Глава 36
- Что вы на это скажете, господин Кан?–невинно улыбнулся Миншину Чимин, а все с ещё большей кучей вопросов уставились на мужчину.
- Что?!–в ярости спросил Кан, но осознав что сейчас он в очень не выгодной ситуации, исправился и растерянно заговорил,–Что вы такое говорить? Вы меня обвиняете?
- Ух, как мне нравится ваша игра, но вы немного не дотягиваете, а с моим полным пакетом доказательств ещё и проигрываете,–безмятежно заявил Чимин, заложив руки за спину и неторопливо направился к мужчине,–Пожалуй мне всё таки стоит их объявить...
- Что вы имеете ввиду? С чего вы взяли что я причастен к этому? Вы меня безосновательно объвиняете!–глаза Кана налились кровью и чуть ли не вылазят из орбит от гнева.
- Не стоит так горячиться, господин Кан, я никогда никого не обвиняю без веских на то причин, а в вашем случае это очевидные причины,–всё так же, невероятно спокойным тоном говорит Чим, прогулочной походкой подойдя к Кану и став в полушаге от него, улыбнулся шире.
- Сучка... Охран...!
- Не пытайтесь, их здесь нет,–перебил Миншина омежка, предупреждая,–но здесь есть мои люди, а ещё...–сделав небольшую паузу, он легко махнул рукой и через мгновение двери открылись и в зал зашли двое высоких, мускулистых мужчин, волоча под руки Дамиана,–тот кто выдал вас бод чистую.
- Что здесь происходит?!–утробно зарычал Кан и ткнув пальцем в сторону Чимина, сквозь зубы произнёс,–Что ты пытаешься сделать, мелкая дрянь?!
- Следи за языком, ублюдок,–с холодной ненавистью сказал Чонгук, внезапно появившийся позади Чимина.
- Ох, я не пытаюсь, я уже делаю,–подавив в себе мелкую дрожь от неожиданного голоса истинного у самого уха, произнёс Чимин, хитро прищурив глаза,–Всего лишь правосудие и капелька личной неприязни,–пожал плечами парень, наслаждаясь спектром эмоций на лице Кана, что меняются одна за другой.
- Чимин! Отпусти меня! Я рассказал тебе всё что ты просил! Ты обещал!–подал голос испанец, которого, брыкающегося, уже подвели к центру зала.
- Дамиан, ты ведь тоже много чего обещал, а теперь заткнись,–дружелюбно обратился омега к Мартинезу и снова повернулся к Кану,–Контрабанда и продажа наркотиков на неподвластных территориях, корупция, запугивание и шантаж, подкуп,–неспеша начал перечислять Пак, неотрывно смотря в глаза Кана, а дружелюбная улыбка начала таять,–нападения и убийство тех, с кем совсем недавно подписали мирный союз, задолженность многим предпринимателям, в том числе и мне, в сумме нескольких миллиардов вон, а ещё попытка склонить на свою сторону главу влиятельных бизнесменов, в том числе и глав мафии, и... покушение на мою жизнь около пяти раз и последняя попытка почти стала удачной,–закончил парень с холодом и злобой смотря на мужчину, что побледнел от всего что услышал, понимая что он уже проиграл.
- Господи, вы уверенны что вам не нужно находится под присмотром врачей? Вы явно не в себе, Чимин. Что за чушь вы несёте?!–громно взглотнув, запричитал Миншин, надеясь этим привлечь толпу на свою сторону. Но все присутствующие, ставшие свидетеоями этой сцены, лишь перешёптывались, с осуждением глядя на Кана,–Я не виновен! Безосновательное обвинение наказ...–незакончив фразу, он вдруг услышал свой же голос.
- ...эта сучка, светская львица,–из диктофона, что только что включил Чимин, послышался раздражённый голос,–он выжил, это намного усложняет ситуацию. Где тот самоубийца что был за рулём? Он хотя бы сфотографировал этого щенка?
- Нет, он сказал что машина Пака сильно згорелась и могла взорваться в любой момент, так что он просто убежал,–ответил ему другой, каркающий голос,–Что тебе мешает добить его или просто сказать что он уже близок к смерти? Придумай байку, получи его деньги и ты в шоколаде, а что будет с ним, то плевать.
- Возможно ты и прав, но а как же его отец, Джиян, он ведь не отдаст просто так сокровеща своего ненаглядного сынка, да и может опровергнуть все мои слова,–задумчиво отвечает Кан из диктофона.
- Уже через пару дней банкет, скажи там про благое дело, мол отдать деньги омеги на нужды детям или ещё куда нибудь, поскольку ему мёртвому они уже не будут нужны, а со старшим разберись как хочешь, отрави или...–тут Чимин выключил диктофон, снова закладывая руки за спину.
- Думаю достаточно,–мило улыбнулся омежка,–а записей звонков, видео и фотографий у меня полно, у меня есть даже то как ты самолично даёшь указания водителю джипа. А ты, Дамиан,–обойдя бледного, как мел, Миншина, парень подошёл к испанцу,–ты уже в который раз разочаровываешь своего отца, но на этот раз ты не вернёшься домой.
- Чимин, я не виноват! Они заставили меня, Кан и отец, они сговорились и сказали мне выполнить всю грязную работу! Отпусти меня, пожалуйста!–заверещал Мартинез, с большей силой пытаясь вырваться из крепкой хватки охранников, но его рывком опустили на колени, заломав руки за спину,–Разве ты не помнишь как мы хорошо общались? Неужели ты меня убьёшь? Прошу, ради наших отношений в прошлом, отпусти меня! Я всё сделаю, только не убивай!
- С чего бы мне вдруг сжалится над тобой? Ради наших "отношений в прошлом"?–склонился Чим прямо к лицу испанца, прожигая взглядом,–Ты, со своим отцом и этим сукиным сыном, отняли то, что я даже не успел осознать, не успел почувствовать радость от этого и теперь никогда её не почувствую,–ядовито, с болью шипел омежка, отстраняясь и неосознанно проходясь пальцами по уроднивому шраму на животе, который скрывает одежда,–так почему же я долже сжалится?
- Мне очень...агх!...–Дамиану не дали договорить охранники, сильнее заломав его руки. Тем временем, стоящего в ступоре Кана тоже схватили вышедшие из толпы охранники, что были замаскированы под гостей, опустив на колени. А следом в зал привели и всех остальных помощников Миншина, избитых и со связанными руками.
- ...хаха...–вдруг среди возгласов толпы послышался охрипший, почти безумный смех,–ахахах, шлюший ты сын,–выкрикнул Кан, поворачиваясь корпусом к Чимину,–и что, убьёшь меня?! А кишка не тонка?
- Ты!...–зарычал Чонгук, уже почти сделав шаг к мужчине, чтоб заставить его замолчать, но его остановила крепкая хватка на плече, которая принадлежала Джияну, в чьих глазах читалось единственное желание - убить на месте этого ублюдка.
- Ну что вы, господин Кан,–учтиво заговорил младший Пак, своим голосом останавливая альф от того чтоб те накинулись на Кана,–вы прекрасно знаете мои принуципи, я не терплю кровопролития, но всё же вы и без принципов не умрёте.
- Да?–протянул мужчина, прищурив глаза,–Тогда что же ты сделаешь?
- Вы об этом узнаете когда вас привезут в нужное место,–непринуждённо ответил парень, кивнув окранникам,–Вы знаете что с ними делать.–отрешённо произнёс он им и те сразу начали выполнять приказ.
- Чимин,–обратился к сыну Джиян, не обращая внимание на противные крики испанца, что всё ещё умолял его отпустить,–что ты делаешь? Ты собираешься их отпустить? Ты же сам знаешь что Кан натворил! Этот подонок заслуживает смерти как никто другой!
- Нет, он будет жить и вы не измените этого решения и никак не вмешаетесь,–строго произнёс омега, обращаясь сразу и к отцу, и к Чонгуку, который уже хотел возразить, но тут омежка развернулся и направился к сыну Миншина, который стоял в стороне одинокой тенью. Увидив как к нему идёт Пак, он встрепенулся, топчась с ноги на ногу и теребя запонки на рукавах.
- Спасибо,–тепло, но уставше улыбнулся юноше Чимин,–ты сделал для меня очень многое. Но... С тобой всё в порядке?
- Д-да, всё хорошо. Отец...он давно уже творил ужасные вещи, он заслуживает наказания,–ответил юноша омеге,–не беспокойтесь, господин Пак, он никогда мне не был отцом, так что я не чувствую к нему жалости и сам не жалею о содеянном,–солнечно улыбнулся молодой альфа, давая понять что он искренен в своих словах.
- Спасибо ещё раз,–снова поблагодарил юношу Чим, слегка проведя рукой по его плечу и обернулся, осматривая всех гостей банкета слегка неясным взглядом.
Замерев на месте, Чонгук с удивлением, шоком, ревностью и некой злостью наблюдал за омегой, пока тот говорил с Каном младшим. Что уж говорить, с шоком за омегой наблюдали все присутствующие, которые не переставали гудеть как улей. Никто не ожидал увидеть такого поворота событий. Если ещё судить по короткому диалогу между омегой и юношей, то последний помог младшему Паку. И не абы как, а выдав всё про своёго собственного отца.
Осознание пришло очень быстро. Чимин, мало того что лежал в постели в тяжёлом состоянии, так ещё и умудрился копать под Кана и Мартинеза, и заботиться о своём бизнесе, до сих пор оставаясь на плаву. И это ему всё удалось быстре чем Джияну и Чонгуку, вместе со всеми их подчинёнными.
Старший Пак смотрел на сына с немым возмущением, пускай оно и перекликались с гордостью, но он ничего не собирался предпринимать. Он следил за омегой, дожидаясь от него знака, чтоб потом уйти в тихое место, подальше от любопытных глаз, и поговорить о всём что сейчас произошло. Гук тоже не отрывал взгляда от истинного, тоже терпеливо ждал хоть чего-то от парня, но всё же был уже в полной готовности сам подойти и просто увести его из зала. Но когда Чимин обернулся, оба мужчины застыли. Омега еле заметно пошатнулся при повороте, а глаза его были разфокусированы, пезпорядочно бегая по лицам окружающих его людей. Проморгавшись, парень сделал глубокий вдох и спрятав сжатые до боли кулаки между складок подола, прошёл немного вперёд, опять привлекая к себе внимание.
- Убей меня! Давай, прямо здесь! Что же ты боишься свои ручонки замарать?!–громогласно кричал Кан, которого уже почти вывели из зала.
- Поверьте, Миншин, вы в слезах будете молить о смерти,–в пол голоса сказал омежка, но его все услышали.
- Вы же сказали что не теракте кровопролития? Что же его ждёт, раз не смерть, то тюрьма?–спросил кто-то из гостей.
- Есть очень много способов убить человека без применения оружия и при этом ни одна капля крови не покинет тело,–как будто не своим голосом произнёс Чим, уже идя к выходу,–Вечер уже испорчен, так что я ухожу,–бросает он через плечё, проходя мимо своих близких. Толпа с большей силой вновь начала обсуждения, но лишь друзья младшего Пака всё ещё молчали.
Переглянувшись с Джияном, Чонгук увидел в глазах старшего нечитаемое количество всех чувств, но самое выделяющееся было беспокойство и озадаченность. Снова посмотрев на удаляющегося Чимина, Гук увидел как тот нетвёрдой походкой, медленно выходит из зала, пытаясь поскорее уйти.
Не долго думая, Чонгук не намерен упускать, наверное, единственный свой шанс поговорить с возлюбленным, а судя по изменившемуся состоянию омеги, мужчина просто не может отпустить его вот так. Поэтому, не сказав ни слова на удивлённый взгляд Хвасы, он стремительно идёт следом за парнем.
Выйдя в коридор, Гук лишь краем глаза за дальним углом видит как за поворотом скрывается белый шлейф. Рванув туда, альфа в считаные секунды оказывается за углом и сердце пропускает удар, чувствуя укол боли, что явно принадлежит омеге. Сам же Чимин медленно идёт дальше, держась за ворот пиджака с левой стороны.
Он и так себя не чувствовал пышущим здоровьям, так ещё и заставил себя придти на банкет, где он по-любому встретился с теми, кого никогда не хотел бы видеть. А боль в спине и бедре опять возобновились, что затрудняло движения. Сделав ещё один шаг, правую часть тела прошило вспышкой боли и Чимин, сильно пошатнувшись, поспешил обперкться на стену, чтоб тут же не свалиться на пол. Это не дало услышать приблизившийся к нему шаги.
- Минни, господи, зачем ты сюда пришёл?–аккуратно, словно фарфоровую куклу, поддерживая за талию, беззлобно бубнит пулей подлетевший к омежке Чонгук,–Позволь тебе помочь...
- Мне не нужна твоя помощь,–сиплым голосом отвечает Пак, в попытке оттолкнуться отстены и продолжить свой путь.
- Минни, прошу, тебе же плохо,–с мольбой альфа смотрит в любимые серые глаза, в которых снова плещется обида и боль, только на этот раз и физическая и моральная. Но Чим упёрто игнорирует слова мужчины, убрав его руку со своей талии,–Чимин, пожалуйста, выслушай меня,–тихо просит Чон, мягко схватив ладонь парня.
Уйти. Скорее уйти и не слышать этот нежный, бархатный голос, что ещё при первой встрече заполнил сознание. Чимин хочет вырвать руку, снова отпихнуть и больше никогда не встречаться с альфой. Но он не может. Не может, потому что сильно соскучился по теплу больших и родных ладоней, по голосу, по взгляду, по запаху... Омега не может сделать и шагу, борясь с двумя противоположными желаниями: выслушать или остаться при уже сложившемся мнении и не чувствовать новую боль. От этого на глаза наворачиваются слёзы, а Чимин молча стоит спиной к мужчине, ощущая лёгкие поглаживания большого пальца по тыльной стороне своей ладони.
- Котёнок, прости меня, прошу, прости,–сбивчиво шепчет Гук, обойдя омегу, становясь напротив, всё так же не отпуская маленькую ручку из своей,–я знаю, ты не поверишь, но между мной и Тэхёном ничого не было, ничего кроме поцелуев,–после этих слов Чон услышал судорожный вдох истинного, который стоял, опустив голову,–Это не оправдание, я лишь хочу чтоб ты знал, я люблю тебя больше жизни и мне больше никто не нужен... Тэхён мне подсыпал что-то, я не мог себя контролировать, а действие метки на время притуплялось из-за наркотика, но ничего не было, я через время просто отключился. Тэхёна заставили шантажём это сделать... Я...
- Хватит...–дрожащим голосом произносит Чим, вырывая руку из некрепкой хватки и прижимая её к груди, словно та ранена,–хватит...–одними губами просит он, обходя мужчину, дабы уйти, не в силах больше слышать это.
- Минни, постой!–идёт следом за парнем Чон, пытаясь снова остановить,–Минни, я слышал твой разговор с отцом, это я был тогда с ним...–выпаливает альфа вслед ускорившемуся омеге. А Чимин, будто на невидимую стену напоровшись, останавливается. В голове будто что-то щёлкнуло и перед глазами опять всплывают моменты радости из-за положительного теста, что быстро сменяются на фары чёрного джипа. Слёзы тонкими дорожками катятся по щекам. Пак медленно оборачивается к Чону, а спустя мгновение оказывается в объятьях. Таких родных, нежных и... нужных.
- Прости, прости, прости...–как мантру повторяет снова и снова Чонгук, аккуратно прижимая возлюбленного к своей груди,–...мне так жаль, прости...–а в ответ чувствует лиши дрожь хрупкого тела и судорожные, беззвучные всхлипы. Крепче прижав к груди парня, силясь забрать всю его боль, что колит у мужчины иголкой в груди, Чон сам уже не в силах держать слёзы.
Через пару секунд альфа чувствует совсем невесомый удар маленького кулака в свою грудь. За ним следует второй, и через мгновение Чимин двумя руками бьёт Гука в грудь, не прилаживая никакой ощутимой силы, продолжая рыдать. А Чонгук лишь терпит всё, зарываясь носом в мягкие, тёмно-синие волосы, которые неизменно пахнут сиренью.
- Отпусти меня!–хрипит Чим, душераздирающе всхлипывая,–Пусти!
- Нет! Я не отпущу тебя. Никогда больше не отпущу,–восклицает альфа, крепче сжимая руки, будто не замечая что омега хочет выбраться,–Никогда, слышишь? Прошу, Минни, не отталкивай меня, я люблю тебя... Я идиот, что пошёл тогда к Тэхёну, а не вернулся к тебе домой, я такой идиот. Но я хотел защитить тебя! Мне присылали угрозы где говорили что отнимут тебя у меня, заставят тебя расплачиваться за все мои прошлые грехи...–на одном дыхании рассказывает Чон и вдруг падает на колени перед Чимином,–я не мог этого допустить, ты самое дорогое что когда либо было в моей жизни. Именно поэтому я пошёл к Тэхёну, потому что он знал кто стоит за этим... Прошу, прости меня, котёнок...–сойдя на шёпот, произносит альфа, смотря снизу вверх на Пака, крепко обнимая за талию.
- Ты...
- Я полный идиот, что не прочитал в тот вечер твоё сообщение...мне так жаль, малыш, мне очень жаль...–роняя слёзы, шепчет Гук, дрожащей рукой дотрагиваясь до плоского живота омежки,–я не удержал тебя тогда...я...–не закончил он, как Чимин опустился на колени и притянул к себе за шею, затыкая поцелуем.
- Хватит, не говори ничего, ты не знал,–еле слышно говорит омежка, чувствуя на губах солёный привкус слёз.
- А должен был...–выдыхает Чон в пухлые губы, снова прижимая к себе хрупкое тело, нежно целуя и получая такой же нежный ответ. Поцелуй не был долгим или пошлым, через этот поцелуй истинные передавали свои чувства, каждый друг у друга забирая боль и переживания.
Отстранившись от порозовевших губ, Гук начал сцелововать дорожки слёз, что всё ещё хрустальными капельками спадали с ресниц.
Осознав что они оба сидят на полу, альфа аккуратно поднялся, не отпуская парня из кольца рук, помогая ему встать следом. Чим всё ещё всхлипывал, вцепившись в пиджак на груди мужчины, желая быть как можно ближе к любимому.
- Минни, я клянусь, такого больше не повторится никогда... прости меня,–в самое ухо выдохнул Чон, а Пак ответить ничего не может, снова заходясь слезами, в ответ лишь кивая. Парень обвивает крепкие плечи, чувствуя как в собственную шею зарываются носом,–...твой отец рассказал мне про ребёнка, когда я приехал сразу после того как тебя привёз Намджун...
- Я бесплоден...–сказал не слышно Чимин, словно смертный приговор озвучив.
- Не говори так, врачь сказал что шанс есть, пускай и маленький, но есть,–заверяет омегу мужчина, заглядывая в опухшие серые глаза,–мы будем ходить к лучшим специалистам, будем проходить курс лечения, мы справимся...–обхватив ладонями лицо истинного, утверждает уверенно Гук,–вместе.
- Этого шанса слишком мало и ты не можешь быть настолько уверенным что я из неправильного омеги стану снова здоровым...–произноси себе под нос Чимин, опустив потускневший взгляд в пол, стараясь убежать от таких глубоких, пронзительных глаз альфы.
- Ты здоровый, ты правильный, ты самый лучший омега на свете, который заслуживает всего в этом мире,–нахмурившись, убеждает Гук парня,–ты достоин быть папой и будешь лучшим папой для лучших детей... для наших детей,–услышав последние слова, омежка изумлённо распахнул глаза, стыкаясь с тёмными омутами напротив,–Я чуть не потерял тебя, чуть сума не сошёл, увидев тебя после аварии... Я сделаю всё, что бы ты был счастлив... Я тебя люблю, Пак Чимин, всем сердцем, телом и душой, и хочу быть с тобой до конца своих дней.
- Гукки...–тихо молвит Чим, бегая глазами по лицу альфы, накрыв рот ладонями, снова начиная плакать. А мужчина лишь медленно убирает ручки омежки от лица, склоняясь к его губам, нижняя из которых слабо дрожит. Невесомо, еле-еле дотрагиваясь к родным губкам, Чонгук замирает в миллиметре, смотря прямо в глаза, будто спрашивая разрешение. Но в тот же миг Чимин сам тянется за поцелуем, чувствую лёгки поглаживания по спине.
Отстранившись, пара смотрела друг другу в глаза, будто ведёт безмолвный разговор, понятный только им, держась за руки. Вокруг словно не существует ничего, кроме них самих.
- Пойдём домой?–бархатным шёпотом спрашивает Гук, сплетая пальцы рук с возлюбленным и мягко улыбаясь.
- Мгм,–кивает Пак, непонятно от чего смутившись.
Так пара вышла на улицу, где столпились репортёры, прознав о присутствии омеги на банкете. Как только они увидели истинных, сразу набросились на них с камерами и кучей вопросов, пытаясь заснять ексклюзиные кадры. Чон притянул возлюбленного к себе за талию, частично скрывая его от камер, а Чимин был и не против, плотнее прижавшись к груди альфы.
- Господин Пак! Мы только что видели как выводили главу группировки Кан. Это были ваши люди? Что вы с ним сделаете? Что вы планируете в ближайшее время? Ответьте, пожалуйста!–просил какой-то особо активный репортёр и на его удивление Чонгук с Чимином остановились.
- Да, это были мои люди. Хотите узнать что с ним станет, подождите до завтрашнего дня. А сейчас я намерен отправится к себе домой, дабы отдохнуть и продолжить реабилитацию после ДТП в тишине и спокойствие,–произнёс омега, улыбнувшись, смотря поочерёдно в каждую камеру, а после продолжил путь к машине.
Чонгук усадил истинного за руль его автомобиля, не смотря на беспокойство, но Пак заверил что всё хорошо. Они договорились что парень поедет сам к себе домой, а Чонгук решил остаться, потому что у друзей и так много вопросов.
Выехав на дорогу, Чимин начал повышать скорость, когда на дороге не было много машин. Убедившись что ни с перед ни сзади него машины не едут, омежка сбавил скорость, доставая телефон и набирая сообщение.
Тем временем Гук вернулся в зал, где всё ещё не утихла шумиха. Найдя взглядом Джияна, с которым оказались и семейство Ким и Хваса, мужчина подошёл к ним. И только он хотел было ответить на немой вопрос в глазах близких омеги, на телефон альфе приходит сообщение. Как не странно, от Чимина.
Достав смартфон из кармана брюк, Чон открывает сообщение. И он готов был прочесть всё что угодно, например что-то из "ты слишком медленный" или просто "догоняй", но никак не "Гукки, я слишком устал и хочу отдохнуть в одиночестве, а так же подумать обо всём... Я давно хотел поехать куда-то заграницу, думаю это пойдёт мне на пользу. Я люблю тебя, скоро увидимся".
Растерянно перечитывая сообщение, мужчина поднимает взгляд на Джияна, а потом смотрит на Хвасу, как будто спрашивая у них, что это значит. Но те озадаченно смотрят на него в ответ.
Он, идя на этот банкет, отчаялся получить прощение омеги, а буквально несколько минут назад объяснился с Чимином, снова вернув его. Пускай он и понимал что омега не будет готов сразу всё принять, но как оказалось он был не готов к такому. Чимин едет заграницу и Гук не знает сколько он может не видеть любимого.
- Что случилось, Чонгук? Где Чимин?–спрашивает всё таки Джиян, с волнением заглядывая в застывшее лицо Чона.
- Я всё ему рассказал, сейчас он уехал и скорее всего надолго...–отвечает младший, снова смотря на текст сообщения.
- В каком смысле?–не понимая, интересуется старший Пак, но и ему приходит сообщение. Прочитав его, Джиян понял почему Чон так изменился в лице. Подойдя к нему, он кладёт руку ему на плечё, а Гук лишь как-то потерянном взглядом глядит на него в ответ,–Он простил тебя и он безумно тебя любит, но пойми, он многое пережил, ему необходимо отдохнуть в дали от всего этого,–тихо, по-отцовски мягко улыбаясь, обращается к Чону Джиян,–дай ему время, я уверен что он вернётся очень скоро. А ты будь готов встретить его.
- Да... Вы правы,–соглашается со старшим Гук.
У него есть время привести себя в форму, что бы стать лучшей версией себя для Чимина. Он, пару раз быстро моргнув, снова открывает чат с недавним сообщением и набирает ответный текст...
"Котёнок, я буду ждать тебя столько, сколько это необходимо. И уже скучаю, милый... Я безумно люблю тебя. Будь осторожен."
Несмотря на то что Чон только что снова приобрёл своё счастье, он готов его отпустить, потому что любит и знает что его любят в ответ...
– Простите, мои дорогие🥺🙏🏻
У меня снова началась дистанционка, а преподы как будто озверели, задают по сто пятисот тысяч триллионов заданий, суки.
– Простите ещё раз️❤️
– Могу сказать что фф уже близится к концу😌