4
Я постаралась справиться с дрожанием, чтобы накрасить ресницы. Потом выпрямилась и расправила волосы по плечам. Для вечеринки я сделала лёгкие локоны и выбрала чёрное блестящее платье. Сегодня мы с ребятами разобрались по парочкам, поэтому Эрик собирался тоже быть в тотал блэк. Эмилия и Картер должны были быть в красном. Всё портило только одно обстоятельство: Эдвард будет находиться в том же клубе, чтобы присматривать за мной. Только под этим предлогом меня и отпустили на вечеринку. Не могу поверить в коварство родителей.
***
В клубе было шумно и людно, как и полагается. Картер что-то шепнул охраннику на входе, и тот незамедлительно нас пропустил внутрь.
— Что ты ему сказал? — я почти прокричала ему на ухо.
— Ты ведь знаешь, Лив, — он усмехнулся, обнимая меня за голую спину, — в нашем мире все решают деньги и связи.
Эрик скинул его руку, притянув меня к себе. Но Картер и бровью не повёл, вытягивая руку в сторону бара:
— Мой брат работает здесь. Пойдёмте, я вас познакомлю. Наша четвёрка двинулась в указанном направлении, оставляя Эдварда «работать под прикрытием».
И когда Дэвид Эриксон склонился над моей рукой, чтобы церемонно поцеловать, я заметила его родинку под левым глазом. Видимо, это у них семейное.
Освежающий апельсиновый вкус наполнил меня изнутри, одновременно взбодривая голову.
— Ты в порядке? — Эрик сжал мое голое колено, наклонившись ближе. Я подняла голову, кивая. Эмилия хохотала над какой-то шуткой Картера. Другие одноклассники искали стулья, чтобы к нам подсесть. Светомузыка освещала юные, весёлые лица, и где-то в глубине бара я даже заметила лицо Эдварда. Даже с этого расстояния я видела прожигающий взгляд чёрных глаз и глубокие тени вокруг губ.
— И долго твоя нянька будет за нами наблюдать? Эй, Оливия! — Картеру пришлось даже постучать по столу, чтобы привлечь моё внимание.
— Не знаю, — я пожала плечами, улавливая одновременно взволнованный взгляд Эмилии.
— Может нам ускользнуть?
— Не думаю, что получится, — я снова сделала глоток апероля и потянулась за сыром.
— Мы даже не попробовали, — нахмурился Эрик, опуская локти на стол. — Ребята...
— Так! — Эриксон-старший лично поставил нам новую порцию напитков, поднимая бокалы эля вместе с нами. Выпив до дна, Картер стукнул своим стаканом по столу и потянул меня за руку, вытаскивая из-за стола.
— Леди, позвольте пригласить вас на танец!
—Эйэй! — возмутился Саммер, поднимаясь следом, — она со мной.
— Больше нет, друг, — Картер вытащил чёрную петличку из его кармашка и подмигнул всем присутствующим, увлекая меня в толпу.
***
Меня в очередной раз вывернуло и, надеюсь, в последний. Я вытерла тыльной стороной губы и попыталась подняться, но меня повело в сторону. И если бы меня не подхватили чьи-то руки, то я бы уже нырнула носом в собственные последствия бурной ночи.
— Ты как, Оливия? — чей-то голос едва слышно прошелестел надо мной, — держи салфетку, — я раcлышала акцент, но всё ещё не идентифицировала имя по голосу, — где твои друзья?
Он всё о чем-то расспрашивал, что-то говорил, упрекал, пока вёл меня в сторону парковки, придерживая за плечи. Прислонив к машине, мужчина поднял мой подбородок и заглянул в глаза:
— А говорила, что держишь себя всегда под контролем.
Эдвард не смог удержаться от насмешки в голосе, но взгляд был встревожен.
— Для этого со мной и поехал мой папочка, — дерзко отозвалась я, замечая вспыхнувший огонёк в его глазах. Я тоже вспыхнула румянцем, особенно когда он сжал мои плечи сильнее.
— Подожди здесь, я быстро.
— Нет, — я схватилась за его кожаный рукав, — не оставляй меня так.
— Эй, — он провел своей огромной ладонью по моему лицу, убирая волосы за уши, — ты будешь в порядке. Дай мне минуту.
— Нет.
— Считай до шестидесяти. Начинай. Громко.
— Один, — я как под гипнозом стала считать, — два, — его хватка ослабла, моя голова закружилась, но я устояла на ногах, — три...
Эдвард принёс мне воды, посадил на капот и обработал сдертые коленки.
— Ты так заботишься... — пробормотала я.
— Ну я же твой «папочка», — он уже открыто ухмыльнулся, — по крайней мере сегодня, — парень поднял голову выше, оказаясь со мной на одном уровне, — а ты пьяная девочка, а говорила, что взрослая.
— Я — взрослая, — возразила я, запуская руку в его волосы, — очень даже взрослая, — наши губы сомкнулись.
Эдвард целовался сладко, глубоко и упоенно. Всё моё головокружение было ничто по сравнению с этими движениями опытного языка.
Это длилось больше одной секунды, больше одного мгновения. Растворившись в ощущениях, время перестало иметь значение и даже заставило отступить головную боль, которая пульсировала в висках вследствие выпитого алкоголя. И когда он оторвался от меня, свет уличного фонаря подсвечивал лишь линию губ, которая притягивала теперь сильнее.
— Это настолько ты взрослая? — с успешкой спросил он, — или это ещё не предел? Я почувствовала, как щеки заливает румянец. Хотя, возможно, дело было не в его словах.
Эдвард поправил заправил прядку волос мне за ухо, и я поцеловала его снова, коротко. Это разожгло настоящий огонь в его глазах, и мужчина притянул к себе вплотную. Твёрдый бугорок упирался мне в живот, и мне захотелось сомкнуть коленки, чтобы остановить поднимающийся жар.
— Постой, — я оторвала его от себя, — Аманда, — его лицо мгновенно помрачнело от упоминания её имени.
— Не беспокойся о ней, — отрезал он без промедления, — как она о тебе всё это время не беспокоилась. Ты ведь явно была зла и обижена, когда она тебя оставила, а взамен добавила хлопот?
Я вспомнила, как день за днём надеялась, что она вот-вот зайдёт в наш дом. Постоянно проверила вса возможные соцсети и оставляла сотни сообщений. Первый месяц не обращала никакого внимания на Даниэля и едва кушала. Мне тогда казалось, что меня глубоко предали, и я потеряла частичку самой себя. Я никогда не влюблялась до сих пор (всё-таки, некие чувства к Эрику и Картера можно трактовать гораздо проще и объяснять в первую очередь гормонами и нашим близким общением с детства), но момент исчезновения Аманды отозвался разбитым сердцем.
— Это не значит, что я могу так с ней поступить, — я помотала головой, но это оказалось зря: так затошнило, что я могла слететь с капота, если бы Эдвард не удержал, — ты ведь её жених.
— Это вынужденно, — он поморщился и приблизил лицо так, чтобы мы смотрели друг другу в глаза и обменивались дыханием, — ты ведь это понимала и тогда, когда наблюдала за мной в душем.
— Что?
— Вчера ты зашла в ванную комнату, когда я забыл закрыть на замок, и стояла там больше минуты, пока я не повернулся к тебе лицом.
— Я-я не помню...
— Да ладно тебе, Оливия, — его рука скользнула под платье и коснулась мокрых трусиков, — если бы ты не хотела того же, зачем промокла насквозь? — Эдвард облизал языком мои губы, усилив наше притяжение, — скажи мне прекратить, и я послушаюсь, — легонько прикусил мочку уха, проведя носом по шее, — или, — я вся затрепетала, — тебе придется слушаться меня. Своего «папочку» на этот вечер.
Мы в последний раз взглянули друг другу в глаза, и хотя в моих глазах картинка расплывалась, он точно уловил моё согласие. Потом его язык коснулся левого соска, и в голове зашумело...