Disfruto°☕.

Утро началось с кофе. Как и вчера. Как и в прошлую жизнь. Только теперь, помимо кофе, у меня был чёрный конверт и чувство, будто мир снова хочет сыграть со мной в шахматы, где я — пешка, которая кое-что подозревает.

– Т/И, ты в порядке? – спросил Чонгук, наблюдая, как я в третий раз перемешиваю уже остывший капучино.

– Конечно. Я просто наслаждаюсь тем, как сахар тонет. Очень метафорично, – пробормотала я, не отрывая взгляда от чашки.

– Не хочешь поговорить о том, что было на фото? – он сел напротив, серьёзный, но не давящий. Что уже редкость в этом мире «всё будет хорошо» и «расскажи, что у тебя на душе».

– А что говорить? Кто-то явно играет в шпиона. Проблема в том, что я не знаю: он играет против меня… или вместе со мной.

Чонгук открыл планшет и показал мне фото с камеры наблюдения. Я взяла его молча. На экране — я, выхожу из здания с кем-то в чёрной толстовке. Слишком размыто, чтобы увидеть лицо. Подпись под файлом: «Дата: 18 марта. Время: 22:34».

– Это вечер, когда ты… пропала, – тихо сказал он. – Ты ушла и исчезла на две недели. Нашли тебя в больнице, без документов. Только имя — написанное на листке. Твоё настоящее имя.

– И ты не подумал мне это сказать раньше?

– Я пытался. Но каждый раз ты шутила или игнорила. А ещё — была злая. Очень злая.

Я вздохнула.
– Значит, это был не несчастный случай?

– Похоже, нет. Кто-то намеренно стер тебя. Из системы. Из памяти. Даже из своей. Но... – он наклонился ближе, – кто-то другой не забыл. И он начал возвращаться.

Моя голова слегка закружилась.
Картина сложилась, но была как пазл с вырванными кусками. Я чувствовала: что-то важное ускользает, но всё ближе.

– А что я делала… до этого?

– Работала, конечно, – сказал голос за спиной. Это был Намджун. – Но не в кафе. Ты… следила. За нами. За другими. Тебя называли «Тень». Ты появлялась на мероприятиях, проверяла списки, оценивала угрозы. Мы не знали, кто ты. Но ты всегда была рядом. Особенно рядом с ним, – он кивнул на Чонгука.

– Это что, какой-то драматический сериал? – фыркнула я. – “Следствие вели: айдолы и их бариста”.

– Это реальность, – сказал Юнги, входя с папкой в руках. – И она только начинает разворачиваться. Вот, держи.

Он кинул мне лист — копию медицинского заключения.
"Пациент доставлен в бессознательном состоянии. Отсутствие документов. Следы удара по голове. Состояние стабильное, но отмечена частичная амнезия."

Я сглотнула.
– Отлично. Я не просто ходячий сарказм. Я теперь ещё и официально загадка с приложением “удар по голове”.

– Ты могла погибнуть, – сказал Тэхён, глядя на меня неожиданно серьёзно.

Я улыбнулась криво.
– А я просто устроилась варить кофе. Смешно, да?

Чонгук положил руку на стол, рядом с моей. Не касаясь, но достаточно близко, чтобы я почувствовала:
он помнит. Он многое не говорит. И он будет рядом, даже если я отталкиваю.

– Мы раскопаем всё, – пообещал он. – Но ты должна быть осторожна. Кто-то не хотел, чтобы ты помнила.

– Ну, теперь он точно пожалеет, – ответила я, вставая. – Потому что если я начну вспоминать, я не остановлюсь. А я в прошлом явно была очень опасной.