8 часть
Шей
Большую часть субботнего утра я провела, успокаивая Трейси. Моя подруга обладала уникальным талантом надумывать себе миллионы поводов для беспокойства. Мама пыталась уговорить меня остаться дома и поесть китайской еды на семейном ужине, но я знала, что Трейси убьет меня, если я брошу ее в последнюю минуту.
Но, если честно, в поединке между яичными роллами и Лэндоном явно побеждал первый вариант.
- Боже, я с ума схожу от беспокойства, - выпалила
Трейси, когда мы стояли у дома Лэндона.
Я. На крыльце Лэндона.
Дерьмо.
На секунду я задумалась об отступлении. Я представила, как развернусь на пятках и спокойно дождусь следующей вечеринки в каком-нибудь другом доме. Странное чувство в животе не давало мне покоя с того самого момента, как я решила пойти на эту вечеринку. Я знала, что слишком себя накручиваю, но тот факт, что в последний раз, когда я была в этом доме, мои руки обнимали Лэндона, не давал мне покоя.
Этот интимный момент, мимолетно проскользнувший в нашу многолетнюю ненависть, так живо запечатлелся в моей памяти, словно все это произошло накануне. Я видела его глубокие голубые глаза, полные печали, я ощущала, как его тело дрожит от моих прикосновений, я чувствовала его боль, такую грубую и незамутненную. Он был полной противоположностью тому Лэндону, которого я видела в школе. Он всегда казался таким равнодушным, словно он находился в нашем мире, но не был его частью. Он был самоуверенно хладнокровен, спокоен и собран, как будто ничто и никто не мог его потревожить. В тот вечер, когда я обнимала его, сидя на его кровати, я видела его сердце - его нежное, страдающее сердце, истекавшее кровью.
Возможно, он истек кровью куда сильнее, чем большинство людей.
Я посмотрела на свою воодушевленную подругу.
Трейси не переставала говорить о Реджи и о вечеринке с того дня, как о ней узнала. Она была убеждена, что домашние тусовки - лучшее место для флирта. По мнению Трейси, кокетничать в школе было бы глупой затеей. Она предпочитала приглушенный свет, громкую музыку и текилу.
В первую очередь текилу.
- Никак не могу успокоиться, - пожаловалась она, отрывая меня от мыслей о Лэндоне.
- Почему? Ты великолепна, и, если Реджи этого не заметит - он псих, - сказала я ей, пока она красила губы.
Она протянула мне тюбик помады, чтобы я сделала то же самое.
- Да? Как считаешь, я не переборщила с нарядом?
Хочу выглядеть сексуально, но не как шлюха. Типа «да, у меня есть сиськи, но ты не можешь их трогать».
- Ты можешь быть полностью голой, и это все равно не даст парню права прикасаться к тебе без разрешения, - объяснила я. - Кроме того, одежда не делает тебя шлюхой. Это просто глупые стереотипы.
Сказав это, я внутренне поклялась, что однажды стану такой же, как мои мать и бабушка, - буду проповедовать о достоинстве женщины, зная, чего я заслуживаю и чего не заслуживаю от мужчин.
Она хихикнула и закатила глаза.
- Хорошо, мать Тереза. Так как выглядят мои сиськи?
Я рассмеялась.
- Будь я на месте Реджи, я бы точно не упустила своего.
Трейси заправила волосы за уши, прежде чем нервно выправить их в исходное положение. Она очень суетилась, когда нервничала.
- Хорошо. Хорошо. Он всего лишь школьник. Пусть и самый горячий во всех старших классах.
Он всего на четыре месяца старше меня - это же ерунда, верно?
Нет необходимости проявлять инициативу, но, опять же, если я не сделаю первый шаг, то, возможно, он подумает, что он мне не нравится, а это совсем нe так, и, и...
- Трейси, - вмешалась я.
- Да?
- Дыши.
Она выпустила облако горячего воздуха.
- Хорошо.
- Просто будь собой, и если этого будет недостаточно, то к черту Реджи. В этом мире есть и другие парни.
Она хихикнула.
- Тебе легко говорить. Парни бросаются на тебя каждый день, Шей. Не все рождаются настолько безупречными.
Я не ответила, потому что Трейси всегда говорила такие вещи, и это вызывало у меня странные чувства. я не хотела, чтобы мной интересовались только благодаря моей внешности, но произносить такие вещи вслух казалось мне очень фальшивым
раздражающим. Я знала, что я привлекательна, но по какой-то причине мнe было стыдно в этом
признаваться, хотя свою внешность я не выбирала.
Думаю, это было моим наименее интересным качеством.
Я бы предпочла, чтобы парни интересовались мной из-за моего воображения, моего чувства юмора или из-за того, что я знаю сюжет «Зачарованных» практически наизусть, а не просто потому, что я выгляжу сексуальной.
Благодаря маме мне повезло с генами. Мима называла это нашим подарком от рода Мартинез.
Клянусь, бабушка выглядела так, будто ей было сорок, а не шестьдесят. Ее кожа была безупречной.
Папа всегда шутил, что я выгляжу, как копия мамы, и во мне нет ни грамма его генов.
- Эта мочка уха определенно моя, - комментировал он, - и твой безымянный палец тоже от меня.
У меня были глубокие шоколадные глаза, пухлые губы и кудрявые угольно-черные волосы. Изгибы моего тела в точности повторяли фигуру мамы, что, по всей видимости, очень нравилось парням.
Но именно это и останавливало меня, когда дело доходило до отношений. Если парень первым делом упоминал о моем теле, я сразу знала, что оно никогда не будет ему принадлежать.
- Ты больше, чем твое тело, и только тот, кто это замечает, заслуживает быть с тобой рядом, - всегда говорила мне Мима, и я была уверена, что в свое время те же слова она говорила и маме.
Мы с Трейси вошли в дом, и я выдохнула, осознав, что все это время я задерживала дыхание.
Я сделала это. Пересекла врата в логово Сатаны и смогу рассказать об этом внукам. И, что удивительно, я все еще жива. Ангелам вроде меня не положено танцевать в одной комнате с выходцами из Ада.
Оглядев комнату и заприметив нескольких своих друзей, я окончательно успокоилась. Все под контролем. Я могу быть собой и чувствовать себя прекрасно, зная, что рядом вся моя компания.
- Смотри, вот он! - закричала Трейси, пихнув меня рукой.
Она кивнула в сторону камина, где Реджи тусовался с несколькими парнями из футбольной команды. В руке у него было пиво, и он громко смеялся - вероятно, с тем самым южным акцентом, который сводил с ума добрую половину старшеклассниц.
- Давай поздороваемся, - предложила я, и Трейси тут же напряглась.
- О, ради всего святого, Трейс, давай же. Он не кусается, а если и кусается, то я уверена, что это приятно, - пошутила я, подтолкнув ее вперед.
Когда мы подошли к их компании, разговор прекратился, и все ребята ухмыльнулись, глядя в нашу сторону.
- Так-так-так, - протянул Эрик, оглядывая меня и Трейси с головы до ног. - Кто это к нам пожаловал... - сказал он, присвистнув.
Я широко улыбнулась и толкнула Эрика в бок.
- Так рада, что мы увиделись, - как раз искала повод закатить глаза, - поддразнила его я.
Некоторое время мы с Эриком встречались. Вернее, мы поцеловались в общей сложности три раза, прежде чем он сказал, что я понравилась бы ему больше, будь у меня пенис. Зато честно. Эрик не говорил о своей ориентации никому, кроме меня, но его секрет был в безопасности. Лучшее, что мы вынесли из наших пятимесячных отношений, - это крепкая дружба.
Да, мы встречались пять месяцев и целовались всего три раза. Мне явно стоило задуматься намного раньше, но, когда речь идет о первом парне, не стоит сильно полагаться на разум.
- Что ж, тебе повезло, - прокомментировал Эрик, обнимая меня 3a плечо.
- Сегодня вечером я чувствую себя особенно раздражающим.
Трейси стояла неподвижно, нервничая и чувствуя себя не в своей тарелке. Она тонула в собственных сомнениях, и, как хорошая подруга, я была готова протянуть ей спасательный круг.
- Эй, Реджи, ты хорошо играешь в бирпонг 181, - спросила я.
- Я лучший, - дерзко ответил он, и я могу поклясться, что видела, как моя подруга упала в обморок только от этих двух слов.
Поскольку Реджи предназначался не мне, я перешла к исполнению своего плана.
- Кстати, Трейси - действующая чемпионка. Она никогда не проигрывала.
Реджи повернулся к Трейси и приподнял бровь.
Господи, даже его брови были дерзкими.
- Это правда?
- Э-э, думаю, да. Я никогда не проигрывала?..
Трейси запнулась, и это прозвучало как вопрос. Мой бедный перепуганный птенец. Если бы она немного расправила крылья, то вспомнила бы, что умеет летать.
- Ага. Вам, ребята, стоит объединиться и организовать турнир. Будет весело, - предложила я.
Реджи пожал плечами.
- Да, пожалуй. Давай выпьем и поиграем. Тебя ведь зовут Трейси, да?
Ее щеки стали краснее помидоров.
- Да, Трейси с буквой «и» на конце, хотя можно произносить и без нее, но моя мама подумала...
- Остановись, - я кашлянула себе в руку, легонько толкнув подругу в плечо.
Она покраснела еще больше и замолчала.
- Да, ее зовут Трейси.
Перед тем как уйти, она наклонилась ко мне и прошептала:
- Клянусь, сегодня ночью ты получишь пони. Кроме того, здесь Эрик, так что ты можешь попробовать прокатиться и на его пони.
Она ухмыльнулась и подмигнула, гордая своей шуткой.