Спаси меня

ОТ АВТОРА!

Уважаемые читатели, прошу - дайте знать, если Вам нравится эта история. Ничто не побуждает меня на самосовершенствование так, как Ваше мнение. Я обязательно закончу эту историю, для меня она стала новым форматом границ моей фантазии. Это даже не любовный роман, а трагедия, в которую я сама влюбилась. Я пишу не ради славы и популярности, а ради читателей. Ради Вас!

Селеста.

Прекрасное морозное утро. Лучи зимнего солнца отражаются на шапках небольших сугробов, радуя людей девственной белоснежностью я яркими бликами. В этом году зима выдалась на удивление снежной, за все свои двадцать лет никогда не видела Бруклин таким белым и холодным.

Я сижу на подоконнике, окутанная в плед, пью чай и жду звонка будильника. Пытаюсь поднять себе настроение посредством любования пейзажем. События вчерашнего дня никак не выходят из моей головы. Зачем я пошла туда? Знала же, что чёрный чай в кружке гораздо крепче моей нервной системы. И всё равно пошла. А если бы не пошла, то ещё долгое время терзала бы себя за это. Это было бы низко с моей стороны не придти на церемонию прощания с мистером Рипли. Но и смотреть на его бездыханное тело было больно.

Вот чёрт! Как же так, мистер Рипли?! Кому мне теперь носить шарлотку, которую я люблю готовить, но не ем? С кем мне теперь смеяться над анекдотами из журналов, которые ни капли не смешные? И сможет ли кто-то заставить меня учить испанский с таким же рвением? К сожалению, Вы уже никогда не сможете ответить на мои вопросы.

Я всё глубже и глубже зарываюсь в свои мысли, пытаясь найти ответ на самый волнующий вопрос. Всё глубже и...Долгожданный звон будильника. Эта раздражающая по утрам каждого человека хрень, будильник, оказалась моим спасательным кругом.

Сделав глоток уже остывшего чая, я сбросила плед на пол и, ступая босыми ногами по холодному полу, пошла в душ. Я встала под душ, направив лицо к лейке, зажмурила глаза и пустила по максимуму холодную воду. От резкости перехватило дыхание, кажется что моя кожа вот-вот потрескается, но я терпеливо пережидаю несколько секунд. Я уже дня два нормально не спала, всё думаю и думаю, переживаю и принимаю.

Первая лекция - испанский. Старый кабинет, новый преподаватель. Как спокойно принять нового, если я всё ещё помню старого? Конечно, у меня ведь у одной такая проблема. Лидирующее большинство студентов на дух не переваривали мистера Рипли, считая бездушным маразматиком. Конечно, как и положено преподавателю со стажем, он был скуп на положительные эмоции. До сих пор не понимаю, как мы стали друзьями на втором курсе. Помню, как под угрозой отчисления бегала за ним по пятам, умоляя о помощи.

На форуме колледжа активно обсуждают нового преподавателя. Прошёл слушок о том, что он молодой и бомбически красивый. В чате девочки обсуждают, что наденут, скидывают фотки своих маникюров и начинают гонку за внимание ещё никому незнакомого препода. Конечно, можно попробовать влиться в их стадо, чтобы получить хоть малейшую надежду на дополнительные занятия, но настроения выряжаться совсем нет. Чёрные джинсы,красное худи, пальто, белые кроссы и шапка распиздяйка.

- Селеста, ты даже не поешь? - спросила бабушка, выглядывая с кухни.

- Нет, бабуль, я тороплюсь.

Моя самая любимая женщина на всём белом свете грустно улыбнулась и протянула мне крафтовый пакет с ланчем. Подарив бабушке воздушный поцелуй, я вышла из дома.

Холодный воздух тут же проник в мои лёгкие, вызывая мелкую дрожь во всём теле. Подняла взгляд к пустому небу, с которого в ритме вальса спускаются хлопья снега, и поприветствовала мистера Рипли. Наверное, уже схожу с ума, раз продолжаю с ним общаться и пытаюсь представить, что бы он мне ответил. Или это просто ответная реакция нервной системы на эмоциональное потрясение.

- Теперь Селеста ловит! Ахахаха.

Детский звонкий смех оказался для меня оглушающим в столь тихое и спокойное утро. Сначала в меня попал снежный комок, а потом и голос Дэни, разорвавший всё пространство.

- Вы чего не спите? Ещё же утро, - возмущённо, но с улыбкой спросила я, завидев обоих соседских двойняшек.

- Мама и папа вчера нас так угуляли, что мы легли спать в семь вечера. Представляешь, Селеста?! - удивление, изумление и детская неожиданность смешались воедино во взгляде Полин, превращаясь в голубоватый вихрь.

- Мне бы так, - полушёпотом ответила я, смотря на детишек, - С учёбы вернусь и поиграю с вами, хорошо?

- Мы будем тебя ждать, Селеста.

Они мне махали до тех пор, пока я не съехала с нашей улицы. Ещё что-то кричали, но я не слышала, музыка играла на полную. Сначала заеду за Тиффани, потом в чайную лавку "Море вкусов", а после можно уже и в колледж.

Обожаю предрождественский Бруклин. До праздника ещё десять дней, но все дома уже увешаны гирляндами и украшениями: олени, Санта, лесные зверьки, неоновые надписи. Великолепие да и только.

Буквально два квартала и вот я уже у дома Тиффани. Привычная с первого курса комбинация "бип" и подруга уже вылетает из дома. И следом за ней разъярённая мисс Уокер.

- Иди нахуй, кобыла старая! Я твой рот наоборот, поняла?

- Я тебя за манду повешу, проститутка, проваливай из моего дома!

- Это мой дом, отец его мне оставил.

Стянув с кучерявой головы шапку, Тиффани прыгает на переднее сидение и чмокает меня в щёку. Мы дружим ещё с первого класса, поэтому подобная сцена не стала для меня чем-то шокирующим. Собственно, нас и связало одно горе. Наши отцы дружили с юношеских лет, вместе закончили университет, вместе служили, завели семьи. А потом отправились в горячую точку, они военные. И не вернулись из неё. Отец Тиффани погиб при взрыве в госпитале, а мой пропал без вести. Помню, как мы стояли на крыльце дома Тиффани и заливисто вопили, не желая отпускать их на службу. Вот времена были. К сожалению, мать Тиффани не справилась с горем, и из некогда весёлой и привлекательной женщины превратилась в алкоголичку. Свою же мать я не знаю, от слова "совсем". У меня осталась одна бабушка и некоторые дальние родственники, разбросанные по всей Америке.

- Едем в "Море вкусов"?

- Естественно.

Любимая чайная лавка в спальном районе, потом прямая дорога до колледжа. Осталось припарковаться и найти остальных друзей. Обычно мы встречаемся на парковке, но сейчас так холодно, что нежная кожа Кайла не справляется с нулевой температурой.

- Твою мать, - буркнула Тиф, пытаясь вернуть к жизни свою любимую зажигалку.

- Не проще у меня попросить?! - я протянула ей свою, на что получила недовольный взгляд.

- Я ж мужик. Добывать огонь - моя прерогатива.

- Огонь, украденный у соседского мужика, тоже огонь .

- Ахаха. Обожаю твои максимально-удивительные изречения, подруга.

- Как же холодно!

Стараясь не намочить кроссовки, Кайл бежит к нам, спрятав руки в карманы джинс. Щёки красные, а изо рта при выдохе выходит витиеватый пар. В сочетании с растрёпанными русыми волосами выглядит очень даже сексуально

- Привет, родной, - выпустив дым в облака, я потянулась к парню за поцелуем.

- Уммм, - простонал он в губы, - Опять клубничные.

- Ну извините, яблочных не было.

- Уговорила, извиняю, - Кайл улыбнулся и перевёл взгляд на мою подругу, - Привет, Тиффани, не угостишь сигаретой? Свои в машине оставил.

- Держи. А где Макс, Верона и Белль?

- Макс ещё не приехал, а Верона и Белль готовятся ко встречи с сновым преподом.

- Поняятно, вышли лисицы на охоту.

Звонок уже прозвенел, но мы дотягиваем последние секунды никотинового удовольствия. Как это часто бывает, увидели что-то интересное, попробовали, а сейчас не знаем как выкинуть эту хрень из своих жизней. Не берите, дети, бяку в рот!

- Всё, погнали. Замёрз как чёрт.

Колледж встретил нас уже пустыми коридорами и мёртвой тишиной. Как ни в чём не бывало, я бреду по лестнице на третий этаж. Иду вдоль по длинному коридору до самого конца. Подхожу к аудитории 317-А и со вздохом открываю дверь...