Часть 3
Открыв глаза, девушка увидела лишь мутную, белую пелёнки. Но почему-то через несколько секунд картина перед глазами стала меняться. Появилась очертания потолка, стен. Окно без занавески и штор. Белая дверь. Всё, больше ничего.
"Я умерла" - пронеслось в голове у девушки. Она прикрыла глаза и в голове начались какие-то крушения, которые обычно бывают у пьяных людей.
Внезапно голову прорезала резкая боль, заставив зажмурить глаза "Как же хреново умирать". Затонувшего от боли во всём теле, ора заставила себя приподнять голову и ещё немного осмотреться. Маленькая белая комната, в которой был маленький шкафчик. Посмотрев на свою руку, она увидела систему капельницы. "Не умерла, всё-таки." Элизабет повернулась на слегка приоткрытую дверь. От туда жоносились далёкие и тихие голоса, которые говорили какие-то не членораздельные слова. Как будто с другой планеты.
Сделав глубокий вдох, она почувствовала неприятный запах спирта. Пахло больницей.
У открытой двери показалась ярко-рыжая макушка.
- Надо же, какой у тебя сильный организм. Привет, счастливица. - в платау зашла девушка лет 25-ти. - Сколько пальцев я показываю? - У Элизабет получилось рассмотреть и назвать все верные значения, какие от неё требовала эта медсестра.
- Как ты себя чувствуешь?
- Меня как будто в стиральной в стиральной машинке постирала.
- Знаешь, все очень удивились, что ты осталась жива. С такими обстоятельствами отделаться сотрасением и ссадинами - это что-то фантастическое.
- А что с Оливером? - Медсестра нахмурила брови, явно не понимая, о ком спрашивает Элизабет.
- Оливер Бэкк - капитан футбольной комнады. Ехал впереди меня.
- Ах, этот мальчик... - Рыжеволосая медсестра взяла Элизабет за руку. - Мне жаль... Его травмы были не совместимы с жизнью. Он умер ещё до приезда скорой.
- Мне кажется, мне тоде нужно было умереть. - Элизабет легла на подушку и отвернулась голову. Она облизала губу и почувствовала металлический вкус и грубые нитки, завязаны на узелки.
- Не говри глупости. Если ты выжила, значит твой шанс ещё не настал. И не трогай губу, иначе её снова придётся защивать. Я позвоню твоей семье и сообще, что ты очнулась.
- Скажите, чтобы они не приехали. Я пока что не хочу, чтобы родители меня видели.
- Хорошо. Приглашу их на завтра. - Медсестра что-то сделала на системе и пошла к двери. Но в самых дверях остановилась. - Знаешь, как ты оказалась в больнице?
- Скорая помощь привезла?
- Нет.
- Тогда без понятия. Ничего не помню. - Элизабет смотрела в потолок.
- Мальчишка твоего возраста достал тебя из машины и передал скорой помощи.
- Что за мальчишка? - Девушка посмотрела с интересом повернула голову, но рыжеволосая лишь улыбнулась и вышла с палаты.
- Да, спасибо за ответ, дорогая медсестра. - Элизабет глубоко вздохнула, насколько ей это позволяла сделать грудная клетка, которая жутко ныла от боли.
- Я думал ты догодаешься, о ком говорила мадам Помфри.
Элизабет резко поднялась на лкоти, от чего у неё закружилась голова. Через пару секунд всё пришло в норму и девушка попыталась сконцентрировать взгляд и посмотреть на нежданного гостя. Это был высокий парень, блондин. У него была странная причёска, будто он только от парикмахера. Выглядел он лет на 18-20. Немного хужощав, но в целом, сложен очень хорошо. У него красивая осанка, голова гордо приподнять. Ещё у этого парня очень светлая кожа, лицо же и вовсе бледное, но красивое - с тонкими чертами и заострённым подбородком. Глаза - не очень большие, серебристо-серые. Взгляд какой-то холодный. Интресно, что он был одет в идеальном отложенный костюм. На вооротнике белой рубашки была вышита буква 𝑴. Сейчас редко встретишь ребят, одетых ни в какие-нибудь шорты или спортивки.