Царство Ёми: Шагая во тьму. Часть вторая.
Путь к Царству Ёми не занимал длительного времени, но всем казалось, что прошла целая вечность. Они ожидали чего-то, о чём и сами не знали. Кофуку скромно отказалась идти вместе с ними, ссылаясь на свою бесполезность, и это настораживало. Но Бисямонтэн откинула эти мысли, сосредотачиваясь на конечной точке их маршрута – Царстве Ёми, и их цели – информации о цветах, которой, несомненно, владеет Идзанами.
Но Богиня Войны никак не рассчитывала встретить там, подле Богини творения, её – Эбису Кофуку, что будет стоять совсем рядом с женщиной, что наводит страх, не проявляя, казалось, ни единой эмоции. Это и удивляло, и впечатляло одновременно – лишь для нахождения рядом с Идзанами требуется много сил и небывалая смелость.
Она одета в тёмное, почти чёрное кимоно, на котором отсутствует вышивка – оно скромное, и никак не подходит, по мнению жрицы Солнца, её статусу Богини. Но на нём есть едва заметные вышитые птицы и цветы, удивительные изображения и незамысловатые символы – но увидеть их сложно. Её завитые волосы цвета сакуры мягко лежат на её спине, контрастируя с тёмным одеянием Богини. От этого она кажется неестественной, словно облачённая во тьму весна.
Она грустна, это видно сразу – по отсутствию вечной радости её лица. Её бледная кожа кажется почти белой, а губы, что, казалось, изогнуты в вечной улыбке – плотно сжаты. Её глаза смотрят в пустоту, отражая её. Она впервые кажется им куклой – холодной, безрадостной.
Её верный спутник, Дайкоку, стоит немного поодаль. Он серьёзен, как и всегда. Он рядом. Это немного удивляет, но он всегда с Богиней рядом – и в радости, и в горести, ведь он – её опора, надёжная поддержка.
Когда они завели разговор с Идзанами, что, казалось, была излишне спокойна, то были поражены – она не казалась безумной, и говорила вполне разумно и осмыслено, будто не она, а кто-то другой провёл в заточении вечной тьмы не одну сотню лет.
– Ныне лишь моя дочь, – Идзанами указала на молчащую Эбису, – властвует здесь. И лишь ей решать, что вам позволено, а что – нет!
– Берите, что хотите, и уходите… – Кофуку говорит тихо, не очень уверенно, стараясь не смотреть на друзей, и опускает голову. Ей стыдно, ведь ей так не хотелось, чтоб они узнали, почему она несёт лишь беды. Она – дочь Идзанами, получившая часть её силы, и принявшая на свои хрупкие плечи бремя разрушительной силы Богини нищеты.
– Кофуку, неужели ты..? – Бисямон отступила на шаг, и почувствовала на своём плече руку Идзанаги. Не верилось, что та женщина, что внушала уважение и немого пугала – дочь Богини творения. Та, что рождена тьмою во тьме.
– Как это понимать? – Идзанаги говорит громко, со злостью. Наличие у его возлюбленной жены ребёнка удивляло, злило, раздражало. Как она могла его получить?
– Понимай, как желаешь, и не смей более ступать на мои земли, Идзанаги! – женщина ответила не менее громко, собираясь, было, уничтожить его всёй той тьмой, что их окружала. Она, спустя столько столетий, всё ещё была зла на него за то. Что однажды ослушался, что однажды сбежал. Видеть его она хотела в последнюю очередь, а то, что он смел со злостью вопрошать о её дочери – лишь подливало масла в огонь. Кофуку рождена после его позорного бегства, из слёз Богини. И та не жалела о том, что она появилась на свет. А когда маленькая Богиня выросла, мать отправила её на земли смертных, надеясь заполучить влияние.
– Я… я пропускаю вас к западному храму Солнца… – Кофуку, в отличие от Богини-матери, говорит тихо, всё также не поднимая головы. Она боится Идзанаги, что недоволен фактом её существования. Она боится и злости Богини-матери.
– Но нам нужны и свитки о тех цветах!.. – Бисямон встрепенулась, довольно громко добавляя это.
– Разве они не всегда с вами? – Богиня творенья склонила голову набок, поднимаясь. Её длинные тёмные волосы волочились по полу, когда она всё ближе подходила к Вайшраване. Её рука вонзилась ей в живот, от чего женщина вскрикнула, а из её рта вытекла кровь. В глазах, казалось, несокрушимой Богини появился страх. Когда Идзанами вытащила руку, то в ней был потрепанный временем свиток. Он давно был с сильнейшим Богом Войны, что восседал на пантеоне – когда-то давно разгневанная женщина, воспользовавшись ситуацией, забрала к себе все книги о некоторых особенностях Богов, людей. Аякаши и шинки. И спрятала их, казалось, надежно. Книга о Богах была запечатана в скоплении энергии Бисямон, о Аякаши – в памяти Кофуку, о людях – в теле Отца, о шинки – в разуме каждого Бога. Таким образом, священные секреты их мира были надёжно укрыты, и, одновременно, всегда в её власти.
– Возьмите и это… – Кофуку протянула небольшую зелёную книгу Казуме. Именно эта книга в невзрачно зелёной обложке имела всю ту информацию о Аякаши и скверне, что до этого была покрыта пеленой тайны.
– Остальное… вам стоит найти самим… – загадочно произнесла Богиня, вновь сажаясь на свой трон, и добавила, лукаво сощурив полностью чёрные, не имеющие белка, глаза, – Вот только время ваше ограничено, поэтому поспешите, и найдите тех, у кого остальные книги!
Покидая Ёми они ни о чём не жалели, и понимали – разгадка чего-то большого кроется там, в тех старых, давно «утерянных» записях. Идзанаги вернулся в свой храм, раздражённо повторяя, что более никогда не согласится помогать кому-то. Жрица Солнца, Кэзу, вернулась к Аматэрасу, принеся ей цветы. Оставалось лишь надеяться, что времени достаточно, дабы найти тех, кто обладает столь важной информацией – но думать она, Вайшравана, будет уже в своём храме, сидя в мягком кресле с чашкой горячего чая, и чувствуя поддержку Казумы, что всегда рядом.