Глава 10 " ЛИЦО ИЗ ЧАШИ "
Когда Варя очнулась, в комнате по-прежнему царил полумрак. Девочка огляделась. Она лежала на узеньком диванчике подле самой двери. «Разве он тут раньше стоял? — удивилась она. — Что-то я не помню. И где Дарья Максимовна?»
Женщины в комнате не было.
— Дарья Максимовна! Дарья Максимовна! — на всякий случай позвала Варя.
Никакого ответа. Лишь в коридоре за дверью слышались приглушенные голоса. «Наверное, она испугалась, что мне плохо, и побежала за помощью, — подумалось Варе. — Но я ведь уже в порядке. Могу идти к ребятам».
Она поднялась с диванчика. В висках стучало, а ноги были как ватные. Тем не менее идти Варя могла. Голоса за дверью стали громче.
— Тетя, тетя, но я же просила. А вы обещали, — с напором произнесла одна из собеседниц. — Сколько мне ещё ждать?
— Сколько надо, столько и подождешь, — раздался категоричный ответ второй женщины. — И вообще, кажется, тебе велено здесь не показываться. Убирайся отсюда. Чтобы это было в первый и в последний раз.
— Нет! — Капризные интонации в голосе первой женщины усилились. — Сперва вы мне, тетя, скажите: когда?
— Цыц! — шикнула вторая. — Разоралась тут.
Варя, осторожно приоткрыв дверь, выглянула в коридор. Одна из женщин стояла к девочке спиной, а другая — лицом. Лицо Варе было совершенно незнакомо. Она никогда раньше не встречала эту женщину, однако не могла отвести глаз. Нет, совсем не от лица, а от большого тяжелого креста с темным камнем, висевшего у той на шее.
«Неужели я нашла ее? — перехватило дыхание у Вари. — Хотя, — спохватилась она, — мало ли на свете крестов с камнями?»
Тут женщина, стоявшая спиной, снова заговорила:
— В общем, тетя, если с Ольгой так ничего и не случится и она благополучно выйдет замуж, я этого вам никогда не прощу. И крест зачем-то опять нацепили. Я ведь предупреждала: Ольга его хорошо запомнила.
При слове «Ольга» девочка вздрогнула и перевела взгляд с креста на вторую женщину. Лица её по-прежнему не было видно, однако фигура и голос были слишком знакомыми, чтобы ошибиться. Именно её лицо явилось Варе на поверхности воды в серебряной чаше! «Значит, вот кто во всем виноват, — в ужасе подумала девочка. — Как же так?» В глазах у неё помутилось, и она вновь лишилась чувств.
Во второй раз Варя пришла в себя от ласкового похлопывания по щекам. Затем в нос ударил резкий, неприятный запах. Девочка поморщилась и открыла глаза. Она полулежала в том самом кресле напротив стола, а над ней ласково склонилась Дарья Максимовна.
— А ты у нас, оказывается, впечатлительная, — ласково говорила она. — Ну ничего, ничего, бывает.
Варя подняла голову. Туман в комнате совершенно рассеялся. На столе по-прежнему стояли поднос, чаша с водой, разноцветные плошечки, блюдце и изрядно оплывшая свеча в подсвечнике.
— Я её видела, — тихо проговорила Варя.
— Вот и ладно, и хорошо, — плавно закивала головой Дарья Максимовна. — Выходит, у нас с тобой все получилось. Твоей подруге теперь ничего не грозит. Порча снята. Тебе, милая, надо сделать только одно.
Дарья Максимовна протянула крохотный полотняный мешочек.
— Подойди к двери квартиры своей знакомой и высыпь порошок у порога, — объяснила она. — Тогда больше никто ничего плохого с ней сделать не сможет.
— Хорошо, — взяла мешочек Варвара.
— А это тебе обещанный оберег, — улыбнулась Дарья Максимовна. — Ну-ка, дай я сама его тебе надену.
Руки её легонько скользнули по Вариной голове, и та увидела у себя на шее кожаную тесемку и крохотный переливающийся шарик.
— Носи на здоровье, — улыбнулась женщина. — Ну, с богом.
— Спасибо. — Варя поднялась на ноги.
Теперь она чувствовала себя лучше, хотя голова ещё немного кружилась. Женщина проводила её до конца коридора.
— Иди в кассу. — Панель отодвинулась. Варвара вышла в офис. Свет показался ей каким-то особенно ярким. Она подошла к кассе. Там с неё вполне прозаическим образом получили деньги и выдали чек.
— Отдашь вон туда, — указала на девушку за компьютером кассирша.
Девушка, не отрывая глаз от компьютера, приняла чек и квитанцию, выписанную Дарьей Максимовной.
— До свидания, — попрощалась Варвара.
— Счастливо, — даже не повернув головы в её сторону, бросила девушка.
Варя поспешила к двери. «Интересно, ребята меня дождались? — Она взглянула на часы. Они почему-то стояли. — Странно, — изумилась девочка, — только месяц назад купила. Рановато ещё батарейке садиться». Правда, она почти тут же вспомнила, что на эти часы полагается год гарантии.
— Варька, сюда! — услыхала она голос Луны и поспешила к лавочкам.
— Ну? — Друзья были чем-то взволнованы. — У тебя все в порядке?
Варя, кивнув, хотела начать длинный рассказ, но её перебила Марго:
— Ты даже не представляешь, кого мы здесь сейчас видели.
— Совсем недавно вышла из «Оазиса», — вклинился Муму.
— Ни за что не догадаешься, — с таинственным видом продолжала Марго.
— Мне и догадываться не надо, — тихо откликнулась Варя. — Это была Лина.
— Ты-то откуда знаешь? — остолбенели друзья.
— Видела её там, что ли? — Муму буравил Варвару взглядом.
— Видела, — кивнула девочка, — и даже слышала.
— Мы тут решили, что Лина, наверное, всюду пытается разыскать для Ольги эту тетку с крестом, — сказал Луна.
— Лина? Пытается? — пожала плечами Варя. — Вот уж нет. На самом деле все совершенно наоборот.
— Как это наоборот? — уставился Герасим на Варю.
Девочка молчала. С чего же начать, чтобы они поняли, как это серьезно? И, глубоко вздохнув, она принялась подробно рассказывать.
Ребята слушали её со все возрастающим смятением. Узнай они, что всему виной добросердечный Тарас Бульба, или директриса «Пирамиды» Рогалева-Кривицкая, или даже спонсор их экспериментальной школы — миллиардер из далекой Аргентины — Ярослав Хосе Рауль Гонсалес, Команда отчаянных удивилась бы меньше, но Лина Ивановна… Ольгина подруга чуть ли не с детских лет. И в институте они учились вместе. И в «Пирамиду» пришли работать одновременно. И, кажется, с ней единственной Ольга Борисовна поделилась своими несчастьями последних дней.
— Как она только могла! — Огромные глаза Марго горели гневом.
— Слушайте, это лирика, — перебил Луна. — Вопрос совершенно в другом: что нам теперь делать?
— В милицию бежать! — немедленно воскликнул Муму.
— Тогда сам и беги, — отозвалась Варя. — Только предупреждаю: в милиции ты, Герочка, пробудешь очень недолго. А оттуда тебя прямиком отвезут в психушку.
— Может, и не отвезут, — подхватил Луна. — Просто слушать не станут.
— По-моему, выход у нас один, — вмешался Иван. — Расскажем все Ольге, а уж она пусть сама решает, как поступить дальше.
— Все расскажем? — переспросила Варвара. — Даже про то, как я ходила порчу с неё снимать?
— Нет, — возразила Марго, — об этом лучше не надо. Кто знает, как Ольга к этому отнесется. Просто скажем: ты, Варька, зашла в «Оазис» по каким-то личным делам, там случайно увидела Лину и тетку с сапфировым крестом и слышала их разговор.
— А тут Ольга её спросит: «Откуда ты знаешь про сапфировый крест?» — логично заметил Герасим. — Значит, придется Варьке признаться, что она торчала в школьной раздевалке.
— И получится, — хмыкнула Варя, — что я постоянно всех подслушиваю.
— Подумаешь, — ответил Герасим. — Вон Колобки всю жизнь всех подслушивает, и никаких у неё угрызений совести нет.
— Но я же не Колобки, — на Варю не произвели впечатления доводы Каменного Муму.
— Главное, по-моему, как можно скорей помочь Ольге. — Марго строго свела брови к переносице. — К тому же подслушивала ты, Варька, ненарочно да и не зря.
— Что делать, — развела руками подруга. — Принесу себя в жертву. Ладно. Побежали. Ольга ещё должна быть в школе.
Тут Варя кинула машинально взгляд на часы и тихо вскрикнула. Секундная стрелка спокойно себе описывала очередной круг.
— Ребята, который час? — осведомилась девочка.
— Пятнадцать минут четвертого, — ответил Муму.
Варя не отрывала взгляда от циферблата. Стрелки показывали пятнадцать минут третьего. «Отстали на целый час, — пронеслось в голове у девочки. — Ровно на столько, сколько я провела в «Оазисе».
— Пошли, пошли, — поторопили друзья.
Варя, подведя стрелки, кинулась вслед за ребятами.
Ольгу Борисовну они застали в учительской. Она что-то торопливо писала за столом.
— Вы? — с удивлением посмотрела классная на своих питомцев. Затем, улыбнувшись, добавила: — Неужели так хочется дослушать про «Дубровского»?
— Нет, Ольга Борисовна, — вынужден был разочаровать её Луна. — Все гораздо серьезней.
— Что-то случилось? — уловила тревогу в его интонации учительница.
— Нам надо откровенно поговорить, — выступила вперед Варя.
— А это срочно? — спросила классная.
— Очень, — решительно заявила Варвара.
— Тогда рассказывай, — указала на стул рядом с собой классная. — Здесь сейчас больше никого нет.
— А Майборода? — спросил Иван.
— У директора, — пояснила учительница.
И тогда Варя, стиснув в кулаке шарик оберега, постаралась как можно короче и в то же время убедительней изложить историю происков коварной Лины. Слушая её, учительница все сильнее бледнела.
— Варечка, — наконец слабым голосом произнесла она, — ты убеждена, что ничего не путаешь? Это ведь очень серьезное обвинение.
— Понимаю, — откликнулась девочка. — Но я убеждена.
Ольга Борисовна молчала. Видимо, поступок подруги никак не укладывался в её голове.
— Ребята, — наконец нарушила тишину она, — вы меня извините. Я должна найти Лину Ивановну и поговорить с ней начистоту.
— Лучше бы сразу в милицию, — Герасим снова принялся за свое.
— Ольга Борисовна! — Марго взглядом заставила его замолчать. — Вы будьте поосторожней с Линой Ивановной. Мне кажется, она сейчас способна на все, что угодно.
— Нет, ребята, — покачала головой учительница, — вы ошибаетесь. Наверное, это какое-то недоразумение. Может, я Лину чем-то обидела? В общем, мне нужно срочно с ней поговорить. Идите домой. Спасибо большое. Дальше я разберусь сама.
Выставив всю компанию из учительской, Ольга Борисовна заперла дверь и направилась вверх по лестнице.
Ребята угрюмо спустились к раздевалке.
— Отлично поговорили, — остановился, чтобы застегнуть куртку, Герасим. — Ну просто полный облом.
— Говорил бы сам, если такой умный, — обозлилась Варвара. — Кто мог предполагать, что она так легкомысленно все воспримет.
— Она к тому же считает виноватой себя, — добавил Иван.
— В конце концов это её право, — вступилась за классную руководительницу Марго. — Они с Линой подруги. Может, ещё сами разберутся.
— Марго, кинь камушки, — не оставляла тревога Варвару. — Посмотрим, грозит ли ещё Ольге опасность.
— Твоя правда, — Марго согласилась с подругой. — Пошли к окну.
Выполнив давно знакомый друзьям ритуал, она посмотрела на камушки и мигом перевела исполненный ужаса взгляд на Варю:
— Слушай, подруга, тебя надули. Ольга в смертельной опасности. Причем именно в данный момент.
— А куда она, интересно, пошла? — всполошился Павел. — Может, ещё не поздно?
Ребята опрометью кинулись вверх по лестнице. По дороге они на всякий случай подергали дверь учительской. Она не подалась. Но изнутри раздался истошный вопль.
— Она там! — Варя узнала голос учительницы.
— Откройте! Откройте! — забарабанил ногами и кулаками в дверь Каменное Муму.
Изнутри послышался ещё один громкий вскрик. Затем все стихло.
— Бегу за подмогой! — и, рискуя сломать себе шею, Луна бросился вниз.
Остальные остались возле учительской, однако на все их просьбы и крики никто не отвечал.
Вскоре, правда, вернулся Луна. С ним прибежали Тарас Бульба и Бельмондо.
— Ольга Борисовна! — колотя в дверь, проревел Тарас Бульба. — Лина Ивановна! Сейчас же откройте. Это я, Афанасий Иванович!
Изнутри послышался истерический хохот, затем Лина Ивановна прокричала:
— Убирайтесь! Иначе я тут все взорву! У меня граната!
— Дела-а! — протянул Афанасий Иванович.
— Слушай, Афоня, — обратился к нему Бельмондо, — а может, давай я эту штукенцию вышибу? — указал он на дверь.
— Мысль правильная, — кивнул Тарас Бульба. — Но, во-первых, её не вышибешь, она в коридор открывается. А во-вторых, вдруг у Лины действительно граната?
— Только попробуйте! — заверещала из-за двери Лина Ивановна. — Учтите: я сейчас за себя не отвечаю. А если хотите убедиться, что я не вру про гранату, подойдите к окну.
— Пошли, Изя, во двор, — скомандовал завуч. — А вы, ребята, — обратился к Команде отчаянных он, — давайте отсюда. Не ровен час, бабахнет.
— Ага, — мрачно изрек Герасим. — Мы все отсюда, а она — в дверь. И ещё неизвестно, чем все кончится.
— Между прочим, он прав, — поддержал Бельмондо. — Давай-ка, Афоня, ты вниз, а я тут покараулю.
— Ладно, — принял его план Тарас Бульба. — Стой, Изя, тут. А мы с ребятами во двор. Давайте, давайте, — поторопил он пятерых друзей.
Едва оказавшись во дворе под окном учительской, завуч и ребята убедились, что дело плохо. Лина сжимала в руке гранату.
— И где она только её взяла? — недоумевал завуч. — Вот ведь история. А таким была спокойным, уравновешенным педагогом. Ну, все. Пойду с директором посоветуюсь. А вы — брысь отсюда! — прикрикнул на Команду отчаянных он. И, понизив голос до шепота, добавил: — Кто её знает? Еще шуранет в окно. После костей ваших даже не соберешь.
Афанасий убежал в директорский кабинет советоваться и звонить.
— Пошли к Бельмондо, — принял решение Павел. — Предупредим, чтобы он там поосторожней. Он ведь ещё не знает, что у Лины и впрямь граната.
Ребята взлетели по лестнице к учительской.
— Так и есть! — пропыхтел Муму. — Граната.
Бельмондо охнул. Затем тоже начал размышлять, откуда «женщина-педагог могла нарыть гранату». Не в своей сумочке же она носила такое. А если носила, то ведь это же вообще ни на что не похоже. Вдруг эта штукенция в классе бы взорвалась? Или ещё где. Ну, там, в буфете.
Вдруг Исаак Наумович хлопнул себя по лбу:
— Знаю!
— Что вы знаете? — уставилась на него Команда отчаянных.
— Откуда граната, знаю, — пояснил тот.
— И откуда же? — пристально поглядел на него Луна. У него вдруг возникла совершенно дикая мысль, что Бельмондо сам когда-нибудь подарил Лине эту гранату.
— От верблюда, — почему-то расплылось в радостной улыбке лицо физкультурника. — Это же, можно сказать, моя граната. Учебная. От старых времен. Я там её, — он указал на дверь, — в одном шкафу схоронил. На случай, если когда понадобится для ОБЖ. А эта стерва, значит, нашла и теперь людей шантажирует. Ну, я ей сейчас покажу!
Вне себя от праведного гнева, Бельмондо схватился за ручку двери.
— Стойте! — повис у него на руке Герасим. — А вдруг вы ошибаетесь и сейчас рванет?
Исаак Наумович задумался.
— Давайте подождем, — принялась, в свою очередь, уговаривать его Варя. — Наверное, Тарас Бульба уже вызвал РУОП.
Герасим на всякий случай продолжал висеть на атлетической руке физкультурника. А остальные наперебой уговаривали его, пока с лестницы не послышались голоса и топот. К учительской под предводительством мужественного Майбороды спешили люди в бронежилетах и с автоматами.
Команду отчаянных моментально выгнали. Так что освобождение Ольги никому из пятерых увидеть не удалось. Они только могли наблюдать со двора, как их классную руководительницу вынесли из здания на носилках и погрузили в «Скорую помощь».
— Что с ней? Она жива? — подбежала к врачу Марго.
— Думаю, обойдется, — ответил тот. — Хотя ей здорово по голове стукнули. И швы придется накладывать. И сотрясение мозга наверняка есть.
«Скорая помощь» отъехала.
Лину увезли позже. И, как узнали ребята на другой день, попала она в психиатрическую больницу. Так что, если бы не Команда отчаянных, дело для Ольги Борисовны могло кончиться очень плохо. Правда, ей и так пришлось неделю провести в больнице, а потом ещё одну долечиваться дома. Когда она наконец появилась в школе, то первым делом собрала пятерых друзей. И рассказала такую историю.
С Линой они действительно много лет дружили. Однако Ольге никогда не приходило в голову, что Лина ей страшно завидует. Сперва тому, что Ольга была из более обеспеченной семьи, гораздо лучше и легче училась и пользовалась несравненно большим успехом у мальчиков, нежели Лина. В институте зависть стала снедать подругу ещё сильней. Особенно после того, как Ольга выиграла «Гран-при» на годовое обучение в Соединенных Штатах. Лина тоже участвовала в конкурсе, но ничего не получила, и после окончания института никак не могла найти приличного места. Ольга же по возвращении из-за границы даже не потеряла года. Сдав экстерном экзамены, она выпустилась вместе со своим курсом, и ей тут же предложили место в престижной экспериментальной школе «Пирамида». Были у неё и куда более выгодные предложения, но Ольге Борисовне нравилось работать с детьми.
Устраиваясь в «Пирамиду», она уговорила директрису взять и Лину, на что та не без некоторых колебаний согласилась. Лина немедленно ощутила разное отношение к себе и к Ольге, и обида усилилась.
Последней каплей в их отношениях стал жених Ольги Борисовны. Ведь первой с ним познакомилась Лина, и он очень понравился ей. Однако, едва увидев Ольгу, он тут же влюбился, а Лине было отведено место их общей подруги и свидетеля их счастья.
Когда влюбленные решили пожениться, Лина поняла: больше она так не может. Она просто должна помешать этой свадьбе и вернуть себе молодого человека. Лина обратилась к собственной тетке. Той самой женщине с сапфировым крестом. Она работала в «Оазисе» и славилась как очень сильный гипнотизер и экстрасенс. Поговаривали также, что она не брезгует черной магией. Во всяком случае, с ней было связано несколько очень странных историй. Только пострадавшие ничего не могли доказать.
Тетка обещала помочь Лине. Из рассказа племянницы она узнала, что в квартире у Ольги Борисовны есть чем поживиться. Поэтому заговорщицы условились так. Тетка возвращает племяннице жениха, а все ценности, которые найдутся в квартире, оставит себе в качестве гонорара.
Лина готова была даже ещё приплатить. Лишь бы удалось взять реванш за долгие годы мучений. Тетка разработала хитрый план. Сначала она, переодевшись цыганкой, пристала к Ольге на улице. Затем, пользуясь своими сильными гипнотическими способностями, обокрала Ольгину квартиру, но таким образом, что жертва ничего толком не запомнила. Впрочем, риск был сведен к нулю. Лина заранее сообщила, что в квартире, кроме Ольги, никого не будет.
Параллельно, по утверждениям Лины, тетка провела на её глазах магический сеанс наведения порчи. Однако подействовало ли колдовство на Ольгу Борисовну, никто так и не узнал. Во всяком случае, следствие эту часть показаний всерьез не восприняло, так как прямых доказательств, естественно, не нашлось. Портрет же упал стараниями Лины. Подрезав шнур, на котором он висел, вероломная подруга решила: упадет Ольге на голову — прекрасно. А если не выйдет, то она хоть напугается.
История с кошкой и машиной вообще осталась без объяснения. По всей видимости, это была случайность.
Линину тетку арестовали в тот же день, когда племянница, охваченная отчаянием, попыталась убить Ольгу. К счастью для классной руководительницы восьмого «А», все украденные у неё вещи и ценности были обнаружены на квартире гипнотизерши. Теперь Линину тетку ждал суд.
Пока Ольга Борисовна лечилась, Команда отчаянных вплотную занялась Вовой Яковлевым. Дальнейшие наблюдения выявили, что хватается он за мочку левого уха не раз в час, а только когда сильно нервничает. К тому же в результате осторожных расспросов Вари и Марго выяснилось: лечился Яковлев в первом классе у гипнотизера мужского пола. Причем такого старого, что он к настоящему времени давно успел умереть.
Хуже обстояло дело с Арчибальдом. Ни один из методов Цветикова не принес ожидаемых результатов. Карликовый пинчер Льва-в-квадрате будто зациклился. Стоило Герасиму топнуть ногой, как Арчибальд бежал кусать его папу. А если папы в этот момент не оказывалось дома, то дожидался его прихода и все равно кусал.
— Да что же это такое! — жаловался Герасим.
— Тяжело тебе, — усмехнулся Луна. — Теперь дома ни вздохнуть ни топнуть.
— Вам смешно, — не разделял веселья друзей Муму.
Когда по вине бешеного пинчера в семье Каменевых разразился пятый по счету конфликт поколений, Герасим решительно заявил:
— Все! Хватит! Веди меня, Варька, к своей Дарье Максимовне. Может, хоть она что-нибудь сделает.
— А ты не боишься? — посмотрела на него девочка. — И денежек, между прочим, это немало стоит.
— После того что было вчера, я уже ничего не боюсь, — буркнул Герасим. — И деньги уже накопил. Кстати, у тебя там таких талончиков со скидкой не осталось?
— Погляжу, — пообещала та. — Вроде ещё что-то было.
Талон нашелся, и на другой день после уроков Команда отчаянных, прихватив фотографию, где Арчибальд был запечатлен вместе с дедушкой Муму, отправились в «Оазис». Звонить не стали. Это был как раз тот день, когда, как хорошо запомнила Варя, Дарья Максимовна принимает с двух.
Когда они оказались в приемной, Варвара с некоторым удивлением огляделась. Помещение показалось ей куда менее просторным и светлым, чем раньше. И девушка за компьютером сидела совершенно другая. К тому же вдоль одной из стен протянулся ряд стульев, на которых сидело несколько посетительниц. Раньше такого тут не было.
— Здравствуйте, — Варвара обратилась к девушке за компьютером. — Нам бы к Дарье Максимовне. Можно без записи?
— К кому, к кому? — удивленно взглянула на неё девушка.
— К Дарье Максимовне, — повторила Варя. — Я пару недель назад у неё была.
— У нас таких нет и не было, — уверенно заявила девушка.
— Как же так! — всплеснула руками Варя. — Я у неё была. Порчу с подруги снимала.
— Ты что-то путаешь, — покачала головой её собеседница. — Может, её как-нибудь по-другому звали?
— Ничего я не путаю, — настаивала Варвара.
— Не веришь, посмотри, — девушку уже явно охватывало раздражение. — Вот тебе список всех наших специалистов.
Варя пробежала его глазами. Ничего похожего на Дарью Максимовну там не было.
— А скажите, — вмешалась Марго, — Евдокия Матвеевна сейчас на месте?
— В отпуске, — ответила девушка.
— Слушайте, а вы тут, наверное, недавно работаете? — с надеждой спросила Варя. — Может, Дарья Максимовна тоже ушла в отпуск? А вы просто не в курсе.
— Я работаю тут со дня основания фирмы, — поджала губы девушка. — И абсолютно в курсе всего. Никакой Дарьи Максимовны тут никогда не было. — И, словно призывая в свидетели сидящих вдоль стены посетительниц, добавила: — Вот придут, все перепутают, а я виновата.
— Но тогда тут были не вы, а другая девушка, — сделала ещё один заход Варвара. — Такая беленькая. У нас с ней волосы одинаковые. Она, между прочим, к Дарье Максимовне меня и направила. Может, по-вашему, и другой девушки у вас нет?
— Есть, — неохотно признала собеседница. — А верней, была. Любочка. Моя сменщица. Но она на прошлой неделе уволилась.
— Тогда извините, — пролепетала Варвара.
— Может, к кому-то другому хотите? — предложила девушка за компьютером.
— Нет, — решительно возразил Герасим. — Пошли отсюда, ребята.
Когда они оказались на улице, Варвара в полном замешательстве произнесла:
— Вы что-нибудь понимаете? Ведь Дарья Максимовна была! Была! Вы-то хоть мне верите?
Ребята только плечами пожали. А Марго спросила:
— Варька, у тебя хоть что-нибудь от неё осталось?
— Да, — кивнула подруга. — Вот. Оберег.
Кругленький шарик переливался всеми цветами радуги.
— А еще, — продолжала Варя, — был мешочек с порошком. Но я его высыпала на половик перед квартирой Ольги Борисовны. Мне так велела Дарья Максимовна. И теперь я совсем ничего не понимаю.
— Мы тоже, — кивнули друзья.
— И что теперь с Арчибальдом делать? — недоумевала Варя.
— Теперь ничего, — мрачно изрек Герасим. — Не понравилось мне в этом заведении, — покосился он на входную дверь «Оазиса». — Пусть уж лучше Арчибальд кусается.