. . .
Это был один из тех вечеров, когда Томас предпочитал не выходить никуда и лежать на старом выцветшем диване в своей комнате на пятой авеню, выключив свет и считая полосы от фар проезжающих машин. Он думал о письмах, которые так и не отправил днем в офисе. Начальник опять скажет пару ласковых, пригрозит несбыточным увольнением и уйдет к себе в подобие личного кабинета.
Платежи опять пришли. Неужели уже прошел месяц?
Фильм, который он начал смотреть вчера тоже был неплохой.
Щека нервно дернулась. Ничего. Томас уже привык.
Дыхание на миг остановилось, а глаза влажно заблестели. Он повернул голову в сторону рядом стоящего журнального столика, взятого на одной из местных пятничных барахолок. Взгляд упал на зеленую зажигалку. Томас лениво взял ее в руки, немного повертел. Палец пару раз проскользил по колесику, зажигая маленькое пламя. Слишком слабое, чтобы осветить что-то дальше ладони, но по-простому красивое.
Грудь отчего-то неприятно сдавило. Кожу уже начало обжигать нагревающееся колесико, но от этого Томасу еще меньше захотелось отпускать свою игрушку. Пусть.
Он осторожно отвел руку в сторону столика, не гася зажигалку, и зажег оставшуюся еще с того года свечку на шоколадном кексе. Фитиль жалобно затрещал и принял маленькое пламя.
Первые разы, проводя свой День рождения в одиночестве, всегда злишься. Обидно настолько, что зубы сводит от желания наговорить гадостей, используя весь свой литературный опыт. Потом же привыкаешь, это становится нормой. Так было всегда, и Томас уже не ждал иного. Только... не в этот год.
Он осторожно поднялся и немного брезгливо уставился на свою жалкую пародию праздника. При других обстоятельствах Томас бы просто, как раньше, тихо прожил этот день и под вечер, забывшись, лег спать. Но не в этот раз.
Глупость, подумал он. С ресниц упала хрустальная градинка и прокатилась по осунувшемуся лицу.
Он взял в руки кекс и с сожалением уставился на огонек, на который теперь возлагал все свои надежды. Томас еще раз задумался и тихо, не давая своему голосу дрогнуть, прошептал:
- Я хочу вернуться. Я хочу вернуться в тот день и пережить его снова. Прошу..., - он почувствовал, что делает что-то неправильно и решил оправдать себя, - Я же никогда ничего не просил. Я... Это все, чего я хочу.
Он зажмурился и виновато уронил голову прямо перед своим кексом. Сдерживаться становилось все труднее. Прошло уже два месяца, как Генри умер.
...
Тем утром Томас как обычно рано встал и собирался на свою найденную по знакомству работу. В метро, на удачу, оказалась не такая большая очередь, а значит, оставалось даже немного времени на прогулку. Выйдя на одну станцию раньше, Томас свернул в сторону парка и неспеша двинулся по направлению к офису. Было по-весеннему тепло, а город, пробуждаясь от зимней спячки, потихоньку зеленел. Захотелось кофе. Не то чтобы Томас часто баловал себя походами в кофейни и был кофеманом, но день требовал атмосферы.
Заглянув в неприглядное, и, судя по выцветшей краске фасада, бюджетное кафе «Vanilla», Томас заказал себе средний капучино. В помещении из посетителей, кроме него, никого не было.
Под успокаивающую музыку одного из крутящегося здесь на повторе плейлистов зашумела кофемашина. В первые за долгое время Томас почувствовал себя спокойным и, возможно, даже счастливым.
На часах было только за половину восьмого. Оставалось еще чуть больше двадцати минут, но казалось, что эти двадцать минут стоили целой жизни.
Бариста передал бумажный стаканчик своему гостю, бросив клишированное: «Ваш кофе, хорошего дня!»
Томас, казалось, только заметил работающего паренька. Среднего роста, с распространенными чертами лица и достаточно милой фальшивой улыбкой. «Генри» - прочитал он на его бейдже.
«Спасибо, Генри. И вам хорошей смены», - этой фразой Томас захотел искренне поделиться кусочком своего хорошего утра. Добро на добро, как говориться.
В этот момент в кармане важно пиликнул телефон, оповещая о поступившем сообщении.
Так рано? Кто ж будет писать в такую рань?
Разблокированный экран осветила надпись: «Макс Босс: Потоп! Эти ушлепки из Спа салона нас затопили. В офис можете не приходить. Радуйтесь, у вас неоплачиваемый выходной».
Последовало тихое: «Тск».
Томас было уже подумал: вот тебе и хорошее утро, лучше бы он выспался. Однако вкусный кофе и одинокое пустое кафе с панорамными окнами, выходящими на парк, быстро изменили его мнение. Он довольно выдохнул и улыбнулся сам себе.
Бариста, наблюдавший за всем этим, поддался своему любопытству: «Все хорошо?»
Томас отпил свой капучино:
«Да, работу на сегодня отменили. Зря приехал».
«А, - Генри понимающе кивнул, - Бывает. Поздравляю с незапланированным выходным».
Повисла небольшая пауза. Томас почему-то не хотел уходить, а Генри не знал, что бы еще сказать гостю, поэтому решил просто заняться уборкой рабочего места, делая вид, что занят.
«Сколько тебе лет? Давно здесь работаешь?» - Томас окончательно решил остаться и уселся за барный стул.
«Да-а, - выкраивая время на подумать, протянул Генри, - знаете, не так давно. Не больше месяца где-то. А мне двадцать один, еще учусь».
Томас прикинул походит ли его внешность на двадцать один и задумчиво кивнул.
«А Вам?»
«Двадцать семь. Работаю в маленькой It-конторке неподалеку. А на кого учишься?»
«Модельер. Факультет дизайна при бывшем колледже»
9:53
Томас допивал второй стакан кофе: «Давно гитарой увлекаешься?»
11:12
Генри начал угощать ланч тостами, которые принес на обед: «Не знаю, как по мне, у Фолкнера хорошие темы, но не увлекательные персонажи. Не интересно читать».
13:32
Томас громко смеялся: «А тогда мой босс заслуживает отдельный, семнадцатый тип личности! Загадочный ленивец!»
14:58
Генри разминал свои щеки, которые уже начало сводить от несходящей улыбки. Пришли еще одни редкие за сегодняшний день гости, и он, отдыхая от оживленной беседы, готовил заказ. Юноша ощущал себя странно. Давно он не чувствовал себя таким живым, а рабочий день не проходил так быстро. На миг сердце защемило. А что будет, когда смена закончится? Генри стало страшно. На это пришла в голову неожиданная мысль, от которой волнение только усилилось. Он помрачнел.
Закончив заказ, Генри холодно отдал напитки, совсем забыв про вежливую фразу баристы, и в нетерпении взглянул на своего собеседника: «Моя смена закончится в четыре. Не хочешь куда-нибудь сходить?»
Он проговорил это слишком быстро. Настолько, что сам испугался, а не придется ли ему повторить, чтобы Томас его расслышал.
Но повторять не пришлось. Томаса сковало. Он не знал, как реагировать на предложение. Ему было интересно общаться, но знал ли он?.. Стоп. Он ведь все правильно услышал? Так, Томас, что ты там себе уже надумал?
Молчание длилось. Ужас Генри рос с геометрической прогрессией. У него вырвалось: «Это не...»
«Да, давай».
Казалось, выдохнули в этот момент оба. Напряжение спало, а на его место пришло приятное трепетное волнение.
После этого момента, разговор как-то не пошел, и они просто в тишине ждали четырех. Благо приходили гости, и их момент молчания не казался таким неуклюжим. Наоборот, каждый расценивал это время, как возможность обо всем подумать.
Наступил конец смены. Они покинули уже не такое неприглядное кафе, и Томас мягко начал с отстраненной темы, вновь возобновляя их беседу.
Они обошли весь парк по паре кругов, взяли на перекус пару хот-догов в паре кварталов от кафе, а ближе к вечеру, когда расстояние, которое они прошли, уже дало бы золотое достижение на каком-нибудь бесплатном приложении шагомера, Томас предложил зайти в паб. На удивление, они оба оказались фанатами «Кейп-Коддера», коктейля на водке и клюкве.
После выпитых стаканов волнение, тянувшееся еще с их ухода из кафе, ослабло. Томас оживленно раскачивал кубики льда в своем напитке. Неожиданный выходной подходил к концу, а завтра нужно было бы снова вставать рано, садиться на метро и ехать в офис. Но, в этот раз не покидала мысль, что данный порядок теперь слегка измениться: он будет вставать немного раньше, выходить за одну станции до нужной и заходить в кафе за утренним кофе.
Генри продолжал что-то рассказывать, не замечая отвлеченности своего нового друга. Активная жестикуляция сменялась смехом и подкреплялась новой порцией истории. Вдруг он неожиданно умолк. Его грудь начала отчаянно чему-то сопротивляться, а через мгновение его накрыл сильный кашель вперемешку с судорожными вздохами и он свалился со стула на пол. Томас тут же был вырван из своей задумчивости. Он криком приказал бармену вызывать скорую, а сам подскочил к отчаянно глотающему воздух Генри. Приятное опьянение улетучилось, а в голове воцарилась паника. Томас отчаянно пытался вспомнить, что нужно делать. Но что с ним? Он же задумался и не заметил!
Томас попытался повернуть его на бок, решив, что это один из способов оказать помощь, описывающихся практически во всех экстренных ситуациях.
«Дыши. Главное дыши», - Томас понял, что тот не подавился. Это что-то другое. Главное, чтобы он продержался до приезда врачей.
Скорая приехала быстро, и Генри увезли в ближайшую больницу. Томас, не раздумывая, вызвал такси и поехал туда же, попутно набирая сообщение боссу о том, что завтра берет отгул. Он не сможет оставить Генри одного. Лишь бы только с ним все было хорошо.
Утро наступило быстро. Инсульт в двадцать один... Что еще стоит ожидать от измученной работой и учебой современной молодежи? На самом деле, оказалось, что Генри еще с детства страдал проблемами с сосудами и всегда носил с собой сопутствующие лекарства. Но что же спровоцировало приступ?
Томас, не смыкая глаз, сидел в приемной и, нервно покачиваясь, ожидал прихода доктора. Все куда-то бегали, привозили еще пациентов. Какая-то женщина сидела рядом с ним и плакала. Было уже семь утра. В это время он обычно уже заканчивал свой завтрак и собирался выходить. Этот образ начинал сводить с ума. Он же только недавно продумывал, как встанет пораньше и поедет в... Томас плакал. Ему было страшно. Он не может его так потерять! Нет-нет-нет-нет. Дайте ему только возможность - и он скажет то, что не смог сказать весь тот вечер, сделает то, чего боялся сделать. Он больше не будет сомневаться! Просто дайте ему этот шанс!
В коридоре показалась уже знакомая медсестра. Это хороший знак. Медсестры обычно не объявляют о смерти, это делают врачи. Она подошла ближе и заговорила: «Мисс Томпсон, Ваша сестра сейчас в стабильном состоянии. С ней все хорошо. Когда она очнется...». Ее голос ушел в туман. Она пришла не к нему. Томас опечаленно скользнул по силуэту медсестры и в холодном ужасе заметил, как прямо позади нее стоял мужчина в синем халате:
«Мистер Спенсер...»
...
Свеча на кексе потухла. Томас задул ее, и его комната вновь погрузилась во мрак. Есть не хотелось, но боль по-детски убедила его, что, если он не съест этот кекс, его желание не исполнится. Он бездумно укусил шоколадный бисквит, а по щекам текли слезы. Завтра он точно встанет пораньше.
2023 г.