Безрассудный

Позже днём я нашел место за пустым столом во дворе и бросил сумку на один из стульев, прежде чем упасть на другой. На улице было не так жарко, как на прошлой неделе, но я все еще был благодарен тени от дерева медовой акации неподалеку.

Хотя я не возражал против перерыва между занятиями, часть меня хотела, чтобы я проводил их один за другим, чтобы выбить их всех за меньший промежуток времени. Есть над чем подумать в следующем семестре.

Я расстегнул сумку, взял блокнот и ручку, и перевернул ее на пустую страницу. 

Мои мысли блуждали и я не удивился, к кому они обратились.

Пара, полных похоти, голубых глаз, выжгла мою память и на этот раз мне захотелось стать художником и запечатлеть их в рисунке. Вместо этого у меня были только слова. Поэзия была для меня терапией; так было всегда. Я провел все выходные, размышляя, был ли это алкоголь, который заставил меня поцеловать Уэста, или в моем мозгу дремало какое-то желание, которое выбрало именно этот момент, чтобы проявиться.

Но все это не имело смысла. Я не был настолько пьян, чтобы не осознавать, что именно делаю. Несмотря на то, что Уэст сделал первый шаг, я попросил его поцеловать меня еще раз. Почему? Потому что у него это чертовски хорошо получалось, а не потому, что у меня было какое-то кипящее влечение.

Однако встреча с ним сегодня облегчила мое беспокойство по поводу того, что поцелуй изменил нашу дружбу, потому что он не казался другим. Он не сделал это странным и я бы тоже не стал. Мы были в порядке. Эту ночь можно было бы списать на ощущение хорошего кайфа и потрясающий вид. Это больше не повторится.

Но это не значит, что я не собирался об этом писать.

Погруженный в свои мысли, я не поднял глаз, когда кто-то навис надо мной. Как только у меня возникла идея, мне нужно было закончить ее писать, прежде чем она исчезнет.

Но как только я почувствовал цветочный мускус маминых духов, моя голова взлетела вверх и я увидел, как она вынуждает меня тепло улыбнуться.

- Мама, привет! - Я сел прямо и закрыл блокнот, прежде чем она успела увидеть, над чем я работал.

- Мы с твоим отцом скучали по тебе в эти выходные. — Сказала она в качестве приветствия, ставя мою сумку на пол, чтобы освободить место для себя, чтобы присоединиться ко мне. Когда она скрестила лодыжки, ее проницательные глаза скользнули по моему лицу. Словно для проверки, после первой недели в Астор я все еще был в целости и сохранности.

- Да, извини, мне нужно было успеть больше, чем я предполагал. - Ни за что, черт возьми, я не собирался признавать, почему это произошло и где я был. Или что мои мысли были заняты только анализом каждой секунды пятничного вечера с Уэстом.

Кого я обманывал? Я прокручивал каждое взаимодействие с Уэстом и задавался вопросом, не облажался ли я по-королевски. Но он с легкостью снял весь этот стресс и это было похоже на тяжесть, свалившуюся с моих плеч.

Даже если в глубине души я задавался вопросом, что значит то, что я наслаждался поцелуем...

- Джей Ти? - Голос мамы прервал мои мысли и я сглотнул, отложив эти вопросы на потом. Она нахмурилась, скрестив руки на груди. - Ты выглядишь отвлеченным.

- Нисколько. - Я одарил ее ободряющей улыбкой. - Что ты говорила?

- Я спросила, почему тебе так много нужно успеть, что ты не можешь зайти и рассказать нам, как прошла твоя первая неделя.

- О. Просто, э-э... привыкаю ко всему. Знаешь, я впервые живу один. Я не хотел бежать обратно к вам, ребята, чтобы вы подумали, что я совершил ошибку. 

Беспокойство, отразившееся на маминых бровях, немного ослабло. 

- О, дорогой, мы знаем, что это так много нужно принять. Мы просто скучали по тебе, вот и все.

Как получилось, что мамы так хорошо справляются с чувством вины? Это произошло само собой или была инструкция?

- Я тоже скучал по вам, ребята. Я скоро зайду. Просто хочу сначала полностью обосноваться здесь.

- Конечно. - Но то, как она барабанила ногтями по столу, подсказало мне, что ей хотелось поговорить еще о чем-то. Я бросил ручку в блокнот и устроился поудобнее.- Что у тебя на уме?

- Мне просто... интересно, есть ли у тебя друзья.

Вопрос казался достаточно невинным, но в последний раз, когда я видел ее, она предупредила меня о группе нарушителей спокойствия, в которую входил Уэст. Видела ли она нас где-нибудь? Или это говорила моя вина?

Я не спешил, предполагая, что это последнее, потому что последнее, что я хотел, чтобы она знала, это то, что я проигнорировал ее совет.

— Ты же не беспокоишься обо мне, не так ли? - Сказал я.

- Я всегда волнуюсь за тебя. Вот что значит быть родителем. - Она потянулась ко мне, как будто хотела потереть мою руку, но передумала перед моими сверстниками и откинулась назад. 

- Без Кори, Элизы и других твоих друзей, мне просто было любопытно, познакомился ли ты с кем-нибудь еще.

- Прошла неделя.

- Я знаю. Иногда это занимает время.

Я не собирался рассказывать ей об Уэсте, но не думал, что Калеб попадет в ее поле зрения. Тем более, что он был такой антиуэстной группой. 

- Вообще-то, на днях в кафе я встретил кое-кого довольно крутого. Его зовут Калеб.

По крайней мере, я предполагал, что мы все еще друзья после того, как я бросил его на вечеринке в пятницу. Что-то, за что мне придется найти объяснение и извинения... позже.

- Дорогой, это здорово. - На ее лице осветилась искренняя улыбка и она сжала мое предплечье.

Я усмехнулся. 

- Ты выглядишь такой удивленной.

- Вовсе нет, я просто... - Она сглотнула и отвела взгляд, а когда она снова посмотрела на меня, я увидел это — тревога, которая была написана на ее лице, вернулась и на этот раз она не постарайтесь скрыть причину. - Я видела тебя раньше с Уэстоном Ларю.

Вот дерьмо. Неудивительно, что она вела себя странно.

У меня в затылке пробежал жар, но я старалась сохранить непринужденный тон. 

- Уэст? Да, я тоже встретил его в кафе.

Технически это не ложь, но это не совсем первое место, где мы встретились.

Я поднял плечо, как будто в этом не было ничего страшного. 

- Он кажется хорошим парнем.

- Уэстон Ларю? - Повторила она.

- Да, я думаю, это его имя. - Боже, я был таким дерьмовым лжецом.

- Разве я не говорила тебе держаться подальше от этой группы?

Да, да, ты это сделала.

- Мама, я не собираюсь быть засранцем по отношению к тому, кого я не знаю. Он был дружелюбным, поэтому я был дружелюбным в ответ. - Возможно, немного более чем дружелюбно, но это было последнее, что мне сейчас приходило в голову.

- Я знаю, что ты всегда выходец из настоящего места, но Уэст и его друзья... - Она глубоко вздохнула. - С этой группой никогда не бывает ничего хорошего. Головные боли, которые они причиняли мне на протяжении нескольких лет, являются лишь частью этой причины.

- Как что? - Из любопытства эти слова вырвались наружу прежде, чем я успел их остановить.

- Нам нет нужды во все это вдаваться. — Сказала она, махнув рукой, как будто могла отмахнуться от них. - Какими богатыми и титулованными иногда бывают мальчики. Ты не принадлежишь им.

- Думаю, тогда мне следует отменить ночной поход, который мы планировали на выходные. — Пошутил я.

У нее вырвалось неэлегантное фырканье, совсем не похожее на мою маму и она покачала головой. 

- Если бы кто-нибудь из них раньше видел внутреннюю часть палатки, я бы умерла от удивления. Как я уже сказала, Джей Ти, они не твои люди.

Я услышал это предупреждение ясно и четко, но она все поняла неправильно. Не богатая, титулованная часть, а то, что ничего хорошего из их группы не вышло. Время, проведенное с ними, было только развлечением, как и обычный студенческий опыт, которого я ожидал. Вечеринки и выпивка, даже несмотря на то, что я был несовершеннолетний, не были такими уж скандальными. Не по сравнению с тем, что я мог бы там делать.

- Мама, ты слишком много волнуешься. Я люблю тебя за это, но в этом нет необходимости.

Проведя рукой по волосам, я поймал взгляды некоторых одноклассников, направленные в нашу сторону и мои щеки покраснели от беспокойства.

— Могу я зайти к тебе позже? — Сказал я, понизив голос. - Все смотрят на нас.

Быстрый взгляд сказал ей, что это действительно так. Она смиренно вздохнула, кивнула и поднялась со стула. 

- Не будь чужим, Джей Ти. И, пожалуйста... просто будь осторожен.

- Я обещаю.

Она тонко улыбнулась мне, прежде чем уйти и пока я смотрел, как она уходит, часть меня чувствовала вину за то, что сбежал от нее, в то время как другая часть имела здравый смысл немного запаниковать из-за ее предупреждения. Не потому, что я считал, что у Уэста и его друзей плохие намерения, а потому, что мне не нравилось врать маме.

Но она ошибалась насчет этих парней и я не собирался позволять чужому мнению о моих новых друзьях влиять на меня по сравнению с тем, что я испытал на собственном опыте.

Я взял ручку, постучал ею по блокноту, прежде чем вернуться к странице, над которой работал. Поэзия всегда была для меня способом выбросить мысли из головы и направить их в некий организованный поток, который имел смысл на бумаге. И Господь знал, что после выходных у меня не было ничего, кроме беспорядочных мыслей, над которыми мне нужно было поработать.