Disfruto°☕.

Я стояла перед ним. Чонгук сидел на холодной кушетке в комнате, больше похожей на кабинет психолога, чем на камеру.

Он выглядел нормально. Слишком нормально, как для человека, который провёл последние дни… или недели? — под наблюдением.

– Где я? – наконец спросил он. Глаза – ясные, но с какой-то тенью.

– В безопасности, – ответила я. – Ну, настолько, насколько это возможно, когда вокруг толпа парней с недосказанными травмами и мной.

Он моргнул.

– Ты… Т/И. Я знаю тебя.

Я села на край стола напротив.

– Модный вывод. Подсказали?

– Нет. Я… помню. Не всё. Но ты – как будто фиксатор в голове. Вспоминаю кусками. Разговоры. Ссоры. Как ты бросила в меня ложку. Дважды.

– Это был один раз, и ты заслужил, – фыркнула я.
Он усмехнулся. Я впервые за всё время почувствовала, что он — действительно здесь. В сознании. Не где-то между.

Вошёл доктор Квон — нейропсихолог, тот самый, что раньше работал в частной клинике, куда Джихо устроил Чонгука якобы «на отдых».

– Мозг работает, как при амнезии, вызванной сильным стрессом. Это не фантастика, – сразу пояснил он, словно заранее чувствовал, что меня может бесить. – Никаких чипов, блоков и “научной магии”. Просто слишком много боли за раз.

– И у меня тоже была амнезия, – уточнила я.

Он кивнул.

– Вы оба проходили терапию. Неофициальную. Участие добровольное, но методы сомнительные. Тебя зомбировали воспоминаниями. Его — тем, что он мог потерять.

– И вы это всё знали? – резко вставил Юнги, стоявший у стены.

– Мы выяснили это, когда стало слишком поздно, – ответил Квон. – Никто не ожидал, что они начнут... чувствовать. А ведь всё было частью эксперимента, как справляются люди под постоянным контролем.

Я посмотрела на Чонгука.

– То есть нас... проверяли? Как крыс?

Он посмотрел на меня, не отворачиваясь.

– Значит, поэтому ты ушла. Потому что поняла раньше.

Я молчала. Только сейчас в голове сложилась полная картина. Не фантастическая. Жуткая. Реальная. Нас "наблюдали". Условно изучали реакцию. А когда всё пошло по-настоящему — решили "стереть". Не память. А след.

– Супер. Кто бы мог подумать, что моя жизнь — это не триллер, а реальный медицинский отчёт, – пробормотала я.

– Сейчас главное — стабилизировать память, – сказал доктор. – У тебя она уже почти полностью восстановлена. У него — на уровне инстинктов и эмоциональной связи. Нужно время и… спокойствие.

Я хмыкнула:

– Спокойствие? С BTS в одной квартире? Не, не слышала.

– Мы справимся, – вмешался Намджун. – Главное, чтобы ты была рядом. Он на тебя реагирует. Даже когда не осознаёт.

– Так… мы просто возвращаемся к нормальной жизни? – Чонгук встал.
Он пошатнулся, и я автоматически кинулась к нему. Он схватил меня за запястье. Легко. Осторожно. Но точно.

– Ты всегда первая реагируешь, – сказал он. – Даже если делаешь вид, что тебе всё равно.

– Не льсти себе, – прошептала я. – Это просто рефлекс. Я рефлексирую на потенциальные катастрофы.

Он усмехнулся.

– Значит, я — катастрофа?

– С глянцевой обложкой, – буркнула я. – Но да.

Остальные переглянулись. Видно было, что все чувствовали напряжение — и между нами, и вокруг.

– Придётся как-то вернуть вас обоих в рутину, – сказал Хосок. – Чтобы вы не чувствовали себя экспериментами.

– И чтобы все эти… – Сокджин махнул рукой. – Люди, которые за этим стояли, не думали, что мы забыли.

– Мы не забыли, – тихо сказал Чонгук. – Но простим, если вы принесёте мне ттокпокки. И банановое молоко.

– Он точно возвращается, – кивнул Тэхён. – Только Т/И может влиять на него так, что он превращается в капризного ребёнка.

Я встала.

– Вернёмся. По кусочкам. Без шлемов, без камер, без лекарств. Только жизнь. Я, он, и вы все — как бы мне это ни нравилось.

– Как бы нам это ни нравилось, – поправил Юнги с усмешкой.

– И без ложек, – добавил Джин. – Мы на них теперь экономим.

Я посмотрела на Чонгука. Он снова был собой. Уставшим, но собой.

– Ты готов вспомнить всё?

– Если ты рядом — да.

А я была. Рядом. И на этот раз — никуда не собиралась.