Лебедь без крыльев

Амир

Я знал про проблему с номерами и я мог ее решить раньше. Мог добиться того, чтобы мы все жили в отдельных номерах, но я понял, что хочу жить с ней в одном номере. Конечно я воспользовался тем, что ей нужно было отойти, потому что когда человека волнует какая-то проблема, он забивает на все остальное. Но я ведь ей предложил поехать в другой отель, это считается за право выбора? Нет, я воспользовался случаем, но от нее я не могу ожидать чего-то конкретного как от других людей. Я не могу предугадать ее ответы, эмоции и действия, она будто обезьяна с гранатой, никогда не знаешь куда кинет. Вроде на обычную и стандартную ситуацию она может неординарно отреагировать, а на в край выходящий пиздец может и не посмотреть. Что у нее в голове? Я рассматриваю браслет из конфет на своей руке и невольно улыбаюсь думая о ней.

— Какая муха тебя цапнула? Что за херь ты нацепил? Это мелкая тебе одела?- Стас противно улыбается и смеется, смотря на мой браслет. Почему-то мне хочется дать ему пиздюлей за небрежные высказывания насчет химозного браслета и то как он ее называет... ,,Мелкая,, звучит так, будто они общаются долгое время или он ее старший брат. Мне плевать как это звучит, но я не хочу чтобы этот идиот общался с Максим. Сашенька как всегда будто мысли мои читает и дает Стасу хорошего подзатыльника.

— Эй! Я что не правду сказал!? Он смотрит на нее как священник на икону, все ей на блюдечке приносит, мнение ее спрашивает, а теперь она его на привязь взяла! Посмотри на браслет! Он на педофила похож!- Стас выпалил все на одном дыхании. Он всегда был таким, никогда не держал свое мнение при себе. Этим они чем-то похожи с Максим. То что он сказал правда, но от правды мне становится не по себе. Почему я так с ней себя веду? Потому что она нужно мне. Нужна для того, чтобы свести младшего Архипова с ума. Она просто часть моего плана, один шаг, но это не отменяет того факта, что мне с ней легко и приятно общаться. Так совпало. Ничего более.

— Твоего мнения никто не спрашивал. Закрой свой рот и пока я не скажу не открывай.- Ингода я должен ставить его на место, чтобы не забывался. Пока Саша давал своему младшему брату пиздюлей, а я отвечал заказчикам по телефону, Максим подошла к нам. На ней лица нет, она подошла словно приведение. Это совсем не присущее ей поведение меня смущает. Она переживает из-за того что мы будем жить вместе?

— Мы же с тобой даже не познакомились!-Саша настолько резко это сказал, что Максим вздрогнула, только она не догадывается , что Саша знает о ней больше, чем она о себе. Максим смотрит на него с непониманием, будто ее вытащили из собственных мыслей, она как-будто в другом мире.- Я Саша, работаю на Амира.- Только после этих слов, в ней будто просыпается жизнь. Глаза снова горят адским пламенем, чертики в ее голове танцуют стриптиз, а демон сидящий на плече посвистывает и допивает бутылку абсента.

— Сашенька это ты?! То есть Вы? То есть Саша?!- Братья смотрят на маленькое радостное чудо и не понимают причину ее радости, а я только сейчас вспоминаю о звонке в ресторане. Она думала что мне звонит девушка, этим и были вызваны все ее колкие слова. Максим радостно пожимает руку Саши и повторяет его имя и то что ей очень приятно с ним познакомиться.

— Пройдемте, я покажу ваши номера.- Максим не перестает улыбаться и светиться позитивом и счастьем. Стас идет к ней вперед, а я остаюсь позади с Сашей, который вводит меня в курс дела с новым клубом, но я его не слушаю, я слушаю разговор Стаса и маленькой бестией.

— Ты реально наркоманка?

— А ты свечку держал?- она может за себя постоять, мне не нужно вмешиваться чтобы защитить ее, она сделает это лучше меня сама.

— Ведешь себя как под дурью.

— Это как?

— Это ты сначала грустная и потерянная, потому что кайф прошел, потом у тебя ломка, вон как в туалет рвалась и вся переминалась, а в туалете занюхала или че ты там делаешь? Куришь? Колишь? И теперь опять веселая.- Максим искренне смеется. Ямочки на щеках заставляют меня улыбаться. Даже когда она просто говорит они есть, я обожаю эти ямочки. Они делают ее еще больше похожей на маленького зверька.

— Тоже хочешь? Могу поделиться, я не жадная.- Мы дошли до номеров, они находятся напротив друг друга. Стас закатил глаза и махнул рукой, а Максим еще раз подарила нам свой замечательный смех. Все остановились и пока Максим продолжала ,,издеваться,, над Стасом, мы слушали девушку с ресепшена, точнее Саша слушал, а я пытался одновременно слушать диалог двух чертят. По-другому я не могу их назвать, потому что эта активная двоица успевает со всеми поссориться, найти приключения на задницу, вывести меня из себя, совершить необдуманный и неожиданный поступок, при этом находясь на одном месте. Девушка вручила нам карточки от номеров и ушла. Максим долго и внимательно разглядывала карточку, пока мы с Сашей перекидывались дежурными фразами и он отчитывался за новый клуб. Договорившись о времени поездки, я открыл ключом-картой дверь в номер и придержал дверь для Максим.

— Твои итальянские манеры меня возбуждают.- ее прямолинейность меня когда-нибудь погубит. Наверное, все это время мне просто не хватало человека, который будет всегда говорить то что думает.

— Ухаживать и уважать девушек- это не манеры какого-то народа, это обязанность каждого мужчины.- я видел что она была не согласна со мной, но сейчас ее внимание привлекло что-то интереснее разговора об обязанностях мужчин перед девушками. Максим обвела взглядом помещение, потом в срочном порядке сняла тапочки и побежала смотреть весь номер. Точно, ее обувь. Еще в Москве я дал себе обещание, что куплю ей нормальную обувь и одежду по размеру. Я не спешно разуваюсь и осматривая помещение, вхожу в спальню. Вход в номер сразу в гостиной, а через нее можно попасть в ванную, санузел и спальню в которой есть гардероб. Все выполнено в минималистично сером стиле. В гостиной стоит большой диван у стены с дверью в спальню, у дивана не большой книжный столик с меню ресторана, напротив большой телевизор и колонки. Рядом комоды и торшер, а около понарамных окон обеденный стол.

— Нихера себе тут места!- на меня выбегает счастливое чудо, глаза горят адским пламенем, а чертики в ее голове пируют и представляют что они будут делать в этом номере. Максим выходит на середину гостиной и начинает вырисовывать плавные движения руками и ногами, подпрыгивать и крутиться. Она показала мне маленький отрывок своего танца, от которого у меня пошли мурашки. Она будто впихивает все свои эмоции, которые подавляла все это время в танец. Маленькая балерина не задумывается над движениями, она проживает каждый свой аккуратный шаг и легкое движение руки. За несколько секунд балета, я прочувствовал всю ее боль, радость, злость, страх и разочарование. Я начинаю ей хлопать, а чудо делает театральное лицо, будто она балерина большого театра и только что получила главную награду в жизни и излишне наклонятся и тянуть носок делая поклон.

— Лебеденок, это было шикарно! Браво!- чудо смеется и слабо ударяет меня кулаком по плечу.

—Лебеденок? Что за дурацкое прозвище.- глаза разного цвета игриво смотрят на меня.

— Ты танцевала когда-нибудь лебединое озеро?- чудо фыркает и отводит взгляд.

— Нет, но я играла главную роль в щелкунчике!- она берет свой однотонный черный рюкзачок и идет с ним в спальню, а я следую за ней со своим чемоданом.

— Ты была Кларой? Или феей драже?- мы разговариваем, одновременно занимаясь своими делами. Максим сидит на полу и ставит телефон на зарядку, перебирает вещи из рюкзака и кладет пуанты в ящик прикроватной тумбы, а я достаю вещи из чемодана, в которых собираюсь поехать на встречу.

— Моя роль была важнее! Я была самим щелкунчиком!- ее откровение меня забавляет, мы вместе смеемся и продолжаем диалог, пока я не ухожу в душ.

Максим

Проходит несколько минут и в номер стучат, я не успеваю дойти до двери, как этот стук превращается в долбление ногой с целью выбить входную дверь. Дергаю ручку и на меня наваливается Стас с бутылкой чего-то в руках.

— Наконец-то открыла! Выпьем?- он весь взъерошенный стоит в проходе и выжидающе смотрит на меня. Думаю что сейчас мне не хватает просто напиться в компании малознакомых людей.

— Выпьем!- он смеется, проходит в номер и прячет бутылку в мини бар, потом показывает на дверь душа, где находится Аполлон и большим пальцем правой руки проводит по шее. Он сделал это, потому что звуки воды стихли и Амир мог услышать нас. Я показываю Стасу на диван, сама плюхаюсь на него и включаю телевизор на первый попавшийся канал. Парень вальяжно садится и кладет ноги на стол, а руками подпирает затылок. Дверь в ванну открывается и из нее выходит Амир. Твою ж мать.. Полотенце завязано на талии, по его накаченному телу стекают капли воды, а волосы мокрые. Он выглядит как самый настоящий Аполлон и я не могу не смотреть на него. В груди что-то скрежещет, а в животе завязался узел.

— Что за стрептиз ты устроил?- Стас сказал это с такой едкой ноткой в голосе, будто его сейчас вырвет желчью. Амир недовольно смотрит на моего гостя, в его глазах читается ярость, а желваки на лице напрягаются. Какой же он сексуальный! Я смотрю на него с открытым ртом, пока это не замечает Стас и не закрывает ладонью мои глаза.- Малявка, да ты извращенка! А ты, зачем ходишь в таком негожем виде и совращаешь несовершеннолетние умы!

— Херли ты тут забыл?! Пошел вон и чтоб я тебя сегодня больше не видел! У тебя работы мало?! Так я добавлю.- нужно выходить из ситуации, а иначе он закроет меня и Стаса на ключик и пить мне придется одной.

— Это я его позвала. Мне скучно одной, ты ведь сейчас уедешь..- я делаю взгляд брошенного котенка, а Амир томно вздыхает и проходит в комнату, жестом показывая Стасу, чтобы тот пошел с ним.

— Спасибо, малявка, надеюсь меня сейчас не убьют.- Стас говорит шепотом и идет следом за Амиром.- Зачем ты меня позвал пупсик? Трусики помочь одеть?- теперь я понимаю почему Амир его ненавидит. Стас говорит то что думает и постоянно подшучивает над Амиром, не видя грани. Сомневаюсь, что так делает кто-то еще. А, точно, совсем забыла про себя.

Амир

Как только Стас зашел в комнату я въебал ему кулаком в лицо и закрыл рот рукой, чтобы Максим этого не услышала. Это была плата за его общение с ней. Я не против, чтобы она общалась с другими, нет, я даже за это, но я не хочу чтобы она общалась с этим мудаком. Хоть она и пытается быть сильной, пряча чувства и эмоции за дерзостью и грубостью, но внутри нее есть целый мир. Мир, который на половину разрушили какие-то мудаки и пытаются разрушить еще, но она строит новые здания из счастья, сажает цветы драгоценных моментов в парках из непредсказуемости и необдуманных поступков, бережно срывая сорняки последствий. А Стас совсем не думает о своих словах и действиях. Он может легко разрушить идиллию итак полумертвого мирка.

— Чтобы когда я вернулся она спала в этой кровати и если хоть один волос упадет- ты труп.- я процедил это ему на ухо и открыл ему рот.

— А если с головы упадет?- я ударил коленом ему в ребра и еще раз закрыл рот. Стас скрючился и кряхтя упал. По какой-то причине, мне неприятно слышать его едкие шутки про Максим. Нужно либо узнать эту причину, либо просто заклеить рот Стасу.

— Ты меня услышал.- пока он кряхтел и пытался встать, я оделся в черные брюки и черную рубашку, чтобы не было видно крови если что-то пойдет не так.

***

Мы подъехали к старенькому полуразволившемуся дому, каких полно в Санкт-Петербурге. Находится он в Ржевка-Пороховые, спальный район на востоке города. Гостей района встречают грязные маленькие автобусики, заклеенные рекламой, в основном старые двухэтажные или пятиэтажные домики, никакого благоустройства нет. Серый, старый район с кучей алкашей и наркоманов. Я припарковал машину у подъезда некогда желто-оранжевого панельного дома, плитка которого давно выцвела и теперь он грязно серый с оттенком желтого. Видимо здесь постарался настоящий художник, потому что ярко красная лавочка, зеленый вход в подъезд, ядерно синяя урна и желтая клумба, в которой вместо цветов бутылки пива, выглядят слишком красочно в этом районе.

— Надеюсь мне не обоссут машину.- Видимо Сашу напрягает только его машина. Мы решили ехать вместе на его машине, потому что она не настолько приметная, чем моя. Изнутри подъезд выглядит не лучше. Нас, видимо как долгожданных гостей встретил алкаш, лежащий в своей блевоте. Поднявшись на пятый этаж под маты Саши, мы постучали в нужную нам квартиру. Через несколько секунд дверь приоткрылась и мы увидели старую хмурую женщину, возраст которой ей придавал ее неопрятный вид и морщины от усталости. Полная женщина смотрела на нас с полным безразличием, а за край ее халата держалась маленькая девочка.

— Вы Амир Маратович и Александр Викторович?-грубый голос женщины и общая обстановка в квартире желала забрать детей и навсегда уехать отсюда.

— Да, мы общались с вами по телефону.- женщина устало махнула рукой, чтобы мы зашли и отправила девочку в комнату. Она повела нас на кухню и закрыла дверь. Квартира очень старая, но чистая, что не сказать о подъезде. Мы присели за стол и бывшая повариха вздохнула.

— Ирина, нам нужно знать все: как вы туда попали, что там творилось, кто этим управлял и помогал скрывать и самое важное, все про вашу воспитанницу Максим. И не пытайтесь ничего скрыть, мы знаем про плохое отношение с детьми и чем они занимались.- пока Саша говорил, я смотрел на ее реакцию. В ее глазах была жалость и ненависть.

— Плохое отношение- женщина усмехнулась.- это еще мягко сказано, там происходил полный пиздец.- от этих слов желваки стали жить своей жизнью, а вены расширились. Маленький лебеденок, что за суки тебя окружали..

— Мы слушаем.- я не выдержал, мне нужно знать все, хотя я хотел молчать и следить за ее реакцией.

— Вы совсем не понимаете что там творилось.. Это была отдельная жизнь. С рождения всем детям говорили о том, что все нормально и так у всех, а в семье все тоже самое, только хуже. Дети, не видевшие нормальной жизни верили. Я попала туда случайно, приехала на заработки, но мой паспорт украли и я не смогла устроиться на нормальную работу, а моя знакомая посоветовала мне этот приют. Зарплата выше среднего и требование одно- не любить детей. Я и пошла, делать-то нечего, а потом оказалось, что требование и не одно. У меня не должно было быть семьи и во время работы я не могла выйти замуж или родить ребенка, а еще я должна была молчать и не говорит детям правды. С самого раннего возраста дети занимались не пойми чем. Они воровали и раскладывали наркотики по городу, а те, кто выглядел старше и был симпатичнее, они были ,,элитой,, среди детей, потому что занимались проституцией. Их лучше кормили, одевали, меньше били, чтобы не портить ,,товарный вид,,. Директор был полным ублюдком, которому было наплевать на всех кроме себя. Он был алкашом и игроком, но имел много связей. Детей числилось почти в три раза больше, чем было на самом деле. Деньги приходили за сто детей, а было их тридцать, но и жили они все равно не в шоколаде... Плохие условия и ужасная еда, иногда и еды не было совсем. А Максим.. Максим дочь проститутки, которой она надоела и она оставила ее у соседки, а та к нам принесла. Ей было около года. Она была лучшей карманницей, у нее был в этом талант, умела развести любого взрослого, даже меня.. Знаете, она была при смерти. Лет в шесть вроде. Директор часто ее избивал и выгонял на улицу в мороз почти голой. Я ее пожалела. Я кормила ее, давала теплые вещи и пыталась ухаживать. Она стала мне почти как дочь, пока в один день не украла у меня кошелек, прямо под носом. Представляете? И я была такой злой тогда.. А сейчас мне ее жалко, очень жалко. Это ребенок, который от взрослых получает только пинки, издевки, ребенок который не уверен не в чем и точно знает, что просто так ничего не делается. Конечно она воспользовалась случаем и украла. Я не знаю кто его прикрывал и все его махинации. И у него было много странностей.- от ее рассказа меня бросило в дрожь. Я прочистил горло. Я мог ожидать много, но чтоб настолько? Сука, я найду всех мудаков, которые испортили ей жизнь и убью самой мучительной смертью. Мой маленький лебеденок, мое чудо, что за ужас ты пережила, как ты еще не сломалась? У меня появилось желание обнять ее и сказать, что сейчас все хорошо. Желание сделать так, чтобы у нее было все хорошо и я сделаю это.

— Какие еще странности?- я прохрипел эти слова, если это еще не все сюрпризы, то что еще пробовало ее на прочность?

— Он был Украинцем и одновременно Евреем. Заставлял учить эти языки и был очень верующим. Дети постоянно ходили в церковь, знали все молитвы и каноны наизусть. А еще ему нравилось их фотографировать. Он нанимал фотографа раз в год и делал общие фото и по-отдельности. В общем псих полный.

— У вас есть эти фотографии?- Саша только сейчас пришел в себя после ее рассказа.

— Сейчас принесу.- толстая женщина в синем цветастом халате встала с табуретки и хромая пошла в глубь квартиры. Саша впервые перевел свой взгляд на меня. В его глазах было много ужаса и злости, во мне их сейчас не меньше. Как можно так поступать с маленьким ребенком, который просто хочет жить? Ребенок, который никогда не видел ласки и тепла. Ирина вернулась с кучей старых альбомах в руках и поставила их на пожелтевший стол. Я сразу открыл один и на меня смотрели несколько десятков голодных детских глаз. Худые дети одетые в белые рубашки с золотистыми фартучками. Мальчики в брюках, а девочки в длинных юбках и платках. Сбоку, в самом краю стоит маленькая девочка. Она меньше и худее остальных и она единственная не смотрит на меня. Я сразу же узнал эту девочку.

— Все дети пели в церковном хоре. Это фотография после выступления.- женщина устало смотрит на детей с какой-то материнской нежностью, но при этом, в ее взгляде есть скорбь, будто все эти дети давно погибли.

— Как Максим попала в балетное училище?- я переворачиваю страницы альбома. Отдельные фотографии грустных девочек и мальчиков. Иногда они стоят компаниями. Я останавливаюсь когда на фотографии на меня опять не смотрят. Тощая девочка сидит на корточках в старом тазике. Лето, везде трава и посередине стоит ржавый темно-синий тазик с отколупавшейся краской. Она в желтых резиновых сапогах и желтом дождевике. На ногах видны синяки и хоть ее вид изнеможденный, она все равно очень красивая.

— Она танцевала на улицах и этим привлекала внимание людей, а в это время из их карманов тащили бумажники, снимали браслеты и часы. Она привлекла внимание мальчика из богатой семьи. Он был ужасно капризным ребенком и часто сбегал к ней. И один раз директор подумал что это наш воспитанник и сильно избил его. И пока его родители разбирались с полицией, они решили отправить за свой счет ее в училище, чтобы их ребенок больше к ней не бегал. Несколько лет шло разбирательство, а потом приют просто закрыли, а детей отправили в другие детские дома.

Максим

Я тресу бутылку шампанского стоя на столе. Пробка вылетает и я обрызгиваю Стаса, который сквозь смех, вопли и брызги просит лить прямо ему в рот. Примерно за час мы опустошили около трех таких же бутылок, потом вывалились в коридор за закуской и чем-то покрепче, но одной горничной не повезло нас встретить, потому что Стас сделал ей предложение с проволокой от бутылки вместо кольца. А потом заставил ее идти за всем этим, ведь они не могут праздновать свадьбу без бутылки водки и чипсов. На мое удивление она принесла нам все это, выпила с нами по стопке, а когда я объявила о первой брачной ночи, она быстро смылась. В общем вечер намечается веселый. Алкоголь уже затуманил мой мозг, потому что сейчас я могу с легкостью раздеться и одновременно расплакаться, рассказывая о всех тяготах своей жизни, но здравый смысл видимо еще чуть-чуть присутствует в моей голове и как только я открываю рот, он будто уже не кричит и не буянит, а тихо просит этого не делать.