Глава 16. Дэниел
— Фургончик с шоколадными трубочками? — в голосе Джо слышится удивление и легкая дрожь. — Это то место, которое ты хотел мне показать?
Да. Это именно то самое место, которое я хотел бы разделить с тобой.
Я складываю руки на груди и с гордостью смотрю, как процветает бизнес одного из самых лучших людей на планете - старика Вайна. Очередь жаждущих мужчин и женщин узнать, каковы на вкус его фирменные трубочки, выстроилась вдоль улицы чуть ли не к самому побережью. Из фургончика идет приятный запах свежеиспеченных сладостей, который заставляет рот наполниться слюной, а живот бурчать от голода.
Сам фургончик, разукрашенный яркими красками и украшенный разноцветными флажками, привлекает внимание прохожих свой теплой и веселой атмосферой. А яркие лампочки, развешанные вокруг, создают праздничное настроение и вызывают счастливую улыбку. Вокруг бегают маленькие дети, играя с дворовыми котятами, которых подкармливает Вайн, а их родители стоят в очереди, смеясь и наслаждаясь прекрасным вечером.
В окошке для принятия заказов и находиться сам Вайн, с легкостью справляясь с толпой только с помощью своей маленькой заинтересованной внучки Лиззи, которая берется за любую роботу з энтузиазмом и любовью. Старик предлагает своим посетителям трубочки с самыми разными вкусами, начиная от классических шоколадных и заканчивая взрывной фруктовой бомбой вместе с орешками. А потом, приняв заказ, становиться за стойку и, держа маленькие ручки Лиззи в своих, показывает ей как правильно делаются самые вкусные трубочки на свете. И потом они вместе с широкими улыбками на лицах отдают приготовленный с теплотой заказ. Получив свои чаевые, Лиззи дает своему дедушке пять и, исполнив очаровательный танец, принимается дальше помогать Вайну.
— Пойдем, — я хватаю Джо за руку, потянув ее за собой.
Ее маленькая ладошка ощущается мягкой и приятной на ощупь, идеально смотрящейся в моей большой ладони. Я нежно глажу своим большим пальцем ее костяшки, облаченные в кожаные перчатки, пока мы пробираемся через очередь. Джойс, должно быть, абсолютно обворожена сказочным видом фургончика и окружающей его легкой атмосферой, потому что она даже не попыталась вырвать руку из моего захвата.
Люди расступаются перед нами, любезно попуская нас вперед. И когда мы подходим к окошку принятия заказов, Вайн уже ожидает нас.
— Дэниел Уилсон, какой сюрприз! — заразительно смеется старик, протягивая руку для пожатия. Джойс смущенно освобождает мою ладонь, отводя взгляд. Ощущая укол разочарования от того, что меня покинуло тепло Джо, я отвечаю Вайну взаимностью, пожав его морщинистую шершавую руку. — Давненько ты, сынок, не заглядывал за своими любимыми шоколадными рогаликами. Я уж было подумал, что ты нашел точку получше и забыл обо мне.
— Этого никогда не случиться, ты же знаешь, — мой ответ заставляет Вайна смеяться еще сильнее.
Впервые я познакомился с ним, когда мне только исполнилось семнадцать лет.
Я поступил в колледж, и один раз, вместо того, чтобы на большой перемене идти с однокурсниками в ресторан, мне захотелось прогуляться в одиночку по набережной и подумать. Мой брат продолжал игнорировать из тюрьмы все мои звонки, и я был очень обеспокоен. В голове накопилось множество мыслей, и мне нужна была спокойная обстановка. Вот так вот много лет назад я и наткнулся на старика Вайна, который продавал шоколадные трубочки собственного приготовления. Тогда у него еще не было знаменитого разноцветного фургончика, а лишь только шаткая стойка и пакетик со сладостями. Когда я подошел к нему купить трубочку, он сразу же заметил мое нахмуренное лицо и предложил свою помощь, даже ничего не зная о самой проблеме. Накопившиеся эмоции вырвались наружу, и я больше не смог сдерживать того, о чем так сильно хотел кричать. Он внимательно выслушал меня, а потом молча, по-отцовски обнял и просто сказал, что я обязательно со всем справлюсь.
С того самого момента я стал его постоянным клиентом.
А когда у меня появилось влияние и деньги, я начал присылать к нему каждый день незнакомых людей, чтобы они покупали его выпечку и делали старика хоть чуточку счастливей.
Со временем это уже не было необходимым, потому что его маленький бизнес начал приносить прибыль, а клиентов становилось все больше и больше.
Готов поспорить, Вайн знает о моей маленькой помощи, но ничего не говорит. Я думаю, что его способ благодарения - это принимать меня без очереди и добавлять немного больше шоколадной начинки, чем положено. И также иногда он разрешает брать его маленькую внучку Лиззи в парк аттракционов или возить ее в Диснейлэнд.
— Познакомь меня со своей очаровательной парой, сынок, — Вайн заглядывает за мою спину, где Джойс застенчиво переминается с ноги на ногу на своих высоких каблуках. — Ты раньше никогда не приводил сюда девушек.
Это правда. Он, наверное, видел тысячи статей в интернете, где на каждом мероприятии я стою в обнимку с разными женщинами. Но это место даже не входит в список возможных мест, куда бы я мог пригласить девушку, чтобы провести веселую ночь. Это слишком личное. Даже моя лучшая подруга Селеста тут не была.
Хотя, один из главных пунктов веселой ночи, который заканчивается в моей постели, был вычеркнут жестокими словами Джо о том, что мы не будем трахаться, я все равно собираюсь заставить ее чувствовать себя хорошо. А бесподобные трубочки старика Вайна и его душевные разговоры точно способны вернуть в ее глаза яркое сияние.
— Мы не пара, — поспешно говорит Джо, вытягивая меня из мыслей. Я поворачиваюсь к ней, положив руку на сердце и притворившись обиженным. Она лишь только закатывает глаза, но я успеваю заметить, как уголки ее губ слегка дергаются.
— Не пара? — Вайн заговорщически шевелит своими кустистыми седыми бровями. — Ну-ну, голубки.
— Голубки? Где голубки, дедушка? Покажи-покажи! — изнутри фургончика слышится ангельский голос его внучки, а потом ее светловолосая голова мелькает в моей периферии.
Старик поднимает малышку на руки, и она тут же обивает маленьким ладошками его шею.
— Вот голубки, но чшшшш.., — он прикладывает ко рту палец и дальше что-то тихо говорит ей на ухо, из-за чего Лиззи начинает несдержанно хихикать.
Щеки Джойс краснеют еще больше, словно она услышала слова Вайна. Мне хочется узнать, покраснели ли остальные части ее тела тоже, потому что вершинки ее грудей, выглядывающих из декольте, точно стали на два тона розовее. Желание попробовать все ее смущение на вкус и почувствовать его на своем языке делает мой член твердым и готовым.
Джо замечает мой голодный взгляд. На ее верхней губе выступает легкая испарина, а дыхание учащается. Но она быстро разрывает зрительный контакт и поворачивается к старику Вайну, протягивая свою ладошку для рукопожатия.
— Я Джойс Ли. Приятно познакомиться, — она очаровательно улыбается, когда Вайн отвечает взаимностью. — Это место просто чудесное. Если бы я жила в Сиэтле, то приходила бы любоваться этим фургончиком каждый вечер.
— Любоваться мало, дочка. Нужно пробовать и наслаждаться, — старик указывает на прилавок с сахарными трубочками.
— Да, длинноволосая Белоснежка, какие ты хочешь? — спрашивает Лиззи у Джо, смотря на девушку с восхищением, играющем в ее больших зеленых глазках.
Я знал, что Джо им понравиться. Ей даже не пришлось прилагать для этого никаких дополнительных усилий.
— Белоснежка? Я не... Не похожа на принцессу, — Джойс качает головой в отрицании.
О чем, черт возьми, она говорит?
Мне хочется прямо сейчас преклонить перед ней колени и доказать обратное. Ведь эта женщина не просто принцесса, она, блядь, самая настоящая королева.
Но Лиззи опережает меня радостным визгом:
— Да! Ты Белоснежка, только с длинными волосами. Но так даже лучше! А дядя Дэнни - твой принц, только блондин! — она складывает руки в сердечко и смотрит на нас с Джо через него.
Старик Вайн начинает сеяться первым. А потом я понимаю, что тоже не в силах сдерживать свой смех.
Спустя неудачную попытку оставаться непоколебимой, Джойс тоже присоединяется к нам. Ее настоящий смех звонкий и громкий. Тот, который привлекает внимание всех прохожих, заставляя их головы поворачиваться и смотреть, откуда идет этот красивый звук. Но одновременно он также нежный и приятный, и звучит так чисто, словно сказочное пение Белоснежки. Лиззи была права, Джо действительно похожа на эту принцессу. И теперь ее смех стал моей самой любимой мелодией, которую я готов слушать на повторе каждый чертов день.
— Принц и принцесса хотят есть, малышка Лиззи. Что ты можешь предложить нам? — успокоившись, спрашиваю девочку.
— На самом деле я не голодна.., — тихо говорит Джо, стараясь не смотреть на витрину с рогаликами. Она покусывает уголок своих губ, задумчиво дергая кожаные перчатки на руках. — Я поела на свадьбе.
Вранье.
Я наблюдал за ней на протяжении всей свадьбы, и даже когда каждый, кто находился рядом со мной, пытался втянуть меня в скучный светский разговор, я все равно не упускал с вида противоположную сторону стола, где сидела Джойс со своей семьей. Я заметил, что она не съела ни единого блюда, которые приносили или заносили официанты. В то время, когда они забирали пустые тарелки остальных гостей, тарелка Джо была почти не тронутой. Она совсем ничего не ела, а просто резво ковырялась вилкой в еде, делая вид, что ест.
Я давно подозревал о том, что у нее есть некоторые проблемы с питанием или с принятием своего тела. Может быть, и другие не обращали на это внимание, но я всегда видел, как она нервно прикрывает свои ноги руками, когда садиться, или же по привычке дергает свои вещи вниз, стараясь натянуть их как можно ниже, чтобы показывать меньше оголенной кожи. Или с намерением срыть свои растяжки, которые, к слову, я считаю самой красивой и захватывающей деталью в ее совершенном теле.
Даже в тот день в баре она все время трогала свое платье с непривычки к обтянутой вещи, потому что почти всегда носит свитера в два раза больше ее размера.
Кажется, Джо от части отпускает свои комплексы, только когда я прикасаюсь к ней. Потому что в эти моменты ее голова занята не мыслями о своем теле, а обо мне.
По крайней мере, мне нравиться так думать.
— Она будет кокосово-банановую, а мне шоколадную, пожалуйста, — я достаю из кармана свой бумажник и вытягиваю оттуда сто долларовую купюру, быстро суя ее в маленькие пальчики Лиззи. Она счастливо вскидывает руки вверх и под ворчание своего дедушки о том, что я всегда балую его внучку, бежит готовить наши трубочки. Бросая на меня строгий взгляд, Вайн идет следом за Лиззи, пытаясь помочь ей, даже когда она кричит на него, что может все делать сама, потому что уже взрослая.
Как только мы с Джойс остаемся наедине, она спрашивает:
— Зачем ты купил мне это? Я же сказала, что не голодна.
— Я слышал, — коротко отвечаю, сильно сжав челюсти, чтобы не сказать что-нибудь еще. Например, спросить, что или кто, блядь, какой ублюдок подтолкнул ее к сомнениям о безупречности ее изгибов или округлости бедер? Кто сделал ей так больно, что теперь она даже не может нормально поесть, не говоря уже о том, чтобы наслаждаться каждым приемом пищи?
— Я не собираюсь есть эти трубочки, — Джо резко качает головой, отводя от меня свой взгляд и стараясь зациклиться на чем-то другом. — В них слишком много сахара, и уже поздно...
Джойс не любит признавать свои слабости. Но мне не обязательно смотреть в ее глаза, чтобы я понял, что она находится на грани истерики.
Я протягиваю руку и зажимаю ее подбородок между большим и указательным пальцем, немного приподнимая его вверх.
Ее серые глаза, сейчас с оттенком голубого и зеленого, блистающие интенсивным блеском, неохотно встречаются с моими.
— Что, если я предложу тебе сделку, от которой ты просто не сможешь отказаться? — я вижу, как пульс на ее шее учащается от моего вопроса. Джо всегда сложно устоять перед вызовом, и я знал, что смогу этим привлечь ее внимание. — Я буду раскрывать по одному своему секрету за каждый твой укус.
— У тебя так много секретов, Дэниел? — пухлые губы Джо растягиваются в игривую улыбку.
Теперь зрачки ее стальных глаз не мерцают грустью и болью.
— Зависит от того, сколько раз ты укусишь.
— А что от этого получишь ты?
— Ты больше не будешь голодна.