Глава 34. Сгоревшие дотла
СВЕТ РАННЕГО УТРА ПРОБИВАЛСЯ сквозь занавески, но Камилла не чувствовала его тепла. Она сидела на краю кровати, уставившись в пол, где пыльные солнечные лучи вырисовывали узоры на деревянных досках. В голове все еще звучал голос мамы Сони - злой, уверенный, полный угроз.
«Я убью её, если вы не расстанетесь». Эти слова, произнесенные с такой решимостью и уверенностью, как будто были вырезаны из камня, продолжали звучать в ее ушах. Камилла чувствовала, как в груди разрастается комок боли и гнева. Ей всего семнадцать, а жизнь уже начинала казаться серой и безрадостной.
Она всегда знала, что мама Софьи - страшный человек, с которым нельзя спорить или идти против неё, но она никогда не думала, что именно она станет преградой в их отношениях. Камилла вспомнила её улыбку, её смех, который всегда поднимал ей настроение даже в самые трудные дни. Как она может просто взять и отказаться от всего этого?
«Скажи, что полюбила другую», - говорила мачеха. И каждый раз, эти слова резали её, как острое лезвие. Королькова чувствовала себя беспомощной, словно маленькая девочка, которую отстранили от любимой игрушки. Она всегда считала себя сильной и независимой, но сейчас перед лицом запрета вся её уверенность развеялась.
Она подняла телефон и посмотрела на последнее сообщение Сони. Она писала встревоженные сообщение, умоляя её перезвонить ей и рассказать, что случилось. Но Королькова так и не ответила. Она не позвонила и ничего не написала ей. Камилла понимала, что этот разговор стал не просто преградой; он стал настоящим испытанием для их отношений.
Слезы подступили к глазам, но она сжала кулаки и попыталась сдержаться. Она не может себе позволить плакать из-за этого, но сердце предательски сжималось от горечи. Королькова всегда мечтала о настоящей любви - о том, чтобы быть с той, которая понимает её с полуслова. И теперь это все под запретом.
Внутри неё разгорелся конфликт: одна часть хотела послушаться Таню и оставить Соню в прошлом, а другая бороться за чувства и счастье. Но как можно бороться с той, кто намного сильнее и влиятельнее? Она чувствовала себя одинокой в этим противостоянии.
Зачем она так поступает с ними? Почему не даст просто Соне любить? Камилла подняла взгляд на зеркало и увидела отражение - девушку с красными глазами и со стеклянными глазами.
Всю ночь брюнетка не сомкнула глаз. Она проворачивала слова мачехи снова и снова и просто не представляла, что ей делать. Камилла не может вот так оставить Соню, как та оставила её два года назад. Это будет неправильно. Слишком жестоко.
Однако, что, если Софья погибнет из-за неё? Брюнетка без понятия на что способна Таня, если она убила её маму. Может, она способна на что угодно ради собственного благополучия.
Время близилось к семи утра, выезжать уже нужно в восемь, либо она опоздает. Сегодня первая пара начинается в девять часов утра и нельзя опаздывать в первый учебный день... Но Камилла от слова совсем не хочет выходить из своей комнаты. Не хочет видеть ни Таню, ни отца, ни своих новых друзей. Хотелось остаться в кровати до конца своей жизни. Она не сможет принять какое-то решение. Будет тянуть до последнего.
Внезапно в её комнату постучались и Королькова вздрогнула от страха. Мурашки пробежались по её спине, а воспоминания сегодняшней ночи промелькнули перед глазами.
— Папа попросил передать, что он не подвезет тебя, проблемы на работе, — обычным, спокойным голосом произнесла женщина и ушла.
Услышав её голос, захотелось закрыть уши ладонями и забиться в угол. Камилла сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Нужно вставать. Начинать собираться.
Брюнетка встала в полный рост и устало протерла глаза. Она, как спичка, медленно сгорает дотла.
***
Королькова устало перебирала ноги. Она еле сделала прическу, макияж и выбрала наряд, потому что ничего не хотелось. Камилла просто замазала свои синяки под глазами и закапала капли в глаза, ведь они были ужасно красными от слез. Брюнетка надела первое, что попало под руку: черные джинсы на низкой посадке и рубашку оверсайз, расстегнув две первые пуговицы.
Что ей делать? Этот вопрос крутился в голове уже несколько часов.
Внезапно она почувствовала, как кто-то схватил её за плечо. Камилла вздрогнула от неожиданности и резко повернулась.
— Прости, я не хотела тебя напугать, — воскликнула Лейла. — Мы тебя звали, а ты не слышала.
Королькова увидела ребят позади девушку.
— Привет, ребята, — попыталась выдавить улыбку Камиллу, но получилось слишком фальшиво.
— Что случилось? Ты заболела? — встревоженно спросила Эвелина, взяв подругу за руку.
Уж лучше бы заболела, чем такое.
— Немного, голова болит, — кивнула брюнетка. Но голова болела из-за слез и бессонной ночи.
— У меня таблетка есть, дать? — подошел Матвей.
Камилла почувствовала, как немного потеплело внутри. Ей настолько стало приятно, что они волнуются за неё, что это смогло ее немного отвлечь от произошедшего.
— Пока терпимо, но если станет хуже, то я обращусь к тебе, спасибо, — улыбнулась Королькова.
Ребята улыбнулись и кивнули. Эвелина обняла подругу за плечи и они направились в университет.
— Кстати, Камилла, чувствую, что сегодня будет интересно, — начал Дима. — Даша от тебя так просто не отстанет. Либо ты ей понравилась, либо она тебя возненавидела. Впрочем, два варианта одинаково страшны.
Чего? Какая Даша? Камилла вопросительно покосилась на парня.
— Ну девушка с тусовки.
С какой тусовки? Тут то до Камиллы и дошло. Со всеми этими угрозами от мамы Сони она совсем забыла, что обидела дочку ректора и ей явно не поздоровится сегодня. Только вот на еще одну ссору ей не хватит сил.
— Господи, у меня нет сил с ней разбираться, — устало произнесла девушка. Для начало ей нужно разобраться с собой...
— В общем, пошла в жопу эта выскочка! — воскликнула Алиса и ребята рассмеялись, но Камилла лишь натянуто улыбнулась.
Что будет, когда у Сони наступит утро? Она же по-любому начнет ей звонить, просить объяснится. А что Королькова сможет сказать? Ничего! Абсолютно ничего!
Если брюнетка расскажет Соне, что ее мать угрожала ей, то Софья разозлится и начнет разбираться с матерью и тогда Таня точно кого-то из них убьет. А если она бросит русоволосую, то она больше не сможет существовать. Она не сможет без неё. Во второй раз она не сможет с ней расстаться. Но, если любишь, то надо отпустить... Ведь так?
***
Сердце с каждой минутой колотилось все сильнее и сильнее. Ладошки вспотели, а голова начала кружится. Время уже почти семь часов вечера, а Соня ни разу не зашла в сеть! Не звонила и не писала, что очень на неё не похоже.
А, что, если Таня уже начала действовать? Что, если она будет забирать жизнь у Сони по-тихонько? Что, если она похитила её и её Соньку сейчас пытают? Что, черт возьми, с Софьей?!
Камилла позвонила Соне, всем знакомым, нашла даже номер директора и попыталась на своем ломаном английском спросить, где она, но он сказал, что она не появлялась сегодня в школе. Королькова не находила себе места. Она не выпускала телефон из рук, потому что боялась упустить сообщение от Сони.
Она надеется, что девушка просто напишет, что с ней все в порядке и Камилла зря волновалась, но... Эта надежда с каждой минутой все больше покидала её. Внутри было плохое предчувствие, которое сдавливало грудь из-за чего дышать становилось все хуже и хуже. С ней точно что-то случилось.
Ни Татьяны, ни папы не было дома. У отца какие-то проблемы на работе, наверное, мачеха помогает ему, хотя, скорее всего, она просто мешает ему. Королькова ждала появления Тани сильнее, чем свое совершеннолетие, она точно что-то знает! Может, даже она и является причиной, почему Соня сейчас не отвечает ни на звонки, ни на сообщения.
***
— Что ты, блядь, натворил?! — закричала женщина в телефоне.
— Вы ведь сами сказали немного подукрасить ей личико! — воскликнул мужчина.
— Немного! Ты знаешь значение слова немного?! Моя дочь из-за тебя сейчас лежит в больнице, у неё ушиб запястья и всё лицо в крови! Идиот! Ты не копейки от меня не получишь!
— Что?! Но я ведь сделал свою работу! Ты же сказала напасть, сделать что-то с ней, я и сделал!
— Я не говорила почти сломать ей запястье и разбить лицо! — зло прокричала Татьяна. — Придурок.
Женщина сбросила вызов и кинула телефон в сумку. Она разъярено направилась к дому. Таня была уверена, что Камилла не рассталась с её дочерью, поэтому она сказала своему знакомому немного ударить её, разбить губу или что-то подобное, но, видимо, этот идиот не понял ни черта! Софью заметили какие-то прохожие, обратились в скорую помощь и её положили в больницу. У неё фингал под глазом, разбитые губа и скулы и царапина на носу. Досталось ей знатно.
Однако... Тане это может даже помочь.
Камилла услышала, как хлопнула входная дверь. Она рванула вниз, чтобы закинуть Таню вопросами о Софье.
— Что с Соней?! Это твои рук дела?! — крикнула брюнетка.
Татьяна спокойно сняла каблуки, поставила сумку на тумбочку, достала оттуда телефон и направилась на кухню, проигнорировав крик Корольковы. Камилла зло нахмурила брови и сжала кулаки, впившись ногтями в ладони. Брюнетка последовала за мачехой, которая, налив себе стакан воды, села за стол.
— Сядь.
Королькова недовольно выдохнула, но все же села.
— Я же тебя предупреждала... — усмехнулась Татьяна, прокрутив стакан в руке. Сердце, кажется, пропустило удар. Неужели она... Убила собственную дочь? Нет-нет!
— Ты убила её?! — вырвалось из Камиллы. Глаза защипали, а руки задрожали.
Таня взглянула девушке прямо в глаза.
— Если ты завтра же не расстанешься с моей дочерью, то я действительно убью её, — серьезным тоном произнесла женщина и мурашки пробежались по коже.
Она что-то потыкала в телефоне и развернула экраном к Камилле. Сердце сильно застучало, голова закружилась, а уши заложило. Соня. Её Сонечка лежала на больничной койке, с окровавленным лицом без сознания. Слеза покатилась по её щеке. Королькова упала на пол и закрыла уши ладонями, прямо как в детстве, когда папа снова напивался и начинал буянить.
Нет... Нет-нет-нет! Таня не могла... Не могла подослать к Соне людей, чтобы они избили её. Так не бывает! Она же мама! Нет! Это слишком жестоко. Камилла не может бросить Софью в такой тяжелый для неё период, однако... Ей придется. Своим поведением она причиняет вред только ей.
***
Королькова сидела на полу возле кровати, прижав колени к груди. Она держала телефон в руках, смотря на значок для записи голосового сообщения. Камилла никак не решится зажать этот значок и заставить себя говорить что-то.
Соня послушает его как только очнется! Софья будет надеется на поддержку от своей возлюбленной, а по итогу получит голосовое сообщение о том, что Камилла хочет расстаться.
Слезы текли без остановки, падая на колени, запястья и бедра. Королькова протерла мокрые щеки от слез ладонью и набрала воздух в легкие. Ей нужно это сделать.
Камилла зажала значок голосового сообщение и пару секунд просто смотрела, как он записывает.
— Эм... — тихо начала она, подбирая слова. — Привет, это я... Я звонила и писала тебе, чтобы сказать... — Камилла тяжело выдохнула. — Мы не можем больше встречаться. Я... Приняла такое решение и я хочу, чтобы ты правильно меня поняла... — брюнетка почувствовала, как защипали глаза и она посмотрела наверх. — Я не могу так больше, правда, мне... Мне очень больно и я просто не вижу другого выхода, я... Хочу закончить всё. Я больше не люблю тебя... И я... Не хочу ждать тебя с Бразилии. Я так решила, вот, сказала. Это всё... Прости.
Королькова убрала палец и голосовое отправилось. Слезы с новой силой потекли по щекам и Камилла стала бить себя в разные части тела. Она сгорала изнутри и эта боль казалась невыносимой, хотелось разорвать на себе кожу или выпрыгнуть в окно. Камилла не может так поступать с Соней! Это мерзко! Неправильно!
Камилла не могла поверить, что все закончилось именно так.
Но ничего не поделаешь. В этой ситуации и вправду нет выхода. Они не смогли. Они пали, как домино.
Кстати, чтобы написать часть, где Камилла записывает голосовое Соне, я вдохновилась песней майота 12:24.
Сегодня без спойлеров, потому что момент из следующей главы я взяла из одного сериала...
Ну, частично взяла, все таки немного изменила его.
Благодарю всех за поддержку, буду рада звездочке или комментарию! ❣️