Её прошлое
Сара
Остаток вечера я провела в одиночестве.
После ужина Лукас уехал. Псов он и правда оставил со мной и я даже была этому рада. Общество животных мне приносило больше удовольствия чем общество человека. Только если этот человек не Глория.
Я решила выйти на улицу, чтобы потренировать с собаками команды. Взяла мясо, которое осталось в холодильнике от ужина, несколько игрушек, воду и стала по очереди каждого занимать играми и командами. Дарвин и Розель оказались очень умными. У меня получилось легко с ними подружиться. Я вспомнила, что Лукас оставил мне свой номер и решила отправить ему несколько фотографий, как его питомцы прекрасно проводят время. Любому хозяину интересно знать, чем занята его собака, или кошка во время отсутствия. Перед этим я сделала пару фотографий, где Дарвин и Розель вцепились зубами в пуллер, на другой у каждого в зубах были витаминные косточки, а на третьей обе были в лежащем положении и смотрели прямо в камеру. Я отправила фотографии на его номер и продолжила проводить время с Дарвином и Розель. Внезапно у меня зазвонил телефон и я увидела, что звонит мама. Было достаточно поздно и самое время спать, но почему-то она звонит.
— да, мам?
— Сара, как ты себя чувствуешь? — я подумала, что Лукас всё ей рассказал и немного занервничала.
— достаточно хорошо, почему спрашиваешь?
— Лукас сказал, что в день свадьбы тебе стало плохо, в больнице сказали, что отравление, поэтому и спрашиваю. — всё-таки не подвёл.
— а, да, тогда действительно, что-то пошло не так. Но сейчас всё в порядке, не волнуйся. — собаки начали лаять и мне пришлось отойти подальше, чтобы лучше слышать маму.
— ты где, почему я слышу лай собак.
— это псы Лукаса. Я думала ты знаешь об этом. — было странно, что мама не знала о них.
— Джексон не говорил мне об этом. — я промолчала и наблюдала за собаками.
— ладно, мам, я пойду уже в дом, буду ложиться спать. Спокойной ночи. — мама пожелала мне того же и звонок завершился.
— Дарвин, Розель. — они обратили внимание на меня и мы пошли в дом. Собак нужно было покормить, но я не знала где находится корм, поэтому пришлось писать Лукасу.
Я так увлеклась собаками, что даже не заметила, что он ответил мне.
— вижу, вы хорошо проводите время без меня. Не балуй их всякими вкусностями, разбалуешь, а мне потом заново воспитывать. — и второе сообщение.
— я приеду ближе в утру и кое-что привезу тебе. Считай, что это благодарность за времяпровождение с моими псами. — меня смутило это сообщение. Поскольку сидеть с ними было моё желание, а не чей-то приказ, или просьба.
— Лукас, я хотела спросить где стоит собачий корм? А по поводу баловства, не надо наговаривать. Я давала им что-то вкусное, только когда была занята дрессировкой. И ещё, время с ними проводить я захотела сама, ещё раз такое скажешь - будешь ночевать на улице. — он прочитал сразу же.
— корм на кухне, откроешь дверцу, которая рядом с холодильником и найдёшь. — он вышел с сети.
Корм и правда стоял там, где он сказал. Собачьи миски я нашла в пакете, который Лукас вынес на кухню, перед тем как уехать.
« — вот, здесь лежат все их принадлежности. На случай если станет скучно, можешь с ними поиграть.» Помимо этого там был собачий шампунь и всякое, что могло бы мне пригодиться в их компании. Поскольку спать мне совсем не хотелось я решила заняться их уходом. Поужинали они быстро, я не знала как они относятся к воде и надеялась, что обойдёмся без побочных эффектов.
В ванную комнату нашли обе и по виду, им не было страшно и никакого дискомфорта они не чувствовали. Немного корма я решила взять с собой, на случай, чтобы их задобрить. Скорее всего он не понадобится. В ванную первой заскочила Розель, Дарвин сидел рядом со мной ожидая своей очереди.
— чёрт, полотенца забыла. — я побежала вниз и посмотрела в сумку, там лежали полотенца. Я взяла их и хотела уже идти наверх, но меня остановил голос.
— добрый вечер. — я повернула голову, там стояла женщина. По виду ей лет 50 наверное.
— здравствуйте, я Сара.
— меня предупреждали, что ты здесь. Меня зовут Эмили Джонсон.
— приятно познакомиться с вами. Я иду наверх, хочу помыть собак и буду ложиться спать. Вам нужно с чем-то помочь? — она улыбнулась и покачала головой. — спокойной ночи, Сара. — и мы разошлись.
Я уже собиралась ложиться спать, когда послышалось царапанье по двери. Было понятно, что это собаки. Я открыла дверь и оба сидели виляя хвостом.
— думаю, ваш хозяин будет вас очень ревновать. Но отказать я вам не могу. Ложитесь. — они забежали в комнату и легли на кровать. Я чувствовала себя защищённой рядом с ними. Розель легла головой мне на живот, а Дарвин лежал на другой половине кровати и спал. Потихоньку я начала проваливаться в сон, этой ночью не было даже намёка на кошмарные сновиденя. Всё было иначе. Я больше не боялась, потому-что была под защитой. Хоть и не человеческой, но под очень сильной защитой.
Была глубокая ночь, когда я проснулась. Я открыла глаза и увидела как закрывается дверь в комнату. Псы всё также спали рядом со мной. Только, Дарвин уже лежал намного ближе, а голова Розель находилась на моей груди. Я сразу же уснула без всяких колебаний.
Я проснулась утром, когда свет попадал в комнату и мешал мне спать. Дарвин и Розель всё ещё спали и было самое время идти на прогулку. Переодеваться я не стала, поэтому решила пойти в том, в чём была.
На мне были короткие велосипедки и чёрная футболка, почти до колена. Я встала с кровати и сделала на голове пучок, чтобы волосы не лезли в лицо. Я направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Принадлежности для ухода за собой уже были там, я их принесла прошлым вечером, после того как выкупала собак и пошла принимать душ перед сном. Мои вещи не занимали много места, просто потому-что у меня была специальная косметичка для этого. Я быстро сделала свои дела и направилась в комнату, чтобы позвать собак на прогулку. Мы спустились вниз и нас встретил приятный запах кофе и чего-то сладкого. Я не фанатка сладкого, больше предпочитала острое, но всё же решила проверить что там.
На кухне была миссис Джонсон и что-то готовила, на столе стояли две чашечки свежего кофе и сырники.
— доброе утро, миссис Джонсон. Вам может помочь? — она обернулась, держа в руках тарелку с новой порцией сырников.
— нет, дитя, я справлюсь. Садись, позавтракай. Было бы неплохо, если бы ты разбудила Лукаса.
— мне нужно выгулчть собак, но я его разбужу. Где его комната? — она посмотрела на меня с удивлением.
— комната там же где и твоя, только в другом крыле. — я повернулась и пошла искать комнату сводного брата. Псы шли со мной, я понимала, что им нужно на улицу, поэтому старалась идти побыстрее. Рёбра почти не болели, иногда лишь стреляло в правой стороне, но в принципе не жалуюсь. Я нашла комнату Лукаса и постучала несколько раз. Дверь никто не открыл и понятно почему, он пришёл поздно.
Я открыла дверь комнаты и в нос ударил ужаснейший запах алкоголя. Этот запах окунул меня в прошлое и я вспомнила дни, когда находила маму в таком состоянии. Осмотрев комнату я увидела спящего Лукаса под одеялом. В комнате было темно, шторы задвинуты, балкон закрыт.
— Дарвин, Розель, ищите Лукаса, где Лукас? — они сразу завиляли хвостом и запрыгнул на кровать, облизывая его лицо, руки, в это время я пошла открывать балкон и расправила занавески, чтобы свежий воздух вошёл в комнату.
— доброе утро ханурикам с утра. — произнесла я достаточно громко, Лукас проснулся и по виду был очень недоволен.
— твою мать, какого хрена? — он был зол.
— миссис Джонсон попросила тебя разбудить, а открытый балкон как бонус. Иди на завтрак, я пойду с псами на улицу. — я похлопала ладонью себе по бедру и две большие овчарки выбежали с комнаты, идя следом за мной. Я слышала какие-то нецензурные речи с комнаты Лукаса и мне не было его жаль.
— Лукас проснулся? — спросила миссис Джонсон, когда я спустилась на первый этаж.
— о да, проснулся, только явно недоволен тем, что его разбудили ранним утром. Ещё и его же собаки. — она улыбалась.
— если нужна будет помощь, я на улице, зовите, не стесняйтесь.
На улице всё ещё было прохладно, стоял туман, на траве были отблески утренней росы, солнце поднималось и его лучи грели тело. Псы бегали и качались по траве, игрались, а я сидела на ступеньках наблюдая на ними.
Я услышала звук открывающейся двери, обернувшись увидела взъерошенного Лукаса, который всё никак не принимал облик человека, который встречает утро добрым словом. С чашкой кофе в руке он подошёл ко мне. На нём были серые спортивные штаны и широкая футболка такого же цвета.
— ты всё-таки проснулся.
— всё-таки да. — он присел рядом со мной.
— вижу, компания Дарвина и Розель тебе нравится больше чем моя. — я улыбнулась, облизывая губы.
— на самом деле мне просто нравится там, где меня не дёргают, не тревожат, не давят и понимают. Животные с самого детства были моей слабостью. — он внимательно всё выслушал и о чём-то задумался.
— я нашёл Дарвина и Розель когда им было около полутора месяца. Была зима, январь. Я шёл выбрасывать мусор и услышал какой-то скулёжь. Сначала выбежал один щенок, а затем второй. Я не смог их оставить там и поэтому поехал в ветеринарную клинику. Там мне сказали, что у Дарвина обморожение, а Розель была истощена. Они были совсем маленькими. — его взгляд потеплел, когда он начал рассказывать о них. Я видела, что у него доброе сердце. Только, он пытается уколоть и прогнать. Что-то в нём сломлено.
— ты очень хороший человек, Лукас. — лишь это я и сказала. Поднявшись с ступенек я подалась вниз, чтобы поиграть с псами. Лукас поставил кашку и последовал за мной.
— миссис Джонсон сказала, что ты выкупала их, вижу они польщены твоей заботой. Спасибо тебе. — я лишь кивнула.
— чем занимался весь вечер?
— был в клубе с другом, решал дела и..
— и бухал, так?
— почему это тебя так волнует? Я взрослый человек и могу выпивать. Это не значит, что я алкоголик. Знаю, что твоя мама выпивала в прошлом, но не давай своим травмам выскальзывать и упрекать меня, лады? — я не нашла что ответить и просто отвела взгляд. На душе вдруг стало больно, потому-что алкоголь меня преследует даже здесь.
— жаль, что ты не знаешь какого это. Очень жаль.. — сказала я тихо и ушла в дом. Скорее, я туда побежала, а не пошла. Хотелось побыть в одиночестве.
— Сара, завтрак на..
— я позже поем. — мне было жаль, что моё плохое настроение отражалось и на других людях. Но мне просто хотелось побыть одной. Комната была просторной, большой шкаф украшал свободное пространство. Он был уместным и все вещи, которые были в чемодане казались там мелочью, по сравнению с габаритами огромного шкафа. Помимо вещей мама положила туда и мои книги, их было порядком 10. Остальные, к несчастью покрывались пылью дома. Осмотрев комнату я легла на кровать, кутаясь в одеяло. Мысли поступали разные и все они были о ситуации на улице с Лукасом. Какая-то часть мыслей принадлежала вчерашнему вечеру. Я путалась в них, потому-что думала о разном: о том, что было на кухне, когда Лукас вышел в одном полотенце и о Лили, которая пыталась задеть моё женское эго. Проблем с самооценкой у меня не было, чего нельзя сказать о ней. Воспитанная и уверенная в себе девушка никогда бы не назвала другую уродиной, при этом понимая, что я всего лишь его сводная сестра, к тому же несовершеннолетняя. С этими мыслями я начала засыпать, уже почти на пороге сна я услышала стук в дверь.
— ну блядь, давай ещё сильнее, чтобы выбить её. — проговорила я и пошла открывать. На пороге стоял Лукас, при виде его я перед самим его носом закрыла дверь.
— подожди. — услышала я и закатив глаза открыла её снова. Он не входил, лишь стоял и смотрел.
— к тебе Дарвин и Розель рвались. Я думал, что спустя пару минут они успокоятся, но увы, началась собачья истерика и когда я открыл дверь в дом они первым делом поплелись на второй этаж. Нашёл я их у твоей двери. — посмотрев вниз я увидела их. Не соврал.
— можете входить. — они быстро прошмыгнули в комнату и улеглись на кровати, так-же как и в прошлый раз.
— не пускай их на кровать, пусть спят у кровати. — он погрозил мне польцем.
— давай в своей комнате я буду устанавливать правила сама. Ты что-то ещё хотел? — он прошёл в комнату и стал почти у выхода, смотря прямо мне в глаза произнёс.
— я не знаю чем именно тебя задел, но поверь, этого я точно не хотел. Просто тебе стоит понять, что трагедии прошлого, не должны очернять твой путь в настоящем. — в его голосе я слушала заботу, но никак не сожаление о том, что он говорил.
— ты теряешь время зря и у меня нет настроения на твою патологию и попытки сказать «как мне жаль». Понимаю, что тебе в общем не жаль и честно сказать меня это не задевает. У тебя блистательная дедукция, которую я с восторгом оценила. Но не нуждаюсь в излишних, жалких попытках извиниться. — он тяжело вздохнул и хотел что-то ещё сказать, но не стал, понимал, что здесь проиграл. На этой ноте он покинул мою комнату.
В постели меня уже ждали два замечательных соседа, которых я с удовольствием приветствовала в своём поле зрения.
— ну что ж, будем жить тогда в одной комнате, ребята, мне ваша компания нравится. — Розель приподняла голову невинно моргая глазами. Я легла на середину кровати, чтобы не мешать им делить место.
Краем глаза я заметила взгляды двух немецких овчарок на себе.
— что? — Дарвин вздохнул и подполз ближе, издавая звуки похожие за скулёжь. Розель облизывала мою руку и жалобно смотрела. Я знала, что собаки являются сильными эмпатами, когда человеку на душе действительно хреново.
— у вас хороший хозяин, но к сожалению я не хочу подпускать его слишком близко. — я не знала почему вдруг начала высказываться им. Они не люди и всю речь человека не поднимали, но чувствовали боль, печаль, чувствовали радость человека, они чувствовали всё и это было прекрасно.
— в далёком прошлом меня очень ранили люди. Это была мама, одноклассники, родственники, дальние сёстры и братья. Потеря отца лишь сильнее ударяла по мне. Я врала Лукасу в больнице, врала о том, что упала с окна сама, по неосторожности, врала и другим людям, потому-что моя боль - это лишь моя трагедия.
Я с болью вспоминаю проклятые дни, когда меня били мужчины мамы, больно вспоминать ужасные попытки изнасилования. Помню, как мама мне не верила, когда я говорила, что ко мне цепляются, что проявляют нездоровый интерес. — боль жгла моё горло и грудь, она быстро распространялась по телу и было невыносимо её чувствовать.
4 года назад: день падения к окна.
В этот день я осталась один на один в доме с её чудовищем. Я была на кухне и готовила обед, поскольку мама была на работе, а её мужчина, точнее, альфонс сидел на постоянной основе дома и смотрел телевизор, моментами приходя на кухню проверяя чем я занимаюсь.
— что, снова готовишь какую-то баланду на одну себя?
Безхребетная малолетка. Мать тебя никак не воспитала. — слова били по больному, но я молчала.
— хорошо, что твой папаша сдох и теперь с тебя я могу сделать человека. — папа - был моим слабым местом. Всегда. Отец не был плохим человеком, он любил маму, меня любил.
— не говорите так о моём отце. Он был прекрасный человеком и любил мою маму, зарабатывал деньги, обеспечивал нас, а вы.. — мне прилетела пощёчина. Сильная. Звонкая. Пронзающая слух и сознание.
— зарабатывал говоришь, мать твою любил? — он схватил меня за волосы и откинул к окну. Я больно ударилась головой о подоконник и сползла по стене вниз. Я не плакала. Ни за что в жизни я не покажу этому человеку, какую боль он мне причиняет.
— где же сейчас твой драгоценный папочка, где же он, ну? Где он, несчастный выродок? Гниёт под землёй. — он ударил меня ногой в живот. Я вскрикнула, держась из последних сил.
— поверь, жалких алкаш, ты отправишься туда же, рано или поздно. — он озверел и взял меня за горло, поднимая на ноги, его хватка усиливалась и воздух с моих лёгких терялся. Мне не было чем дышать, я задыхалась.
— сейчас я сброшу тебя с окна, а потом позвоню в скорую, после твоей матери и скажу, что ты ко мне приставала, после этого устроила представление и по случайности выпала с окна. Я старался тебя поймать, но было слишком поздно. — страх подкатил очень быстро и я схватилась за его руку.
— пожалуйста, не надо. — прошептала я с последних сил.
— но перед этим я всё-таки заберу у тебя кое-что. — он ослабил хватку, свободной рукой стал расстёгивать штаны, у меня почти не было сил сопротивляться. Но когда он полез снимать мои, я начала вырываться, ударив его коленом по яйцам, начала отключаться. Он захрипел и ударил меня ещё раз по лицу.
— не делайте этого, не надо. — мой голос был похожим на мольбу, но он лишь улыбнулся.
— иди к любимому папочке, которых подох и оставил тебя как прицеп матери. — после этих слов он толкнул меня в окно. Оно было закрытым и поэтому своим телом я его разбила. Падение вниз было очень быстрым, я почувствовала себя очень лёгкой, но когда приземлилась, почувствовала невыносимую боль в спине, от которой закричала во всё горло и потеряла сознание. Последнее, что я видела - это его лицо, которое спряталось за оконной рамой с сумасшедшей ухмылкой, которую мне очень хотелось стереть с его лица. Я видела сон, в котором лежала на траве, смотря на облака, рядом со лежал папа. Мы были версией друг друга. Я была его женской версией, характер был тот же. Я чувствовала себя в безопасности.
— я очень люблю тебя, дочь, но тебе рано сюда. Ты должна прожить счастливую жизнь, вырастить детей, встретить парня, завершить учёбу, у тебя есть будущее. Не теряй надежду.
— но пап.. я хочу быть рядом с тобой. Я очень устала, очень-очень устала. — слёзы текли ручьём по лицу и погода изменилась на очень пасмурную. Не было прежнего голубого неба, не было солнца, не было зелёной травы с свежего воздуха. Я уже стояла посреди леса, видя впереди силуэт, который отдалялся.
— пап, не уходи, останься со мной. — я кричала во всё горло.
— тебе пора, доченька, тут тебе не место. — вдруг всё вокруг накрыл густой туман. Он становился всё темнее и я уже не видела отца. Перед глазами всё почернело. И я начала слышать голоса.
— она очнулась, зовите врача. — это была мама.
Постепенно я открыла глаза, ужаснейшая боль пронзила всё тело, больше всего болела душа.
— Сара.. слава богу ты жива. — шептала мама, держа меня за руку. Я вырвала руку с её хватки и обратила внимание на доктора, который только что вошёл в палату.
— я хочу дать показания, вызовите полицию. — доктор посмотрел на медсестру и та кивнув направилась к выходу, явно следуя моим словам о наряде полиции.
— дочь.. не надо, пожалуйста. — в этот момент я ненавидела маму.
— выйди отсюда, мама. — в её глазах были отблески страха.
— пошла отсюда вон. — крикнула я и мама вышла с палаты с слезами на глазах.
— прошу прощения. — сказала я доктору, который всё ещё был здесь.
— ничего, я понимаю. Но показания придётся дать в присутствии матери. Судя по твоим травмам большинство сделал человек, а не сало падение на осколки стекла. — он был во всём прав.
— как себя чувствуешь?
— нормально. — как себя может чувствовать человек, который упал с второго этажа, так ещё и на стёкла? Наверное, я в эйфории.
— и так, капельницы по расписанию, обследование, анализы, выписка через три недели. Отдыхай, Сара, больше мне тебе нечего сказать. Поговорим после визита полиции.
Сейчас
— И.. его посадили. Я дала показания против него. Мать плакала в тот день и просила прощение, за то, что не верила мне. За то, что она была слепа. Я была убита. После этого случая моё желание к жизни исчезло, но одно я поняла для себя «больше я себя в обиду не дам.» я пробовала разные секции борьбы. За эти 4 года занималась: самбо, дзюдо, каратэ, Дальневосточные единоборства, последним был бокс.
Из всего, всё пошло на пользу и совсем недавно я покончила с всем этим, потому-что почувствовала себя достаточно уверенно, чтобы постоять за себя. — я хмыкнула, переводя взгляд на них, но оба спали сладким сном. Недолго думая я последовала ихнему примеру. Боль в душе на время успокоилась, мне стало легче.