытянулись в мерзкую улыбочку.
Иногда, нам на пути встречаются красивые люди, сошедшие с обложек, модных журналов и невольно любуешься ими, но как только они открывают рот... Пахнет гнильцой.
«Высокий зараза!» — подумала я, примеряясь, куда буду бить первым делом.
Так было и в моём случае. Этот Бот хорош собой, он явно знает себе цену, но что-то было в нём пугающее, безумное...
— Анастейша Эванс, давно я Вас не видел, присаживайтесь, — махнув рукой на диванчик, сказал Бот. Его глаза, как у кота, пристально следили за каждым моим действием, он будто прицеливался, с какой стороны лучше напасть?
— Мистер Бот...мен, — «Я что, чуть не сказала Бот? Вот дура!».
— Зачем Вы хотели меня видеть? Я тороплюсь, — голос предательски задрожал и это не осталось незамеченным.
— Мисс Эванс, я так понимаю, слухи дошли до Вас, — в его словах не было вопроса, это звучало, как утверждение. Он положил руки на стол и наклонился ко мне практически вплотную. Его холодные, голубые глаза столкнулись с моими. Мы были настолько близко к друг другу, что я могла почувствовать тепло от его дыхания.
Не дождавшись ответа, он повысил голос и ударил ладонями по столу:
— Отвечайте! — его глаза наливались кровью ...
— Я... Я... не знаю, мистер Ботмен, что Вы имеете ввиду, я не понимаю? — В носу предательски защипало, я искренне не понимала, чего он хочет от меня, почему он орёт?
Всё моё тело натянулось, как струна. Страх затягивал меня в бездну.
— Хорошо, я буду прямолинейным, — он обошёл стол и сел на корточки передо мной, облокотившись ладонями на мои коленки. — Вам нужна Ваша работа? — «Ну всё, пошло говоно по трубам».
В самых стрессовых ситуациях легче всего притвориться глупой, на это и была ставка:
— Конечно, очень нужна! — Я захлопала глазками и послушно закивала, весь этот цирк начинал меня уже бесить и страх постепенно сменяла ярость. Тело было готово к обороне, в воздухе пахло жаренным, пальцами я нащупала припрятанный ранее циркуль.
Пока я отвечала Бот встал и направился к выходу, одним движением он провернул ключ в двери, оставив его в замочной скважине и направился ко мне. Сердце бешено заколотилось, с каждой секундой я приближалась всё ближе и ближе к обрыву. Я следила за каждым его движением, не в силах, хоть что-то сделать.
— Тогда, Вам, мисс Эванс, нужно сделать, то, что я скажу, — слова прозвучали, как приговор. Он сжал руками, как тисками мои плечи и резко поднял с дивана.
Прошла секунда и я летела, как пушинка, в стеллаж, книги с верхних полок обрушились на голову. Ноги моментально подкосились и тупая боль пронзила всё моё тело.
Губы этого мерзавца растянулись в ухмылке и зрачки увеличились, до безумных размеров, его глаза начали источать похоть, ему нравилось видеть страх в моих глазах, он наслаждался. Всё его тело было расслаблено, в отличие от моего, он будто делал это каждый день. Бот закатал рукава белой рубашки и не сводя с меня взгляда, он начал приближаться.
Меня окатило холодным потом и каждый его шаг, будто пулей ударял в грудь. «Это тупик» — пронеслась мысль в моей голове. Кажется, на мгновение я перестала дышать и когда этот урод был уже рядом, меня осенило, что это точка невозврата. Либо, я даю отпор, либо меня унизят и вряд ли одним разом обойдётся. Всего шаг отделял меня от него.
Перед глазами появилась пелена и тело начало действовать на автопилоте. Я защищала свою жизнь и если не я, то кто? Рука с циркулем острым концом вонзилась в область между ног. Бот тут же скрючился и его ноги подкосились.
— Вот, сука! Ты поплатишься за это, Эванс!— Проорал мужчина. — Бот валялся на полу с циркулем между ног и в попытке удержать меня, он протянул руку.
В спешке я схватила сумку и подлетела к двери, рывком провернув ключ. Я вырвалась и в лёгкие врезался воздух свободы.
Что-то он ещё кричал мне в след, но я уже не слышала, выбежав из школы, как в тумане, я бежала, куда глаза глядят. Когда лёгкие свело и я поняла, что в безопасности, остановилась и плюхнулась на ближайшую скамейку.
Тело содрогнулось и из глаз брызнули слёзы. Тушь, не выдержав такого напора слёз, растеклась по моим щекам и попадая в глаза начала печь. Сердце заколотилось с огромной скоростью, все эмоции взяли вверх и разом обрушились на меня. Каждый глоток воздуха давался мне с трудом, я задыхалась. Меня колотило от страха и всхлипывая, я набрала номер Марка. Его поддержка сейчас мне нужна была, как никогда. Раздались гудки.
На улице уже стемнело, прохожие торопились домой, с недопониманием и осуждением они смотрели на меня. На противоположной стороне дороги, маленький мальчик тыкал на меня пальцем, показывая маме. Мне казалось, что каждый человек в городе в эту секунду смотрит на меня, что все они знают.
— Да, радость моя? Что-то срочное? Я сейчас занят, — его голос звучал успокаивающе, как бальзам на душу, к горлу подступил комок.
— Да... Я... — не успев договорить, меня прервал женский смех рядом с Марком.
— Кто это? — что-то внутри рухнуло с огромной скоростью вниз.
— Ана, я правда занят, давай потом поговорим, — звуки вокруг него стихли и он сбросил звонок, послышались гудки.
Сердце пронзило миллион маленьких осколочков. Я осталась одна, в нарастающей тишине.
В последнее время Марк допоздна остаётся на работе, мы перестали видеться, проводить время вместе. Наши отношения трещали по швам, скотч, которым я усердно их заклеивала уже не выдерживал и тут такое.
В голове гудел рой из мыслей. С кем он там так «занят»? Мной обуяла злость, разве, должно меня это вообще волновать? Это его выбор, выбирает спать с другой - да пожалуйста. Скатертью дорожка.
Рукавом кардигана вытерла слёзы с лица, сейчас передо мной стояла непосильная задача: собрать себя по кусочкам. Этот день, определённо, можно записать в книгу рекордов хреновых дней.
Сейчас бы отвлечься и забыть всё, как можно скорее и в этом мне поможет, кто? Бинго, Терри. Дружище, жди меня!!!