Это жизнь
- Для торжественного вручения дипломов на сцену приглашается группа М14-001.
Заиграла торжественная музыка и нестройной толпой стая выпускников в чёрных мантиях потекла к сцене. Когда все более-менее распределились в тесном пространстве между кулисами, ректор стал по алфавиту называть фамилии. Вчерашние студенты выходили, брали дипломы (которые вообще-то были формата а4, но обложки на них были а5, поэтому вкладыши торчали наружу), жали руку ректору и отходили обратно.
- Вот бы врезать ему, - подумала Маша, - столько студенческой крови ежедневно пьёт. Если бы сила мысли существовала, все начальствующие чины уже должны были бы умереть в страшных муках.
Вручение продолжалось.
Пархоменко Марья Сергеевна!
Маша вышла, чуть споткнувшись, но удержавшись на ногах, подошла к ректору, неловко пожала руку, забрала диплом и пошла обратно.
Вот и всё, очередной дипломированный недоспециалист готов к выходу в большой мир. Куда идти-то... Замуж если только. Именно туда. Через полтора месяца у Маши намечалась свадьба, зачем она согласилась, девушка сама не знала. Она так боялась остаться одна, в неопределённости, без работы в чужом городе, что согласилась на предложение без раздумий. Но чем ближе была дата торжества, тем страшнее ей становилось.
Наконец, всей группе выдали дипломы. Потом фотограф выстроил всех для общей фотографии, Маша постаралась спрятаться за высоким одногруппником, но её заставили выйти вперёд, так как девушек в инженерной специальности мало и им всегда оказывалось особое внимание. После нескольких фотографий, группу отпустили, и они снова расселись в зрительном зале досматривать церемонию.
Маша села чуть отдельно от остальных и задумалась. Её жених, Олег, был замечательным парнем - добрым, любящим; только вот сильно себе на уме. У них не было общих интересов, но было комфортно вдвоём. Маше иногда сильно не хватало романтики - кажется, она ни разу за 5 лет отношений не получала от Олега даже цветов. Зато он откачал её после неудачной попытки суицида на втором курсе. Глупая была попытка, Маша потом уже поняла, что не умерла бы в любом случае, но тогда она не думала, просто делала. Но идти замуж... Создавать семью. Это слишком серьёзно. Разве можно в 21 год принять решение на всю оставшуюся жизнь? А прыгать из брака в брак не хочется.
Церемония вручения была закончена, все стали расходиться. Другие группы разбились по кучкам и обсуждали, кто куда пойдёт отмечать. Машина же группа особо дружной не была, поэтому все просто разошлись.
Маша пошла к общежитию, поднялась на свой 14-й этаж и зашла в блок. Она любила свою комнату: от светлых стен с плакатами «Короля и шута» и пазлами с Питером до огромного окна напротив кровати. Но через 2 недели нужно выезжать. Куда, она ещё не думала. Она вообще в последний месяц мало думала, потому что при одной мысли о будущем её начинало выворачивать: ненавистная профессия с нищенской зарплатой, перспектива выйти замуж так быстро или же, ещё вариант, вернуться в родной город, к маме, с которой она и двух дней без ссор прожить не могла. Маша вспомнила, как в 15 лет её на тот момент парень изнасиловал её и снял всё это на видео, а потом глумился над девушкой со своими друзьями. Нужно было обратиться к маме, но Маша знала, как та отреагирует... И никому ничего не сказала, надеялась только, что не забеременеет, и тут ей повезло. Если это можно считать везением.
Она легла на кровать и ей ужасно захотелось курить. Правда вот, несмотря на то, что запах сигарет ей нравился, она не курила и сигарет не было. В голову пришло ещё одно воспоминание, как на втором курсе она глотала таблетки, надеясь не проснуться, а потом засыпала с мыслями, как о ней будут жалеть её родные, как будут винить себя за чёрствость, ведь она звонила, просила помощи, хотела бросить институт и вернуться домой, потому что было невыносимо. Мало того, что ей было абсолютно неинтересно учиться, так еще и она никак не могла нагнать разрыв – в ее сельской школе уровень образования был сильно ниже, чем нужно было для одного из топовых ВУЗов страны, где она и оказалась. Ко всему добавлялись издевательства и оскорбления со стороны преподавателей: они не стесняясь в выражениях могли высказать все, что они думают о любом студенте, «дебил» было самым мягким ругательством. Однако Маша переносила это особенно тяжело, ведь она привыкла быть отличницей, олипиадницей. Но родственники не верили ее рассказам и сказали ей, что, если она уйдёт из университета, домой её не пустят. И Маша осталась, чтобы умереть. Но не умерла, не рассчитала дозу, да и Олег понял, что что-то не так и пришёл к ней.
Курить хотелось, Маша поднялась, надела большую плюшевую кофту и пошла в курилку, надеясь попросить сигарету у кого-нибудь. Вообще, курить в общежитии было запрещено, а курилка была на самом деле пролётом пожарной лестницы. Но студенты - народ ленивый и бегать с 14-го этажа на улицу и обратно упорно не желали, а потому вылезали на этот пролёт. Вот и Маша вышла в курилку, там никого не оказалось. Зато было очень холодно и ветрено - март всё-таки. Как-то не повезло даже с временем для выпуска – у всех летом выпускной, а у них, на специалитете, в марте.
Девушка подошла к перилам, облокотилась на них и глянула вниз. Машины и мусорные баки внизу казались совсем маленькими, а гаражи поодаль вообще напоминали игрушечные. Маша вдруг осознала, что её впервые за несколько недель не тошнит, ей просто спокойно и хорошо. Почему так? Что изменилось сейчас? Она ещё раз посмотрела вниз и поняла: решение принято. Девушка улыбнулась, потом открыла дверь посмотреть, не идёт ли кто в курилку, но коридор был пуст. Тогда она скинула кофту, мешающую двигаться, и полезла через ограждение. Стоя на высоте 14-го этажа, и держась за перила, Маша подумала о книгах, которые остались в её столе; литература была единственной её любовью, но сбыться ей было не суждено, ведь «литература - это не профессия», а раз так, то всё бессмысленно. Теперь её книгам придётся искать нового хозяина. И Маша отпустила руки.