Потерянное дитя Тьмы

Этот короткий момент между ночью и днём, когда мир кажется таким уязвимым и одновременно полным силы, скрывает в себе начало чуда. Рассвет – это символ надежды, свидетельствующий о том, что после темноты всегда наступает свет. И каждый новый день дарит возможность начать всё сначала.

– К острову должны прибыть вовремя, – на фоне шума волн я слышу голос Фили, докладывающий Джейсону о нашем пути. – Но если мы хотим добраться до заката, то стоит поднажать.

Джейсон кивает, а его взгляд, как всегда, устремлён вперёд, на горизонт.

– Поднять все паруса! Нужно поспешить! – голос Джейсона, словно раскат грома, разносится по палубе.

Тишина, нарушаемая лишь плеском волн и воем ветра, сменяется оглушительным лязгом и скрипом. Рик и Ньют бросаются к канатам, сжимая их мощными руками и натягивая их до предела. Приказы капитана эхом разносятся по палубе. С трудом, но неуклонно огромные паруса наполняются ветром и раздуваются, словно живые существа, стремящиеся ввысь. Палуба дрожит под напором набегающего ветра. Солёные брызги, взметнувшиеся вверх, осыпают наши лица. Корабль набирает скорость, оставляя за собой белую пену, и устремляется вперёд, к горизонту, где, словно манящий призрак, скрывается заветный остров.

– Вы так и не сказали мне, что находится на том острове, – напоминаю я Рику и Фили, когда пираты подходят ко мне к борту.

– О, по легендам там живёт необычайной красоты девушка. Говорят, что она колдунья, – с притворным вздохом говорит Фили, подмигивая мне одним глазом.

– Колдунья? Звучит интригующе, – смеюсь я. – А что, если она захочет заколдовать нас?

– Ну, если заклинание будет на вечный отдых на пляже, я не против! – шутит Рик.

– Да, а если она превратит нас в морских свинок?

– Тогда мы будем самыми стильными морскими свинками на острове! – смеётся Фили.

– Главное, чтобы у нас был доступ к свежей морковке, – подмигиваю я ему в ответ.

– Значит, не сокровища, а заколдованная девица? – неожиданно раздаётся голос рядом с нами, и мы оборачиваемся, видя подошедшего к нам Ньюта. Его рыжие волосы переливаются на солнечном свете, что делает его ещё более привлекательным и словно светящимся изнутри. – Интересно, чем же она там занимается, эта красавица? Может, варит зелья, которые заставляют мужчин носить платья, а пиратов – петь серенады?

– Возможно, возможно... – притворно задумывается Рик. – А может, она просто умеет делать вкусный ром, который сводит с ума весь остров! Это объясняет, почему он до сих пор необитаем. Все, кто добирается туда, забывают, зачем приплыли, и остаются там навсегда, наслаждаясь ее «зельем».

Фили мечтательно закатывает глаза.

– О, я бы ради такого «зелья» и в юбке поплясал! Может, попробуем договориться и увезти ее с собой? Я бы точно нашел ей применение в нашем экипаже!

– Ага, – подхватывает Ньют. – Знаю я, какое «применение» ты ей найдёшь. Пощади нас с Риком, твоя каюта находится рядом с нами, – парни разрастаются хохотом, а я, повернув голову в сторону штурвала, вижу Майкла. Он, до этого смотревший в нашу сторону, отводит взгляд, а я покидаю парней, которые продолжают шутить про несуществующую колдунью и пытаться пристыдить Фили за его непозволительное поведение.

– Может ты расскажешь мне, зачем мы направляемся на тот остров?

Майкл переводит на меня взгляд тёмных глаз, а его губы изгибаются в ухмылке.

– Версия Фили тебе не по нраву? – спрашивает он, на что я закатываю глаза и отвечаю:

– Он-то может и отправился бы на остров ради девицы, но Джейсон нет. Он не говорит мне, поэтому я хочу узнать у тебя.

– Если капитан не сказал тебе, значит на это есть причина.

– Не доверяешь мне? – догадываюсь я, слегка прищуривая глаза и продолжая смотреть на Майкла. Он приподнимает уголок губ.

– А с чего бы? Доверие – очень хрупкая вещь. Тебе будет достаточно знать, что нас ждёт небольшое приключение, прежде чем мы направимся на поиски Сивиллы (?????) и Мескари.

– Приключение, говоришь? – усмехаюсь я. – Надеюсь, это не значит, что нас ждут морские чудовища или зловещие тролли.

– Не волнуйся, у нас есть Джейсон, – отвечает Майкл, кивнув в сторону капитана, который стоит на носу корабля и погружен в свои мысли.

– Он может отразить любое нападение своим обаянием? – шучу я.

– Или просто сбежать в самый подходящий момент, – добавляет Майкл, и мы оба смеёмся.

– Эй, золотко! – я поднимаю голову, когда сверху доносится голос Кили. Он стоит в вороньем гнезде, откуда наблюдает и докладывает об обстановке в море. Его лицо озарено ярким солнцем, а волосы развеваются на ветру. – Ты не присоединишься ко мне? –спрашивает он, а я глубоко вдыхаю и направляюсь к лестнице, ведущей к нему.

– Разве не опасно там стоять?! – кричу я, чтобы мой голос не заглушил шум ветра и волн.

Кили лишь усмехается и отвечает:

– Опасность – моё второе имя! Но пока я рядом с тобой, тебе не грозит опасность!

К моим щекам приливает кровь. Когда я оказываюсь наверху, откуда открывается потрясающий вид на море, я улыбаюсь, пытаясь скрыть волнение. Сердце бьется быстрее, словно пытается вырваться из груди. С высоты вороньего гнезда, пиратского наблюдательного пункта, мир кажется совсем другим. Далеко внизу под ногами простирается палуба с натянутыми канатами и развевающимися флагами. Она кажется крошечной, а бескрайнее синее море простирается во все стороны. Солнце, похожее на золотой диск, уже медленно начинает клониться к закату, окрашивая небо и воду в невероятные оттенки: от нежно-розового и оранжевого до насыщенного багрового и тёмно-лилового. Облака, словно причудливые создания, медленно проплывают над головой. Ветер, свежий и солёный, ласкает лицо, наполняя лёгкие ароматом морской воды и свободы. Чайки, парящие в воздухе, грациозно скользят по волнам. Вдалеке, на горизонте, виднеется тёмная полоска — тот самый остров, к которому мы стремимся.

– Нравится? – спрашивает Кили, с улыбкой наблюдая за моим восторгом. Я лишь киваю, не находя подходящих слов.

Солнце начинает клонится к горизонту, окрашивая море в багровые тона, когда на горизонте наконец появляется остров. Его очертания, до этого размытые дымкой, теперь обретают чёткость. Скалистые берега, поросшие густой зеленью, кажутся неприступными, но в то же время манящими. Вершины холмов, окутанные лёгкой дымкой, на фоне кроваво-красного заката вместе с островом выглядит зловеще-прекрасно. Выяснив у Кили, для чего мы действительно направились на этот остров, меня не удивляет тишина, воцарившаяся на палубе. Напряжение повисает в воздухе, словно ожидание перед бурей. Все взгляды команды устремлены на. Даже шутки и смех, которые ещё недавно звучали на палубе, стихают, уступая место сосредоточенности. На этом острове, за этими скалами и в этих джунглях может скрываться не только сокровища, за которыми мы направляемся, но и нечто гораздо большее.

Из-за тумана, окутавшего остров, вдруг показывается силуэт. Корабль.

– Похоже, нас не одних тянет на сокровища, – напряжённым голосом говорит Кили.

Ветер резко меняется, принеся с собой запах пороха и соли. Небо затягивается зловещими тучами, когда к нам приближается корабль-призрак, словно сотканный из теней.

Я вижу, как Джейсон, обычно невозмутимый, мрачнеет.

– Это не похоже на обычный корабль, – рассуждаю я, и Кили, собравшийся уже спуститься на палубу, задерживается.

– Почему ты так думаешь?

– У тебя есть бинокль? – на мой вопрос Кили сразу же кивает и протягивает мне свою подзорную трубу. Я хватаю её, спешно настраиваю и прикладываю к глазу.

Картина, которую я вижу, холодит кровь. Корабль, приближающийся к нам, и впрямь словно соткан из ночной тьмы и клубящегося тумана. Мачты его, вместо парусов, несут лохмотья призрачной ткани, колышущиеся, несмотря на стихший ветер. Но самое жуткое – это силуэты, маячившие на палубе. Они не двигаются, но словно пульсируют, мерцают, как огоньки за завесой дыма. Я вижу, как их контуры то пропадают, то снова появляются, и это зрелище вызывает липкий, животный страх.

– Видишь? – выдыхаю я, опуская бинокль и чувствуя, как дрожат руки. – У них нет плоти, Кили. Они... как будто... вырваны из самой преисподней.

Кили, застывший как изваяние, наконец подаёт голос, низким, напряженным тоном:

– Это «Призрак морей». В легендах гласит, что он появляется лишь в самых темных и проклятых местах.

Я удивленно вскидываю брови.

– «Призрак морей»? Это же всего лишь легенда...

– Похоже, не совсем, – я обвожу взглядом темнеющее небо и силуэт призрачного судна, все ближе подступающего к нашему. – И что-то мне подсказывает, что эта легенда сейчас захочет познакомиться с нами поближе.

Тишина, повисшая на палубе, напряженная, как натянутая струна. Джейсон, сжимая в руке клинок, отдаёт приказ:

– Приготовиться к бою. Пусть они сами сделают первый шаг.

– Соберись, – раздаётся голос Кили, и я, не сразу отняв взгляд от приближающегося корабля, смотрю на пирата. – И не дрожи, как новорожденный олень.

– Я не дрожу, – отвечаю я, стараясь придать голосу уверенности, хотя внутри всё еще противно ёкает.

Кили вскидывает бровь, иронично улыбаясь.

– Да-да, конечно. Не бойся, золотко. Мы выживали и в самых жутких штормах, так что и с кораблём-призраком справимся.

Кили вдруг хватает меня за талию, второй рукой хватается за натянутую верёвку и вместе со мной скользит по ней с «вороньего гнезда» на палубу. Мой крик от испуга эхом раздаётся в гнетущей тишине, а когда мои ноги касаются твёрдой поверхности, я недовольно бью Кили по плечу. Он лишь усмехается.

– Мог бы и предупредить! – возникаю я.

– Зачем? – игриво спрашивает он. – Так веселее.

– Кили, иди к брату. Будете отвечать за правый борт, – Кили кивает и уходит, следуя приказу капитана. – А тебе лучше пойти в каюту и переждать там.

– Хватит опекать меня, Джейсон. С чего ты решил, что я собираюсь отсиживаться в каюте, пока остальные сражаются? Я ничем не хуже, и уж точно не собираюсь быть обузой.

Джейсон поворачивается ко мне, его лицо мрачное, а глаза полны тревоги.

– Это не опека, – возражает он, понижая голос, чтобы его не услышали остальные. – Это попытка сохранить тебе жизнь. Ты...

– Я не беспомощная девица, – перебиваю я, повышая тон. – Я умею сражаться, и я хочу помочь! Я не собираюсь отсиживаться, пока вы здесь рискуете своими жизнями.

Он молчит какое-то время, сверля меня взглядом, словно пытаясь заглянуть в самую душу. В его глазах мелькает понимание, но и беспокойство никуда не исчезает.

– Ладно, – наконец произносит он, вздыхая. – Но будь осторожна. Держись подальше от передовой и прикрывай спины тем, кто сражается. Ты будешь присматривать за ранеными и помогать с боеприпасами, если понадобится.

Я киваю, довольная его уступкой. Пусть не на самом острие атаки, но я буду участвовать в этом бою, а не просто сидеть в стороне.

– Спасибо, – говорю я, и на секунду на его губах появляется слабая улыбка.

– Не за что, – отвечает он, и его взгляд снова становится суровым. – Просто не лезь на рожон. А теперь, – он поворачивается к приближающемуся кораблю. – К делу.

Я вытаскиваю кинжал и поудобнее сжимаю его в руке.

– Это тебе пригодится. – говорит Рик, неожиданно появляясь рядом со мной и давая в руки револьвер.

– Я не умею им пользоваться! – испуганно восклицаю я, прежде чем Рик убегает к борту.

– А я не умею плавать, но пират же, – подмигивает он, вынуждая меня удивлённо смотреть ему в след.

Корабль-призрак достигает нас. Я напрягаюсь всем телом в ожидании первого нападения, которое происходит так быстро, что я не успеваю среагировать.

Один из призраков, словно тень, проносится мимо меня и хватает за руку. По коже расползается ледяной холод, сковывая пальцы, и револьвер выскальзывает из руки, со стуком падая на палубу. Я с трудом сдерживаю крик, вцепившись в его ледяные пальцы свободной рукой, пытаясь их отцепить.

Призрак с пугающим шипением приближает свое лицо к моему. Я вижу его пустые глазницы, из которых словно вытекает тьма. Его ледяное дыхание опаляет мою кожу, вызывая дрожь. Меня переполняет отвращение и животный страх. Я изо всех сил пытаюсь вырваться, но его хватка кажется нечеловечески сильной.

Призрак тянет меня к краю палубы, и мои ноги отрываются от земли. Я с ужасом понимаю, что он собирается сбросить меня за борт, в ледяную воду, где меня ждет неминуемая смерть. Мой взгляд мечется по палубе, в отчаянной надежде зацепиться за кого-то, кого можно позвать на помощь. Но все вокруг сражаются, и никто не замечает, как меня тащат на верную гибель. Моя надежда почти угасает, когда я краем глаза замечаю Рика. В этот момент его глаза пересекаются с моими.

Его лицо искажает ярость. Он бросается ко мне, отбиваясь от призрачных. Но он слишком далеко, и я чувствую, как призрак поднимает меня над бортом и, словно куклу, бросает вниз. Я закрываю глаза, ожидая ледяного объятия смерти.

Но этого не случается. Я вдруг чувствую, как чьи-то сильные руки хватают меня за талию и выдергивают обратно на палубу. Открыв глаза, я вижу, как Джейсон держит меня на руках, а его лицо искажает смесь гнева и облегчения. Он швыряет в призрака топор, и тот уходит от нашего корабля.

– Что я тебе говорил про каюту? – рычит он, отпускает меня и ставит на ноги.

– Я растерялась и... – начинаю я, но он меня перебивает.

– Потом, – говорит он и указывает взглядом на продолжающуюся битву. – У нас еще есть работа.

Джейсон уходит, а я поднимаю револьвер с палубы. Никогда прежде не держала оружия подобного рода, и его вес кажется неестественно тяжелым. Просто махать кинжалом против призраков, которых не берет сталь – бессмысленно. Я перевожу взгляд на призрачный корабль. Абордаж идет полным ходом, и количество призраков на нашей палубе растёт с каждой минутой. Команда сражается отважно, но их обычное оружие оказывается малоэффективным против этих потусторонних тварей.

У меня нет времени учиться пользоваться револьвером, но и просто так стоять и смотреть тоже не вариант. Собравшись с духом, я медленно отвожу курок револьвера и, крепко зажмурив глаза, делаю выстрел в ближайшего призрака. Оглушительный грохот, вспышка пламени, и меня отбрасывает назад от отдачи. Я открываю глаза и вижу, что призрак, в которого я стреляла, отшатывается, а по его телу словно пробегает рябь, будто от брошенного в воду камня. Кажется, револьвер, в отличие от меча, наносит им больший урон.

Воодушевлённая этим успехом, я стреляю снова, и еще раз, и еще. Каждый выстрел заставляет призраков содрогаться, замедляться, а некоторых и вовсе отбрасывает назад, на миг обращая в прах.

– Майкл, уводи корабль! – слышу я сквозь звуки выстрелов приказ Джейсона.

Корабль резко меняет своё положение, от чего я не удерживаюсь на ногах и падаю. Я выпускаю револьвер из рук, а когда переворачиваюсь на спину, чтобы встать, надо мной нависает призрак. Я вскрикиваю, когда над головой проносится острое лезвие сабли. Ньют избавляется от призрака, собравшегося напасть на меня, а затем подаёт мне руку, помогая подняться.

– Ты в порядке? – с беспокойством спрашивает он. – Не ранена?

– Всё в порядке. – говорю я. – Отделалась лёгким испугом.

Ньют улыбается, а на корабль резко нападают еще несколько десятков призраков. Их черные силуэты мелькают повсюду, а ледяные взгляды пронизывают до костей. Они набрасываются на нас с новой силой, и палуба снова погружается в хаос битвы.

– Держи, – говорит Ньют и протягивает мне вторую саблю.

– Разве они помогут против них? – спрашиваю я, принимая оружие. Я помню, что сталь не причиняла призракам вреда.

– Главное попасть по их телу, – отвечает Ньют. – Тогда они растворятся. Единственная проблема – они слишком ловкие и быстрые!

«Ловкость у тебя в крови, Элли», – в моей голове проносятся слова Дреяна, когда Ньют отходит от меня и с легкостью, недоступной для меня, отражает одну атаку за другой, парируя выпады призрачных клинков и ловко двигаясь по палубе.

Я сжимаю в руках саблю, чувствуя. Я больше не дрожу от страха, а ощущаю ярость, кипящую в венах.

Сделав глубокий вдох, стараясь успокоить дыхание, я делаю первый выпад. Лезвие сабли рассекает воздух, но призрачный воин ловко уклоняется от моей атаки. Он отвечает ударом, и я едва успеваю отбить его второй саблей. Ньют прав, они действительно очень быстрые. Сабля призрака касается моей кожи, и я ахаю, видя, как на одежде проступает кровь. Они могут нас смертельно ранить, что значительно затрудняет сражение.

Я отбиваю атаки призраков, кружусь, уклоняюсь и наношу свои удары. Стараюсь ловить каждое движение противников и пытаюсь предугадать их следующий шаг.

Я вспоминаю все, чему меня учил Дреян, все его наставления, и применяю их в бою. Отбив удар призрака, я резко разворачиваюсь и наношу ему удар в спину. Лезвие сабли проходит сквозь его тело, и он растворяется, превращаясь в кучку черного пепла.

Один из них, более крупный и сильный, чем остальные, нападает на меня. Призрак замахивается своим мечом, и я едва успеваю увернуться от удара. Лезвие проходит в миллиметре от моего лица. Я отскакиваю назад и делаю выпад, целясь в его грудь. Он ловко блокирует мой удар, и наши клинки сталкиваются.

Мои мышцы напрягаются от усилия. Этот призрак сильнее всех остальных. Я меняю тактику и становлюсь более агрессивной. Нападаю, не давая ему ни секунды передышки. Я мечусь по палубе, словно вихрь, то нанося удары, то уклоняясь от его атак.

Движения призрака становятся менее точными. Мне удалось его утомить. Я делаю резкий выпад, целясь в его руку, и он не успевает среагировать. Лезвие моей сабли разрезает его плоть. Он отступает на шаг, и я наношу еще один удар, целясь в сердце. Лезвие сабли пронзает его грудь, и он начинает растворяться, превращаясь в черную пыль.

Я поднимаю взгляд и вижу, что большая часть призраков уже повержена. Пираты, окрыленные победой, наносят последние удары, и на палубе воцаряется тишина. Я чувствую, как подрагивают мои руки, и как пот струится по лицу.

Вдруг корабль резко наклоняется вправо, словно на что-то напоровшись. Он медленно возвращается в прежнее положение, вынуждая нас всех пошатнуться и едва устоять на ногах.

– Что это было?

Море разбушевалось. Майкл и Фили вдвоём управляют штурвалом, пытаясь повернуть корабль. При очередном сильном качке, парни отлетают к правому борту, и руль начинается крутиться в другую сторону. Вернув себе равновесие, они снова хватаются за штурвал, а Джейсон присоединяется к ним.

– Мы же оторвались от призраков! Они больше не нападают на нас! – кричу я, видя, как мы отплываем от корабля-призрака. На палубе больше не осталось ни одного врага. В дно корабля что-то бьёт с такой силой, что мы все подпрыгиваем.

– Что там?! – кричу я, пытаясь перекричать шум ветра и волн. – Акула?! Кит?! – спрашиваю я, когда подбегаю к краю борта и смотрю вниз.

– Кракен?! – кричит Никасия.

– Хуже!

Я вглядываюсь в тёмную гладь воды, которую освещает лишь полная луна и тусклый свет от фонаря в руках Рика, тоже склонившегося рядом с нами. В воде мелькает женское хмурое и злое лицо. Она хмуро смотрит на нас из-под воды, а затем разворачивается и уплывает, мелькая рыбьим хвостом.

– Русалки!

Она скрывается в воде под нашим кораблем, и в следующий миг нас всех подкидывает от удара снизу.

– Да, они не слишком приятные существа, – бормочет Кили, поднимаясь с палубы и подавая руку мне.

– Я попробую оторваться от них! – кричит Джейсон и отправляет Майкла с Фили к нам.

– Сколько их там?! – стоит раздаться моему вопросу, как я вижу, что к левому борту корабля устремляется одновременно около пяти русалок. Они снова сильно качают корабль, из-за чего мы с Никасией налетаем на мачту. Мы хватаемся за неё, чтобы не выпасть за борт, а Рик бежит к носу корабля, его глаза горят яростью.

– Я не позволю опрокинуть рыбе корабль! – кричит он, и его голос перекрывает шум волн и крики русалок. Он останавливается у пушек и за считанные секунды, начинает ловко разворачивать их, направляя прямо на надвигающихся русалок. Он отдает команды парням и те, повинуясь, разделяются, начиная торопливо заряжать пушки, пока Джейсон по-прежнему отчаянно пытается увести корабль подальше от опасной зоны.

– Мы можем им как-то помочь? – спрашиваю я у Никасии, которая не сводит напряжённого взгляда с моря.

– Есть одна идея. – говорит она, но затем хмурится и мотает головой. – Слишком опасно.

– Что за идея?

– Заряжай! – Никасия не отвечает, её прерывает крик Рика. – Цельтесь!

Рик, не отрывая глаз от русалок, наклоняется к одной из пушек и зажигает фитиль.

– Огонь! – кричит он, и в то же мгновение раздается оглушительный грохот, а корабль содрогается от выстрела. Из жерла пушки вылетает клубок дыма, и ядро, словно раскаленная стрела, летит прямо в сторону русалок.

Следующий выстрел, и еще один. Корабль содрогается, а воздух наполняется дымом и запахом пороха. Ядра взрывают волны, в стороны разлетаются брызги, а русалки пытаются увернуться от смертоносных снарядов. Некоторые из них не успевают, и я вижу, как их тела погружаются в пучину, оставляя за собой кровавый след.

– Никасия, что за идея?! – настаиваю я, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство. Я не могу стоять в стороне, когда мои новые друзья рискуют своими жизнями. Я хочу помочь, как бы опасно это не было.

Никасия поворачивается ко мне, и в ее глазах отражается смесь решимости и страха. Она на мгновение задумывается, словно взвешивая все «за» и «против», а затем отвечает:

– Мы можем попытаться отвлечь их. Если мы спустимся на воду, и начнем двигаться в противоположном направлении от корабля, возможно, мы сможем отвлечь на себя их внимание. Они погонятся за нами, и тогда у ребят будет больше шансов увести корабль.
Теперь я понимаю, насколько это опасно. Русалки сильны и свирепы, а мы – всего лишь две обычные женщины, которые не умеют плавать так хорошо, как эти морские хищницы. Но это наш единственный шанс помочь Рику и остальным, а также спасти корабль от неминуемой гибели.

– Никасия, но я не умею плавать.

Она кладет свою руку мне на плечо.

– Мы привяжем к себе верёвку и закрепим её на мачте. Так мы не сможем утонуть. Но если ты против, то в воду прыгну только я, а ты останься на корабле и помоги парням, чем сможешь.

– Я с тобой, – твердо отвечаю я, и страх, который я испытывала до этого, сменяется решимостью. Если Никасия готова пойти на такой риск, то и я не стану отсиживаться в стороне.

– Вот и отлично, – улыбается Никасия. – Тогда действуем.

Мы быстро находим длинную и прочную веревку. Никасия ловко завязывает узел вокруг наших талий, а другой конец надежно крепит к основанию мачты.

– Что вы собрались делать? – раздаётся голос Ньюта. Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Ньют стоит, держась за мачту, его лицо перепачкано сажей, а в глазах читается тревога.

– Мы отвлечем их, – отвечает Никасия, заканчивая завязывать узел на моей талии. – Прыгнем в воду и отплывем подальше от корабля. Русалки погонятся за нами, а у вас будет шанс увести корабль.

Ньют, кажется, ошарашен нашим планом. Он переводит взгляд с нас на веревку и обратно, словно пытаясь осознать происходящее.

– Вы что, с ума сошли? – восклицает он, качая головой. – Элли не умеет плавать! Русалки могут утащить вас на дно!

– Мы привязали веревку, – отвечаю я, стараясь убедить его. – Мы не утонем. Главное, чтобы верёвка не порвалась.

– Да вы хоть понимаете, насколько это опасно? – не успокаивается Ньют. – Там же русалки! Они вас разорвут на куски!

– Возможно, – отвечает Никасия, пожав плечами. – Но это наш единственный шанс. Ты ведь сам видишь, что обычное оружие им не вредит. Они слишком быстрые и уплывают от снарядов. Мы выиграем время, за которое вы отведёте корабль от этого проклятого острова. Как только будете в безопасности, потяните за верёвку, и мы вернёмся.

Ньют смотрит на нас, не зная, что сказать. Он понимает, что мы правы, но в его глазах все еще читается страх за нас.

– Ладно, – наконец произносит он, вздыхая. – Но, если что-то пойдет не так, я прыгну за вами.

– Не вздумай, – строго говорит Никасия. – В случае чего я помогу Элли выплыть на поверхность. Команде ты нужен на палубе. А теперь, – она поворачивается ко мне и подмигивает. – Пора в воду.

Мы забираемся на борт и становимся на самый край. Я чувствую, как ветер треплет мои волосы, а сердце бешено колотится в груди. Внизу плещется темная, пугающая вода, и в ней, я знаю, ждут нас хищные русалки.

– Готова? – снова спрашивает Никасия, и я киваю в ответ, стараясь не показывать свой страх.

– Раз, два, три! – командует она, и мы вместе прыгаем в ледяную бездну.

Холод пронизывает меня до костей. Вода темная, а ее поверхность зловеще рябит. Веревка натягивается, удерживая меня, а Никасия рядом со мной берёт за руку и погружается вместе со мной. Она бодро гребет руками и ногами, задавая направление. Я, не умея плавать, стараюсь повторять ее движения. Мы начинаем отплывать от корабля, привлекая внимание русалок.

Я слышу их пронзительные крики, и вижу, как их силуэты начинают приближаться к нам из глубины. Они плывут с невероятной скоростью, и в их глазах нет ничего, кроме жажды убийства. Наш план сработал, но теперь все зависит от того, сможем ли мы достаточно долго их отвлекать, чтобы дать парням шанс.

Никасия с силой гребет, таща меня за собой. Ее движения плавны и уверенны, словно она родилась в воде. Я чувствую, как веревка натягивается, и это единственное, что не даёт мне утонуть. Мои руки и ноги быстро устают от непривычного движения, и мне приходится бороться с нехваткой воздуха, чтобы не захлебнуться.

Русалки начинают нагонять нас. Я вижу, как одна из них, с длинными, черными волосами и острыми зубами, приближается ко мне. Она издает пронзительный крик и пытается схватить меня за стопу. Я отчаянно отбиваюсь, бью ее по лицу ногой, и она отступает, на мгновение сбитая с толку.

Я стараюсь изо всех сил. Останавливаться нельзя, мы должны держать их подальше от корабля. Русалки продолжают нас преследовать, их крики раздаются со всех сторон. Они окружают нас, пытаясь затащить нас на дно. Одна из них подплывает ко мне и пытается перекусить веревку своими острыми зубами. Никасия бьёт её по голове, чтобы отвлечь от веревки.

Силы покидают меня, и мои движения становятся все более медленными и слабыми. Мои легкие горят от недостатка воздуха. Вдруг мимо нас проносится самая быстрая русалка. Она за секунду разрывает мою веревку острыми зубами. Меня резко дергают в сторону и моментально утаскивают от Никасии, погружая глубже в темные воды.

Паника захватывает меня, вытесняя все остатки храбрости. Я больше не привязана к кораблю, и теперь полностью во власти русалки, которая тащит меня на дно с ужасающей скоростью. Мои руки и ноги беспорядочно бьют в воде, но это бесполезно. Я слаба и измучена.

Вода становится все темнее, и я начинаю терять ориентацию. Давление в ушах усиливается, а легкие разрывает от недостатка воздуха. Я не выдерживаю и открываю рот, начиная захлебываться, когда вода заполняет мой рот и нос. В глазах темнеет.

Русалка, утаскивающая меня, насмешливо улыбается своими острыми зубами. Ее глаза горят торжеством. Я начинаю терять сознание, как вдруг русалка рядом со мной исчезает. Она освобождает меня и начинает опускаться на дно. В воде перед глазами растекается её кровь.

Я смутно вижу чей-то приближающийся силуэт, и вдруг чьи-то сильные руки обхватывают меня и прижимают к себе. Я держусь из последних сил, чтобы не потерять сознание, но безвольным телом повисаю на своём спасителе, плывущем вместе со мной наверх.

Прохладный ветер обдувает моё мокрое лицо, когда меня вытаскивают из воды. Из последних сил я открываю глаза и вижу перед собой короткие рыжие волосы. Ньют. Он крепко держит меня на руках.

– Эл...ты...меня?

Я окончательною слабею и проваливаюсь в темноту.

***

Когда я открываю глаза в следующий раз, то оказываюсь на кровати, в своей каюте, укрытая несколькими одеялами. Я моргаю, пытаясь привыкнуть к полумраку и прислушиваюсь к звукам снаружи. Тишина. Не слышно завывания ветра, шума волн или звона клинков. Такое впечатление, что все звуки мира разом исчезли.

Я медленно сажусь на кровати, чувствуя, как все тело ноет от усталости. Мои руки и ноги словно налиты свинцом, а голова гудит, как растревоженный улей. Я поднимаю руки и рассматриваю свои ладони, покрытые ссадинами и порезами. На них еще видны следы пороха и сажи, напоминающие о недавнем сражении.

Я прислушиваюсь снова, в надежде уловить хоть какой-то звук, но тишина остается такой же густой и всеобъемлющей. Я сползаю с кровати, чувствуя, как ноги подкашиваются от слабости, и опираюсь о стену, чтобы удержать равновесие.

Дверь открывается, и в каюту заходит Джейсон, который сразу смягчается в лице при виде меня.

– Ты проснулась, – произносит он, его голос звучит тихо и ровно, но я улавливаю в нём нотки усталости. – Как ты себя чувствуешь?

– Ужасно, – отвечаю я и сажусь обратно на кровать, хватаясь за голову.

– Вот, выпей. – говорит Джей и протягивает мне бутылёк с густой жидкостью внутри. – Это лекарство, – отвечает он на мой безмолвный вопрос. – Ньют просил передать тебе его, когда очнёшься.

Я залпом выпиваю лекарство и слегка морщусь от горького вкуса, а затем поворачиваюсь лицом обратно к Джейсону.

– Нам удалось оторваться от призраков? – Джейсон кивает. – А что насчёт русалок?

– Вы с Никасией увели их от корабля, и нам удалось отплыть от острова. Ньют и Рик прыгнули в воду почти сразу после вас, чтобы подстраховать, а близнецы следили за верёвкой, пока мы с Майклом уводили корабль. Когда твой трос оборвался, Кили бросил в воду копьё, с которым Ньют спас тебя от русалки. Тебе очень повезло, Элли. – говорит Джейсон, вынуждая меня встретиться с его взглядом.

В его глазах, обычно полных твёрдости и стального спокойствия, теперь мелькает тревога, перемешанная с облегчением. Я чувствую, как к горлу подступает ком. Мои руки, до сих пор ощущающие тяжесть сабель, всё ещё дрожат, но я стараюсь не показать своего состояния.

– Элли, я уже поговорил об этом с Никасией, а сейчас скажу и тебе: никогда больше так не рискуйте. Тем более ты, которая не умеешь хорошо плавать.

– Всё шло хорошо, пока одна из русалок не перегрызла мою верёвку. Я бы...

– Элли, я капитан этого корабля. – говорит Джейсон, грубо перебивая меня. – И я отвечаю за каждого члена команды. Ты слишком ценная для нас, чтобы так рисковать. Не будь эгоисткой.

Его голос, обычно спокойный и ровный, звучит сейчас резко и властно. Я молчу, опустив голову, чувствуя, как заливаются мои щеки стыдом и сожалением. Он прав. Мой поступок был рискованным. Я не подумала о последствиях, о том, что мои действия могут поставить под угрозу всю команду. Я невольно представляю, что бы было, если бы я погибла в тех водах.

– Прости, – шепчу я, мой голос едва слышен.

Он тяжело вздыхает, опустив руку мне на плечо. Тёплая ладонь обволакивает меня, успокаивая, хоть и не смягчая грубость слов.

– Не надо извиняться, Элли. Сейчас главное – это то, что ты жива. Мы все очень рады, что всё обошлось. Но ты должна понять: такие риски недопустимы. Ты не просто член команды, ты для нас – друг. И твоя жизнь, здоровье и безопасность – приоритет номер один.

Я киваю. В его словах нет ни упрёка, лишь забота. Я стараюсь подавить поднимающуюся волну слез.

– Я знаю, – тихо отвечаю я. – Я больше так не буду.

Джейсон хмыкает, и в его глазах мелькает облегчение.

– Хорошо. Теперь отдохни.

Джейсон встаёт, но не уходит, а оборачивается ко мне, дойдя до двери, словно что-то вспомнив.

– И, Элли, – начинает капитан. – Твоя метка. После того, как ты оказалась в воде, она снова видна.

Я испуганно ахаю и подлетаю к зеркалу, видя, что полумесяц ярко виден на коже. Я прикрываю глаза и сдавленно шиплю.

– Его видел Ньют? – тихо спрашиваю я, смотря на Джейсона через зеркало. Он кивает.

– И не только он.

– Какой кошмар, – измученно тяну я, пряча лицо в ладонях. – Мне нужно сказать им правду? – неуверенно спрашиваю я и вдруг чувствую, как рука Джейсона снова ложится на моё плечо. Я оборачиваюсь.

– Никто из команды не станет допрашивать тебя. Твой полумесяц видели не все. Их, конечно, гложет любопытство, но мои парни больше джентльмены, чем ты думаешь, – Джейсон улыбается. – Они дождутся момента, когда ты сама захочешь рассказать. Но метку лучше всё равно скрывать, – я киваю и подхожу к кровати, из-под матраса доставая спрятанную баночку мази.

– Ребята на палубе? Куда мы сейчас направляемся? – спрашиваю я, нанося мазь и стоя у зеркала. Молчание капитана заставляет меня нахмуриться и непонимающе обернуться. Брови Джейсона сведены к переносице, а его взгляд не предвещает ничего хорошего. – В чём дело?

– Когда ребята вернулись после твоего спасения, мы попали в сильный шторм. Нас забросило на необитаемый остров и уплыть мы не можем. Корабль повреждён, но у нас нет инструментов, чтобы починить его.