пролог.
*август 1989*
На часах было около 14:00, когда я наконец добралась до района, где живут Ба и Де ( с самого детства такое обращение к родным стало привычным, ведь по всему миру столько много различных бабушек, да и дедушек не меньше, а Ба и Де у меня такие одни.). Я не видела их больше пяти лет, но всегда поддерживала с ними связь. О моём визите они, конечно же в курсе и ждут чуть ли не самого прибытия поезда, когда моя нога переступит порог их квартиры.
В Казани я оказалась по причине перевода из московского университета. Здесь может возникнуть вопрос, почему же я не поступила сразу? Потому что мне не было 18 лет и ответственность за мою жизнь и воспитание несли мои родители, которые были категорически против того, чтобы я поступала в другой город, несмотря на то, что я прожила здесь практически всю свою жизнь и мне есть, где остановиться, и я также буду под присмотром Ба и Де.
Не успела я коснуться звонка, как дверь распахнула и Ба с сияющией улыбкой появилась на входе, чтобы крепко обнять меня.
- Ну вот и добралась моя птичка! - чуть ли не плача произнесла она.
- Я так рада видеть тебя, Ба!
- Какая же ты красавица у нас! - Ба смахнула чуть навернувшиеся на глазах слезы. - Ой, чего ж я тебя держу на пороге?! Заходи скорее, руки мыть и за стол!
Прежде чем разуться и поставить чемодан, провела взглядом невидимую траекторию по всей прихожей. Прикрыв глаза, сделала глубокий вдох и на выдохе прошептала:
- Ну, привет, дом...
За шесть лет ничего практически не изменилось, ни в самой квартире, ни даже в моей комнате. Присутствие в ней обозначалось лишь отсутствием пыли, но в целом обстановка была не тронута с момента моего тринадцатилетия.
- Мы с Витюшей особо не хотели ничего менять, - проговорила Ба, вошедшая в спальню после меня. - Всё думали, что ты вернёшься, что... - на этих словах тон и настроение Ба сменились на более грустный. - Что Сергей и Оленька передумают уезжать.
- Ну ничего, - усмехнулась я, вращая в руке бронзовую статуэтку с Олимпийским Мишкой. - Я ведь тут теперь. Пойдём? Вещи разберу после обеда.
На кухне меня уже ждал целый стол моих самых любимых блюд. Ба основательно подготовилась к встрече и, судя по всему, ни свет ни заря уже стояла у плиты. Во время обеда мы весело болтали, вспоминая разные события из жизни, как только приступали к поеданию любого из блюд. "А помнишь, как ты этих котлеток у меня аж шесть штук за раз выпросила? Я-то довольная думала, какой аппетит у моей внученьки отменный! А ты эти котлеты за пазуху, да к Володеньке Суворову во двор! Кого вы там прикармливали на пару? А точно, собаку, её же еще потом дядька его к себе в челны отвез!" И так раз за разом. Все эти разговоры отозвались внутри меня большим теплом, которого мне не хватало год за годом, что я проводила в Москве.
- А что Вова и правда в армии. Долго ему служить осталось? - спросила я, подливая чай себе в чашку. - Как его вообще дядя Кирилл отпустил... В такре-то время. Я думала он не позволит.
- Думаешь спрашивал он у кого разрешения? - ответила Ба. - Пришел да перед фактом поставил: иду, мол, в армию, Родине долг отдать хочу, через два года ждите. И поминай как звали. А вернется он к зиме ближе.
В коридоре раздался звук поворачивающего в двери ключа. Ба посмотрела на часы и оповестила о приходе Де, после этого встала и торопливо начала накрывать стол на еще одну персону. Я в, свою очередь, побежала навстречу. Увидев меня, Де радостно воскликнул:
- Вот она, любимица моя! - в руках у него был торт и маленький букет цветов. - А ну-ка дай я тебя расцелую!
Получив порцию уколов усами обеими щеками, я обняла Де и помогла ему освободить руки. Беседа наша продолжилась на кухне. Пока де усаживался за стол, я взялась за подготовку цветов, для того, чтобы переставить их в вазу.
- Ты посмотри как управляется! - любовался мною Де, пока я срезала с цветов ненужные стебельки. - А это что!? - воскликнул он и перевел изумлённый взгляд на Ба, увидев как я добавляю немного спирта в вазу с водой.- Хотите сказать, Любовь Михайловна, что астры у нас сегодня сто грамм получат, а деду чаем с молоком довольствоваться?
Ба улыбнулась. Положив свою ладонь поверх ладони Де, она немного кокетливо произнесла: - Витюша. Астры получили долю спирта, для того, чтобы дольше простоять. Боюсь с тобой всё выйдет в точности да наоборот.
Мы все громко рассмеялись. Конечно же всё это было не в серьёз. Де никогда не злоупотреблял, да и вообще не имел вредных привычек, но бывали редкие случаи, когда он всё-таки превышал меру и в наказание весь следующий день был награжден остротами от Ба.
***
К вечеру с разбором вещей было покончено, к счастью, их мне не понадобилось много. Время близилось к 20:00 и я решилась еще и на небольшую ревизию в своей комнате. Перебрала все ненужное и сложила в коробку, которую Де общался отнести в гараж. Когда я села на кровать, мой взгляд устремился в стену напротив. На ней висели плакаты, посвящённые пионерской тематике.
- Так-так, - протянула я вслух. - А вот вы то уж точно мне больше ни к чему.
Ба и Де, конечно же не в курсе, но почетных регалий и непосредственно самого галстука меня лишили через месяц после переезда в Москву. Соответственно, права вступления в состав комсомола у меня тоже не было. История длинная, но о ней вы еще услышите.
- А чего это плакаты тебе не угодили? - спросил Де, проходя мимо открытой в комнату двери. - Комсомольскими заменишь али как?
Де прислонился к дверному косяку и продолжил наблюдать за моими действиями.
- Дааааа, знаешь, как-то... - изо всех сил попыталась не развернуться к нему лицом и не начать чесать затылок. Так он меня раскусит в два раза быстрее. - Переросла, ты прав. Пора бы заменить. А то же я... Не пионерка... больше.
Несколько секунд молчания, которые казались вечностью и Де произнес, прочистив горло:
-Ладно уж, храни свои секреты. Только бабуле не взболтни подобного, "не пионерка".
Я развернулась и снова направилась в сторону кровати. Де последовал за мной и сел рядом. Немного помолчав, он снова продолжил разговор.
- Чего бы там у тебя не произошло, мы всё поймём. Ты уже не та девчонка, которая уехала от нас шесть лет назад, это прекрасно видно. Ты выросла, свою голову на плечах имеешь. Главное знай, что мы рядом всегда, а с остальным как-нибудь разберёмся. Время сейчас нелегкое, Катюшка....
Только сейчас я обратила внимание на состояние Де. За пару мгновений он изменился в лице и стал серьёзным. Заметив, что мысль его еще не закончена, я молча продолжила слушать.
- Мы очень переживали насчет твоего приезда, на самом-то деле. Нет, мы рады были, что ты вернуться решила. Особенно Люба, она дни считала буквально. Очень уж тосковала по тебе.
- Почему переживали, Де? - спросила я. - Не война ведь у вас.
- Да иногда ощущение, что хуже здесь, чем война. На улицах настоящий бардак творится и никто ничего с этим делает. Парняги молодые друг другу судьбы колечат. Живут по своим правилам каким-то, законы у них свои. Понятия. - в голосе Де чувствовалось нарастающее напряжение. - Кто не с ними, тот враг.
- А как же милиция? Хоть какие-то меры ведь они принимают?
- Какие меры? Глаза они на всё закрывают, мол нет у нас в стране группировок никаких. Но это ведь всё до поры до времени, я знаю. Когда-нибудь это бездействие обернётся против них самих. А мальчишки ведь поголовно идут на поводу у этого всего. Друганы вон твои. И те не устояли.
- Подожди, как это? - удивилась я.
- Да вот как есть. Володька сначала с ними связался, после отъезда твоего. А Маратик с недавних пор тоже обозначился. Как вообще Кирюха такое допускает, я не пойму.
Я много слышала о том, что сейчас происходит в Казани, не раз писали в газетах, но чтобы это было настолько серьёзно, как сейчас рассказывал Де... Не могу сказать, что он преувеличивает, он как никто другой может знать обо всех происходящих событиях, но из его рассказов многое потрясло меня. Бесчинства, не несущие за собой наказание, в которых помимо всего прочего участвуют еще и люди, с которыми я провела плечом к плечу всё своё детство. Этого я ждала от них меньше всего.
- Ты прости, что я тут пришёл, нагрузил тебя переживаниями, - Де приобнял меня. - Но такая вот сейчас реальность, и в ней тебе находиться и иногда спасаться, - тут он замялся, будто бы взболтнул лишнего, но всё равно продолжил: - Береги себя, птичка.
- Я тебя поняла, Де, - я потерла глаза. - Надеюсь, ничего серьёзного не случится. - Видя, что тоска всё не сходит с его лица я проговорила: - Я ведь сильная девочка.
- Ага, сама застёгиваешь сандали, я помню, - Де немного посмеялся и похлопал меня по плечу. - Что-то засиделись мы, пора закругляться.
Де ушел, а я всё не могла уснуть, думая о том, что ждет меня впереди.