81-часть
– Я пришёл в себя, лишь когда услышал крик Саманты. Хотя уж лучше бы я сдох и не увидел того, что натворил. Не увидел бы её плачущую. В тот день я не только впервые испытал эмоции, но и потерял любимого человека, который был мне дороже всех. Я всю жизнь свою просрал и, честно, до сих пор не верю, что я тогда убил ее. Я не заслуживаю жизни, и ты правильно сделала, что возненавидела меня.
– Нет, нет, Джейк, не говори так.
– Я говорю, как есть.
– Нет, это не так. И теперь я ещё больше убедилась, что вела себя неправильно. Ты ошибся. Впервые в жизни ошибся и сделал это не просто так, а я даже слушать тебя не хотела. И забыла обо всём хорошем, что ты делал для меня. Из за этой Ханны, я чуть не лишилась тебя.
– Ни одно хорошее дело не переплюнет смерть, Алекс. Из-за меня мама потеряла жизнь. И её уже никак не вернуть.
– Но зато я жива, Джейк. Я жива и невредима только благодаря тебе. Если бы не ты, Джексон убил бы меня. И мне никогда не отблагодарить тебя за то, что рисковал собой.
– Тебе не за что меня благодарить. Ты моя, я люблю тебя больше жизни, и потому без сожалений умер бы за тебя. И если потребуется – умру, лишь бы ты могла жить дальше.
– Нет, всё! Хватит! Не говори мне таких ужасов. Ты мне живой нужен. И отцу и Лили тоже. Они без тебя не смогут. И я не смогу. Я люблю тебя, Джейк. Очень люблю, и прости меня за то, что была такой ужасной девушкой, – плача, я прижимаю его руку к губам.
– Малыш, ты у меня самая лучшая девушка в мире. О такой можно только мечтать. Это мне нужно до конца жизни у тебя прощение выпрашивать.
– Вот и будешь это делать ещё лет сто, хорошо? – всхлипывая, бормочу я.
– Сто? Не много ли?
– Нет, в самый раз.
– Ну ладно, сто так сто, – ясная улыбка вновь касается его сонного лица. – Попытаюсь прожить, но только если прекратишь плакать так сильно и обнимешь меня.
– Я боюсь сделать тебе больно.
– Плевать. Потерплю. Я неделю хотел этого, так что никакая боль не помешает тебя обнять.
И я обнимаю, хотя это даже объятиями сложно назвать. Я просто прикладываю голову к его груди, позволяя Джейка укрыть меня руками и уткнуться носом в затылок.
Вдыхаю родной запах, и так тепло и спокойно становится – не передать. Я будто в детство отправляюсь, когда часами могла сидеть на папиных коленях и слушать его рассказы, шутки и стихи собственного сочинения.
Джейк делал для меня всё. И даже больше. А я с такой лёгкостью обо всём этом забыла, позволив гневу и ненависти ослепить меня.
– Это лучшее, что я могла увидеть, – мягкий радостный голос отрывает меня от груди Джейка, и мы вместе с ним переводим взгляд на Лили и отца.
Отец Джейка стоит, прислонившись плечом к дверному косяку, и выглядит сонным и уставшей. Лили стоит рядом. Очень уставшая. Но также такой счастливой, что у меня слезы на глаза наворачиваются.
Опять, блин! По ходу, за эти сутки из меня вылилось больше, чем за всю жизнь.
– Я бы могла смотреть на это вечно, но вам обоим нужно отдохнуть, – улыбаясь, Лили подходит ко мне и берет наши с Джейком руки.
– А тебе разве не нужно? – в унисон с Джейком спрашиваю я.
– Нужно, но сначала мне о вас позаботиться надо.
– Ещё чего? Это мы должны о тебе заботиться.
– Вот именно, – поддерживаю Джейка.—
Особенно учитывая, что из нас двоих это ты свалилась в обморок.
– В обморок?— тут же спрашивает Джейк
– Ага. Причём два раза. Под утро опять пришлось ловить её.— с конца коридора слышится голос отца.
– Тогда какого чёрта ты ещё находишься здесь, Лили? – негодующе цедит Джейк.
– Да всё нормально.
– Два обморока – это ненормально! Ты сильно перенервничала. Живо езжай отдыхать!
– Нет. Я побуду здесь с тобой.
– Ну что за женщина упёртая?
– Какая есть. Я никуда не уеду от тебя. К тому же я сказала, что со мной всё хорошо. Даже сказала бы, отлично.
– Какое ещё отлично? – сердито фыркает отец.
– А вот такое.
Не переставая загадочно улыбаться, Лили вытаскивает листок из кармана халата и кладёт его Джейку на грудь.
Мы в троем впиваемся непонимающими взглядами в чёрно-белый снимок, застывая на неопределённое количество секунд.
И пока мы с Джейком пытаемся осмыслить увиденное, в палате наступает звенящая тишина, что нарушается лишь моим сорвавшимся вскачь сердцебиением и тикающей стрелкой на часах.
– Лили , ты что... – ошеломлённо выдыхает отец, не сумев даже закончить вопрос.
– Да.
– Ты шутишь?— тут же спрашивает Джейк
– Нет.
– Ты хочешь сказать, что...— включаюсь в разговор я
– Я хочу сказать, что главная причина обмороков – вовсе не стресс, а пятая неделя беременности. Я только что была у гинеколога. У тебя будет племянник, – со слезами на глазах сообщает лили, повергая меня в шок.