Глава 27
Конечно, он бы остался. С радостью. Но язва-Настя внезапно воспротивилась, причем так яростно, как будто Тагаев действительно собрался у нее в спальне ночевать. Сама предложила Артуру его домой отвезти. И эвакуатор сама вызвала.
Тагаев не стал опускаться до того, чтобы его так изящно выдворяли из дома. Позвонил Роману, тот забрал Артура, а дежурившие за забором охранники остались ждать эвакуатор.
Дети наблюдали за всем этим, как показалось ему, с разочарованием. Но он не мог остаться против воли Насти и обвинить ее в этом не мог. Пришлось сказать детям, что ему нужно уехать по срочному делу.
Тридэшки молча выслушали, молча выдержали его неуклюжие попытки их обнять — всех троих сразу, как это Настя делала. И также молча ушли в дом.
Артур уезжал с тяжелым сердцем. Чтобы не загоняться, занялся поиском квартиры и риэлтор почти сразу нашел то, что нужно. В новострое с дизайном под ключ.
Тагаев дал поручение юристам готовить документы и дать задаток. В офисе получалось отвлечься, но вечера стали невыносимыми.
Собственный дом стал казаться пустым и холодным. Странно, он раньше так ценил свою свободу и одиночество. А теперь все это стало в тягость.
Артур представлял, как сидит на диване в гостиной, а вместе с ним все три его ребенка. Сыновья по бокам, дочка на руках. И они смотрят какой-нибудь мультфильм — да тех же «далматинцев». Потом Настя зовет всех к ужину...
Нет, не так. Они его лучше бы вместе готовили, ужин. Он вспоминал ее ладную фигурку, стройные ножки — Артуру тогда тяжко пришлось. Как он умудрился кожу с пальцев не счистить вместе с кожурой, исподволь наблюдая за грациозно двигающейся девушкой, сам удивлялся.
Короткие шортики совсем мало что прикрывали, но Тагаеву и этого было достаточно. Остальное дорисовывало богатое воображение. Разве можно пропустить такое зрелище, как она лавирует по кухне? На его огромной кухне такая гибкая, похожая на кошку...
Он бы специально по центру уселся что-нибудь чистить — картошку или овощи для салата, без разницы. Чтобы было удобнее смотреть на то, как она тянется к верхней полке или, наоборот, наклоняется к ящику...
Здесь фантазия включалась на полную. Артур представлял, как подходит сзади, кладет руки на узкую талию — он даже ощущал ее в своих ладонях. Настя разворачивается к нему, обнимает за шею. Они целуются, он подсаживает ее на столешницу...
Дальше приходилось идти в душ, потому что все мысли устремлялись в одном направлении.
За ужином Артур представлял, что в его просторной столовой сидят дети со своей мамой, раскрасневшейся после совместной готовки ужина. А после того, как дети укладываются спать, действие переносится в спальню.
И снова его ждал душ.
К середине недели тоска совсем заела. Он пытался напроситься на ужин, но везение на время оставило Тагаева. Из командировки внезапно вернулась Стефания, и у него не было никакого желания встречаться с Настиной теткой.
Артур позвонил Насте и попросил разрешения забрать детей из сада. Предупредил, что на выходных они переезжают в новую квартиру и быстро простился, чтобы она вдруг не начала возражать.
Дети удивились, когда вместо матери увидели в раздевалке Артура, но послушно пошли к машине. Хотя он бы предпочел, конечно, бурную радость.
Только отъехал со двора, как на экране засветилось «Мама».
— Сынок, я приготовила ризотто. Приезжай, я хотела с тобой поговорить.
— Я не сам, мама, я с детьми.
Голос Авроры как будто даже повеселел.
— Прекрасно! Приезжай с ними вместе. Обещаю не делать замечаний, нам все равно придется общаться, сынок.
Артур нажал на отбой и повернулся к детям.
— Бабушка пригласила нас на ужин. Поедем? Оттуда я отвезу вас домой.
— А если я опять возьму не ту вилку? — хмуро спросил Давид.
— Она обещала вести себя хорошо. Как думаете, дадим ей еще один шанс? — спросил Тагаев.
Дети переглянулись и нерешительно закивали.
— Вот и хорошо. Предлагаю заскочить в «Ришелье» за тортом, в прошлый раз вам там понравилось, — Артур посмотрел на Дианку. Девочка была в восторге от их безе.
— Можно будет купить те беленькие пирожные? — оживилась она.
— И их тоже, — кивнул Артур.
— А торт можно с апельсинами и киви, — поддержал сестру Данил.
— Какой выберете, такой и купим, — Тагаев уже выруливал на проспект.
Они набрали полные пакеты сладостей. Артур попросил отдельно упаковать тирамису для Насти и заметил, как загорелись глаза его детей при упоминании мамы. Пускай привыкают, а еще лучше, пускай донесут своей упрямой мамаше, что их отец о ней все время думает.
Уже заезжая во двор, заметил незнакомую машину. У матери гости? Могла предупредить. Впрочем, охрана едет следом, наверняка заранее пробили, что и как. Так что можно не напрягаться.
Оказалось, напрячься придется, потому что вместе с матерью навстречу им вышла Ариана.
* * *
По лицу Ри было видно, что она удивлена не меньше Артура. Брови выгнулись, губы дернулись. Артур отстраненно подумал, что она очень красивая девушка. Красивая и чужая. Абсолютно. Как он мог даже подумать о том, что сможет с ней жить в одном доме?
Что она будет ходить по его кухне в коротких шортиках и топе, а он мечтать о том, чтобы нырнуть рукой под этот топ? Только так, чтобы дети не видели...
Нет, это место предназначено для другой девушки. Место в его доме. В его мыслях. В его постели и... В его сердце? Эта мысль была схожа с ударом молнии, Артур даже глаза прикрыл.
Как он мог думать, что сможет жить с Арианой ради будущих детей? Полный идиотизм. Тагаева даже передернуло, и это не укрылось от Ри. Она растянула губы в улыбке и подошла к Артуру.
— Привет, — сказала наигранно весело и гораздо более приветливо обратилась к детям: — Привет, папины клоны! Привет, кудряшка!
Все трое подняли головы и обернулись на Тагаева. Зеленые глаза его детей выжидательно уставились на отца, и у Артура появилось чувство, будто он сдает экзамен. Один из многих, которые ему еще предстоит сдать. И после каждой ошибки откат на прежние позиции будет все более болезненным.
Но этот экзамен он точно не провалит. Артур прокашлялся и притянул за плечи своих тридэшек. Всех троих одновременно, он уже приловчился. Левой рукой одного, правой двоих. Надо только больше локоть согнуть, а так руки у него достаточно длинные. Природа как знала...
— Я смотрю, мама, у тебя уже есть компания, так что мы, пожалуй, поужинаем в другом месте. Надеюсь, вам и без нас будет о чем поговорить. Хорошего тебе вечера, Ри...
Пока мать возмущенно хлопала глазами, он уже собрался вместе с детьми идти к машине, как тут его настиг оклик Арианы.
— Погоди, Артур. Не горячись. Похоже, нас с тобой обоих не предупредили. Правда, Аврора?
Тагаев повернулся к матери. Та стояла молча, поджав губы, а глаза смотрели на Ариану с прищуром. Но Ри было явно наплевать.
— Оставайся, это мне пора. Прости, я не догадалась. Мне не следовало приезжать, но... — Ри многозначительно глянула на Тагаева.
Да, она права. Не стоит устраивать разборки при детях.
— Идите посмотрите на рыбок, — подтолкнул он их в сторону парка, где виднелся искусственный пруд, — я сейчас приду. Среди них есть золотая, можно загадать желание. Только ловить ее не обязательно, — крикнул вдогонку разогнавшейся детворе.
— Я хотела, чтобы вы поговорили, — мать в своей обычной манере первой пошла в атаку, не обращая внимания на гневный взгляд сына.
— Я просил тебя не лезть? — он не хотел орать при Ри, хотя очень хотелось.
Мать обиженно фыркнула и скрылась в доме. Они с Арианой переглянулись.
— Прости. Я не знала, — быстро сказала Ри. — Аврора попросила прокачать ее проект, я приехала обсудить детали.
Тагаев хмуро кивнул. Обсуждать с ней мать он тоже не собирался. Но Аврора явно переходила допустимые границы.
— Я пойду заберу сумочку, — девушка направилась в дом, но, сделав шаг, остановилась. — Знаешь, — сказала она чуть надломленным голосом, — мне жаль, что у нас ничего не вышло. Я подумать не могла, что из тебя выйдет такой прекрасный отец!
Их прервал визг и всплеск. Артур обернулся — из воды виднелось две головы, а Ди кричала, прижав ладошки к щекам.
— Артур! Помоги!
Тагаев бросился к пруду, с другой стороны уже бежали охранники. Артур выхватил из воды одного мальчишку, охранник второго. Подбежала запыхавшаяся Ариана.
— Я же просил не ловить! — Тагаев старался оставаться спокойным, хотя внутри все готово было взорваться. — Вы могли утонуть!
— Здесь мелко, — ответил Давид.
— Мы никого не ловили, Артур, — сказал Данил. — Мы хотели, чтобы она нас лучше услышала.
Тагаев прикрыл глаза. Все-таки «Артур». Не «папа».
— Утонуть можно и в луже, парень, — ухмыльнулся охранник.
— Надо их переодеть, — подсказала Ри.
— Снимайте одежду, — скомандовал Артур, — сейчас отожмем и поедем ко мне переодеваться. Ваша мама меня убьет, если я привезу вас в таком виде.
От дома уже бежала горничная с полотенцами.
— Пусть идут в дом греться, Артур Асланович, — сказал второй охранник, — одежду ваши привезут. Им уже позвонили.
Снизу Артура дернули за штанину. Дианка. Дочка поманила его рукой, Тагаев послушно наклонился.
— Я хочу в туалет, — прошептала она на ухо.
— Беги в дом, там бабушка, — сказал Артур, помогая Даньке снять мокрую футболку. — Мне надо высушить твоих братьев.
— Пойдем, я тебя провожу, — протянула девочке руку Ри, — мне нужно забрать сумку.
Дианка нерешительно взглянула на Артура, но тот поощрительно кивнул.
— Иди с Арианой, детка. Мы сейчас тоже придем.
Девочка неуверенно вложила ладошку в руку Арианы, но все же пошла за ней в дом. Артур с охранниками отжали мокрые шорты и футболки — хорошо, что на улице жара! Сыновья, завернутые в полотенца, выжидательно смотрели на Тагаева.
— Мы отнесем их, Артур Асланович, — предложил один из охранников.
— Я сам, — ответил тот, примеряясь. — Я же их отец, а не вы.
— Да, вас сложно спутать, — ухмыльнулся второй.
Артур поднял обоих близнецов на руки.
— Мне повезло, что ваша сестра не полезла в пруд, — сказал он, вышагивая по лужайке. — Пришлось бы вас троих на себе тащить.
Его шею несмело обвила пара маленьких рук, потом так же несмело потянулась вторая. И Артур чуть не задохнулся от захлестнувших чувств.
— Смотрите не замерзните, — пробормотал он, стараясь никак себя не выдать, — полотенца сползли...
* * *
Они все-таки остались на ужин, хоть Артур и был зол на мать. Ри уехала, мать дулась. Его охрана привезла одежду детям — у Артура в доме было куплено несколько комплектов, — и близнецы переоделись в сухое.
Но детей пора было кормить, и Тагаев решил потом разобраться с матерью, не при детях. Она должна уяснить себе, что его личная жизнь — это закрытая территория. И больше чтобы они к этой теме не возвращались.
Пока возился с сыновьями, было не до того, но за столом Артур заметил, как странно выглядит Ди. Притихшая девочка вяло ковырялась в тарелке и ни на кого не смотрела. Это было совсем на нее не похоже.
— Дианка, что-то случилось? — спросил он у дочери. Та подняла свои огромные мамины глазищи и молча покачала головой.
— Диана чем-то расстроена, — согласилась с ним мать. Дочка внимательно посмотрела на нее, а потом повернулась к Тагаеву.
— Артур, а дворняжки — это же собачки, у которых нет дома, да? Которые живут на улице?
— Ну да, — недоумевающе кивнул он. — А почему ты спрашиваешь?
— Может, будем пить чай? — перебила его мать, и Тагаеву не понравилось, как забегали ее глаза.
Внутри зашвелилось липкое и нехорошее предчувствие. Он взял девочку за руку и успокаивающе погладил большим пальцем.
— Говори, Ди. Почему ты спросила?
— Почему тогда, — дочка всхлипнула и обиженно посмотрела на Аврору, — почему тогда бабушка говорит, что мы дворняжки? Разве мы живем на улице? У нас есть дом. И мама. Мы ходим в садик...
Тагаев медленно выдохнул и с силой сжал маленькую ладошку.