Глава 14
Много лет назад. Королевство Озис:
Спешно передвигаясь по прохладным коридорам замка, заплетаясь в собственном подоле пышной юбки, Лея мчалась подальше от родных мест, роняя с щёк слёзы обиды.
Ноги несли её в Пурпурный сад – место, отделяющее от суровой реальности, от проблем, селью навалившихся за последнее время. Лея уединилась на выкрашенной лавке, под аркой, усеянной лиловыми цветами. Лепестки растений сшибало ветром, закручивая их в небольшие воздушные вихри ещё, ярче отдавая свой аромат. Девушка сделала глубокий вдох, смахивая с ресниц хрустальные слезинки. Этим она будто старалась скинуть с себя тяжесть от неудавшегося семейного разговора. В груди стрекотало, но с каждой секундой нахождения здесь Лея чувствовала наплывающее облегчение, спокойствие. Рутовые растения, произрастающие в этом саду, были необычными. Они расслабляюще действовали на людей, а при долгом нахождении были способны дарить вечный сон. Никто не рисковал подолгу оставаться в этом месте, так что сад был всегда пуст. Вдруг, на бутон одного из цветков, прямо под ногами Леи, подлетела крохотная птичка, размером чуть больше медового шмеля. Она недоверчиво металась вокруг, искала удобное место, чтобы отпить золотой пыльцы. Цветов вокруг было великое множество, но маленькой проказнице будто нарочно мечталось заполучить бутон, к которому и шанса не было подступиться.
Лея с интересом наблюдала за происходящим. Уголки её губ чуть приподнялись, а солёные дорожки на щеках высохли сами собой, оставив белые следы.
– Зачем же ты, глупая, бежишь на погибель? – спросила Лея вслух, но не стала отгонять птицу прочь.
Было понятно – кроха не отступит. Любой ценой она желала полакомиться опасной пыльцой. И вот наконец, когда её полупрозрачные маленькие крылышки были сплошь исцарапаны об частые шипы, окружающие заветный бутон, а на тельце проступили песчинки алой крови, птичка смогла протянуть длинный носик и испить нектар. Она не пила жадно, наоборот, аккуратно и неторопливо, а когда последняя его крупица была исчерпана, птаха с писком протиснулась сквозь шипы ещё глубже, усаживаясь прямо на раскрытый бутон. Она закрыла маленькие глазки, похожие на блестящие бусинки, и будто приготовилась. По рукам и ногам Леи пробежал холодок. К ней неожиданно пришло осознание всего происходящего.
Сквозь красные ранки и без того измученной птицы выступила густая чернота, похожая на тягучую смоль. За считанные мгновения она расползлась по всему телу маленькой крохи. Та же не издала ни единого звука, напоминающего боль, покорно отдаваясь этой тьме. Через мгновение её муки закончилось, и пташка, упав камнем вниз, затерялась в колких стеблях пурпурных цветов. То был настоящий танец жизни ради смерти. Лея глубоко всмотрелась в тот самый бутон. Он уже не казался таким особенным.
Что отличало его от других? Почему эта птичка выбрала именно его, самого недоступного и колючего, самого далёкого... От собственных мыслей в груди Леи больно кольнуло. Она искала его среди тысячи цветков, изувечила крылья, чтобы быть ближе. Знала, что, вкусив этот нектар... она умрёт. Готовая на смерть ради мгновений счастья.
Уже год Лею мучал один и тот же кошмар – полёт высоко в небо и захватывающее до тошноты свободное падение. Делиться таким сном и в целом своими чувствами Лея могла лишь со стенами орлиной башни, они разделяли её переживания и тайны больше, чем родная мать. Но так было не всегда.
Когда-то Алира могла часами напролёт проводить время в детской своей единственной и очень любимой дочери. Маленькая Лея заплетала косы на пышных, похожих на сугробы волосах своей мамы, каталась вместе с ней с травяных горок на звёздных холмах и ныряла в ледяное озеро в знойную погоду. Всё это было, пока одной злой ночью в покои Алиры не явилась птица Сирин. Её песнь слышали все жители королевства. Песнь, предвещавшая беду. С того момента королева лишь изредка посещала дочь. Она создала совет во главе с близкой по душе дамой Кирой и приказала днями напролёт обучать Лею грамоте, чужим языкам и делам королевства.
Лея крепко сжимала переносицу, отрывками вспоминая своё прошлое. Внутри снова всё сокрушалось.
– Сад бессилен над муками души. Он способен лишь ненадолго унять боль, Лея, – оклик Киры, советницы её матери, упал словно тяжёлый чугун. С виду она напоминала начальника стражи или побывавшего в сражениях воина. Одета, как не подобает наряжаться даме, что было странно само по себе.
– Что тебе здесь надо? – с неприязнью отозвалась Лея, нервно приподнявшись со скамьи.
Кира мягко, как по маслу сложила в ножны отточенный блестящий клинок. Порывы ветра трепали её короткие волосы. Она подтянула шнуровку кожаного жилета и аккуратно подалась вперед.
– Злишься на меня? – шершаво спросила она.
– Не желаю видеть тебя рядом с собой, Кира.
– Отчего же я так не мила тебе?
– Не прикидывайся. Ты лишила меня матери – близка с ней на столько, что она позабыла о том, что у неё есть дочь!
– То не моя воля, Лея! И не воля твоей... – Кира вздрогнула, стиснув зубы, будто невиданная сила заставила накрепко сомкнуть их. Я пришла не за этим.
– А мне плевать, зачем ты пришла. Меня тошнит от тебя. Оставь меня.
– Дион здесь.
Сжав кулаки как можно крепче, Лея на миг затаила дыхание, пряча непозволительную эмоцию. Прошло почти пять лет с тех пор, как она видела его последний раз. Пять лет, казавшиеся целой вечностью. Пальцы било мелкими разрядами молний, а стук сердца Лея чувствовала всем телом. Кира сделала шаг ближе, но девушка отступила назад.
– И давно ты знаешь? – процедила королевна.
– С самого начала.
– Ты следила за мной, – эта фраза не прозвучала вопросом. Настроение в саду сменилось с бушующего волнения на невероятную злость.
– Это моя работа, – сухо произнесла Кира, не чувствуя за собой вины. – Он ждёт на утёсе.
– Алире доложила? – насупила брови королевна. Хрипота её голова выдавала растроганное сердце.
– Ещё нет. У тебя есть немного времени.
Лея дёрнулась к выходу из сада. Вихри из лепестков стали плотной стеной между ней и Кирой, как столб непонимания и односторонней ненависти. Лея знала – Кира внимательно наблюдает, провожая её взглядом.
– Не думай, что после этого я стану относиться к тебе иначе, – напоследок прочеканила Лея, растворяясь за пурпурными воротами.