Глава 7: Моя. До последнего
Тишина наступила слишком резко.
Грохот перестрелки сменился гулким звоном в ушах.
Они с Лисой укрылись в старом архиве, где стены пропитаны пылью и тайнами.
Он прикрыл за собой дверь и сразу повернулся к ней.
— Ранена?
— Нет. А ты?
— Всё нормально, — солгал он, сжимая плечо, где уже проступала кровь. — Ты важнее.
Но Лиса не слушала. Она смотрела на старую рамку на стене.
Старая фотография, почти выцветшая.
На ней — мужчина, женщина… и он.
— Чонгук?
Он подошёл ближе.
Глаза у неё были уже не просто настороженные — сломленные.
— Кто эти люди?
Он знал, что этот момент придёт.
Но не думал, что он наступит сейчас, между выстрелами, страхом и этим поцелуем, который до сих пор горел на губах.
— Это был мой наставник… и твой отец.
Она отступила на шаг.
— Что?
— Да. Я знал. С самого начала. С первой секунды, когда увидел тебя в книжной лавке.
— И ты молчал?
— Молчал. Потому что, Лиса…
Я влюбился в тебя до того, как понял, кем ты была.
А когда понял — уже не смог остановиться.
Она отвернулась.
— Ты был частью всего, что разрушило мою семью.
Он подошёл сзади. Осторожно, но не сдержанно.
Положил руки ей на плечи.
— Да. Я разрушал. Я лгал. Я был их оружием.
Но когда ты появилась —
я стал человеком.
— Ты врёшь. Ты просто… хочешь мной обладать.
И тогда он сорвался.
Он резко развернул её к себе, прижал к стене. Не жёстко — властвующе. Его дыхание обжигало.
— Да, я хочу обладать тобой.
Потому что ты — МОЯ.
Ты слышишь меня?
Его голос стал тише, но глубже.
— Я никого к тебе не подпущу. Ни взглядом, ни словом. Ни жизнью.
Я не делюсь.
Не позволю тебя увести.
Не позволю тебе уйти.
Потому что с той ночи, как ты сказала: "Я не прошу спасения, Чонгук" —
я понял, что сам хочу быть спасён тобой.
Её сердце билось, как бешеное.
Она не ответила — она поцеловала.
Сама. Первая.
И он ответил.
Этот поцелуй был не про нежность.
Он был — как война, как клятва, как возвращение в живое.
Он держал её крепко.
Губы на губах.
Грудь к груди.
Всё тело дрожало, потому что наконец…
они были настоящими.
В этот момент — дверь распахнулась.
— А вот и она, — холодный голос эхом прокатился по комнате.
На пороге стоял тот, кого он знал с детства.
Мужчина, что растил его, как оружие.
Мужчина, что теперь держал пистолет на Лису.
— Ты сделал выбор, Чонгук. Ты предал нас ради неё?
Чонгук медленно отстранился. Встал между ними.
— Нет.
Я предал вас…
ради себя.
Он обернулся к Лисе. В его глазах было всё: решимость, боль, любовь.
— С этого момента ты не одна, Лиса.
Теперь ты — под моей кровью. Моей жизнью. Моим телом.
А если кто-то рискнёт дотронуться до тебя…
Он повернулся обратно.
И навёл оружие.
— Я сотру его в пыль. Без колебаний.