2 Глава.
Дэймон Кастеллано
Я не верю в «первое впечатление». Большинство людей — это набор предсказуемых реакций. Боятся, лгут, паникуют. Особенно, когда знают, кто я.
Но когда она вошла — я замолчал.
Не от удивления. От того, что во мне что-то дрогнуло. Как будто кто-то резко выключил воздух в комнате.
Сиена Авелин. Я видел её на обложках, в рекламных кампаниях, в бесконечных телерекламах. Думал, она просто красивая картинка, которых у меня сотни.
Но вживую она была совсем другая. Не гламурная — живая. Колючая. Холодная, как лёд на виски. И такая же обжигающая.
Она не опустила взгляд, когда я на неё посмотрел. Не пыталась фальшиво улыбаться. Не пыталась быть вежливой.
Вместо этого — ровная спина, тяжёлый взгляд, губы, которые сжались в тонкую линию. Она пришла не умолять. Она пришла торговаться.
Интересно.
— Где мой брат?
Первое, что она сказала. Без «привет». Без «пожалуйста».
Никакой игры. Только гнев. Сухой, честный, красивый гнев.
Я поймал себя на мысли, что хочу услышать, как она злится ещё. Хочу задеть, спровоцировать.
Хочу, чтобы этот ледяной взгляд дрогнул.
Я знал, что она подпишет. У неё не было выбора. Но вот что меня удивило — то, как сильно мне захотелось, чтобы она осталась не из-за сделки… а просто осталась.
Проклятье.
Когда моя нога случайно коснулась её под столом — я проверял. Хотел посмотреть, как она отреагирует.
Она вздрогнула. Но не отшатнулась. Наоборот, посмотрела на меня, как на врага. И это было чертовски… возбуждающе.
— Ты мерзкий.
— О, ты даже не представляешь насколько.
Это была не просто игра. Это был вызов. Она пришла как жертва — но села за стол, как хищник. И это сломало мой привычный сценарий.
Другие девушки — красивые, мягкие, гибкие.
Сиена — как лезвие. И мне стало любопытно: кто кого порежет первым?
Когда она ушла — оставив свой аромат на кресле и на моей коже — я понял, что хочу большего. Не просто брака по контракту. Я хочу, чтобы она осталась в моём мире. Добровольно. Чтобы выбрала меня. Не из страха, а несмотря на него.
Я привык, что страх управляет. Но с ней придётся переучиваться.
И это, мать его, чертовски интересно.
Сиена Авелин
Я не помню, как дошла до дома. Только шум каблуков по мостовой и ощущение, что весь вечер — это сон на грани кошмара. Или желания.
В голове крутилась одна фраза:
"Один год. Моя жена. И я забуду про твоего брата."
Я сняла туфли, даже не включая свет в квартире. Просто села на пол в прихожей и уставилась в стену. Руки дрожали. Мозг отказывался принимать реальность, в которой я всерьёз обдумываю... стать женой мафиози.
Но перед глазами всё ещё стояло его лицо. Дэймон Кастеллано. Взгляд — прожигающий, как сигарета по коже. Голос — глубокий, уверенный, такой, которому веришь, даже если он врет. Особенно если врёт.
И как он смотрел на меня. Не как на разменную монету. Как на женщину, которую он уже мысленно раздел. Как будто я не была очередной жертвой — а испытанием. Его собственным.
> "Ты провоцируешь меня, Сиена. Даже когда не пытаешься."
Я уткнулась лбом в колени. Горло сжалось. Это не должно волновать. Это не должно влечь. Но черт побери — он опасный, но... настоящий.
На следующий день телефон зазвонил ровно в 10:00.
— Доброе утро, принцесса, — голос Дэймона в трубке звучал так спокойно, будто мы не обсуждали вчера фиктивный брак, — у нас с тобой встреча в полдень. Надеюсь, ты выспалась, — пауза, — хотя, если не выспалась — могу предложить один способ быстро проснуться.
— Ты неисправим, — пробормотала я, проклиная, что голос предательски дрожал.
— Конечно. Я — Кастеллано. Надень что-нибудь... приличное. Хотя, честно — я бы предпочёл вообще без.
Он отключился первым. Я уставилась на телефон и впервые за долгое время — рассмеялась. Нервы. Или он действительно начал действовать мне на психику.
Я всё ещё могла отказаться. Могла забыть. Но правда была одна:
Люк. Брат. Долги.
Я не имела права бежать.
Значит, сегодня я снова встречусь с дьяволом. Только на этот раз — не как жертва. А как его будущая жена.
Фиктивная, конечно. В теории.
Глава 2. Сделка с дьяволом
Я не помню, как дошла до дома. Только шум каблуков по мостовой и ощущение, что весь вечер — это сон на грани кошмара. Или желания.
В голове крутилась одна фраза:
"Один год. Моя жена. И я забуду про твоего брата."
Я сняла туфли, даже не включая свет в квартире. Просто села на пол в прихожей и уставилась в стену. Руки дрожали. Мозг отказывался принимать реальность, в которой я всерьёз обдумываю... стать женой мафиози.
Но перед глазами всё ещё стояло его лицо. Дэймон Кастеллано. Взгляд — прожигающий, как сигарета по коже. Голос — глубокий, уверенный, такой, которому веришь, даже если он врет. Особенно если врёт.
И как он смотрел на меня. Не как на разменную монету. Как на женщину, которую он уже мысленно раздел. Как будто я не была очередной жертвой — а испытанием. Его собственным.
"Ты провоцируешь меня, Сиена. Даже когда не пытаешься."
Я уткнулась лбом в колени. Горло сжалось. Это не должно волновать. Это не должно влечь. Но черт побери — он опасный, но... настоящий.
На следующий день телефон зазвонил ровно в 10:00.
— Доброе утро, принцесса, — голос Дэймона в трубке звучал так спокойно, будто мы не обсуждали вчера фиктивный брак, — у нас с тобой встреча в полдень. Надеюсь, ты выспалась, — пауза, — хотя, если не выспалась — могу предложить один способ быстро проснуться.
— Ты неисправим, — пробормотала я, проклиная, что голос предательски дрожал.
— Конечно. Я — Кастеллано. Надень что-нибудь... приличное. Хотя, честно — я бы предпочёл вообще без.
Он отключился первым. Я уставилась на телефон и впервые за долгое время — рассмеялась. Нервы. Или он действительно начал действовать мне на психику.
Я всё ещё могла отказаться. Могла забыть. Но правда была одна:
Люк. Брат. Долги.
Я не имела права бежать.
Значит, сегодня я снова встречусь с дьяволом. Только на этот раз — не как жертва. А как его будущая жена.
Фиктивная, конечно. В теории.
---
Вторую встречу он назначил в отеле «Villa d’Este» на озере Комо. Не ресторан, не офис. Частный люкс. Конечно.
Я надела черный комбинезон с открытой спиной и убрала волосы в высокий пучок. Минимум макияжа. Максимум самоконтроля.
Он открыл дверь сам. Без охраны. Без официантов. Просто он, в белой рубашке, расстёгнутой на пару пуговиц. И взгляд, в котором плыло что-то тёплое, но опасное.
— Сиена. — Он медленно провёл глазами по всему моему образу. — Напомни мне, почему я добавил в контракт пункт «никакого секса»?
— Потому что иначе я бы сожгла его и тебя вместе с ним, — парировала я, проходя внутрь.
— Жаль. — Он закрыл за мной дверь. — У тебя такое прекрасное лицо, когда злишься.
Он подал мне лист — официально оформленный контракт. Серьёзный язык, подписи юристов, приложения. Условия жёсткие, но ясные. Всё, что он говорил, — правда.
— И если я передумаю?
— Тогда твой брат… перестанет существовать. Очень быстро и очень бесследно.
Я подписала.
Рука дрожала, но я не отвела взгляда. Он наблюдал за этим с легким полуулыбком.
— Поздравляю, Сиена. Ты теперь официально моя.
— На год, — напомнила я.
— На год, — согласился он. — Хотя я никогда не был силён в сроках.
Он подошёл ближе, на пару шагов, и добавил тихо:
— Завтра ты переезжаешь ко мне. Не забудь купальник. На вилле есть бассейн. А я люблю наблюдать.
— Ты пугающе уверен в себе, — выдохнула я.
— Нет, принцесса. Я просто знаю, чего хочу. А теперь — это ты.
Я ушла, глотая воздух, как будто забыла дышать. И с каждой секундой всё больше понимала: эта игра станет опасной. Но выхода уже не было.
Я стояла перед железными воротами и впервые пожалела, что надела каблуки. Вилла Дэймона была не просто большая — она была пугающе безупречная. Современная, дорогая, стерильная. Как будто в этом доме не живут, а скрываются. Как будто стены тут умеют слушать.
Машина остановилась. Водитель вышел первым, открыл дверь, и я выдохнула — слишком громко. Но всё равно вышла, собрав спину в ровную линию и подбородок повыше. Я — Сиена Авелин, мать его. Я не покажу, что боюсь.
— Добро пожаловать домой, moglie mia, — голос раздался с террасы.
Я подняла взгляд — он стоял, прислонившись к перилам, в серой рубашке с закатанными рукавами. И снова этот его взгляд. Как будто раздевает, не моргнув.
— Прекрати. — Я не сдержалась.
— Что именно? Смотреть на свою жену?
— Я не твоя. Мы оба это знаем.
Он усмехнулся и жестом позвал внутрь.
---
Дом был огромный. Белые стены, стекло, холод. Я прошла по коридору, в котором могла бы устроить показ мод. За мной — только звук моих каблуков и его шаги. Медленные, как будто он не шел, а охотился.
— Здесь твоя комната, — сказал он, распахнув дверь. — У тебя есть гардероб, ванная и выход на террасу. Если понадобится охрана — просто скажи.
— А если мне понадобится тишина?
— Это будет сложнее, — он наклонился ближе, и я почувствовала его дыхание. — Ты в доме, где всегда кто-то наблюдает. Даже когда ты спишь.
Я вздрогнула, но не подала вида. Он это заметил. Ему это понравилось.
— Ужин в восемь, — сказал он уже уходя. — Не опаздывай, Сиена. Я терпеть не могу, когда меня заставляют ждать. Особенно — женщины, которые носят мою фамилию.
Ванная оказалась роскошной, ванна — как небольшой бассейн. Я скинула одежду и села в воду. Она была тёплая, почти обволакивающая. Я закрыла глаза.
Что я делаю? Я в доме мафиози. Жена по контракту. Мой брат где-то неизвестно где. А я… чувствую, как меня тянет к нему.
Это не просто страх. Это что-то другое. Это когда его голос заставляет меня вздрагивать, даже если он говорит "проходи". Это когда я замечаю, как его руки сжимаются в кулаки, когда я ухожу от него первой.
Это когда ты понимаешь — ты не просто пешка. Ты — его новая слабость.
На ужин я спустилась в облегающем чёрном платье. Не для него — для себя. Но, когда я вошла в столовую и увидела, как он поднял взгляд от бокала — мне стало жарко. Не от вина. От того, как он смотрел.
— Ты выглядишь... опасно, — сказал он. — Мне это нравится.
— Мне всё равно, что тебе нравится, — ответила я и села.
— Не ври. Ты чувствуешь это между нами. Искру. Жар. Назови, как хочешь.
Я поджала губы. Он был прав. Но я не собиралась говорить это вслух.
— Я чувствую только одно, — сказала я. — Что мне нужно выжить этот год. А потом забыть тебя.
Он склонил голову. — Ты можешь пытаться, tesoro. Но однажды ты проснешься — и поймёшь, что я стал частью тебя. И ты не знаешь, как жить без меня.
Я не ответила.
Потому что испугалась, что он может оказаться прав.