Дополнительная часть
Наверное мне стоит вам рассказать свою истории с начала.
Моя история началась ровно два года назад. А продолжается и по сей день.
Я кусала губы, нервно расхаживая по комнате и все время поглядывая на часы. Без пяти восемь вечера. Он вернется с минуты на минуту. Главное, не отступить, не растерять крохи смелости, что набрались вместе со злостью и жгучим отчаянием. Четыре года,я терпела.
Дверной замок щелкнул, и вместе с ним зашлось в груди сердце. Ладони вспотели, ноги подкосились, и я споткнулась, сделав всего шаг. Не упала, устояла.
Хантер вошёл в квартиру, сразу нашел меня взглядом, впрочем, лишь мимолётно скользнул, вяло улыбнулся и отвернулся к шкафу. Идеально выглаженный пиджак оказался на вешалке. Я видела это каждый вечер. И знала, что будет дальше. Он ослабит галстук, закатает рукава белоснежной рубашки, и посмотрит на меня. По сути, сквозь меня.
Он ждал, что я подойду, поцелую в щеку. Сегодня я не подойду, и целовать его не стану. Сегодня будет не так, как всегда. Я почти уверена, что этот день запомню на всю жизнь. Потому что расстанусь с ним. А он будет в ярости.
Хантер недовольно сощурился. Мотнул головой и пошел мне навстречу. Он всегда так тонко чувствовал мое настроение - знал, когда можно подавлять, требовать, а когда нужно погладить по шерстке, заманить пряником. Но никакие пряники уже не спасут наши отношения. Он лгал мне. Он предал меня. Он разрушил мир, который мы так долго выстраивали. И главное, что когда я обо всем узнала, то не почувствовала той подавляющей горечи, какую ожидала. Меня просто засосало в пустоту, где боль не чувствовалась. Я лишь боялась. Всегда чуточку опасалась своего мужа, ведь он ходил по краю, давая понять, что иногда ему очень трудно сдерживать свою злость. Я знала, он плохо все воспримет, но отступать не собиралась. Пришло время признаться себе, что от былых чувств ничего не осталось. Глядя сейчас на Хантера, я всерьез задумалась, а были ли, собственно, чувства?
Он подошел, провел ладонью по моим длинным волосам. В жесте не было ласки, только механические движения. Как уставший хозяин, который, вернувшись с работы, решил погладить кошку. Он уже даже и не понимал, зачем ее завел. Как украшение для дома или чтобы не чувствовать себя одиноким. Но с питомцами, как и с женщинами, всегда много хлопот.
- Что не так?
- Звонила твоя любовница, - прошептала я, так и не собрав силы, чтобы посмотреть ему в глаза. Мне хватило убийственного взгляда, который я ощутила кожей, как только слова сорвались с моих губ.
- И? - холодный, наглый вопрос.
«И?» После четырёх лет отношений? Я была поражена настолько, что злость вскипела с новой силой. Теперь мне хватило запала даже на то, чтобы смело задрать подбородок и встретить едкий взгляд ледяных серых глаз.
- И я хочу уйти.
Вот и все. Я сказала это. Теперь назад дороги нет.
И его ладонь, все ещё лежащая на голове, крепко сжалась. Я вскрикнула от боли, когда он резко потянул меня за волосы.
— Уйти?Ты хочешь уйти? – проговорил он тихо и так натужно, будто одно маленькое слово далось ему с огромным трудом. Но все же он не орал. То, как он демонстрировал силу и подавлял меня, пугало намного больше.
Я вскрикнула снова, когда стало еще больнее, и попыталась разжать его пальцы. Но он неумолимо тащил меня к выходу.
— Отпусти! – дрожащим от подкатывающих слез голосом попросила я.
— Я сейчас отпущу, - процедил он и толкнул ногой дверь. – Отпущу.
Он буквально вышвырнул меня на улицу босую, в одном лишь легком домашнем платье.
— Отпускаю! – заявил этот тиран цинично. – Вали на все четыре стороны. Дура! Давай, вкуси независимой жизни. Без меня, без крова, без моих денег, без ничего. Потому что у тебя ничего нет и быть не может без меня. Подумай сначала, кому ты такая дефектная нужна.
Он хлопнул дверью так сильно, что даже светильник над крыльцом пошатнулся. И вслед за этим грохотом прозвучал еще один – на небесах. Они будто смеялись надо мной.
Я прекрасно понимала это мой конец, без него я никто.
Ну или я так думала, тогда.
Он причинил мне боль,растоптал меня, смешал с грязью...
Теперь я делаю это.
И именно с этого началась моя зависимость к мужчинам.
Для того, чтобы причинять им боль.
Как это сделал Хантер.
Но сейчас я не совсем уверена, что это было правильным решением.